Лесная дева, или Лаириэль — дочь лета.

Несмотря ни на что, Лаириэль решила идти дальше. Она очень привязалась к хоббитам, к тому же встретила давнего друга. Компания шла несколько дней, переодически ветер доносил до них стук копыт, приходилось ускоряться и прятаться. Минул третий день пути. До Дома Элронда оставалось совсем немного. Компания уже начала высматривать место для ночлега, когда сзади донёсся слишком уж памятный, наполняющий сердца ужасом звук — стремительный перестук копыт. Все разом обернулись, но ничего не увидели — приближавшегося всадника скрывал поворот. Бродяжник с Дочью Лета и хоббитами устремились прочь с дороги и спрятались в густом орешнике. Цокот копыт близился, но девушка расслышала мелодичный перезвон колокольчиков. Бродяжник подался вперёд, припал ухом к земле,  лицо его просветлело. Наконец из-за поворота вылетел белый конь. Плащь всадника вился позади, капюшон был откинут, золотые волосы, поблёскивая, струились по ветру. Фродо почудилось, будто фигура всадника светится так же, как и у Лаириэль. Названая выше девушка прошептала: — Эльф. Встала в полный рост и начала спускаться. В это же время Бродяжник сказал: — Глорфиндел. И тоже помчался к нему, а хоббиты за ним. — Это Глорфиндел из дома Элронда. — представил эльфа Арагорн. — Это Мерри, Пиппин, Фродо, Сэм из Шира и Лаириэль из Заповедного леса. — познакомил также Бродяжник своих товарищей. Эльф слегка удивлённо посмотрел на девушку. «Ну отлично, теперь буду для всех как ходячий артефакт… Дочь Перворождённой эльфийки и Старейшего, мало того, что полуэльф, так ещё и вторая половина не пойми что». — передразнила девушка своё происхождение у себя в голове. Дальше пошли в месте с Глорфинделом. Сначала он с интересом поглядывал на девушку, а потом не выдержал и спросил: — Вы ведь дочь Перворождённой? Я прав? — Да, абсолютно верно. Я дочь Перворождённой. Но, тем не менее, я не эльф. — Можно легко понять, кто вы, из вас исходит невероятно много света и силы. Однако вы не хотите считать себя эльфом, почему? — Я не особо люблю рассказывать о своём происхождении. Вы ведь тоже Перворождённый? — Да. Я Перворождённый, из рода эльфийских властителей. Продолжить беседу им, увы, было не суждено, до слуха долетел стук копыт. Все одновременно посмотрели в сторону, откуда донёсся звук. Глорфиндел обратился к Фродо, который все это время сидел на его коне. «Сидел» слишком громко сказано, бедный полурослик из последних сил держался, чтобы не упасть, выглядел он очень бледно, с каждым часом хоббит становился все прозрачнее, все невесомее. Это сильно пугало, потому что если не успеть, то Фродо уже не спаси. Счёт шёл на часы. Чтобы дойти по Разлога, нужно было пройти реку в брод, к ней они как раз и направлялись — Фродо, скачи! Враг настигает! Белый конь рванулся вперёд. Хоббиты побежали по склону следом за ним. Эльф, Арагорн и Лаириэль держались позади. Глорфиндел как-то взволнованно посмотрел на девушку. Арагорн тоже посмотрел и сказал: — Лаириэль, беги вперёд, к хоббитам. — Это ещё почему? — возмутилась девушка. — Так ты будешь в большей безопасности. — ответил Бродяжник — Но я уже сражалась с назгулами! — И чуть не умерла. — «Чуть» — не считается! — не унималась девушка. Арагорн лишь вздохнул, а Глорфиндел не смог сдержать улыбки.  Но в следующию секунду стало совсем не до улыбок. Уже на полпути к броду дальний перестук копыт обернулся грохотом, и на дороге появился Чёрный Всадник. Он осадил коня и застыл на месте, покачиваясь в седле. Вслед за ним появился ещё один. Затем третий, а под конец двое разом. Звук огласил жуткий вой. В переди ответом ему был не менее жуткое завывание. Фродо сказал уже на много в переди. — Стойте, так мы ему не поможем. — сказал Арагорн. — Но что тогда делать?! Они же его вот-вот догонят! — воскликнул Пиппин. — Мы можем ему помочь, смотрите, мы на территории Разлога, земле эльфов. Мы можем позвать на помощь воду. — для хоббитов реплика девушки была совсем не понятна, однако, эльф и Странник поняли, о чём она говорит. Pov Фродо. — Именем Элберет и прекрасной Лютиэн клянусь, — вымолвил Фродо, последним усилием поднимая мечь, — вы не получите ни Кольца, ни меня! Предводитель назгулов, добравшийся уже до середины реки, привстал на стременах и грозно воздел руку. Фродо онемел: язык его прилип к гортани, сердце едва не выскочило из груди. Клинок преломился и выпал из дрожащей руки. Асфалот, конь Глорфиндела, с храпом вскинулся на дыбы. Казалось, в следующий миг первый из Всадников ступит на берег. Но вдруг слух Фродо заполнился ревом неистового потока, увлекающего за собой валуны. Река вспенилась бесчисленными бурунами, и на гребне волны хоббиту привиделись воин на белоснежном коне с пенистой гривой, рядом с ним, прекрасная дева в зеленом, переливающемся платье и золотыми волосами. Дева воседала на белоснежном, с переливоми зелёного, олене. Трех всадников одолевших больше половины брода, попросту смело громыхающим водяным валом. Оставшиеся позади в ужасе убежали. Уже на грани меркнувшего сознания Фродо услышал отдалённые крики, и позади оставшихся на том берегу врагов различил — или ему почудилось — могучую, и хрупкую фигуры, окружённые ярким свечением. Больше Фродо ничего не помнил. Мир вокруг него изчез, он потерял сознание.