Не герой

— Норико! Нори, совсем страх потеряла?       Подскакиваю на кровати — е-мае, зачем так будить? — и не понимаю, куда смотреть. Это не моя кровать, не моя комната, и… какая-то женщина в дверях. Тоже не моя. Азиатской внешности, кстати. И длинные, красные волосы ей даже шли, а цвет глаз я не рассмотрела — болотный или темно-серый. Неплохой такой закос под Кушину, только лицом не похожа, больше мою учительницу напоминает. Забавно. — Нори!       Уф… как странно. Эту женщину я будто знаю давно — она такая… такая родная, даже до теплоты и спокойствия в душе. И… чем дольше я на нее смотрю, тем сильнее ощущается: она — это «своё». Только вот ни имени, ни причины ее существования рядом со мной нет — незнакомка есть незнакомка, даже если очень даже знакомая. — Чего уселась? У тебя поступление в академию, забыла что ли? А ну бегом умываться! — она упирает руки в бока и смотрит по-домашнему строго. — А… ага.       Не-е, нет. Не подумайте, я просто в шоке. Женщина, которую моё «я» тихо, ненавязчиво зовет мамой, показывает кулак и уходит. А я растерянно сижу и думаю… Каким это вообще образом Соня, которая должна завтра садить картошку, телепортировалась… сюда? Так еще и должна в какую-то академию поступать.       Нет, ну мне школы хватает. И семья тоже есть, второй не надо. А ситуация, кстати, смутно знакомая. Прямо как в фанфиках. А что там персонажи делают, когда с таким сталкиваются? Бинго!       Зеркало находится быстро — висит себе спокойно на стене. И мне уже пора составлять ему компанию в этом деле, потому что «боже мой, что происходит?» Либо это дикий сон, либо переселение душ — это реально.       Какая-то слишком маленькая девочка, — спасибо, что не мальчик, — уж точно не старше восьми. Отдельный поклон шевелюре. Непослушные, топорщащиеся, короткие… и, самое главное, — красные, внимание, красные волосы! И челка с отросшими прядями между глаз — прямо как из аниме. В комплект — светло-серые глаза и смешное удивление в них. — Нори, хватит копаться! Мы опаздываем, — кричит ма... кричит женщина из соседней комнаты. — Хорошо!       Машу отражению в зеркале и, не удержавшись, кручусь в разных позах. А потом, — ой, — заходит мама и ахает так, что ясно сразу — мне надо делать ноги. Только вот на ругань времени нет; она копошится рядом с расческой, помогает одеться и торопит выходить. — А завтрак? — грустно и разочарованно спрашиваю, едва поспевая за быстрой ходьбой.       Нет, ну правда! Обещала накормить, сказала, вон, умывайся, кушай… а теперь что? Теперь — иди с первой космической непонятно куда, непонятно с кем и даже непонятно кем! Ало, Норико, ты тут? Я тут твою жизнь арендую, ты в курсе? Хотя даже не умирала и обрядов не проводила. — Боже, Нори. Такое серьезное дело, а ты в облаках витаешь. Не стыдно? — Неа. Не стыдно.       А что? Поимела наглость омолодиться года на четыре, а маме подерзить нельзя? В смысле, не маме, а женщине, которая временно ее заменит! Да.       Останавливаемся мы у кучи детей. Видимо, они тоже в академию. Шумят, во все глаза осматриваются, волнуются. И я это волнение подхватываю, проталкиваюсь в самый центр, а ма присоединяется к другим родителям. — Смотрите, началось, — шикают рядом.       Гул стихает быстро, и все жадно кого-то рассматривают. А мне не видно, — ребята спереди реально великаны, — зато слышно. Типичные речи об учебе, упорности, трудностях жизни и… «Воля Огня»? «Шиноби»? Чево?       Нехорошо мне. Сердце стучит так, что любой сосед позавидует. Ноги слабеют, вот-вот подкосятся, а по ушам проходится гул - шок накрывает с головой, отзываясь ноющей болью в грудной клетке. Не может быть. Не может... просто не может быть! Мне что, ждать теперь встречи с богом, призркаком или Системой? В любой случае, мне конец - в «мир Наруто» просто так еще никто не попадал… — У тебя сейчас глаза выпадут.       Легкий толчок в плечо. Я моргаю, возвращаясь в реальность, и растерянно оборачиваюсь... чтобы снова словить панику, сердечный приступ и недостаток кислорода. Темноволосый мальчик, а если быть точнее - Обито, чешет затылок не менее растерянно и склоняет голову набок. — Эй, ну ты чего? Я не знаменитость. — Знаменитость… — только и успеваю прошептать.       А потом толпа детей двигается. Все расходятся, толкаются, и я теряю Учиху из виду. Слабость и легкое головокружение мешают думать; на чистой инерции я одеревенело плетусь за остальными.