План–Z

9 января 1995, Большой зал, Хогвартс.

      Гарри сидел за столом во время завтрака и вполуха слушал свою подругу, которая рассказывала ему что-то о рунах. Он то и дело бросал взгляд на пустующее рядом с Паркинсон место. Конечно, девушка и раньше пропускала завтраки, особенно, если всю ночь сидела за книгами или работала над каким-нибудь ритуалом. Но они не виделись больше недели, и Гарри очень надеялся, что встретит её до начала занятий.       — Гарри, прекрати сейчас же! — прошипела Гермиона прямо ему на ухо. — За последние пять минут ты взглянул в сторону стола Слизерина раз десять. Если кто-нибудь это заметит, то могут начать задавать ненужные вопросы.       — Ты права, прости… Я просто… — парень не знал, какие лучше подобрать слова.       — Увидишь ее еще на обеде или ужине. Совместных уроков у нас сегодня нет, но зато завтра история магии, трансфигурация и зелья. Сразу три совместных урока.       — Да, точно.       Но тревожные мысли преследовали гриффиндорца весь первый урок, а на втором они лишь усилились. После травологии с пуффендуйцами в расписании стоял УЗМС совместно со слизеринцами. Кейтлин на него не ходила, так как выбрала другой предмет для изучения. Однако две её подруги посещали данный урок.       — Я, конечно, очень люблю Хагрида, но его соплохвосты просто невозможны… — причитала Гермиона, когда Хагрид в очередной раз заставил их присматривать за своими любимцами.       Но Поттер снова её не слушал. Внимание парня привлек расстроенный и даже встревоженный вид Паркинсон и Монкли. Девушки стояли чуть дальше от своих сокурсников и напряженно о чем-то перешёптывались. Идея возникла в его голове спонтанно…       — Даже не думай об этом! — возмутилась Гермиона, схватив друга за руку, когда тот двинулся в сторону слизеринок. — Задумайся хоть на минуту, как это будет выглядеть!       — Гермиона, что-то произошло. Я не понимаю, как это чувствую, но всем нутром ощущаю что-то нехорошее. Я должен все разузнать.       — Гарри, я не первый день в школе. И заметила, что она довольно часто пропускает уроки или не появляется в Большом зале. Мне кажется, ты просто напридумывал лишнего.       — Ты не понимаешь…       — Так объясни мне! Прошу!       — Я не могу принять это решение в одиночку. То, что я расскажу, касается не только меня. Ты и так не должна была даже догадаться о том, что мы общаемся.       — Ну, с её стороны проколов не было, а вот ты слишком часто на неё пялился.       — Гермиона, пожалуйста… — взмолился Гарри.       — Ладно, — девушка прикрыла глаза. — Мантия с собой? — Гарри тут же кивнул. — Спрячься за меня, я скажу, когда ты можешь её накинуть.       Парень так и поступил. Гермиона подождала, пока все от них отвернулись, и подала парню сигнал. Гриффиндорец тут же накинул на себя мантию-невидимку.       Он сделал небольшой круг, чтобы никого не задеть, и приблизился к Пэнси и Агнес. Девушки все так же стояли вдалеке от своих друзей и даже не притронулись к соплохвостам.       — … это в её стиле, — услышал он обрывок фразы Агнес.       — Да, я знаю. Но её вещей нет, в комнате она не появлялась, как и на завтраке. Её вообще, похоже, не было в школе! — Паркинсон напряженно сжала кулаки.       — Пэнси, это ведь не в первый раз. Она постоянно пропадает из школы, и вы не раз с ней ссорились по этому поводу. Кейтлин чётко дала понять, что её семейные дела нас не должны касаться, а ты продолжаешь приставать к ней с расспросами. «Где ты была?» «Почему тебя не было на уроке?»       — Но в прошлые разы она всегда появлялась в спальне после каникул, а сейчас даже вещей нет.       — Может, родители решили продлить ей каникулы. Она хорошо учится, знает всю программу наперед. Почему бы и нет?       — Я не знаю…       — Почему ты так переживаешь? — Паркинсон непонимающе взглянула на подругу. — Я имею в виду, что Кейтлин не самый приятный человек. Она поссорилась почти со всеми на факультете, а те, кто с ней не в ссоре, стараются держаться подальше. Её ничего не интересует, кроме семьи и науки, а ты упорно продолжаешь к ней лезть. Поэтому мне и непонятно, почему ты так переживаешь, что она постоянно пропадает?       — Ты вечно в своих книгах…       — Так же как и Куин! — Агнес постепенно теряла терпение.       — Вот только Кейтлин прекрасно видит, что происходит вокруг, а ты — нет.       — Не понимаю, почему это важно?       — Как-нибудь выдели время, оторвись от книги и понаблюдай за ней. Только не на уроке или в гостиной, а в нашей спальне.       — Зачем? — удивилась рыжая волшебница.       — Потому что мне кажется, она не дома пропадает! Как можно вернуться из дома и быть настолько уставшей, что засыпаешь прямо в одежде? А всё то количество зелий, что она пьет? Я видела парочку. Восстанавливающее, заживляющее, а иногда зелье сна-без-сновидений.       — Она говорила, что занимается семейным бизнесом вместе с отцом. Так что логично, что домой она ходит не поспать, — возразила Агнес.       — Откуда тогда у неё вечные синяки и порезы?!       — Что? — глаза рыжей волшебницы резко расширились.       — Я тебе этого не говорила, но как-то раз она вернулась из дома посреди ночи. Я тогда проснулась, потому что она сбила что-то со своей тумбочки, но виду не подала. Агнес, она еле стояла на ногах, а когда сняла кофту, я увидела, что вся её спина была покрыта синяками и мелкими порезами. Раны явно были свежие… — последнее Пэнси произнесла практически шёпотом.       — Но откуда?.. — девушка задумалась. — Думаешь, это родители с ней так обращаются?       — Сомневаюсь, вспомни, как её отец отреагировал на то, что в его дочь запустили Непростительным, — Агнес кивнула. — Мне кажется, она врет не только нам, но и родителям. Если отталкиваться от этого, то она вполне могла сказать семье, что на каникулы останется в школе…       — А сама вляпалась в очередные неприятности… — закончила мысль Пэнси Агнес.       — Да, — кивнула слизеринка, — поэтому я и нервничаю и, знаешь, ты не права…       — В чём?       — Она специально рассорилась со всеми на факультете для того, чтобы к ней не лезли и не копались в её делах. Она ведь хорошая, а то, как она ведет себя со всеми, — напускное. Я уверена!       — Не знаю… Хамоватая выскочка, как и многие на слизерине, — пожала плечами рыжая волшебница. — Мы ничего не можем сделать. Если поднять шум, спасибо она нам не скажет, когда вернется. Связаться с её семьей возможности нет. Можно, конечно, подойти к Снейпу и попытаться узнать всё у него. Но Кейтлин говорила, что он её прикрывает, поэтому вряд ли скажет нам правду.       — Ты права, мы можем только ждать, — нахмурившись, кивнула Паркинсон.       Поняв, что девушки больше не скажут ничего интересного, Гарри поспешил отойти от них подальше. Он снова сделал большой круг, чтобы вернуться к Гермионе и ни с кем не столкнуться. Подойдя к подруге, он аккуратно сжал её локоть, давая понять, что вернулся, и встал за спиной гриффиндорки.       — Снимай, — скомандовала девушка, и Поттер тут же скинул мантию. — Ну что? Узнал что-нибудь?       — Да! Но давай я позже тебе все расскажу? — ответил Гарри и кивнул в сторону Хагрида, который направлялся в их сторону.

* * *

      — Не знаю, Гарри, я все ещё не вижу причин для паники. Пэнси права, возможно, она просто задержалась с родителями где-нибудь.       Гарри и Гермиона обсуждали подслушанный разговор. Парень не стал упоминать, что девушка часто покидает школу и что как-то раз даже вернулась израненная. Он посчитал, что если эта информация просочиться, то может навредить Кейтлин.       — Но я согласна с тем, что она не такая, какой хочет казаться. Я поняла это еще на Чемпионате мира, когда она вступилась за меня перед Малфоем.       — Ну, она, скорей, просто решила над ним поиздеваться…       — Да, она хотела, чтобы это таковым казалось. Я слышала, что кто-то стоит за деревьями, и показалась она только тогда, когда Малфой решил задеть меня. Хотя пришла задолго до этого, а когда я её поблагодарила… Всего на пару секунд, но с её лица как будто спала маска.       — С того момента ты стала к ней присматриваться?       — Да. Я… — девушка нервно заламывала руки.       — Что тебя беспокоит?       — Я знаю, что вы с ней близки и ты знаешь её намного лучше. С тобой она может вести себя совершенно иначе, быть настоящей…       — Но?..       — Гарри, она манипулятор. Причем очень хороший.       — Я не понимаю, о чем ты? Кем она манипулирует?       — Мне кажется, что всеми. Впервые я поняла это в ситуации с Малфоями. Она весь год ругалась с Драко, тыча его в то, что он наследник древнего рода, а знаний и умений — ноль. Затем она ткнула в это Люциуса, причем очень грубо и агрессивно. А в этом году у Драко улучшились оценки, он изучает руны, нумерологию, арифметику. Он перестал ругаться с… ты понял.       — Хочешь сказать, что она специально вывела их на конфликт, чтобы Драко взялся за голову? Но зачем?       — Без понятия. Но присмотрись, он как будто повзрослел и даже к тебе стал меньше цепляться. А Пэнси и Агнес? Они же единственные в Слизеринце, кто не надел те ужасные значки с твоим изображением.       — Она его тоже не надела.       — Ещё бы, — девушка закатила глаза. — С учителями она тоже несильно церемонится. Грюма она специально взбесила, но не знаю, ожидала ли, что он кинет в неё Круциатус…       — Не ожидала, — тут же кивнул Гарри.       Тут он и сам прекрасно понимал, что это была провокация и манипуляция. Причем прекрасно выстроена, кроме последнего пункта в виде пыточного.       — Снейп на её стороне, как и половина учителей. На кого-то она надавила, кого-то заболтала. Мне кажется, они и сами не заметили, как допустили то, что она занимается совершенно посторонними вещами на уроках. Готовит не те зелья, читает не те книги. Таких мелочей полно, не думаю, что смогу сейчас все вспомнить.       — Ты серьезно подошла к вопросу… — протянул Гарри, поражаясь, насколько наблюдательная у него подруга.       — Просто она меня очень заинтересовала. — виновато призналась гриффиндорка.       — Чем же?       — Тем, что несколько раз вступилась за тебя и за меня, незаметно, если не задуматься, можно этого даже и не понять. Но при этом, похоже, терпеть не может Рона.       — Пф… Будто её можно в этом винить, он всегда первый начинал к ней цепляться. Да и она слизеринка, они все там хитрые манипуляторы.       — Уверен? Назови мне хоть одного четырнадцатилетнего студента, способного так пудрить мозги. Причем не только детям, но и преподавателям.       Гарри нахмурился.       — А ещё… У неё явная паранойя.       — Объясни.       — Она всегда всё держит под контролем. Если в комнате что-то меняется или появляется новое лицо, она сразу же это отмечает, а потом снова возвращается к чтению. Она проверяет еду и напитки на яды, незаметно, но постоянно, и всегда держит при себе палочку.       — Они у всех всегда рядом.       — Но как часто мы достаем их при громких и резких звуках? А она будто всегда ожидает нападения, и это в школе! Причем в одной из самых безопасных. Но при этом вспомни, как она вела себя на чемпионате. Мы все были до жути перепуганы, даже Малфой. Как бы он не старался показать, что все происходящее ему нравится, руки у него тряслись. Она же пошла в самое пекло как ни в чем не бывало. Будто это не в первый раз, будто постоянно это делает. И либо у неё с головой не все в порядке, либо я не знаю, что за чертовщина с ней творится.       — Насколько я знаю, её семья долгое время скрывалась от врагов. Возможно, родители привили ей эту чрезмерную осторожность?       — Тогда зачем она пошла прямо к пожирателям? В самую гущу событий? Если они всю жизнь прятались и учили её осторожности, Мерлина ради, зачем она туда полезла?       — Я не знаю. Но, Гермиона, я чувствую, что она никому не желает зла. Да, характер у неё сложный, да и секретов куча. Однако мне рядом с ней спокойно и комфортно.       — Я верю тебе и уже говорила, что буду на твоей стороне. Но просто будь осторожнее.       — Разумеется.       После этого разговора Гарри еще долго анализировал все, что делала или говорила Кейтлин. Ему пришлось признать, что странностей было предостаточно. Девушка действительно прекрасно манипулировала окружающими.       В самом начале их общения девушка редко что-то рассказывала или объясняла парню. Взять хотя бы ситуацию с Петтигрю. Она же сразу поняла, что с этой крысой что-то не так, но не сказала об этом Гарри. Она дала ему много литературы и заставила самого разбираться в этом. Но тут парень понимал, что в то время он вряд ли бы поверил Куин на слово и самым простым вариантом что-то ему доказать или объяснить было дать книги.       Она недоговаривала, скрывала, заинтересовывала его, заставляла снова и снова возвращаться к ней за ответами и задавать новые вопросы. Все это привязывало парня к ней и он уже не мог без их встреч и общения. Но было ли это плохо? Гарри не знал.       Спустя месяц обучения в школе девушку полюбили все учителя и без проблем дали третьекурснице доступ в Запретную секцию, чего раньше никогда не происходило. Как она так ловко крутила взрослыми волшебниками гриффиндорец тоже не мог понять.       С Сириусом было проще. Его слабостью был Гарри, манипулировать им было слишком легко. Всего одно напоминание, что у парня, кроме него, никого нет, и Блэк не покидает Куин-мэнор на протяжении года. Жестоко и отвратительно, но, несмотря на это, крестный жив, здоров и радуется жизни на относительной свободе.       Слизеринка смогла провернуть свои махинации даже с Дамблдором и Грюмом. Спровоцировала неадекватного преподавателя, чтобы тот применил против неё заклинание, а затем выдвинула директору ультиматум: «Профессор Грюм остаётся на своей должности, но посещать его занятия я не буду. Вы официально меня от них освободите». Чем не блестящая манипуляция «самым светлым и сильным волшебником последнего столетия»? При этом Гарри не раз наблюдал, как Кейтлин манипулировала даже собственными родителями, что казалось совсем странным.       Когда Гарри начал анализировать это и множество подобных примеров, то сильно напрягся. Манипуляторов в его жизни было предостаточно. Учителя, родственники, директор, да и общество в целом. Все что-то ждут, всем от него что-то нужно. Но особенно сильно на их фоне выделялся, конечно же, Дамблдор.       В этом году он четко осознал, что чудом дожил до четвертого курса. Послать Хагрида вместе с Гарри в Гринготтс за философским камнем? Серьезно? Гарри очень любил полувеликана, но не назвал бы его человеком, который способен держать язык за зубами. Полоса препятствий, которую смогли преодолеть первокурсники. Как, дементор её раздери, она смогла бы остановить самого сильного тёмного волшебника последнего столетия? А поощрение в виде тонны дополнительных баллов за то, что они нарушили сотню школьных правил?       Второй курс был не лучше. Тёмномагический артефакт, гуляющий по школе в течение года, и никто не заметил? Зато Поттера под мантией-невидимкой старик прекрасно замечает. Что бы не вытворял Гарри, его всегда прикрывал директор. Будь то полёт на машине, нарушающий статус о секретности, походы в Запретный лес, прогулки по школе после отбоя или то же сражение с василиском. За всеми своими приключениями Гарри чувствовал руку директора. Как будто он сначала создавал ему проблемы, а потом сам же и вытаскивал из них. Вот только ничего хорошего ему это явно не сулило. Он его защищал, ругал, хвалил, но за всем этим гриффиндорец ощущал фальшь, подобные манипуляции парня не устраивали. Вот только что он может с этим сделать?       Почему после всего этого он не бежит от Кейтлин? Ведь она умела заболтать не хуже Дамблдора. Гарри задумался.       Да, девушка не привыкла с кем-то советоваться или рассказывать о своих планах. Она просто делала так, как считала нужным. Ни одно её действие не причинило гриффиндорцу вреда. Даже наоборот, все что она делала приносило ему только пользу. Он стал умнее, трудолюбивее, сильнее. Он, черт возьми, справился с драконом! Все заклинания, что Гарри использовал на арене, он выучил благодаря Кейтлин. О невиновности Блэка он узнал с её помощью. Да, она сделала это весьма странно и заковыристо. Но где гарантия, что скажи она ему все прямо, он бы ей поверил или вообще выслушал?       Игры Кейтлин не приносили Гарри никакого вреда, пока это остается таковым, он готов с этим мириться. Возможно, девушка просто не умеет действовать иначе, хоть парень и не понимал, как такое может быть.

10 января 1995, Хогвартс.

      Ко вторнику девушка так и не появилась в замке. Это было видно и по пустому месту за слизеринским столом, и по напряженной Паркинсон. В этот день первым уроком у них стояла история магии, и на нём Кейтлин также не появилась. Профессору Бинзу, разумеется, было на это откровенно плевать. Гарри думал, что даже если бы никто не пришёл на урок, он как ни в чём не бывало продолжил бы его вести.       На зельях ничего необычного не произошло. Место слизеринки все так же пустовало, и Снейп никак не стал это комментировать. Он лишь пропустил имя девушки, когда отмечал присутствующих.

* * *

      — Мисс Паркинсон, не подскажете, где ваша подруга? — спросила профессор Макгонагалл. Последним уроком во вторник у них была трансфигурация, и вот тут ситуация изменилась.       — Она… Я… Она просто… — Пэнси мялась, не зная, что ответить. Она не ожидала, что кто-то будет интересоваться у неё отсутствием Кейтлин. Насколько Гарри понял, обычно Снейп заранее предупреждал учителей о её прогулах.       — Её что-то задержало? — профессор удивленно вскинула брови.       — Н-н-е-ет, профессор, — неуверенно протянула Паркинсон.       «Снейп не предупредил МакГонагалл, что Куин нет в школе? Но как так вышло? Или он устал прикрывать Кейтлин?»       — Так где она? — настаивала профессор.       — Я не знаю, профессор, — ответила девушка и виновато опустила голову.       — Вот как. Что ж… тогда начнём урок.       Дальше все шло без каких-либо неожиданностей. Они начали проходить новую тему, и большую часть урока профессор объясняла им теорию. Гарри уже не терпелось выйти из класса, чтобы обсудить всё с Гермионой. Несмотря на то, что теперь гриффиндорка на всех занятиях сидела рядом с ним, говорить о Кейтлин во время урока, когда их мог кто-то услышать, не собирался.       Как только урок закончился, Гарри дождался, пока подруга соберет все свои вещи и потащил её подальше от толпы. Они обсудили урок, дождавшись, когда коридор опустеет, Гарри поднял беспокоящую его тему.       Но не успел парень и рта открыть, как из-за угла послышались шаги, а еще через пару секунд они услышали голос своего декана.       — Северус, подождите секундочку, — услышали гриффиндорцы, и чужие шаги тут же стихли.       — Что-то случилось, Минерва? — раздался холодный, безразличный голос.       — Да. Меня беспокоит одна из ваших подопечных. Правильно ли я поняла, что мисс Куин не вернулась в школу после зимних каникул?       — Верно.       — Меня это начинает беспокоить. Я понимаю, что девочка умна не по годам и школьная программа для неё слишком проста, но это не причина для столь наплевательского отношения к учебе.       — Насколько мне известно, это не её прихоть. На каникулах мисс Куин сильно подорвала здоровье и сейчас находится дома под присмотром семьи и их семейного колдомедика.       — Мерлин… — испуганно протянула МакГонагалл. — Я и понятия не имела! Это что-то серьезное?       — Её отец сообщил, что сейчас опасности для жизни нет…       — Но она была? — в голосе профессора трансфигурации отчетливо слышался испуг.       — Как я понял, да. Мистер Куин попросил меня приготовить для Кейтлин пару зелий, чтобы она могла быстрее восстановиться.       — Почему именно тебя?       — Потому что я Мастер зельеварения и, как декан Кейтлин и её учитель, не смогу причинить ей вреда. Мистер Куин весьма щепетильно относится к безопасности своей семьи.       — Что ж, это определенно имеет смысл. Директор знает?       — Он как раз вызвал меня к себе. Скорей всего, хочет обсудить со мной тот же вопрос, что и ты.       — Тогда не буду тебя больше задерживать, и передавай Кейтлин мои пожелания о её скорейшем выздоровлении.       — Обязательно.       Снова послышались шаги, и друзья, понимая, что Снейп сейчас увидит их и поймет, что они подслушали разговор, испуганно переглянулись. Недолго думая, Гарри вытащил мантию-невидимку, накинул на себя и Гермиону, а затем толкнул девушку в нишу и шагнул вслед за ней.       Гриффиндорцы замерли, молясь Мерлину, чтобы декан Слизерина не заметил их и не снял баллы. Но Снейп, похоже, так спешил к Дамблдору, что даже не повернулся в их сторону, а просто пролетел мимо.       — Гарри, стой! — негромко попыталась остановить его подруга, когда парень рванул вслед за зельеваром.       — Я буду осторожен, — заверил он подругу, и, вырвав запястье из руки Гермионы, побежал за профессором.       Гарри приходилось практически бежать, потому что Снейп шёл слишком быстро, он буквально летел по коридорам замка. Гарри старался не приближаться к нему слишком близко, чтобы зельевар не услышал его шагов, но и из виду не терял.       Только у самых ступеней, ведущих в кабинет директора, гриффиндорец остановился. Снейп уже взбежал по винтовой лестнице и скрылся из виду. Ступени не исчезли, поэтому Гарри позволили себе на секунду задуматься: «А стоит ли так рисковать?» Он прислушался к своему дару, и он явно подталкивал парня к рискованному поступку.       Однако Гарри понял, что хочет как можно больше узнать о том, что произошло с Кейтлин. А директору Снейп явно расскажет больше, чем МакГонаггал. Прерывисто выдохнув, парень ступил на лестницу и уже через считанные секунды оказался перед закрытой дверью в директорский кабинет.       Гриффиндорец спрятался в небольшой нише прямо рядом с массивной дверью и присел. Между полом и дверью был небольшой промежуток, через который пробивался свет и звук из кабинета.       Гарри успокоил своё дыхание и прислушался к разговору.       — С ней приключилось что-то серьезное? — услышал Гарри голос директора.       — Не могу знать. Мистер Куин лишь упомянул, что опасности для её жизни больше нет, но в школе какое-то время она не появится. А так же он просит меня о помощи, — чуть тише добавил Снейп.       — О помощи? Чем ты можешь им помочь?       — Мистер Куин просит меня приготовить для Кейтлин некоторые зелья.       — Почему именно тебя? Вы общаетесь?       — Нет, но думаю, он понимает, что будучи деканом факультета, на котором учится его дочь, я не могу причинить ей вреда. Да и я Мастер зельеварения, а зелья, что им нужны, сложны в приготовлении.       — Верно… — протянул Дамблдор. — Причинить вреда ты не можешь… — Гарри готов был поклясться, что услышал в его голосе нотки разочарования.       — Семья Куин влиятельна в Магическом мире, они помешаны на собственной безопасности и защищают себя всеми возможными способами. Вряд ли найдется хоть кто-то, кто рискнет навредить им.       — Но думаю, враги у них все же найдутся, не зря же они так пекутся о своей безопасности.       — Вполне возможно.       — Что ж, думаю, что наш долг — помочь нашей студентке. Ты мог бы варить зелья и передавать их мистеру Куину.       — Боюсь, что этот вариант не подойдет. Джейсон Куин настаивал на том, чтобы все зелья я варил исключительно в их лаборатории и только из их ингредиентов.       — Это уже немного походит на паранойю…       — Он дорожит своей семьей, не удивительно, что он выдвинул такую просьбу.       — Да-да, конечно… У меня будет к тебе поручение, — директор ненадолго замолк, а потом продолжил. — Присмотрись к семейству Куин. Хотелось бы знать побольше о столь необычной семье.       — Вы просите меня шпионить за ними, пока я буду готовить зелья?       — Ну что ты, конечно же нет… — протянул директор, но от Гарри не укрылись лживые нотки. — Просто присмотреться. Узнать о них побольше. Очень уж они интересны и необычны.       — Сделаю все, что в моих силах.       — Тогда я освобождаю тебя от вечерних дежурств по школе, чтобы ты мог…       Дальше Гарри не стал слушать. Поняв, что разговор подходит к концу, он аккуратно поднялся и поспешил спуститься вниз. Столкнуться со Снейпом в тесном коридоре при таких обстоятельствах было равносильно самоубийству.       Как только гриффиндорец спустился по винтовой лестнице, он огляделся и, убедившись, что никого нет, стянул мантию-невидимку и поспешил на ужин в большой зал.       Гермиона, разумеется, уже ждала его там и жутко переживала. Она постоянно вскидывала голову в надежде наконец-то увидеть в зале своего друга. Как только гриффиндорец показался в дверях, она облегченно выдохнула.       — Гарри, ты просто невыносим! Как ты мог выкинуть что-то подобное?! Ты хоть представляешь, что было бы, если Снейп тебя поймал? — налетела на парня гриффиндорка, как только тот сел рядом с ней.       — Меня никто не видел, — заверил её Гарри и виновато улыбнулся. — И я смог узнать что же тут происходит.       Поттер практически шепотом пересказал подруге подслушанный разговор, упустив только тот момент, где директор приказал Снейпу следить за семейством Куин.       — Знаешь, каким бы противным ни был Снейп, он все же потрясающий зельевар. Кто-кто, а он точно сможет ей помочь, — вынесла свой вердикт Гермиона.       — Возможно…       Гриффиндорец помнил, что зельевар на стороне Кейтлин, ведь девушка не раз об этом говорила. Но вдруг, выбирая между студенткой и директором, Снейп все же встанет на сторону второго и решит прошпионить за семьей Куин? Гарри не сомневался, что они будут осторожны, пока в их доме гостит посторонний человек, но кто знает, на что способен зельевар. Присутствие в Куин-мэнор Сириуса спокойствия не прибавляло. Поттер знал, что Снейп и Сириус учились в одно время и не ладили друг с другом. Поэтому не мог не переживать, что зельевар сдаст крёстного Аврорам.       — А ты никак не можешь с ней связаться? Может, напишешь ей письмо и узнаешь все от неё?       — Нет, мы часто говорили на эту тему и решили, что не стоит так рисковать. Мало ли... кто будет рядом, когда придет письмо.       — Точно паранойя…       — Гермиона, прекрати. Я уверен: у неё есть причины быть такой аккуратной.       — Конечно… интересно, что это за причины, — Гермиона задумалась и отвернулась от Гарри.       В большом зале стоял уже привычный шум. Ученики обсуждали последние новости, преподаватели тихо переговаривались между собой. За их столом не хватало только Снейпа.       «Похоже, он не стал терять время и уже отправился в Куин-мэнор. Надеюсь, он действительно поможет Кейтлин, а не навредит», — подумал Гарри и снова принялся за ужин.