Фейские сказки да людские песни

вернётесь вы к Весеннему Двору, умрет отец и матушка умрут. вы станете владыкой поутру. браслет заставит вас меня желать. на многие века укроет мгла дворец ваш, и дела пойдут на лад. * таким мой план был прежде, но сейчас я все отдам за блеск любимых глаз. я раньше был — гроза чудовищ, князь с кровавой саблей в огненных руках. весь адской серой и землей пропах. я вел вперед огромные войска, и был сражен мальчишкой наповал. искали вы нарциссы среди скал, дитя совсем — попали под обвал. я вытащил вас, вылечил, в бреду вернул домой и понял: не уйду, теперь вы мой — подарок и недуг. я ждать готов был двадцать долгих лет, зарыть свой меч в обугленной земле, пока вы будете без горестей взрослеть. но ведь судьба — дурная госпожа. сказали вы: “ планирую сбежать. я в этом мире, как в тисках зажат. весенний бал — отличная пора, здесь соберется весь букет Двора, все будут петь и гнать огнями мрак. я буду далеко, когда они погасят на заре свои огни. пройдут часы, а может, даже дни». я знал: уйдете — мне не отыскать. сжимала грудь нелепая тоска. хотел вас удержать, не зная как. от слуг узнал я: существует лаз, они им пользовались сотни раз, людей чтобы бросать в оковы зла. но нужен дар из темной ворожбы: рябину и железо раздобыть, немного крови, горицвет, грибы… я плел браслет и строил хитрый план. любви в нем много, больше — только зла. вина меня не грела и не жгла. убить хозяина, хозяйку отравить, а магию забрать, что в их крови́, вернуть себе свой первозданный вид. вернетесь за три дня, скажу я вам: «такое горе: матушка мертва, теперь вы Дому этому глава, а я — ваш верный друг, мой господин. теперь все ваши беды позади». вы скажете: «постой, не уходи! останься рядом, спину мне прикрой, защитник мой, возлюбленный, герой!» я грезил так вечернею порой. когда закончил, понял: все не то. узор кривой, гниет внутри цветок, уродство не отдам я ни за что. три ночи я потратил, море сил, но был браслет все так же не красив. отправился я к ведьме и спросил, как в тонких ветках, нитях серебра все волшебство и боль мою собрать. сказала ведьма: «дай ему добра, любви немного. что ещё сказать? тогда и зацветёт твоя лоза. ведь страсть твоя — как дикая гроза: убьет его, ну а затем — тебя». немного крови, шелк волос и бязь — я выткал, о любви своей скорбя, браслет простой и вам его отдал. что мог, кроме любви, вложить я в дар? огня немного, воздуха и льда. мне истина открылась — как полынь, что если для меня вы так милы, негоже быть мне мстительным и злым: я должен вам помочь, а не вредить. тогда я выткал золотую нить. вам в мире смертных не позволю гнить, вы только призовите поутру, мой милый герцог, мой сердечный друг. не нужно вам чертить кровавый круг, шепните только имя и мой дар на части разорвите, и тогда в мир смертных попаду я без труда. * конечно, вы забыли о трех днях. забыли мать, отца, даже меня. браслет опутал кисть — уже не снять. тогда-то боль напомнила, кто вы. садилось солнце меж густой листвы, и на болотах, знай, кричала выпь. а город звонкий пел на все лады. он был прекрасным, ярким, молодым… костры горели, плыл по небу дым. держали крепко вы мой скромный дар — златую нить, шептали: «никогда я не вернусь в пустые города. здесь целый мир, огромный и чужой, обвил меня агатовым ужом. так много здесь мужей прекрасных, жен, и жизнь пылает, греет каждый вздох. я мир весь обойду хоть от и до, но не вернусь в отцовский мертвый дом». обвилась нить вокруг чела жгутом. вы поселились в домике пустом. я знал: вы пожалеете. потом. метался возле грани ночь и день, искал пути другие в мир людей, но магия, которой я владел, годилась для войны, не для любви. вы там один — бессилен, уязвим, а надо мной расплаты час навис.