Правда никому не нужна.
25 августа 2021 г., 01:34
— Вова, привет. Я согласна. — почти дрожащим голосом тараторит Тина, и не хочет, чтобы дальше последовали распросы, почему она передумала, ведь признаться даже самой себе было очень сложно.
— Отлично, супер, класс! — с воодушевлением произнёс Завадюк. — И что же тебя заставило изменить своё твёрдое «нет»?
— Пересмотрела свой график. — отрезала Тина. — Тебе и правда это важно?
— Да нет, просто я привык к твоему постоянству в решениях, и даже странно, что тебя не пришлось умолять на коленях… — подозрительно говорил продюсер.
— То есть, мое участие утверждено? Я правильно понимаю? — с ноткой раздражения сказала Кароль, желая побыстрее закончить разговор.
— Да, ну конечно! Первый информационный сбор в пятницу, в понедельник — снимаем первый сюжет. На инфо жду в павильоне, у себя в кабинете. Соберёмся вместе, потом посмотрим, что, куда и как.
— Спасибо, я поняла, до встречи.
— Давай, хорошего дня. — за этим последовали гудки.
Тина наспех убрала телефон в карман пальто и вбежала в здание студии. Она поднялась по лестнице на второй этаж, и, бегая глазами по дверям, быстро нашла нужное помещение.
— Всем привет! — с показной радостью она помахала рукой всем присутствующим музыкантам. — Как идут дела у вас? Как настрой?
— Тина, ты что-то вроде говорила насчёт пунктуальности, а сама опаздываешь на целых двадцать минут! — усмехнулся звукорежиссёр.
— Да, от моей пунктуальности остался лишь след. — добавила Кароль и улыбнулась ему. — Ну что, я думаю пора начать работу! Всем желаю вдохновения.
Десять часов, с перерывом на обед команда создавала настоящую, искреннюю музыку, все помещение наполнялось звуками разных высот, чистыми и объёмными.
С непривычки Тина немного посадила голос под конец работы.
Поблагодарив музыкантов, она отпустила их по своим делам, а сама осталась в студии, чтобы перевести дух и заново привыкнуть к её стенам, вслушиваясь в отголоски пролетавших звучаний.
Весь день девушка вынашивала мысль о том, чтобы пересечься с Даном ещё раз. Хоть и неприязни к этому человеку у неё было предостаточно, она хотела узнать, как он себя чувствует без неё
До сих пор она поверить не могла, что дала добро на участие в новом проекте. Понимала, что от своих слов отказываться не в её правилах, но не могла принять факт, что согласилась на эту аферу под косвенным влиянием Дана.
Постоянно искала «причину почему», всячески оправдываясь тем, что у нее осталась зависимость от игр или что ей не хватает драйва, а лишний адреналин вовсе не лишний. И каждый раз заходя в тупик, проклинала себя за существование привязанности к чёрту по имени Дан.
Чему бывать, тому не миновать
Раз им двоим участвовать в одном проекте, есть причина пообщаться.
Кароль решительно встала с дивана и вышла из комнаты. Прошла по тёмному коридору, в котором даже не проглядывались признаки бурной деятельности музыкантов, лишь из-под одной двери на всём этаже отсвечивала яркая полоска.
Как же было приятно вздохнуть от облегчения, когда пришло осознание, что именно в этой комнате чаще всего записывается Дан.
Не с первой попытки она все же смогла подать знак о своем присутствии по ту сторону двери.
Стук. Без ответа.
Громче. Тот же результат.
После четвертого раза она сдалась.
— Наверное, свет забыл выключить, придурок. — пронеслось в её мыслях.
Девушка прислонилась к двери и стала выводить непонятные узоры ногтем на дереве.
Буквально в ту же секунду, она услышала тяжёлые шаги в сторону входа, и на мгновение пол ушёл из-под ног. Она рвано глубоко вдохнула, будто натворившая делов школьница перед попаданием на ковёр.
— Ох, ничего себе. Тина. — протянул Балан и заглянул ей прямо в глаза, искренне пытаясь найти причину её появления здесь.
— Привет. Я зайду? Хочу поговорить с тобой о проекте. — Тина бесцеремонно протиснулась внутрь помещения, всеми силами пытаясь не налаживать зрительный контакт.
— Ты специально ждала, пока все свалят со студии, для этого? Смешно. — констатировал Дан.
— Ты же знаешь, что меня не было здесь год, нужно восстанавливаться, «омузыцироваться», если можно так сказать.
— Не было год… — задумчиво повторил Дан. — Год…
— Тебе напомнить причину? — Кароль смотрела исключительно в пол, чтобы не выдавать своих реальных эмоций.
— Спасибо, не нуждаюсь в таком одолжении. — лениво проговорил мужчина и стал собирать вещи в рюкзак.
— А ты что сейчас делаешь? — удивилась она.
— Как что? Собираюсь домой уходить. Уезжать. Короче, свалить хочу. — он не стал утаивать правду.
— Класс. — закатила глаза Тина. — Я хотела поговорить, мы с тобой год вообще-то не виделись.
— Почему же год? Всего… эм, — он посмотрел на настенные часы, — всего чуть больше десяти часов.
— Ты сейчас издеваешься? — с раздражением сказала девушка.
— Нет. — пробормотал он. — Я… Ты давай уходи. Домой. Спать нужно. Много, долго, ну…
Кароль услышала какую-то странную интонацию в его голосе, совсем незнакомую и вовсе не приятную.
Она резко подняла глаза на Дана и стала пристально рассматривать его.
— Дан, а что с твоей речью?
— А что не так?
— Что за нелогичность, несвязность, где твоя, блин, дикция? Что ты мямлишь… Подожди-ка. — она подошла ближе к мужчине, почти вплотную, вмиг они оказались лицом к лицу друг к другу. — Наркотики? — опустошенно спросила Тина.
— Экстази. — сразу сдался Дан и на этот раз он опустил голову с громким выдохом.
— Когда? — сдерживая подступавшие слёзы, проговаривала Тина. Тихо, чётко и без лишних слов.
— С того дня, как я потерял с тобой связь, Тина. — он захватил её руку в крепкий замок, сжимая до побеления костяшек. — Триста девятнадцать дней.
— Идиот. — последние слова заставили сорваться капли с её потемневших океанов.
— Ну что ты плачешь? — мужчина неосторожно вытер слезинки с её щек. — Ты же знала, что когда-нибудь я сделаю это, что у меня есть склонность к зависимости. Твоё внезапное исчезновение из моей жизни стало отправной точкой.
— Какой же ты всё-таки безвольный, ненавижу тебя! — закричала Кароль в порыве истерики и оттолкнула его от себя. — Что ты с собой делаешь?! Будто ты не знал как люди вокруг тебя отреагируют! — девушка сорвалась с места к выходу.
— Да не ори ты, блять! Я уже на этапе исцеления. Это раз. — он схватил её за руку и резким движением притянул к себе, закрыв своей второй рукой ей рот. — Истеричка. Расскажи-ка лучше, как тебе там с Хаялом прыгать в постели было? — он неожиданно изменился в тоне, что вызвало недоумение Тины. — Понравилось? Расскажешь каково это клясться в любви мне, и в то же время скакать по койкам хачей? — он силой развернул её податливое тело спиной к стене и крепко прижал за плечи к поверхности, так что боль от такого нажима оглушала.
Тина через силу вдыхала воздух, которого так сейчас не хватало. Молчала, пока Дан высказывал все свои грязные мысли, и сотню раз справлялась с желанием умереть прямо на месте, где стоит.
— Дан, мне больно. Отпусти. — скривилась она, не желая даже попытаться что-либо объяснить разъяренному мужчине под дозой.
Она боялась говорить правду, хотя понимала, что это необходимо. Но сейчас не время.
— А мне, блять, не было больно, когда мне по почте через день приходили кадры ваших кувырков? Мне, блять, не было больно? — он стал откровенно кричать на неё, как на провинившегося ребенка, с каждым вылетавшим словом натиск становился сильнее и всё больше перекрывал доступ к кислороду. Ещё немного до сломанных ребер.
— Что за бред воспалённого мозга? Всё было иначе, он меня заставлял! А про снимки я только что узнала от тебя. Отпусти, прошу. — молила Тина, проговаривая эти слова уже шёпотом. — Мне страшно. — она удерживала вырывающиеся наружу рыдания, чтобы не растравлять его ещё больше.
Она никогда не видела в нём этого зверя.
— Шлюха. Кароль, я до сих пор поверить не могу, что это ты. — он немного ослабил хватку, ещё не осознавая, что она будет бояться его до конца жизни.
— Дан, ты не знаешь подробностей. Ты не знаешь ничего… — её голос дрожал, Тина понимала, что былого доверия уже не вернуть. — Отпусти меня, мне очень больно.
— А что мне нужно ещё знать о тебе? Я всё понимаю. Теперь. Хотя, по тебе и не скажешь. Я не хочу тебя знать. — он резко оторвал руки от её тела и указал на дверь. — Беги к своему содержателю. Встретимся на съёмках.
