Заключённый № 327

Всю ночь я не мог нормально спать. Вместо сновидений была отвратительная мешанина образов, заставлявшая то и дело просыпаться в холодном поту. Ткань неприятно липла к телу, и я каждый раз пытался скорее снова уснуть. В конечном итоге с утра я встал совершенно разбитым. Окружающие встретили меня очередной порцией безразличия и отстранённости. Я ощущал себя по-настоящему пустым местом, когда их взгляды проскальзывали по мне и стремились дальше, не задерживаясь ни на секунду, точно я был всего лишь бездушным предметом мебели и не более. Хотя было бы неправдой сказать, что я желал их общения. Или чьего-либо в принципе. Так продолжалось около четырёх дней, чему я был даже рад. Ведь "отсутствие новостей - это тоже хорошие новости". Меня никто не донимал глупыми расспросами, и, кажется, даже близнецы временно забыли о моём существовании. Я же тем временем увлёкся изучением своих сокамерников, что помогало хоть ненадолго отвлечься от дурных мыслей и разъедающих меня изнутри переживаний. О первой ночи я старательно пытался не вспоминать, дабы не накручивать себя раньше времени и сохранять остатки здравого смысла. Всего нас было одиннадцать человек, считая меня, хотя мест было явно больше. Камера была рассчитана на двадцать, судя по количеству коек. Кровати надо мной, через проход и рядом пустовали. Именно на них падал лунный свет ночью, и я решил, что это просто мешает большинству спать, поэтому они и не заняты. На четырёх центральных местах расположилась так называемая "элита": Арсений и Глеб с моей стороны и близнецы напротив них. Арс, как его все называли, был не очень крупным, но, судя по его широким плечам и хорошо развитой мускулатуре, можно было предположить, что раньше он был пловцом. Смуглая кожа, ежик тёмных волос, тёмно-карие глаза и доброе лицо. Я искренне недоумевал, как он мог связаться с остальной бандой, но лишь до того момента, пока не вспомнил, при каких обстоятельствах мы все здесь оказались. Бывший музыкант Глеб, как я понял из разговоров, был чем-то вроде "научного" советника. Спокойный и неразговорчивый, он чаще наблюдал со стороны за всем происходящим вокруг или читал на своём верхнем ярусе. С близнецами я тоже заочно познакомился поближе. Старший, Сэми, был самым главным. Его полного имени я так и не смог узнать. Весьма открытый и задорный со своими, он почти полностью игнорировал присутствие остальных, в отличие от младшего - Артёма, который то и дело задирал окружающих. Правда, периодически получал за это от брата лёгкие подзатыльники, временно убавляющие его энтузиазм. Ещё заинтересовал парень весьма внушительных размеров в дальнем от меня углу. Серёжа, если я не ошибаюсь. На фоне нас всех он выглядел настоящим шкафом и, пожалуй, был единственным, кого не касалась местная тирания. В ответ он платил полным невмешательством в дела насущные и походил на волка-одиночку, вынужденного мириться со стаей шакалов под боком. Остальные пятеро вели себя слишком тихо и забито, чтобы я смог хотя бы что-то понять о них. Отметил только маленького, светловолосого, щуплого мальчишку лет четырнадцати, который почти всё время читал. Как я понял, он был самым младшим из нас. Но всё хорошее имеет свойство быстро заканчиваться: очередные неприятности не заставили себя долго ждать. И опять всё начиналось почти как в первый день. После отбоя прошёл уже где-то час, по моим представлениям, но сон никак не шёл. Я просто лежал на спине и бездумно всматривался в ночное небо через окно, когда на одной из нижних кроватей в другом конце послышалась возня. Осторожно повернув голову, я прищурился, стараясь разглядеть, что происходит, но это оказалось не так просто с моей позиции. Напрягая зрение до предела, я вдруг заметил белёсую макушку и понял, что это кровать того блондинчика. Сверху его кто-то вдавливал в постель и ладонью зажимал рот, от чего были слышны лишь приглушённые попискивания мальчишки. Честно говоря, я очень испугался за него. Совесть назойливой мухой зазвенела где-то в глубине сознания, но я отчётливо понимал, что не смогу ничего толком сделать, разве что ухудшить ситуацию. Я начал судорожно вспоминать, что же есть такого поблизости, что могло бы дать мне силовой перевес, и даже не заметил, как у койки блондина появилась третья фигура. Сильная рука безжалостно схватила наглеца за шею и грубым рывком откинула с кровати в сторону ближайшей стены. Тело стукнулось головой о шершавый камень и неожиданно заверещало с такой громкостью, словно ему по меньшей мере руку отрезали. - Я предупреждал тебя, ублюдок, чтобы ты никогда не лез к мелкому, - узнал я голос Серёжи. - Мне плевать на ваши дела, но этого я не позволю. В коридоре послышался топот, и уже через мгновение в камере включился свет, а в открывшуюся дверь зашла пара охранников, явно недовольных тем, что их потревожили. Оглядев сидящего на полу и закрывающего ладонями левую часть головы Артёма и стоящего рядом Сергея, они, не задавая никаких вопросов, просто увели обоих из камеры. Свет вновь погас. Но не прошло и пяти минут, как всё продолжилось. С верхней койки спустился Сэми, я был точно уверен, что это именно он. Совершенно в открытую он подошёл к ещё слегка подрагивающему мальчишке и сел у него в ногах, заставляя того отползти на подушку и натянуть одеяло разве что не на голову. Но рыжего это не остановило. Точным движением он схватил блондина за щиколотку и рванул к себе. - Что, боишься? - услышал я вкрадчивый и ласковый, но от того ещё более пугающий шёпот Сэми, когда он навис над несчастным, распластавшимся под ним блондином. Тот зажмурился и ничего не ответил. - Не бойся, малыш, я же тебя не обижу. И тут мои нервы сдали окончательно. Сам не осознавая, что творю, я бросился на помощь мелкому, даже не представляя, что буду делать. На всей скорости, что успел набрать пока бежал, я влетел в Сэми сбоку. Вцепившись друг в друга, скорее от неожиданности, мы упали и покатились по полу. В запале я начал было яростно махать руками и ногами, особо не целясь, но очень быстро оказался прижат и обездвижен. Прямо над моим лицом раздалось злобное шипение: - Какого чёрта ты творишь, идиот?! Что конкретно из моих объяснений в прошлый раз ты не понял? - мощный кулак ударил меня чётко в нос. Перед глазами разлетелся сноп искор, а по щеке потекла струйка тёплой крови. - Я не для того отправил брата в карцер с этим придурком! Я попытался дёрнуться, но ничего не вышло. - В героя решил поиграть? Так я быстро впихну тебе мозги на место! Займёшь его место, сучёныш! Непонятно откуда, Сэми вытащил кусок верёвки, всё ещё удерживая меня на месте. Заведя мои руки за голову, он ловко опутал их и тут же привязал к ножке ближайшей кровати. На меня начала накатывать паника, и я вновь попытался ударить рыжего ногой. У меня даже получилось задеть его, но это лишь прибавило Сэми ярости, и он, не церемонясь, спустил с меня штаны. Краска залила моё лицо, и я с остервенением начал дёргать руками, сдирая кожу до крови в безрезультатной попытке высвободиться. Приспустив шорты и силой раздвинув мне ноги, Сэми навалился на меня, для затравки давая почувствовать его возбуждение. Отчаиваясь что-либо изменить, я явственно ощутил бедром вставший, слегка подрагивающий член. Прямо перед моими глазами блеснул оскал парня, пальцы его грубо впились в мои ягодицы, и в следующее мгновение непередаваемая боль прошила всё моё существо. Ощущение было таким, что меня просто пытаются разорвать на части. Раскрыв рот в крике, я захрипел, извиваясь всем телом, пытаясь хоть как-то отстраниться и облегчить свою участь, но рыжий не дал мне этого сделать, притягивая к себе и делая ещё один толчок, заставляющий меня почти потерять сознание. И ещё один. Я молился о спасении от этого кошмара, а непрошеные слёзы ручьями текли из моих глаз. Я физически ощущал каждую разорванную мышцу и жаждал скорее провалиться в пучины забвения, только бы не быть здесь и сейчас. Член, безжалостно вторгающийся в меня, казалось, стал ещё больше чем прежде, а движения стали ускоряться. Дыхание Сэми уже сбилось, и, навалившись всем весом, он тихо порыкивал мне в ухо, раз за разом вторгаясь всё глубже. Крепко прижимая меня к себе, парень неосознанно впился зубами в моё плечо, ошалело толкаясь в меня. Казалось, ещё один миг, и он прокусит его до мяса. Но вместо этого я неожиданно почувствовал, как по моим ногам потекло что-то вязкое и тёплое, а Сэми ослабил хватку и лишь сдавленно выдохнул. Быстро поднявшись и натянув шорты, он проворно отвязал меня и, не сказав ни слова, ушёл, так и оставив лежать на полу. Сознание моё было готово взорваться. Боль, унижение, обида и стыд переполняли. Тело совершенно не слушалось, и лишь через пятнадцать минут я смог кое как доползти до кровати и забраться на неё, в мгновение ока забываясь спасительным сном.