Вот вам и пай-мальчик-зайчик!

Мидория медленно выплывал из объятий сна. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Почувствовав движение возле себя, парень скосил глаза набок и едва сдержал порыв отпрянуть. Его взору предстала невероятная картина: сладко спящий Каччан. Руки сложены под щекой, лицо расслабленно-умиротворенное, на коже отпечатался след от подушки. А уж когда тот сладко причмокнул губами и что-то неразборчиво пробормотав во сне, перевернулся на спину, открыв взору профиль, и вовсе немного офигел. Ну как немного… Очень офигел! Постепенно воспоминания минувшей ночи вернулись. Теперь офигевший Изуку превратился в покрасневшего и жутко смущенного. То, что Катсуки вытворял вчера, точнее, уже сегодня… И, самое главное, его – Мидории – реакция… М-дааа… Надо драпать, пока Каччан не проснулся! С этой мыслью Деку дернулся в сторону края кровати, но попытка побега была жестко пресечена рукой Бакуго. Широкая ладонь тяжело опустилась на плечо Изуку, пальцы сжались, фиксируя, но не причиняя боли. Низкий, хриплый со сна голос, приказал: - Стоять! В смысле – лежать! - Но Каччан… Мидория оглянулся на блондина. Внимательный, изучающий взгляд алых ни капельки не сонных прищуренных глаз вогнал его в ступор. Парень почувствовал себя мышонком перед огромной голодной коброй – того и гляди – набросится и съест. Но тут же взял себя в руки. - Каччан, отпусти пожалуйста. Мне нужно в туалет и умыться. – Спокойный тон, никаких резких движений, словно действительно имеет дело с хищником, довольно агрессивным к тому же. Хотя почему «словно»? Блондин сам сказал, что он альфа, среагировавший на омегу. Сейчас в нем как никогда сильны инстинкты. Поймать, присвоить, пометить, сделать своим. Честно сказать, его самоконтролю можно позавидовать – вчера все обошлось поцелуем и несколькими укусами. Катсуки разжал пальцы и медленно убрал руку – еще один плюсик в пользу его контроля. Деку осторожно, выверяя каждое движение, чтобы не спровоцировать нестабильного альфу, прошел в санузел. Покинуть комнату он даже не попытался – бесполезно. Догонят и вернут. Закончив со своими делами, парень замер перед зеркалом. И тихо присвистнул. Нижняя укушенная губа припухла, на шее два укуса, на один из которых наложился небольшой багровый засос. Волосы растрепаны, что, впрочем, нормально со сна. - М-даа… Выгляжу я… - Блядски соблазнительно. Изуку обернулся. Бакуго застыл в дверном проеме, опершись плечом о косяк и сложив руки на обнаженной груди, и изучал Мидорию голодным, откровенно раздевающим взглядом. Деку сглотнул. Взгляд алых глаз тут же переместился на покрытую отметинами шею и Катсуки улыбнулся. Сделав шаг к настороженно замершему Изуку, блондин коснулся кончиками пальцев одного из своих следов. - Хм… мне нравится, как это выглядит… Тут зрачки парня резко расширились, почти перекрывая красную радужку. Рука с шеи резко переместилась на спину, к ней присоединилась и вторая – Каччан крепко обнял зеленоволосого, уткнувшись носом ему в плечо и судорожно вдыхая ставший уже родным запах мяты, лимона и мороза. - Каччан, что?.. - Дай мне минуту. Просто стой и помолчи. – Голос звучал глухо и напряженно. – Не думал я, что это будет так сложно… - добавил уже тише. По прошествии какого-то времени Бакуго резко отстранился, отступил на несколько шагов. Зрачки вернули себе нормальный размер. - Долго я так не выдержу… - Катсуки помассировал виски кончиками пальцев. - Каччан, тебе плохо? Может, сходишь в медпункт? - А? Нет, это ни к чему. Придур… Мммм… Деку, будешь моим парнем? - Ч-что?.. - Вот же ж… Я говорю, давай встречаться? - А… почему? - Что за тупой вопрос? Нравишься ты мне, тянет к тебе так сильно, что едва себя в руках держу. Как взглянешь своими лупалками зелеными, аж наизнанку выворачивает от желания… - Прибить? – ехидно и с легкой долей опаски. - Не перебивай! Выебать, трахнуть, отлюбить до звездочек перед глазами. Пометить тебя всего, чтобы каждый знал, с кем ты. Просыпаться по утрам в одной постели, смотреть, как ты слюни на подушку пускаешь… - Эй! Я не пускаю слюни! - Ой ли? То-то подушка вся влажная была, неужели прорыдал полночи? – Катсуки коротко хохотнул, но быстро опомнился. - А, то есть по остальным пунктам возражений нет? Ты согласен встречаться? - Подожди! Все это слишком неожиданно! Дай мне время подумать. - Агррр! Да что тут думать? Да или нет?! - Не дави на меня! – Сверкнул глазами Изуку. - Вечером я скажу свое решение. - Сегодня вечером? – уточнил Бакуго. Дождавшись утвердительного кивка, продолжил: - Хорошо, тогда до вечера. А пока… Резко притянул к себе Мидорию за ворот футболки и прижался к его губам в неистовом поцелуе. Деку на мгновение напряженно замер, но потом расслабился, приоткрыл рот, впуская язык Каччана, позволяя углубить поцелуй. Тот гортанно застонав, нежно лизнул укушенную им же ночью губу, мягко скользнул по язычку Изуку, сплелся с ним в любовной игре. Напоследок, когда воздух у обоих был уже на исходе, ласково огладил губами поочередно верхнюю и нижнюю губы Мидории. Разорвав поцелуй, прижался лбом ко лбу Деку, прикрыл глаза. Его грудь ритмично вздымалась и опадала, вбирая в себя воздух напополам с запахом Изуку. - Это чтобы лучше думалось. – Голос Бакуго был хриплым. - Ага… Ну то я пойду? - Иди, пока я еще в силах тебя отпустить. Не решившись испытывать далеко не бесконечное терпение Каччана, Мидория подхватил с постели свое одеяло и почти бегом выскользнул из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Катсуки проводил его взглядом. И быстро метнулся в душ – снять напряжение. В штанах было уже до боли тесно – утренний стояк наложился на присутствие Деку, его запах, вкус его губ (блондин на этом моменте усмехнулся – его ведь зубной пастой воспользовался, шельмец), ощущение крепкого, тренированного тела под руками. Под эти мысли и воспоминания хватило нескольких быстрых движений широкой ладони по напряженному члену, чтобы достичь разрядки. Бакуго оперся спиной о стенку душа, подставив лицо тугим струйкам воды, расслабился. Сегодня обязательно нужно выбраться в город, посетить несколько магазинов. Даже если его будет штормить от чужих запахов, он сделает это.