Пыль и раны

Билли нервно поглядывал то на наручные часы, то на настенные, будто бы на одном из циферблатов стрелки двигались быстрее, а вот кое-кто — нет, заставляя Бутчера недовольно топтать ногой и сдерживать внутренний гнев. Блять, да где его вообще носит?! Майк будто специально испытывал его терпение, хотя знал, что сегодня очень важный день для шефа! А МакКойда нужно лишить звания «лучшего работника месяца», хотя он вообще пока был единственным! Билли недовольно двигал челюстями, готовый взглядом расплавить наручные часы, как двери скрипнули, приоткрывшись, а в церковь проскользнул запыхавшийся Майк. Наконец-то, блять! Вот так неожиданность! Билли дёрнул подбородком, но сдержался, только требовательно протянул к МакКойду ладонь. — Ты принёс? — Да… — отдышавшись, Майк выпрямился; он держал в руках картонную коробочку с прозрачным оконцем, чтобы кое-кто мог увидеть свой съедобный новый сюрприз. — Мне… Мне Селена дала. — Меня твои сексуальные похождения не интересуют, — отмахнулся Бутчер, забирая заказ: на этот раз вегетарианская зелёная фея по просьбе Бутчера приготовила жабный хлеб и маленьких лягушат — всё это было с разными сладкими начинками, ведь ему, как будущему мужу прекрасной булочки, нужно было задобрить её отцов, а они от выпечки Селены были в восторге. Жалко, что начинку из цианистого калия она забраковала; но и так Билли доволен: клубничные, шоколадные капкейки-лягушата и огромная жаба с фруктовым миксом — чтоб у них слиплось всё; месть должна быть сладенькой! Майк густо покраснел, опустив голову, и Билли хмыкнул: ах, сукин сын, везде успел! Билли, конечно, поебать на их личную жизнь, но вид смущающегося Майка прямо разжигал в нём огонь любопытства. Но расспрашивать… не в стиле Бутчера, но стоило донести до МакКойда безобидную шутку, как тот открылся, как ёбанная шкатулка, спалив все свои секреты. Блять, с ним явно нельзя идти в разведку! — Ну… у нас всё прекрасно, — гордо выпрямился Майк, всем своим видом показывая, что он альфа-самец — единственный, во всём Гаттерби. — Лучик просто… восхитительна! — Я же сказал: мне похуй на ваше домашнее порно, — Билли открыл коробочку, вдыхая ароматную выпечку; отцам Линды точно должно понравиться. — Я понимаю, что Селена — фея, но не надо говорить мне, что она делает с твоей волшебной палочкой, усёк? — Да, шеф, — улыбнулся Майк. — Я не стану. — Вот и поговорили, ловелас, — фыркнул Билли, косясь одним глазом на Майка. МакКойд опустил голову, сложил руки за спиной и шаркал носком ботинка по полу; ему точно хотелось похвастаться. Нет, нахер; вот у Билли всё только начиналось, а он не хотел портить аппетит перед основным блюдом — булочки Линды пониже спины требовали, чтобы их замесили в более пышное тесто. А если положить между них колбаску, м-м-м… Кстати, о них! Билли совсем забыл, что приготовил для папаш Линды пару своих фирменных сосисок, а также сделал мясные чипсы, добавив секретную формулу приправ; попробовав их, папаши булочки выставят их молодых за дверь и скажут не возвращаться, пока они не поженятся! Идеальный план! Билли не нравились отцы Линды, но надо всё-таки с ними пойти на контакт. А там… Так и быть, он подарит им внучков — маленьких сладеньких лягушат, прямо как их мама, и красивых, как батя — Билли почесал подбородок, чуть ли не урча от удовольствия от собственных мыслей. Как же роскошно всё складывалось! — Шеф, — обратился к нему Майк; всё-таки не выдержала душа поэта. — А? — К нам приходил Хэнк, — МакКойд сунул большие пальцы рук в карманы джинсов. — Что-то пидрила к вам зачастил, — отметил Бутчер. — Ну… Он исправляется… Вроде как, — сам Майк не верил, что говорил это. — Он пришёл как-то к Селене с букетом цветов и коробкой конфет и извинился тогда за то, что, ну… был с ней груб. — А она что? — Простила. Мы же друг друга с самого детства знаем. — Да ёб бы ты свою фею! — Но, шеф… — Без подробностей! — строго напомнил Уильям. То, что Селена и Майк счастливы, его не ебёт, а вот что пидрила начал в воздухе переобуваться… настораживало. Бутчер уверен, что люди не меняются, а сынок-пидорок шерифа вообще на первом месте этого правила находился. Он определённо что-то задумал! Да и тогда, когда он заглянул в церковь, Билли совсем не обрадовался, но он всё же успокоил своего внутреннего мясника и думал только о хорошем, например — о милой булочке с корицей по имени Линда Линч, к которой он намеревался пойти прямо сейчас. Билли пригладил волосы, даже не глядя в зеркало, уверенный, что выглядел как сексуальная фантазия булочки, сошедшая с обложек «Playboy» версии городишки Гаттерби, но с подобными деталями стоило помолчать. Собрав всё необходимое, готовый сворачивать как горы, так и шеи некоторым уебанам, Бутчер в приподнятом настроении уже намеревался не просто идти, а бежать к домику своей возлюбленной, но затормозил у входной двери, оборачиваясь к Майку. Блять, вот он же ничего без поджопника Билли не может! Бутчер фыркнул, повысив голос: — Чего встал?! Кто заготовки делать будет? Я тебе не за это плачу, чтобы ты прохлаждался! — Шеф… — выпрямился МакКойд, чуть ли не честь отдавая Бутчеру; солдат, может, из него будет получше, чем повар… Нет, бред какой-то! — К вашему сведению, я жду мисс лучик. — А она тебе зачем? — Она обещала принести сладкие пирожки с черешней, — отвечал Майк. — Ясно… Вот не может он без Селены и секунды прожить, влюблённый пиздюк; Билли осклабился, одной ногой переступая порог на улицу — так и быть, пусть немного передохнёт в ожидании девушки, но потом, если по возвращению Бутчера он обнаружит, что запланированное количество заготовок не сделано, то пусть пеняет на себя. Но Билли будет нежным с Майком… Иначе потом фея сама разделает его если не на стейки, то в своём стиле — нашинкует в капусту. Хотя, блять, Селена всех порежет в мелкий кубик, если с этим бородатым доходягой что-то случится. Так что… пусть живёт. Пока МакКойд не сильно бесит — это главное. — Пиздюк, — позвал у Билли. — А? — Одна просьба: оставь мне парочку. — Есть, шеф! — отдал честь Майк, улыбаясь, и Билли, каким бы грозным гризли он себя не показывал, криво усмехнулся в ответ. Все и так знали, что он уже давно стал медвежонком Линды Линч. Постояв ещё немного и понаблюдав, как МакКойд готовится к работе, Уильям махнул рукой и, прижав к себе подарки-взятки, направился уже по знакомой пыльной дороге к дому, который из-за Линды стал для него практически родным. Осталось только задобрить отцов девушки, и дело в шоколаде.

***

Билли, по правде, предполагал, что встреча с отцами Линды не будет похожа на ебучую сказку из рекламы готового завтрака «Lucky Charms». Но надо думать о хорошем — именно так себя успокаивал Бутчер, когда поднимался по ступенькам крыльца; ох, не видеть булочку целые сутки — просто невыносимо! Пусть они и договаривались встретиться немного позже, но час — это много, потому что Билли хотелось уже сейчас! Потоптавшись на входном выцветшем коврике, он свободной рукой постучался в двери, отойдя на шаг; открывать с первого раза — да хуй там! Видимо, это особая привилегия для избранных! Постучавшись ещё раз, Билли наконец-то услышал долгожданный звук — замки открывались один за другим, и когда дверь слегка приоткрылась, вместо чудесной, милой девушки его встречал старый сморщенный скот. Улыбнулся хотя бы, дряхлая перечница, а то смотреть тошно. — Чего надо? — сухо спросил родной папаша Линды, готовый в любой момент хлопнуть дверью прямо перед лицом Бутчера. — Булочку с авокадо, — сквозь зубы ответил Билли. — Моей дочери нет дома, — продолжал одноглазый хер. — Что, намекаешь, чтобы я уёбывал отсюда? Не получится, — Билли стоял на своём. — Подожду булочку тут, если мне надо будет. — Джон, прекрати вести себя, как уёбок — смотреть тошно, — в их не самый приятный диалог вклинился молодая версия бати Линды, который на фоне одноглазого — модель из рекламы дорогих мужских трусов. Хорошо, что он имена этих двоих запомнил, а то Линде не понравится, если Билли будет звать их «уебок-один» и «уебок-два», — у нас же гости! — Этот гость посягнул на самое дорогое!.. — О, как заговорил, — засмеялся Бен, открывая двери шире, — птенчик, конечно, самое святое, но ты же не сможешь опекать её вечно. — Если этот тип что-то выкинет, — Джон сложил руки на груди, стреляя своим слепым глазом в сторону Бена, — я ему такое устрою!.. — Да, мы уже поняли, — Бен закатил глаза, — а ты заходи, раз уж птенчик тебе рада. Она скоро вернется — пошла к соседке, забрать свой фен. Хорошо, что не к какому-нибудь уебану, ведь если Билли узнает, что у него появился конкурент на сердце и жопку Линды, на одного жителя Гаттерби этой ночью станет меньше. Бутчер сразу же направился на кухню как полноправный хозяин этого дома и поставил на стол свои подарки, предназначенные для этих… прекрасных папаш лучшей девушки на свете. Комплименты для этих пидрил на зубах скрипели сахарными кристаллами, но надо показать себя с лучшей стороны, иначе им не то, что свидание — свадьба не светит! И похуй, что Билли из-за своих чувств опять всё перепутал. А всё-таки начинку из цианида надо было взять; на всякий случай. — О, как мило, — держа руки за спиной, Бен с любопытством рассматривал расставленные коробки. — Опять лягушата? — Жабы, — буркнул Билли, поправляя мужчину. — Вы родители самой прекрасной булочки на свете, а отличить жаб от лягушат не можете! — Простите великодушно, — саркастично улыбнулся Бен, — но я профессионал в другой сфере. Например, во вкусной кухне. Джон? Линч материализовался на кухне за спиной Билли, как ёбанный сатана; когда Бутчер обернулся, то увидел в руках Джона здоровенный тесак, и выражение лица у Линча было таким, словно он собирался разделать самого Билли. Молча, как маньяк, он подошёл к столу и резко вогнал остриё тесака прямо в деревянную доску. Думал запугать? А хуй ему с маслом за шиворот! Бутчер закатил рукава, забирая тесак с разделочной доски, фирменно улыбаясь Линчу, который не дрогнул ни одной из своих морщинок; вроде он родной батя Линды, а генетически характер на булочку не передался, и это Уильяма особенно радовало. — Знаешь, — не дождавшись, Бен развернул один из капкейков и принялся вгрызаться в его пышный бок; крошки тут же посыпались на стол, — надо в следующий раз заказать торт. Огромный такой торт в виде зелёной жабы с начинкой из чёрной смородины, потом клубники или с заварным кремом… Билли всё понял, принял и мысленно записал в свой список того, что больше всего нравится его булочке; он разрезал самую большую хлебную жабку на ровные треугольники, поправив Бена: — Да, свадебный торт! Который мы с Селеной приготовим собственными руками! — А если кто-то из нас против? — невозмутимо произнес Джон Линч. — Вы не так давно знакомы. — Тебе напомнить, когда вы с Киарой поженились? — нет, Бен однозначно ему нравился больше; он хотя бы пока был на стороне Билли. — Неважно, — Джон сконфуженно отвернулся; ему явно неприятно об этом говорить, — и к чему это в итоге привело? Я смог быть рядом со своей девочкой, когда она совсем повзрослела! — Ну, птенчик уже давно не маленькая, — капкейк Бена был уже съеден наполовину, — так что отпусти её в полёт, строить своё семейное гнёздышко. — С ним?! — Джон указал на Бутчера. — С ума сошёл?! — А есть у тебя на примете кандидатура получше? — Ну… — Джон почесал затылок. Хорошо Бен его подъебал, папаша даже заткнулся, правда, ненадолго. — Я не собираюсь ограничиваться одним Гаттерби для Линды. Она явно достойна лучшего! — Ещё сынка шерифа предложи… вот уж завидный жених. — Уебать? — услышав знакомые имена, Билли зло дёрнул кадыком. — Охуели совсем! Да я… — Эй, успокойся, — Бен положил руку на плечо Бутчера, — никто в тебе не сомневается. Птенчик только и щебечет, что о тебе. Так что всё в порядке. Слова Бена мгновенно произвели на Билли расслабляющий эффект: если Линда рассказывала папашам о том, как Бутчер хорош, то это вселяло веру в лучшее. Если Бен, судя по всему, в целом принимал его, то вот дряхлый комод-слепошара всеми фибрами души излучал полнейшую ненависть к Билли Бутчеру. Ну, если так, то у Линды в любом из исходов останется один папаша, ничего страшного. Но у Билли оставалось последнее средство против вредности Джона Линча; когда мужчина достал пластиковые контейнеры и открыл их, по всей кухне разнёсся аромат сочного пряного мяса. От такого не только слюнки текли, но и голова кружилась! — Я надеюсь, что готовишь мясо ты хорошо, — буркнул Линч, садясь напротив Билли, — узнаю, что моя девочка голодает, и я… — Джон, хватит, — осадил Бен, — пожалуйста, ешь молча, а то твое ворчание портит аппетит. Билли положил на салфетку свой фирменный хот-дог; так и быть, он решил смилостивиться над папашами Линды ради неё и не добавлял перечный соус на миллион сковелей. Классическая сосиска в тесте, политая соусом из горчицы и кетчупа, но с особым тайным ингредиентом, который на своей прекрасной шкурке почти каждый день ощущала на себе Линда, ведь любовь творила чудеса! А ещё она вдохновляла на новые свершения, а сейчас — пробуждала жажду убийства, потому что если Джон не сотрёт со своего ебала это скорбное кислое выражение лица, Бутчер за себя не отвечал. — Не подавись, — кое-как Уильям сдержался, чтобы это «не» не проглотить. Линч скептически взял в руки хот-дог с самодельной колбаской. Если Бен насел на сладкое, заедая всё кусочками мясных чипсов, то Линч строил из себя дохуя эстета и критика, придирчиво принюхиваясь к еде. Блять, как у такого пидора в дочерях оказалась такая прекрасная девушка? Ответ, похоже, Уильям никогда не получит. — Из чего это? — прищурившись, спросил Линч, и у Билли зачесалась рука от желания схватить тесак. — Ешь уже! — не выдержал Бен, и Джон, закатив глаза, сделал свой первый укус. Бутчер надеялся, что он тут же откинется, но нет — уёбок медленно жевал, прислушиваясь к ощущениям. Потом укусил еще раз. И еще. Съев хот-дог и облизнув пальцы, на лице Джона — Билли ещё не ослеп, галлюцинациями не болел, ему не могло померещиться, — появилась скупая улыбка. — Это… Это было приемлемо. — Нихуя…- выдохнул Бутчер. — Папаша, ты не заболел? — Похоже на то, что мне мама готовила в детстве, — Джон Линч расслабился и пододвинул контейнер с хот-догами к себе поближе, — не так вкусно, конечно, но сойдет. — Потому что мясо, приготовленное вот этими талантливыми ручками, — скромно изрек Билли, — тает во рту, а не в гробу. — Сильно сказано, — засмеялся Бен. — Дай-ка я тоже попробую. Билли хмыкнул, видя, как папаши любимой накинулись на его стряпню; значит, в следующий раз надо приготовить побольше, чем Бутчер и займётся, но сейчас его мысли занимала Линда. Потому что компания старперов ему наскучила. — Молодой человек, — от такого обращения Линча Бутчер немного так охуел, — ваши блюда вкусны, но это ничего пока не меняет. — Вот ты любитель переобуваться на ходу, — засмеялся Бен, но Джон его не слушал. — Но этого мало, — Линч скрестил руки на груди, — чтобы заслужить моё, лично моё доверие, — он особенно выделил значение себя любимого, искоса поглядывая на Бена, — стоит ещё поработать. — Над жопой твоей дочери? Я постараюсь, — широко улыбнулся Уильям, надеясь, что старик отъебётся, но, похоже, сегодня был не его день. — У нас там крыльцо надо подкрасить, — начал перечислять Джон Линч, загибая пальцы, — починить трубопровод, почистить камин, подклеить плитку в ванной… Билли закатил глаза; да понял он, нехер такие жирные, как шериф городка, намёки кидать. Бутчер засучил рукава: кое-что под присмотром отцов Линды он сделает, а потом возьмётся и за остальное, чтобы и девушка порадовалась тому, что её роскошный мужик таки нашёл доступ к сердечкам её папочек. Вдруг от охуевания с прямых рук Бутчера Джон Линч от радости не выдержит и прямым рейсом отправится в мир иной? Нет, Билли никогда не желал никому плохого, но если будет продолжать заёбывать — больше колбасок не принесёт никогда. Услышав шаги в холле, все немного напряглись, но, стоило увидеть Линду, как атмосфера на кухне стала в разы дружелюбнее. — Я вернулась, — улыбнулась девушка. Она, одетая в лёгкую голубую футболку с логотипом «Harley Davidson» и коротких джинсовых шортах, вошла на кухню и по очереди обняла своих папаш. А вот когда Линда подошла к Бутчеру, который изголодался по своей малышке, обняла его за шею, трогательно прильнув к груди. — О, это всё мне? Как мило! — умилилась она при виде капкейков. — Милая, твой парень просто находка, — улыбнулся Джон. Походу, он в край ебанулся, раз говорил такое. — Я очень за тебя рад, — ответил он, и Бен кое-как сдерживался, чтобы не захохотать в голос. Билли решил подыграть ему и, схватив любимую за ягодицу, потерся подбородком об её щёку. Пусть выглядело со стороны вульгарно, но когда Бутчеру было не похуй? Он любил, и хотел, чтобы все знали, что для него значила Линда. — А я рад, что у тебя такие хорошие родители, — улыбнулся Билли, утонув в объятиях своей девушки. — Тебе с ними очень повезло. Бен и Джон обменялись ироничными взглядами; кажется, что они наконец-то поймали общую волну, и раз их объединяла Линда, то они пойдут на любые компромиссы, чтобы их девочка была довольна.