White crepe de chine

Профессор содрогается всем телом, отпрянув от начальника так быстро, как это было возможно с его немалым ростом и неуклюжестью. Не зная куда деть руки, он торопливо складывает их за спиной,при том опуская взгляд в пол и шаркая носком длинного ботинка по пыльному бетону. Док поводит плечами в расправляющем движении и вскидывает голову, - пшеничные волосы забрасываются назад,снова возвращаясь в привычное положение. Укладка волос этого человека всегда была загадочным допущением для всего экипажа немцев, но ни один человек не удосужился влезть с замечаниями по этому поводу. На пороге встаёт молодой снайпер с идеальной выправкой и разъяренными глазами, зрачки в которых поблескивают будто бы красным цветом,как если бы его фотографировали со вспышкой. - Герр Майор, разрешите доложить о планах госпожи Хеллсинг, она планирует навестить резиденцию в течение нескольких дней. Штурмбаннфюрер сидит неподвижно и не поднимает взгляда на подчиненного, что всегда приводит таковых людей в немалое состояние агрессии, активно подавляемое и затаптываемое где-то на самых окрестностях души. Мужчина мягко кивает и растягивается в улыбке, нежно потирая ладони друг о друга, будучи при том в одной перчатке. Он поднимает лицо, лишённое очков и всяких принципов, сверкая улыбкой и детским выражением мягкости. - Доктор Непьер уже известил меня, спасибо. Займитесь ужином. - Господин Монтана, позвольте я...-Профессор переводит взгляд на начальника, притом ненароком разворачиваясь всем своим изящным телом вслед за головой. - Вы хотите сделать это самостоятельно, док?Очень интересно...-Майор надевает очки голой рукой и взводит их пальцем выше по носу,- не могу себе позволить отказаться от такого нововведения, знаете. Вперёд, Непьер. Штурмбаннфюрер совершенно на него не смотрит, опускает голову вновь к карте и машет рукой в прогоняющем жесте относительно солдата. Тот выметается и дверь медленно и гулко возвращается в прежнее положение. Док расцепляет руки и складывает их в замок спереди себя, шагая вокруг темного стола начальника. Чуть наклоняет точёное лицо, однако так, что это движение не бросается в глаза. Более того, он действительно опрометчиво и без всякой нарочитости заглядывает в лицо старшины. Доктор удивляется. Лицо Майора выглядит не столь уверенно, как раньше, наоборот, сейчас его экспрессия являет собой подавленную реакцию на что-то. На лбу сидящего блестит ровный гладкий слой испарины, брови самую малость сдвинуты к переносице, улыбка выглядит более неказисто, нежели обычная. Профессор обходит стол и садится рядом с начальником,стараясь не беспокоить статику мебели и самого майора длинными ногами. Мужчина осторожно помещается на широком стуле рядом и прикасается к предплечью сидящего. - Что на ужин, Макс?Я не готов возложить выбор на себя...-Док кротко улыбается и аккуратно проводит тыльной стороной ладони по мягкой поверхности руки майора. - Сегодня я бы разделил его с тобой и Шрёдингером, думаю.Выбери что-нибудь для этого шебутного мальчика.- Штурмбаннфюрер поворачивается к нему лицом и бросает неосторожный взгляд на губы учёного. Тот наклоняется теперь уже к лицу сидящего и аккуратно берёт за плюшевый подбородок,едва сдавливая пальцами мягкий жир. Прикрывая глаза светлыми ресницами, он подаётся тонкими губами вперёд,невесомо касаясь носом чужого. Их рты кротко соприкасаются своими категорично разными формами,сливаясь в томном поглощении несказанных фраз о любви и работе. Док не лезет шершавым языком сквозь приоткрытый рот начальника, покорно и роскошно остаётся за оградой из белоснежных искусственных зубов, кварцевой стеной охраняющих мягкость полости рта майора. Поцелуй длится недолго - дожидаясь краткого вздоха штурмбаннфюрера в попытке хватануть воздуха, профессор аккуратно отстраняется, бросая взгляд поверх очков так мягко и проницательно, что щедрые щёки второго покрывает едва отличаемый от тона кожи румянец. Майор не смотрит ему в глаза, наоборот, опускает взгляд куда-то на бетонный пол, его радужка не выглядит менее золотой от этого. - Это очень хорошо, Эйв. Этого нужно больше.- Мягко шаркает ногой по полу, убирает руки со стола. Командующий отодвигается на стуле с тихим шелестом дерева о бетон и всё не поднимает глаз. Он встаёт и поправляет коричневые подтяжки, мягко врезающиеся в его покатую пухлую грудь и бока, слаженными движениями расправляет мелкие острые складки под круглым животом и в местах сгибов рук, где рубашка закатана до розовых локтей. Док любуется мягкостью начальника и аккуратно тянется тонкими пальцами к его пояснице, удерживаясь от хватки за толстый круглый зад,обтянутый бежевой тканью. Он заправляет выбившуюся ткань дорогой рубашки обратно за туго сидящий пояс брюк, старается не задерживать руку там, действуя будто бы он всего-то прохожий. Майор оборачивается и благодарит длинноволосого щедрой улыбкой. Он отходит от стола и движется своей мерной поступью к выходу, в то время как ученый упирается тонкими кистями о колени и выпрямляется рядом со стулом. Бережным движением он собирает жёлтую карту по столу, аккуратно складывая её по местам перегибов костистыми пальцами, шуршит сухими ладонями по дорогой плотной бумаге. Отставляет бокал с виски в сторону, там её заберёт уже кто-то другой. Он разгибается и идёт вслед за начальником к двери, сверкая тенью под скулами и острыми коленями. - Ганс сопроводит меня, Док. - Макс выходит за предел порога, там его ждёт высокая широкоплечая тень оборотня, встречающая мир каменным лицом с пылкими глазами. Такие здесь у всех. - Я постараюсь уложиться в кратчайшее время, Герр Майор,-голос доктора чуть вздрагивает от трепетного чувства, подавляемого в присутствии третьего силуэта. - На здоровье.