Мысли после действия

Она лежала на кровати. Вроде как ничего страшного. С каждым шагом я начинал замечать все больше. — Ну что там? Как она? — он зашёл в комнату. Я не мог ответить. Моё тело онемело, до каждого нервного окончания. Она лежала на кровати, но теперь подавала признаки жизни своим тяжёлым дыхание. Ее руки были в крови, её кровать была в крови, бритва рядом с ней была в крови. Этот день настал сегодня. — Э… Эв. Эвелин… — я сам не понял почему, но я сел на колени. Я слышал, как Хэсти куда-то убежал, что-то начало происходит, но я не хотел этого слышать. Я надеялся услышать хоть одно слово от неё. — Прошу, ответь. Я..— я больше не смог ничего сказать. — Генри. — К удивлению и к счастью, она могла говорить. Ну конечно, это же не горло резать. Здесь запястье. — хах, не поверишь!.. Всё будто из воздуха. Я понимаю, что скоро умру. — Зачем ты это сделала? Эвелин! Посмотри на меня! Эвелин.! — Я не могу видеть, но могу чувствовать… Хах, ты знаешь… Когда умираешь, это… Такое странное чувство. — я обязан что-то сделать, она не умрет, она не должна. Я не хочу чтобы она умирала. Я не хочу, нет!.. — Так интересно… Когда же оно сработает? В комнату забежал Хэсти и Томас с аптечкой и остальными принадлежностями. Я был слишком шокирован, чтобы хоть что-то сделать в тот момент. Лишь спустя время я заметил слёзы. Я не знаю, может Хэсти был прав? Я не уверен. Уже ни в чём. — Хэй! Очень умный человек! Хватит стоять и реветь! Всё уже в порядке! — Хэсти встряхнул меня — Я врач, так что я знаю, что говорю. Ей нужен сейчас покой. Простите конечно, но я заставил вашего дворецкого убрать кровавую постель. — Да. Простите. Хорошо, спасибо… — это как уже, всё уже прошло? Так быстро? — Генри! Тебе вообще сколько лет? Я понимаю, она ещё молодая, глупая, но ты то что нюни распустил? Пошли! — она по всей видимости в отключке, раз он так высказывается при ней в ее комнате. Мы спустились. Он попросил дворецкого принести вина, на этот раз я не отказался. — Как думаешь, почему она это сделала?.. — Что именно? Выжила? — Нет! Почему она хотела умереть?.. — А разве мы это уже не обсуждали? — вот он, хирург. Благословенное спокойствие и собранность в любой ситуации. Я и вправду глуп. Я думал, что я лучше него, но нет. — Так! Эй! Нам тут ещё одного «задумчивого» не хватало! Жива, твоя любимая, жива, успокойся. — Фух слава бог… Стоп что?! — А тебе не нравится, что она жива? — Ты же специально акцентируешь внимание не на том! Ты знаешь что я имел ввиду! — А разве нет? Я же сказал, что я сделал свои выводы. Я твой друг, и я приму любое твое решение, кроме убийств и так далее. Конечно, она не самый прекрасный человек, но человек же. — Я конечно польщён, но я правда не рассматриваю её как нечто больше, чем… Знакомый, человек, я не знаю… — Ага, и глаза просто потели. Колени болели, устали ходить, вот и присели. И боязнь за ее жизнь, просто адекватная реакция человека на смерть плохого человека. — Хэсти, ты не понимаешь… — Наоборот, я то всё понимаю. Это вы друг друга понять не можете. Ладно, я пожалуй пойду. Я завтра ещё приду, посмотрю её состояние. Принесу свои медикаменты. — Хорошо, ещё раз спасибо. До свидания. Он ушел. Спустя время Пул попросил уйти, так как у него был сильный шок. Ему тоже надо отдохнуть, так что я отпустил его. И вот я остался может сам, а может ещё с кем-то. Я поднялся к Эвелин. Она лежала в кровати, Пул успел поменять ей простынь, одеяло и подушки. Она по всей видимости «спала». Глаза были закрыты, но я мог слышать её очень тихое дыхание. Рука была перевязана. Я не помню, что именно Хэсти сделал. Вроде как он зашил рану, обработал и замотал бинтом, но я не уверен. Я уже привычно подошёл к её кровати и сел на колени. Я хочу, чтобы она больше не чувствовала такую боль. Я хочу сделать её счастливой, хотя бы немного. Я не уверен, что она мне нравится, может как человек, но не девушка. Я ещё не знаю. Но в целом то не только все от моих чувств зависит. А она меня наверняка ненавидит, так как сама думала, что я её ненавижу. Я не заметил, как уснул положив голову на кровать к ней. Слёзы выматывают. Хочется спать. Глаза сильно болят.