Обещай меня не спасать

За четыре дня до исчезновения.       — Вот так, да… — выдохнул Арсений. Антон улыбнулся, погладил спину любовника и толкнулся снова, точно также как раньше. Арсений отозвался стоном. Он уперся локтями в матрас, уронил голову в подушку. Ноги не держали и предательски разъезжались в стороны по постели. Антон перехватил его под бедра, придерживая, и ускорился. Он толкался остервенело, рьяно, сбиваясь с темпа, и Арсений под ним уже не замолкал.       — Я сейчас… — выдохнул Арсений, но фразу закончить не успел. Антон почувствовал, как Арс задрожал и сжался, а через секунду на простыни упали белесые капли. Антон осторожно выскользнул из теплого, разгоряченного нутра любовника и аккуратно перевернул его на спину, заглядывая в глаза. Голубой радужки практически не было видно, чернота затапливала все. По лицу Арсения расплылась довольная, удовлетворенная улыбка. Антон огладил ладонями его плечи и грудь. Кожа показалась парню прохладной.       — Замерз? — хрипло спросил Антон. Арсений отрицательно мотнул головой и потянул любовника на себя, в объятия. Ощутив бедром твердый член, Арсений недовольно сморщился.       — И чего ты не закончил? Антон улыбнулся. Мягко и счастливо. Лег рядом, накрывая их обоих одеялом.       — Не хотел когда ты уже… Мне кажется, будто я… не знаю, использую тебя. Мне хорошо, не волнуйся. Арсений закатил глаза, прижимая родное, все еще разгоряченное тело к себе.       Откуда в Антоне было столько тараканов, Арсений не знал, но мог себе признаться, что все стало намного лучше за время их отношений. Поначалу, Антон едва ли мог его касаться, все время боялся, то причинить боль, то сделать что-то не так. Теперь же он волновался гораздо меньше. Даже ладони практически не потели.       Арсений перехватил Антонову руку и поцеловал открытую ладонь, удостоверяясь в своих мыслях. А затем подполз выше и поцеловал любовника в висок.       — Мы же говорили, — промурлыкал Арс в большое ухо, — что все хорошо. Я не против.       — Да, да… Я помню, просто… Арсений положил руку ему на губы, призывая замолчать, а затем хитро улыбнулся и пополз вниз. Антон замер, переходя на тихий вздох-полустон, когда Арсений обхватил его член губами. Движений потребовалось немного. Арс достал салфетки и нежно обтер их, пока Антон приходил в себя.       —Иди ко мне, — позвал он. Арс повиновался. Отбросил салфетки, бутылек смазки, который попался под ладонь и крепко обнял Антона. Темнота и тепло убаюкивали. Антон почти провалился в сон, когда комнату резко осветил голубоватый свет. Арс потянулся за телефоном.       — Что там? — спросил Шастун.       — Стас, — продолжая смотреть в экран, отозвался Арсений. — Через два дня будет экскурсия.       Антона пробрал холодок. Он ненавидел эти сообщения, экскурсии и больше всего хотел орать и отговаривать Арса. Но они уже много раз говорили на эту тему, а затевать ссору не хотелось, потому Антон позволил себе только тихий вздох. Трель телефонного звонка оглушила в тишине тропического леса. Антон, чувствуя, как сердце застучало в ушах, схватил телефон, в надежде, что это был Арсений. На телефоне высветилось короткое «Стас».       — Ты обалдел?! — набросился начальник. — Договаривались каждые два часа.       Антон глянул на телефон. Он просрочил уже больше полутора часов.       — Потерялся во времени, — устало произнес Антон. — Сейчас сброшу.       — Шаст, — из голоса Стаса пропали вмиг и злость, и страх. Осталось что-то мягкое, понимающее, — ты, если что, возвращайся.       — Новости есть? — злиться начинал уже Антон.       — Нет.       — Тогда увидимся, как догоните, — и отключился.       Пальцы коряво набирали точку координат, приходилось стирать и писать заново. Вышло с четвертой попытки. Все считали его трусом. Он и от экстрим-экскурсий отказался сразу, и в квест румы не ходил, после того раза, особенно. Избегал любой опасности. Даже от катания на слоне отказался. Раньше его это не тревожило, и Антон спокойно признавался. Да, мол, страшно, и что? Но сейчас подобное отношение злило. Как будто он мог бросить Арсения в опасности из-за страха.       — Арс! — заорал Антон, чтобы дать себе выпустить пар. На ответ он не надеялся. — Слышишь меня?! Арс!       С дерева сорвалась птица. Антон дернулся от резкого звука, закрывая голову руками. А когда понял, что это не представляет опасности, вдруг почувствовал стыд за свой страх. Перед собой и перед Арсением.       — Давай, давай, Шаст, иди.       Ноги дрожали, и без того неловкий, Антон запинался об каждую кочку, дергался от каждого шороха. Шел медленно, но шел. Пока не выбрался к небольшой полянке. Располагалась она удачно, в кроне деревьев. Но растения вокруг были притоптаны искусственно. А в центре горкой лежал почерневший хворост.       — Ты тут был, да?       Антон просто не знал, кто еще мог остановиться здесь на привал. Он осмотрел внимательно каждый сантиметр поляны, надеясь найти хоть что-то, сам не зная, что именно ищет. Знак, подсказку… Но кроме следов костра ничего не было. Даже мусора. Ни ямки, ни мешка. Арсений природу уважал, вполне мог забрать мусор с собой. А мог и не забрать. Антон не мог знать наверняка и едва не взвыл от досады. Они никогда не говорили о мусоре.       Они еще о многом не успели поговорить. Так мало сказали друг другу слов. Антон устало сел перед остатками костра. Слова вообще были их больной темой. «Уверен ли он, что я его люблю? — проносилось у Антона в голове. — Может, я писал? Хоть раз…» Антон не помнил. События, яркие и хаотичные, всплывали в памяти, но слова ускользали. От мысли, что Арс мог не понимать, не знать, не быть уверенным, как его любят, глаза Антона запекло. Он достал свой телефон и открыл переписку с Арсением.

Арс, 09:34: «Доброе утро, я ушел, будить не стал. Буду в офисе к трем». Антон, 09:48: «Зайди в севен, возьми мне поки с зеленым чаем». Арс, 09:50: «И кит-кат? :)» Антон, 09:51: «И кит-кат».

      Антон листал и листал. Переписка была бытовой, не важной. С кучей мемов и фотографий. И фотографии все не те, какие-то дурацкие, не важные, вроде той, где у Антона смешно порвался носок. Ни одной памятной, совместной за все полтора года. «Неужели, — думал парень в отчаянии, — неужели ни разу не сказал?». Выходило, что нет. За неделю до исчезновения.       — Антон, — произнес Стас этим своим голосом, когда хотел донести какую-то мысль и не казаться при этом злым. — Хватит уже Арсу строчить. Знаешь, сколько смс тут стоят?       Антон отложил телефон, ему было непривычно и все еще неловко осознавать факт, что Стас догадался о природе их отношений и отнесся к этому просто. Как будто, так и должно быть. А, может, правда, привык.       В конце концов, он уже давно жил в Тайланде, а один из их партнеров был трансвестит. Может, для Стаса все казалось нормальным. А может, он просто не обращал внимания ни на что, кроме работы.       — Не я виноват, что тут такой плохой вай-фай, — пробубнил Антон.       — Я говорил уже… Колокольчик дернулся, все уставились на дверь в ожидании клиента, но это оказался Арсений.       — О, легок на помине, — воскликнул Стас, — значит, и тебе тоже говорю, что смс только по крайней необходимости. У нас тут сами знаете, плохо все с туристами… В общем, экономим, парни.       Арс картинно приложил руку к себе, словно Стас его оскорбил.       — Вот стоит появиться на пороге, и сразу претензии! — воскликнул Арсений. — А ведь я даже не виноват!       Но Стас уже заинтересованно тянулся к стаканчикам с лимонадами, за которыми Арса отправили. Антон поймал взгляд Арсения и улыбнулся.       — Что, совсем у нас с деньгами плохо? — сочувственно спросил Арс.       —Ага, — Стас забрал свой стаканчик, и сел на место. — Если бы не эти маршруты для любителей экстрима, совсем бы по миру пошли.       — А Серега с Димой где?       — Серый повез группу в Камбоджу, — уже не отрываясь от монитора, отвечал Стас. — А Дима на встрече с тур группой.       Арсений подошел к столу Антона, поставил стаканчик с манговым шейком и развернул. На пластике черными буквами горели слова: «I» и «you», а между ними алело сердце. Антон улыбнулся и посмотрел на Арса. Тот выглядел смущенным, что бывало редко, и таким уязвимым.       — Спасибо, — сказал Антон, хотя хотел сказать совсем другое. Но здесь был Стас, и время казалось неподходящим. В глазах Арса мелькнула печаль, но лишь на мгновенье. Он вернул улыбку и сел на свое место. Антона охватил порыв вскочить и обнять Попова, но он удержал себя. Чуть позже, когда они будут наедине, он все скажет. Но тот день выдался напряженным. И к моменту, когда они вернулись домой, Антон забыл обо всем и сладко уснул под сопение Арса.       Горечь казалось, обрела физическое воплощение: тянула язык, сжимала сердце. Антон думал о том утре, перед отъездом Арсения. Как тот решил, что с ним хотят порвать. Насколько Арс сомневался, в том, что был нужен?       — Идиот, — ругался Антон вслух, не сводя глаз с дороги.       — Дурак. Неужели, так сложно было сказать? Написать хотя бы… Придурок.       Солнце перешло зенит. Тени в лесу начали постепенно удлиняться. Поднималось стрекотание, которое заставляло сердце парня еще больше заходиться в панике. Его тело трясло от страха, не переставая, но он уже свыкся. Антон отправил новую точку координат. И Стас неожиданно перезвонил.       — Антон, — помех в динамике было больше, чем самого голоса. — Слышишь меня?       — Да, плохо. Но слышу.       — Антон… В общем, мне сейчас звонили спасатели… Антон почувствовал, как все вокруг начало сжиматься. Длинные лианы подбирались, желая задушить. Даже воздух стал тяжелее.       — Ну! — прикрикнул Антон. Он присел, в глазах потемнело. — Говори!       — Нашли рюкзаки. В пятнадцати километрах вниз по течению. Дети из местных выловили, спасатели случайно нашли. Течение реки было невероятно быстрым. Не горным, но пятнадцать километров было не так далеко от точки маршрута.       — А рюкзак Арсения? — из горла вырвался хрип.       — Нет, только троих из группы. Там сейчас водолазы работают. Возвращайся, Антон. Мы потом все вместе…       От слова «водолазы» парня замутило, когда до него дошло, что именно ищут работники.       — Нет! — вскрикнул Антон. — Нет. Ну и что, что рюкзаки… Я дальше пойду…       Он отключился прежде, чем Стас вывалил бы на него кучу ненужных и бесполезных слов.       — Сука… Сука! — заорал парень. — Не мог, он не мог, вот так!..       Антон пошел быстро, уже не смотря по сторонам, не боясь пауков и змей. Эмоции топили в себе, укутывали, как паучий кокон.       — Арс! — позвал он. Его голос эхом прокатился и вернулся с отзвуками отчаяния.       — Арс! Арс, отзовись! Он перешел на бег. Горло очень быстро зажгло, Антон никогда не отличался выносливостью. Он бежал по тропе, не обращая внимания ни на что, пока левая нога не угодила в коварную ямку. Парень запнулся, почувствовал, как всем весом падает на подвернутую ногу, и завыл. Не только от боли, но и от напряжения, страха, сожаления. Антон разрыдался посреди тропиков.       — Пожалуйста, пожалуйста… Пусть он будет в порядке.