Лесная дева, или Лаириэль — дочь лета.

— Так вот, слух у меня завидный, и хотя исчезать я, в отличие от некоторых, не умею, мне доводилось выслеживать самую осторожную дичь, так что ежели надобно затаиться, это у меня получается очень даже неплохо. Как раз вчера вечером я незаметно приглядывал за дорогой. Вдруг вижу — выехали из Заповедного Леса четверо хоббитов. Нет нужды повторять, о чём они толковали между собой и со стариной Бомбадилом, но слова одного из них мне запомнились. Он, представьте себе, сказал, что его имя — Беггинс — в Пригорье поминать нельзя, и для всех, кто спросит, он — Подхолмс. Мне стало любопытно, что это за тайна такая. Через некоторое время Бомбадил оставил хоббитов, при этом сказав, что их должны встретить. Они прошли одни совсем немного, остановились на одном из холмиков, оказалось, что это и есть, то самое место на котором их должны были встретить, но там никого не оказалось. Тут из-за дерева вышел человек в зеленом плаще, признаюсь, я его даже не заметил, что уж говорить о хоббитах. Этот человек оказался моей давней знакомой. Скажу честно, не ожидал ее увидеть, хоть кого, но не ее. В детстве мы часто играли, я учил её держать в руках оружие, а она меня — прятаться и убирать следы. Видно Гэндальф решил и ее вытащить. В какой-то момент она посмотрела именно туда, где я затаился. Мне пришлось держаться на дальнем расстоянии от вас, поэтому, о чём вы разговаривали дальше, я не слышал. Я проводил вас до самого селения — через ворота перелез сразу за вами, — ну а потом и в трактир наведался. — закончил Арагорн. Ложиться спать в хоббитские спальни не стали по наставлению Арагорна. Ночью были слышны страшные звуки и крики. Это назгулы вломились в трактир и перевернули комнаты, в которых должны были ночевать хоббиты. Они проткнули матрасы мечами. Рано утром отправились в путь. Решили устроить привал, нашли подходящую для ночлега лощину. Бродяжник ушёл на разведку, а Лаириэль сама не заметила, как уснула. Проснулась она от того, что стало слишком жарко, и глаза слепил свет. Открыв их, она увидела картину, которая заставила быстро прогнать остатки сна. Трое хоббитов: Мерри, Пиппин и Сэм развели костер, при чём не маленький. Это было равносильно тому, если бы они встали и начали орать, что есть силы «мы тут». Девушка вскочила и хотела уже потушить костёр, как тишину разрезал страшный вопль. В следующую секунду из кустов вышел назгул. Он с мечом пошёл на девушку, а позади него появились ещё двое. Девушка приготовилась отбиваться и проорала хоббитам: — Если мы выживем, я с вас троих шкуры спущу! Хватайте поленья с огнём, они боятся огня!!! Хоббиты бросились к костру и схватили каждый по полену. Сама девушка тоже взяла, в одной руке она держала меч, а во второй полено. Назгулы начали наступать. Хоббиты пытались задержать их огнём. Лаириэль встала перед ними и обратилась к призракам: — Если хотите пройти к ним, придётся сначала убить меня. Бой начался. Бой не на жизнь, а на смерть. При этом, на секундочку, назгулов невозможно убить. Лаириэль использовала все силы, периодически она исчезала, но это мало чем помогало. Борьба была отчаянной. Девушка выжимала из себя силы до последней капли. Один из назгулов ухитрился и выбил из руки полено. Девушка готова была упасть, но отчаянно стала биться дальше. Самый большой из этих чудовищ схватил Лаириэль за шею и начал душить. Вдруг его руку будто бы обожгло, он разжал хватку и пронзительно закричал. Девушка упала на землю. Перед тем, как потерять сознание она увидела Арагорна, которой выбежал из-за поворота. Она очнулась из-за того, что кто-то звал ее по имени. Открыв глаза она увидела перед собой Мерри и Пиппина. — Лаириэль! О, слава Эру, ты очнулась! — к ним подбежал Арагорн. Оказалось, что как только Лаириэль упала, Арагорн вернулся и ему удалось прогнать этих тварей. Фродо ранили. Его посадили на одну единственную лошадь и двинулись в путь.