Заключённый № 327

Ещё никогда в жизни я так не жалел о своём существовании. Всё произошедшее ночью снежной лавиной накатило на меня спустя пару секунд после пробуждения. Память услужливо предоставила мне все обстоятельства моего позора, заставляя вновь содрогнуться. Минут пять я продолжал лежать, притворяясь, что всё ещё сплю, тем временем обдумывая возможные последствия и правильную линию поведения. Хотя о чём здесь было думать? Собравшись с силами, я с трудом поднялся с кровати и начал её заправлять. Ноги меня почти не слушались, низ спины ломило так, словно вчера меня по меньшей мере отлупили палками. А ещё было такое ощущение, что внутренности вот-вот готовы покинуть моё измученное тело естественным путём. Когда я поднял подушку, чтобы заправить одеяло и положить её сверху, я увидел маленький клочок бумаги. На нём было всего два слова: "Спасибо. Саша". Во время завтрака я сел в самом конце стола, всё время старательно глядя под ноги и избегая смотреть на кого-либо. Кусок в горло не лез, поэтому я просто бездумно ковырял ложкой кашу, когда рядом кто-то сел. Болезненно сморщившись, я уже ожидал худшего, но вместо этого услышал тихое: - Спасибо тебе большое, - оторопело повернув голову, я наткнулся на чистые, голубые глазюки и несмелую улыбку, - я очень благодарен. Не знаю, как и отблагодарить тебя. Я нахмурился и мотнул головой, давая понять, что мне ничего не надо. - А ты правда не можешь разговаривать? - такое откровенное, детское любопытство, что я услышал в мелодичном голосе Саши, просто не позволило мне разозлиться, а заставило поджать губы и утвердительно кивнуть, а после и вовсе слегка улыбнуться. - Я тут подумал, раз это действительно так, то тебе может пригодиться. Порывшись в карманах, блондин извлёк на свет ручку и несколько сложенных вчетверо тетрадных листочков в клетку. Положив их на стол и подпихнув ко мне, мальчишка лучезарно улыбнулся во все тридцать два. - Ну, как ты, наверное, понял, я - Саша. А ты Кирилл? - я утвердительно кивнул. - Приятно познакомиться. Вытащив один из кусков бумаги, а остальные предусмотрительно спрятав в карман, я взял ручку и немного криво написал: "Сколько тебе лет?". Едва мальчишка успел это прочитать, как напротив нас вальяжно плюхнулся Сэми, вырывая из рук Сашки листок. Пробежав глазами по единственной написанной на нём строчке, парень смял его и бросил точно мне в кашу. - Я смотрю, вы тут неплохо общаетесь, голубки? А ты быстро оклемалась после нашего ночного веселья, Кирочка, - я выслушивал это, упорно рассматривая медленно размокающий в моей тарелке кусок бумаги, но руки мои то и дело сжимались в кулаки под столом. Не скрою, мне было тошно и противно от всего произошедшего, и чувствовал я себя весьма подавленно. Но это совсем не означало, что я был готов смириться с подобным положением вещей. Уверенно подняв голову, я посмотрел прямо в зелёные глаза, светящиеся надменностью и самодовольством, а потом плюнул Сэми в лицо. Опешив от такой наглости, он хотел было замахнуться на меня, но, оглянувшись на охранников, вовремя опомнился и лишь утёрся рукавом. Послышалось мерзкое хихиканье его дружков, а рыжий, закрыв глаза и сделав медленный вдох, полыхнул в мою сторону взбешённым взглядом и прошипел: - Если ты думаешь, что тебе это так просто сойдёт с рук, то ты сильно ошибаешься, гадёныш. Ты ещё ответишь за свою дерзость. Я тебя так проучу - жить не захочется. Я физически ощущал, как от Саши, всё ещё сидящего рядом, исходит дикая аура страха, а сам он сжался чуть ли не в комок, но отвести взгляда от пожирающих меня изумрудов я просто не имел права. - Ты умоешься собственной кровью, но уяснишь мои правила. И никто тебе не поможет, - сочащиеся ядом слова эхом разнеслись в моей голове, а Сэми тем временем встал и вернулся к своим парням. - Зачем ты так? - с тревогой в голосе зашептал мне Сашка, когда мы остались в относительном одиночестве. - Они же правда живого места на тебе не оставят! Эти ублюдки никого не жалеют. Я нахмурился, совершенно не сомневаясь в этих словах, но лишь отмахнулся, ободряюще похлопав мальчишку по колену. Не стоило ему ещё и за меня переживать. До вечера меня больше никто не трогал, но с каждой минутой, приближающей отбой, я всё больше напрягался и нервничал. Я был уверен, что расправа над бунтарём не заставит себя долго ждать, и, как бы я себя не успокаивал, здравый рассудок упорно твердил, что теперь я легко не отделаюсь. И о, как же верны были его утверждения! Это была именно одна из тех ситуаций, когда своей правоте радоваться совсем не хотелось. Всё, как обычно, началось после отбоя. Мне уже начало казаться, что это стало моей новой традицией в жизни. Три силуэта, приближавшихся к моей койке, совершенно меня не удивили. В последние секунды я лишь постарался как можно сильнее абстрагироваться, дабы легче перенести всё последующее. Они окружили меня почти бесшумно: слева, между мной и окном, остановился Глеб, сложив руки на груди. Лунный свет бил ему в спину и выражения лица я разглядеть не смог. В ногах стоял Сэми, сцепив руки в замок, а справа был Арсений, разминающий шею и как-то злорадно ухмыляющийся. Досчитав про себя до трёх, я почувствовал, как меня схватили за правую руку и бесцеремонно стащили на пол, заставляя встать на колени. Прямо передо мной стоял рыжий. - Целуй, - беспристрастно холодным тоном выдал он, и я получил сильный удар в затылок, заставляющий меня упасть лицом точно ему в ноги. Наверное, в тот момент самым разумным было бы сделать то, что мне говорили. Просто закрыть глаза на все убеждения и орущую гордость и выполнить. Постыдно, унизительно - неважно. Главное - относительно безопасно. Но, чёрт подери эту настырную девицу высоких моральных принципов, которой я поддался уже второй раз за день, вновь лишь сплюнув под ноги Сэми вместо ответа. Смачный пинок заставил меня отлететь назад, к Арсу, который тут же наклонился, подхватил меня под руки и поднял, оставляя совершенно открытым и беззащитным перед Сэми. Недолго думая, рыжий сделал пару шагов ко мне и от души врезал точно в солнечное сплетение. Дыхание моментально перехватило, а боль раскалённым сургучом прокатилась по всему телу. Согнувшись насколько это было возможно, я натужно захрипел, судорожно откашливаясь. Тем временем на меня градом посыпались следующие удары: в живот, по рёбрам, в лицо. Я быстро обмяк, совершенно не реагируя на побои. Левый глаз практически сразу заплыл, а из рассечённых губ текла кровь, неприятным привкусом железа растворяясь во рту. Удивительно, как все мои зубы умудрились в итоге остаться на месте. Вволю избив меня, Сэми вроде бы отступил, но, как оказалось, лишь для того, чтобы меня снова расположили на кровати, привязав онемевшие руки к изголовью. Очень скоро я оказался совершенно обнажён, но на этот раз мне почему-то не было страшно. У меня было ощущение, что теперь я словно наблюдаю за всем происходящим со стороны. Вернуться в себя меня заставил Глеб, чьё движение я заметил краем глаза. Прежде недвижимый и тихий, точно статуя, теперь он направился к моим ногам. В его руках я заметил что-то вроде детской погремушки. Три внушительных шарика плавно перетекали один в другой, и ещё у этого предмета была довольно длинная рукоятка. С ужасом осознавая, что сейчас произойдёт, я начал истерично дёргать ногами. Тогда сверху на меня сел Сэми, удобно устроившись на животе. Арсений помог ему согнуть мои ноги и получше перехватить их руками так, чтобы я не смог разогнуть коленей или свести их. Зелёные омуты тем временем неотрывно смотрели на меня. Я отчётливо видел в них смесь полной уверенности и злорадного удовлетворения. Тогда я постарался как можно сильнее откинуть голову назад и смотреть только вверх. Проворные ледяные пальцы смело раздвинули мои ягодицы, нащупывая колечко уже разорванных мышц. Через пару мгновений я ощутил прикосновение чего-то металлического к моему проходу. Я рвано вдохнул и лишь до скрежета сжал зубы, когда оно начало входить в меня, вновь раздирая ещё не зажившие раны. Тело против моей воли дёрнулось в судороге боли, и тут же резким движением в меня ввели все три шарика, всё-таки заставляя меня разинуть рот и неимоверно выгнуться. Игрушку начали медленно вытягивать, доставляя невыносимые мучения. Кажется, в тот момент я слышал тихие всхлипывания Сашки. Когда внутри меня остался только один шарик, движение снова поменяло направление, и предмет экзекуции с новой силой проник в меня, но на этот раз уже гораздо глубже. Так повторялось несколько раз, пока я не обессилел и не перестал метаться по кровати, несмотря на прижимающего меня к ней Сэми. Дальше раздался звучный щелчок, и всё прекратилось. Но и это не было концом. Я услышал вздох сожаления Глеба и видел то, как он покинул мою кровать, возвращаясь на своё место. Но матрас в ногах тут же вновь прогнулся, а рыжий наконец отпустил мои лодыжки. Правда, они тут же оказались перехвачены Арсом, который, не тратя времени даром, моментально вошёл в меня, с первых секунд задавая приличный темп. В тот момент, когда его огромный, горячий член вошёл в меня, я был, наверное, даже благодарен Глебу. После его забав это казалось полнейшим пустяком, если бы не одно "но". Сидевший прежде на моём животе, теперь Сэми поднялся чуть выше, стоя на коленях. Его огромное достоинство оказалось прямо перед моим лицом, заставляя меня нервно сглотнуть. Когда я начал мотать головой, он лишь крепко схватил меня за челюсть и с силой надавил на болевые точки, заставляя её непроизвольно открыться. - Только попробуй укусить, и я тебя на лоскуточки порежу, маленькая дрянь, - голос его сквозил такой злобой и ненавистью, что я без колебаний поверил в эту угрозу. Он навис надо мной, упираясь руками в спинку кровати. Его член начал медленно погружаться в глубину моего рта, заставляя слюну выделяться в больших количествах, что только помогало ему скользить внутрь. Обхватив губами атласную плоть, я старался дышать как можно глубже, но по горлу всё равно шли спазмы, что, судя по довольным вздохам Сэми, только доставляло ему удовольствие. С трудом подавляя рвотные позывы, я лишь сильнее сжимал губы, пока он размеренно толкался, вновь тихо порыкивая с каждым проникновением. В то же время Арс, уже удовлетворивший первое желание, пошёл по второму кругу, ни мало не заботясь о том, что его собственная сперма вперемешку с моей кровью потихоньку вытекали из меня. В пылу он начал страстно поглаживать мои ноги и живот, вновь ускоряя темп. А я так и лежал под двумя постанывающими парнями, постепенно приближающимися к разрядке. Не останавливаясь, Сэми запустил левую руку мне в волосы, заставляя теперь двигаться ему навстречу. Языком я чувствовал каждую подрагивающую жилку на его влажном члене. Толчки неожиданно начали ускоряться, вновь заставляя меня давиться, и вскоре мой рот заполнило солоновато-горькое вязкое семя, которое мне пришлось судорожно глотать, чтобы не задохнуться. Рыжий так и провисел надо мной секунд двадцать, пытаясь выровнять рваное дыхание и всё ещё не отпуская моих волос, сжатых в кулаке. В это время кончил и Арсений, тут же лениво сползая с меня. Отвязав мои руки, парни быстро оделись и ушли. Кое-как размяв затёкшие руки, я с трудом подтянул с пола упавшее одеяло и, свернувшись калачиком, моментально вырубился.