Say It Out Loud

/ / В субботу Найл приглашает всех оторваться, потому что у него никого не будет дома. Каждый знает, что он просто боится оставаться один, но Найл уверяет, что это «вечеринка». Лиам и Зейн входят, взявшись за руки. Луи оказывается перед Лиамом, его глаза хитро блестят, и Лиам пытается исчезнуть. — О-о-о-о, Ли-и-а-ам, — Луи следует за ним в гостиную, захлопывает дверь и опирается на неё спиной, чтобы Лиам не мог сбежать. Лиам сдаётся и разворачивается к нему. — Ну? — говорит Луи, скрестив руки на груди. — Что ну? — спрашивает Лиам, но по цвету его лица ясно, что он прекрасно понимает, чего хочет Луи. — Ты забрал драгоценную девственность Зейна? — с укором произносит Луи и смеётся над смущённым кашлем Лиама. — Да, — Лиам осознаёт, что ему не позволят уйти прежде, чем он ответит честно. Луи вдруг становится серьёзным. — И как? — Боже, Луи, ты хочешь знать детали? Луи одаривает его крайне скептичным взглядом. — Это было хорошо, ясно? Теперь дай мне уйти, пожалуйста. — Просто хорошо? Их прерывает грохот распахнувшейся входной двери и вопль Гарри, извещающий о его появлении. От Лиама не ускользает то, как быстро внимание Луи обращается на громкий голос младшего парня. — Слушай, я счастлив, пока Зейн счастлив, я просто приглядываю за ним, — говорит Луи, и Лиам улыбается. — Тебе лучше идти, пока Гарри не перевернул дом вверх дном в поисках тебя, — ухмыляется Лиам, и Луи демонстрирует ему средний палец, но всё равно исчезает из комнаты. Лиам трясёт головой, но не может прогнать с лица улыбку и присоединяется к ребятам на кухне. Гарри и Найл шарят в холодильнике, а Луи сидит на столе и пинает Гарри по заднице каждый раз, когда тот наклоняется, чтобы заглянуть на нижние полки. — Где Зейн? — спрашивает Лиам, замечая отсутствие своего парня. — Он пошёл проверить почту на компьютере Найла, потому что его сломался на прошлой неделе, — объясняет Луи и пинает Гарри так сильно, что тот утыкается лицом в коробки с замороженной пиццей. — Давайте поиграем в Mario Kart, — предлагает Найл и с охапкой разнообразной еды направляется в гостиную, Гарри следует за ним с оставшимися закусками и напитками. Луи и Лиам приходят чуть позже и с головой окунаются в соревнования Rainbow Road. Через несколько раундов и тысячу похвал восхищённого Найла Лиам замечает, что Зейн ещё не вернулся. Он выходит из гостиной и идёт в комнату Найла, где находит Зейна за компьютером. Его пальцы стремительно летают над клавишами. Лиам кладёт руку Зейну на плечо, оповещая о своём присутствии. Парень подскакивает на стуле, но не оборачивается, чтобы узнать, кто пришёл. Прикосновения Лиама он знает наизусть. Лиам опускается на колени, чтобы посмотреть, что так привлекает внимание Зейна, и видит длинную переписку Зейна с некой Моной Лайман. Лиам не имеет понятия, кто она, но по лицу Зейна можно ясно понять, что она ему не слишком нравится. «В чём дело?» — спрашивает Лиам, но Зейн игнорирует его и лупит по клавишам так, словно они — его злейшие враги. Лиам пытается потрясти Зейна за плечо, но это лишь раздражает его ещё больше. Терпение Лиама заканчивается, и он встаёт между Зейном и компьютером, полностью заслоняя экран. Он делает самое сердитое лицо, на которое только способен, и ждёт, пока Зейн оттолкнёт его или ударит. Или расскажет, в чём дело. Злость Зейна исчезает, когда он смотрит на Лиама, погрязшего в тщетных попытках выглядеть рассерженным, и его плечи расслабляются. «Это доктор, которая должна заниматься моим имплантатом. Я не понимаю, чего она хочет», — наконец объясняет Зейн, и напряжённость возвращается в его позу, когда он говорит об этом. Лиам ждёт продолжения. «В смысле, они сказали, что операция планируется на апрель, а теперь она сообщает, что нужно ждать дольше, и отказывается говорить причину». «Дай мне взглянуть», — Лиам оборачивается и бегло просматривает письма. Он хмурится на некоторые из них, эта женщина явно скрывает от Зейна какую-то информацию, избегая его вопросы, вроде тех, что о причине переноса его операции. «Потребуй, чтобы она сказала тебе! Это для тебя, у тебя есть право знать», — Лиам снова поворачивается к Зейну, Зейн нервно теребит зубами нижнюю губу. Он дотягивается до клавиатуры через плечо Лиама и набирает очередное сообщение. Лиам осторожно следит за его взглядом. Он точно может сказать, что Зейн чувствует себя виноватым за такую требовательность, но они оба знают, что так правильно. Зейн отправляет письмо и тычется носом в шею Лиама, нетерпеливо вздыхает и провоцирует мурашки, бегущие по коже Лиама. Гарри кричит снизу что-то о том, что Найл — мудак, и Лиам подскакивает от неожиданности. Зейн отстраняется и смотрит на экран, где загорается оповещение о новом сообщении. «Она говорит, что у них большая очередь и что я не в приоритете», — сообщает Зейн с явной болью во взгляде. Это задевает что-то в Лиаме, и он резко встаёт. «Где найти контакты этой женщины?» — спрашивает Лиам. Он меряет комнату шагами и слегка пугает Зейна. Зейн щёлкает по ссылке и указывает на страницу, где крупными яркими цифрами дразнится номер её телефона. Лиам запоминает его и вылетает из комнаты на кухню, где находится телефон. Он понимает, что Зейн идёт следом и поворачивается к нему спиной, чтобы Зейн не мог читать по губам. После десятого гудка на том конце провода снимают трубку. — Здравствуйте, офис доктора Лайман, — представляется грубоватый голос. — Я бы хотел поговорить с доктором Лайман, пожалуйста, — говорит Лиам и чувствует, как Зейн дёргает его за локоть. Он пытается вырвать руку, но старший парень не пускает. — Могу я узнать, кто звонит? — Нет. На том конце раздражённо фыркают, потом раздаётся короткое «Подождите», а затем в динамике начинает звучать оперная ария. Дверь, ведущая в гостиную, открывается, и входит Найл со стаканом колы, с любопытством глядя на Зейна и Лиама. Зейн висит на руке Лиама, пока тот делает вид, что пытается пройти сквозь стену, упираясь лбом в обои и прижимая к уху домашний телефон. — Что происходит? — спрашивает Найл, и Лиам оглядывается, виновато улыбаясь ему. Прежде, чем он отвечает, опера заканчивается и он слышит голос. — Здравствуйте, чем могу помочь? — Я звоню по поводу Зейна Малика, — коротко говорит Лиам. Ему не нравится голос женщины из телефона. — О, хорошо, кем вы ему приходитесь? — Я его... брат, — решает Лиам, зная, что они не выдадут информацию кому-то постороннему. Он слышит, как Найл бормочет: «Мощно», но игнорирует это и продолжает игнорировать Зейна. — Ладно, чего вы хотите? — Ну, честно говоря, мне интересно, почему вы решили, что год — недостаточное время ожидания операции, которая перевернёт его жизнь, и почему он не в приоритете? На линии тишина, Зейн тянет его за локоть, и Лиам затылком ощущает, что за ними следит уже не только Найл. Всё это лишь больше злит его. — В смысле, мы понимаем, зачем ждать так долго. Много времени занимает подготовка и прочее, но теперь вы должны быть готовы принять его, и он абсолютно точно должен быть в приоритете. Вам нужно объясниться, зачем откладывать операцию на ещё больший срок. Задушенный звук, который он слышит, издаёт, кажется, Луи, и он прижимает трубку ещё крепче к уху. — Ну, мистер Малик, Зейн — особый случай, и нам нужно всё тщательно подготовить. Кроме того, нужно убедиться, что он сможет заплатить сумму целиком прежде, чем мы начнём лечение. Челюсть Лиама отвисает. — Дело в деньгах? — Простите, мистер Малик? Ещё чуть-чуть, и пластиковая трубка треснет в кулаке Лиама. — Его... Наши родители занимаются этим, в чём проблема? — Честно говоря, они затягивают с платежом. Они всё ещё должны нам две тысячи фунтов. — И они их отдадут! Это не значит, что операцию надо сдвигать! Мы же не собираемся сбежать, не заплатив сразу же, как только ему установят имплантат! — восклицает Лиам. У него не осталось ни капли терпения. — Успокойтесь, сэр! Условия таковы: сначала оплата целиком, потом операция, — у женщины пронзительный, визгливый голос, и Лиам в ярости. — Я поговорю с его... нашими родителями и перезвоню завтра, и клянусь, вы поднимете ваши задницы и проведёте операцию тогда, когда должны, не позже, — почти рычит Лиам и вешает трубку, не желая слушать дальше. Он переводит дыхание и поворачивается. Зейн смотрит на него растерянно и раздражённо, трое ребят стоят, оперевшись на стойку, и смотрят на Лиама огромными круглыми глазами. «Э, привет, озаботишься рассказом о том, что только что произошло?» — удивлённо интересуется Зейн, принимая во внимание злое лицо Лиама. «Ничего особенного, но твоя операция в апреле, не беспокойся об этом». Теперь Зейн выглядит совершенно потерянным, и Лиам отмахивается: «Я расскажу позже». — Господи, Лиам, я не знал, что ты способен на такое! — вопит Гарри и таращится на Лиама с ужасом. Луи хихикает, Найл воспроизводит что-то, похожее на кудахтанье. — Клянусь, вы поднимете ваши задницы и проведёте операцию вовремя, — повторяет Луи, Гарри и Найл взрываются хохотом, и Лиам тоже смеётся, развеселённый собственной вспышкой гнева. «Погоди, ты сказал так ей?» — Зейн выглядит обалдевшим, и Лиам медленно кивает, вдруг осознавая, что наверняка зря влез в это. Зейн разражается громким смехом и крепко целует Лиама, смеясь с остальными. Ребята передразнивают злость Лиама весь оставшийся вечер. ~~ Той же ночью Лиам звонит Зейну домой, не ставя Зейна в известность. Он разъясняет Трише проблему с доктором Лайман, и она звучит очень взволнованно. — Это очень дорого, и мы заплатили столько, сколько смогли, нечестно, что они пытаются заставить его ждать, — вздыхает она, и Лиам сидит в тишине, ожидая продолжения. — Это сложно, потому что отец Зейна не очень хочет выделять деньги, — тихо признаётся она. Второй раз за день Лиам начинает выходить из себя. — В каком смысле? — спрашивает он, рассматривая себя в зеркале в ванной Найла, где он прячется. Ему определённо не нравится это выражение лица. Молчание мамы Зейна ему тоже не нравится, но ей не нужно больше ничего говорить. — Это из-за меня, — шепчет он и почти чувствует, как вина кислотой разъедает его изнутри. — О нет, милый, это не... — Не лгите. Снова тишина, и глаза Лиама наполняются слезами. — Нет, пожалуйста, не вини себя, мы можем оплатить операцию, не волнуйся, — Триша пытается успокоить его, но Лиам не обращает внимания. — Это ужасно, Зейну нужна операция! Я не должен быть препятствием! — Слушай, Лиам, — голос Триши вдруг становится строгим. — Мы собираемся оплатить это, ни ты, ни Зейн не сделали ничего неправильного, так что успокойся, это моё дело, ясно? Ты просто должен быть там, где нужен ему, и я больше чем уверена, что ты будешь, так что будь добр, милый, дай мне позаботиться об этом. Лиам вздыхает и несчастно кивает, выключая телефон и роняя его на подоконник. Он начинает паниковать: неужели он правда перечеркнул все шансы Зейна на операцию? Что если отец Зейна откажется платить? Что если, что если, что если? Прежде, чем он подвергается реальной панической атаке, кто-то стучит в дверь. — Ты в порядке, приятель? — зовёт Луи. — Да, сейчас приду, — откликается Лиам, умывается холодной водой и выходит из ванной. — Точно всё нормально? — спрашивает Луи, глаза сужаются, когда он видит, какой Лиам бледный. Лиам кивает и одаривает его самой светлой улыбкой. Луи кажется удовлетворённым этим и заходит в ванную, захлопывая за собой дверь. Лиам воссоединяется с остальными в гостиной и падает рядом с Зейном. Он пытается игнорировать вину, которая скручивает его желудок, когда Зейн кладёт голову ему на плечо, улыбаясь со всей любовью, на которую способен.