План–Z

12 апреля 1986.

      На местном рынке было шумно. Как и практически в любой выходной день, тут было полно народу. Семьи в полном составе приходили, чтобы отдохнуть, развлечься, прикупить свежих овощей или фруктов. Кто-то бродил в поисках самых вкусных сладостей, а кто-то разыскивал новые необычные наряды.       Дети носились между прилавками, доводя некоторых продавцов до нервного тика, а кто-то радовался такой суматошной атмосфере. Но девочке, что притаилась на лавочке между деревьями, подальше от всех этих людей, подобный шум был непривычен. Прожив семь лет практически взаперти и видев в своей жизни от силы трёх-четырёх человек, она с опаской, но в то же время заинтересованно, наблюдала за происходящим.       Она внимательно следила за родителями и их детьми, с удивлением подмечая для себя, что, несмотря на крики и шум, ни о каком насилии не было и речи. Даже когда мальчик в забавной цветной футболке врезался в какого-то мужчину, тот лишь рассмеялся и помог мальчику подняться. Тут же подбежала его мама и прижала руку, явно извиняясь перед мужчиной. За этим не последовало никакой агрессии или наказания. Взрослые лишь вежливо распрощались и разошлись, каждый в свою сторону. Мальчик, хоть и выглядел немного виноватым, от матери получил лишь слегка хмурый взгляд и пару замечаний.       Это было так странно и непривычно. Кейтлин получала жалящие и за меньшие проступки, а тут даже голос не повысили. Девочка нахмурилась и откинулась на спинку лавочки, скрестив руки на груди. Хоть малышка и изучала порядки и обычаи маглов, о взаимоотношениях там ни слова не говорилось. Поэтому юной волшебнице казалось, что маглы воспитываются приблизительно так же, как и она, с поправкой на то, что магия им не подвластна. Ко всему прочему, не общаясь ни с кем из внешнего мира, ей казалось, что то, как она живет – это норма.       Конечно, она где-то внутри понимала, что постоянные жалящие и прочие, приносящие вред, заклинания, что она получала даже за малейший проступок, это не то чтобы нормально. Но за неимением другого примера жизни, она не совсем понимала, как должно быть в действительности. Только по реакции крёстного, который, к слову, пропал и больше не появлялся, и эльфов, она поняла, что что-то в её жизни происходит неправильно.       Да, она знала, что учиться новому — это важно, и всегда стремилась к знаниям. Об этом говорилось и в магловской литературе, и в литературе для волшебников. Но насколько это нормально — за ошибки получать пыточные, хоть и в лёгкой форме, она не знала. А главное, и спросить было не у кого.       Поэтому, после очередного неприятного заклятия, девочка решила, что нужно сменить обстановку. Узнать, как живут другие люди, а волшебники это будут или маглы, её не особо волновало. Так что, дождавшись, когда мать в очередной раз напьется до такого состояния, что вырубится на кровати прямо в одежде, она покинула территорию дома.       Это оказалось не сложно. Она вышла за ворота, не почувствовав сигнала от защиты мэнора, и поняв, что мать никак не будет проинформирована, что она покидала дом, отправилась вперёд по дорожке из мелкого камня. Куда именно ей нужно, она не знала. Маленькая девочка просто шла вперед, не останавливаясь и не позволяя себе задуматься о том, что, возможно, все это какая-то ошибка. И всего через каких-то десять минут она вышла к небольшой деревушке. Стоя на возвышенности, она могла видеть всю её окрестность и почти каждый дом.       Было странно видеть такие маленькие и разноплановые дома, совершенно не сочетающиеся друг с другом. Привыкнувшая к шикарному убранству своего дома, она с удивлением вглядывалась в каждый дом. Размеры их мэнора её всегда удивляли. Хоть она и не знала другой жизни, девочка никогда не понимала, зачем им столько комнат и залов, которыми они никогда не пользовались. В некоторые части дома они даже никогда не ходили. Тут же были небольшие, но уютные дома, хоть и странного вида. Будучи приученной к тому, что нужно знать все, она не понимала как можно жить в доме, который ты не знаешь вдоль и поперёк. Тут же всё было бы в разы проще. Такой дом она бы изучила за пару часов. Всё это вызывало кучу вопросов и очень волновало маленькую волшебницу.       Так она и оказалась на лавочке недалеко от местного рынка. Подойти ближе девочка не решилась. Для первого раза потрясений было более чем достаточно.       — Интересно… — протянул Джей, внимательно наблюдая за маленькой Кейтлин.       — О чем ты? — поинтересовался Сириус.       — Она часто говорила, что привычка наблюдать и анализировать была у неё столько, сколько она себя помнит. Но согласись, слабо верится, что ребёнок на такое способен. Однако сейчас перед нами живое тому доказательство.       — По-другому она бы не выжила с такой матерью, — соглашаясь с Джеем, кивнул Снейп. — Что бы эта женщина ни делала, Кейтлин всегда молчит и беззвучно переносит все её издевательства. Если бы она спорила с ней или возмущалась, возможно, в какой-то момент Хилари не сдержалась и послала в дочь что-то похуже жалящего.       — Своим молчанием она старается лишний раз не провоцировать свою мать? — спросил Драко.       — Верно.       — Умный ребёнок, — хмыкнув, подвёл итог Сириус.       — Кажется, она уходит, — Гарри привлёк внимание магов к воспоминанию.       Девочка не спеша встала и направилась обратно в сторону своего дома. Лицо её всё ещё было хмурым и задумчивым. Ладошки сжаты в кулаках, а всё тело говорило о том, что малышка не только чем-то озадачена, но и весьма рассержена.       — Маленькая хозяйка вернулась!       Как только Кейтлин вошла в дом, навстречу ей тут же выскочил верный и заботливый эльф. Он быстро перебирал своими маленькими ножками, с волнением и трепетом глядя на свою хозяйку.       — Привет, Типли, — натянув улыбку, через силу поздоровалась малышка. — Дома всё спокойно?       — Да, — тут же закивал домовик. — Хозяйка не покидала своей комнаты.       — Хорошо, — девочка устало вздохнула и направилась в глубь дома.       — Маленькой хозяйке нужно покушать! Вы сегодня только позавтракали, а уже время обеда.       — Я не голодна.       — Дивир будет ругаться! Маленькой хозяйке нужно хорошо питаться, чтобы восстанавливать силу и…       — Ладно, ладно, только перестань так много болтать. Мне сегодня хочется провести время в тишине.       — Как скажете, маленькая хозяйка.       Дальше на кухню они шли молча. К еде девочка практически не притронулась, всё так же сосредоточенно о чем-то размышляя. Из-за этого домовые эльфы буквально сходили с ума, не понимая, что не так. Кейтлин хоть и ела мало, но сейчас она практически ничего не попробовала.       — Маленькой хозяйке не нравится еда? — осторожно поинтересовался Типли, помня, что малышка пожелала провести вечер в тишине.       — Нет… Всё хорошо. Просто никак не могу понять…       — Может быть мы можем чем-то помочь маленькой хозяйке? — Дивир и Типли заинтересованно уставились на малышку.       — Скажите, вы встречались когда-нибудь с другими магическими семьями?       — Дивир живет на этом свете не одну сотню лет. Он много повидал, — гордо ответил главный эльф.       — Тогда скажи, чем обычно в моём возрасте занимаются наследники древних родов? — эльф замялся, виновато опустив голову.       — Они… Занимаются немного другими вещами…       — Расскажи мне. Я хочу знать. — уверенно произнесла девочка.       — Чаще всего лет до четырёх-пяти наследники практически ничем не обременены. Разве что им надлежит знать хотя бы элементарные правила этикета и историю семьи, но полноценно изучать науки и историю они чаще всего начинают с пяти лет.       — С пяти? Я с четырёх знала не то, что все правила этикета и всех предков по именам, мне даже под силу было провести простенький ритуал на удачу. Я даже колдовать в этом возрасте уже умела! — возмущенно вскрикнула девочка. — То есть – это не нормально? То, что происходит у нас? — эльф виновато покачал головой.       — Мы не могли ничего говорить, так как не можем настраивать вас против хозяйки, но теперь, когда вы сами этим интересуетесь, мы можем не молчать.       — Я читала разные книги, и во всех говорилось, что детям нельзя начинать колдовать слишком рано. Потому что это может плохо отразиться на развитии магического ядра, а если перестараться, то вообще можно остаться сквибом. Она этого хотела? Чтобы я лишилась магии?       — Не думаю, маленькая хозяйка.       — Она постоянно кричит, вечно чем-то недовольна и каждый день делает мне больно! Но я думала так у всех, потому что почему иначе она не получила откат! Я же ребёнок! Её ребёнок! Разве она может безнаказанно причинять мне вред? — у малышки на глазах навернулась слёзы, но та не позволяла им скатиться. Она не собиралась плакать из-за своей матери, этого Хилари от неё не получит.       — Возможно, ваша мать провела какой-то ритуал или носит артефакт, позволяющий ей обходить данное правило. Но оно и само обтекаемо. Причинение вреда допустимо при проведении тренировок или обучении наследника самообороне, — объяснил Дивир.       — Маленькая хозяйка справится! — ободряюще воскликнул Типли.       — А нужно ли мне это?       — Маленькой хозяйке нужно научиться постоять за себя!       — Дивир, я знаю, почему мне это нужно, но то, как это происходит… Я не уверена, что выдержу. Она всё больше теряет контроль. Что если в какой-то момент она просто сорвется?       — Мы поможем маленькой хозяйке!       — Вы не сможете пойти против моей матери. Вы ведь знаете, какой у меня от рождения дар? — эльфы тут же закивали. — Так вот я всё чаще чувствую предупреждения. Мой дар велит мне держаться подальше от матери. Мне всё чаще хочется покинуть этот чертов дом. Я сегодня полдня просидела на лавочке в какой-то деревушке, и мне впервые за два месяца было так спокойно. Однако то, что я там увидела, заставило меня о многом задуматься.       — О каком даре она говорит? — поинтересовался Драко, а Гермиона тут же заинтересованно взглянула на взрослых. Хоть они и были на одной стороне, и общались уже не первый год, близко к себе Кейтлин их так и не подпустила.       Джей тяжело вздохнул, но всё же решил ответить на вопрос Малфоя:       — Кейтлин – Интуит. Она может чувствовать потоки магии и эмоции людей. Она способна распознать ложь или истинные намерения человека, с которым говорит. Поэтому ей так тяжело давалось общение с лже-Грюмом и Дамблдором. Кроме того, что её интуиция буквально вопила о том, что ей стоит держаться от них подальше, так директор ещё и силен магически, а Крауч-младший был безумцем.       — Так это же потрясающе! — восторженно воскликнула Грейнджер.       — Я бы так не сказал. Во всём есть свои минусы. Дар Интуита действительно во многом помогает ей, но он же и становится причиной многих её проблем. Иногда его действие настолько сильно, что ей не удается его приглушить и это очень опасно. Например, ситуация с озером на третьем курсе. Она спасла Сириуса, опираясь на дар Интуита, но в последствии столкнулась с сотней дементоров, и это её чуть не убило.       — Точнее убило, но мы воспользовались Маховиком времени и спасли её, — отстраненно добавил Гарри.       — Верно,— кивнул Джей. — Поэтому её с самого детства учили правильно пользоваться этим даром и вроде у неё получалось, но потом что-то изменилось.       — Что? – спросил Сириус.       — Не знаю. Она всегда уходила от ответа, а я не хотел давить. Эта тема была ей очень неприятна.       — Возможно, мы узнаем всё из воспоминаний, — задумчиво произнесла Гермиона.       — Что мне делать? — поникшим голосом спросила малышка.       — Не сдаваться! Мы поможем молодой хозяйке всем, чем сможем! А хозяйка с каждым разом всё реже и реже покидает свою комнату, может со временем она перестанет вас…учить.— предположил Типли.       — Будем надеяться.

***

      — Привет! — радостный голос отвлёк девочку от размышлений. — Как тебя зовут?       Кейтлин, как всегда, в этот день сидела на лавочке недалеко от шумного рынка и наблюдала за жизнью маглов. Она взяла в привычку приходить сюда по выходным в попытке хоть немного…сменить обстановку. Не то, чтобы ей была действительно интересна жизнь маглов, но малышке очень хотелось понять природу их взаимоотношений, и так как сама она ни с кем общаться не могла, оставалось лишь наблюдать. Всё же интересно было понять, как в действительности должна выглядеть семья.       — Ты не местная? Я тебя раньше здесь не видел.       Малышка лишь глазами хлопала, пытаясь понять, что вообще сейчас происходит. Почему этот ребёнок, а перед ней сейчас стоял мальчик приблизительно её возраста, разговаривает с ней?       Зная совсем немного о жизни маглов, точно она могла сказать только то, что внешне они выглядят так же, как и маги. Они рождаются, растут и стареют почти так же, как волшебники. За тем исключением, что маги живут на порядок дольше. Но внешне они все очень похожи. Вот только волшебник с самого рождения имеет магическое ядро, которое и позволяет ему колдовать, а у маглов подобного нет. Знала Кейтлин и то, что у них совершенно разные традиции и обычаи, но чем конкретно они различаются, девочка не знала.       — Почему ты молчишь? — мальчик продолжал задавать вопросы. — Ты умеешь разговаривать? — теперь ребенок нахмурился. — У нас в деревне есть старик, который родился глухонемым. Он делает крутые фигурки из дерева! Вообще он мастерит мебель или разные нужные штуки, но для детей он делает разные фигурки животных! Хочешь покажу тебе его лавку? Она тут недалеко?       Девочка всё так же пораженно продолжала хлопать своими огромными голубыми глазами. Если все маглы такие громкие и также быстро разговаривают, то она с ними не поладит. Девочка семь лет провела в изоляции, в относительной тишине и не привыкла к постоянным громким звукам и быстрой речи.       Мальчик совершенно не обращая внимания, что никакого ответа он так и не получил, продолжал рассказывать своей новой знакомой обо всём на свете. Он, не стесняясь, схватил малышку за руку и потащил куда-то в глубь деревни. Похоже, мальчик-таки решил показать своей новой знакомой мастерскую того старика.       Её никогда не хватали против воли. До неё никто не дотрагивался уже много лет. За исключением домовиков, которые помогали обрабатывать раны. А их она получала исключительно магическим путём или когда падала из-за какого-нибудь заклинания и ударялась обо что-то. Мать не утруждала себя даже в том, чтобы приблизиться к дочери. Всё свое недовольство она прекрасно могла выразить и на расстоянии.       Поэтому она не сопротивлялась. Поэтому не знала как реагировать. Она растерялась. Впервые за очень долгое время. Малышка позволила вести себя через толпу, которая и не думала расступаться перед несущимися детьми, но мальчик так ловко маневрировал, что они даже ни с кем не столкнулись.       — Вот! Смотри! — мальчишка наконец остановился перед большой и яркой витриной.       Изделия действительно были великолепны. Чего тут только не было: шкатулки, фигурки, картины, мебель и много чего ещё. Всё выполнено из дерева и покрыто лаком. Некоторые звери раскрашены краской, от чего витрина выглядела ярко и празднично, привлекая к себе внимание за несколько метров.       — Правда они потрясающие?! Когда я вырасту, то обязательно научусь делать точно такие же! Давай зайдём внутрь? Уверен мистер Стивенсон будет рад показать…       — Арчи! — мальчик тут же обернулся в ту сторону, откуда услышал голос.       — Вот, блин!       — Арчи, вот ты где! Как ты посмел так далеко убежать и ничего мне не сказать? Миссис Льюис ждет нас для примерки, а тебя как ветром сдуло.       — Ну м-а-а-м, это же так скучно и долго, — мальчик состроил страдальческое выражение лица.       — Нужно убедиться, что новые вещи будут тебе в пору. Этой осенью тебе в школу идти, а все вещи малы.       Тут женщина наконец заметила испуганную маленькую девочку. Арчи так и не отпустил её руку, видимо, опасаясь того, что девочка убежит или потеряется. В чем он собственно был прав. Малышка совсем не запомнила дорогу, по которой они шли, и, скорей всего, вернуться назад не смогла бы. По крайней мере, не с первой попытки.       — А вас как зовут, юная леди? — девочка упорно молчала. — Мне кажется, что я тебе здесь раньше не видела. Ты тут проездом? — в ответ тишина. — Твои родители знают, где ты?       От этих слов девочка вздрогнула и с опаской покосилась на руку мальчика. Арчи все так же держал её.       — Она не разговаривает! — влез в разговор, если его можно таковым назвать, Арчи. — Она как мистер Стивенсон!       — Не говори ерунды! — осадила его женщина. — Она прекрасно нас слышит и понимает все, что мы говорим.       — Тогда почему ты молчишь?       — Ты потерялась? Тебе нужна помощь? — продолжала засыпать девочку вопросами женщина. Малышка лишь снова покосилась на свою руку и нерешительно попыталась её выдернуть.       В глазах женщины мелькнула догадка. Она обвела детей задумчивым взглядом и, что-то решив для себя, грозно взглянула на сына.       — Вы встретились здесь? — спросила она его.       — Не совсем…       — Арчи! Только не говори мне, что ты силой привёл её сюда!       — Но она сидела на скамейке в тени совсем одна! Вот я и подумал, что ей скучно и решил показать мастерскую мистера Стивенсона!       — А если родители сказали ей ждать их там? Что будет, когда они вернутся, а их дочери там не окажется? Она же явно не местная. Значит ничего тут не знает! Ты затащил её в неизвестное место! Посмотри, как ты её напугал!       Девочка действительно выглядела напуганной и на грани того, чтобы заплакать. К крикам матери она привыкла, но слышать их от чужого человека было странно. К тому же она действительно не знала где находится и как вернуться к той лавочке. Вокруг было слишком шумно и многолюдно, а маглы рядом не переставали спорить. Пользоваться магией в их присутствии нельзя, а значит она не может защититься или заглушить все эти звуки. Она ничего не может. От осознания своей беспомощности, Кейтлин заплакала. Она сильнее стала вырывать свою руку, чтобы если и не убежать, то хотя бы закрыть уши.       — Тише, успокойся, — уже более мягко и спокойно произнесла женщина. — Мы тебя не обидим. — девочка всё же смогла высвободиться и тут же заткнула уши.       — Значит она и в правду слышит нас. — удивился мальчик.       — Тебе не нравится весь этот шум? — спросила женщина. Девочка взглянула на неё сквозь слёзы и впервые раз отреагировала кивнув. — Арчи, сейчас же покажи где ты её нашёл. Нам нужно отвести её туда.       Мальчик тут же кивнул и направился в непонятную для малышки сторону. Женщина мягко опустила руку на её плечо и слегка подтолкнув сказала:       — Пойдем, мы отведём тебя туда, где ты была. Не бойся, скоро весь шум утихнет.       И действительно, через каких-то пару минут они уже поднимались на небольшой холмик, где среди деревьев стояла уже знакомая лавочка. Девочка опустила руки, убедившись, что здесь тихо и спокойно выдохнула.       — Ты нечасто бываешь в общественных местах, не так ли? — девочка медленно кивнула. — Родители не позволяют тебе покидать дом? — малышка повторила движение. — Понятно. Странно, что в таком случае они оставили тебя одну на этой лавочке. Прости, что так получилось. Арчи не со зла, он просто не знал, что всё так получится. Твои родители заберут тебя отсюда? — снова кивок. — Хорошо! Тогда нам пора, магазин миссис Льюис скоро закрывается, а мы ещё не успели примерить новые вещи.       — Прости меня, — виновато произнёс мальчик. — Я не знал, что ты боишься шума.       Девочка снова кивнула и направилась в строну скамейки. Мальчик и его мама проводили девочку взглядом и отправились обратно в деревню. Малышка же не собиралась возвращаться на своё излюбленное место. Как только она поняла, что за ней больше не следят эти громкие маглы, Кейтлин рванула в сторону дома.       — Помните я говорил, что Кейтлин странная? — спросил Сириус. — Так вот я передумал. Сейчас она очень даже нормальная, по сравнению с тем, какой была в детстве.       — А что изменилось? — наблюдая за тем, как маленькая девочка бежит по лесной тропинке, спросил Гарри.       — Что ты хочешь сказать?       — Она не изменилась. Всё осталось точно таким же. Она всё ещё терпеть не может шум. Из-за этого она редко появляется в Большом зале, не ходит на квиддичные матчи, и даже на Турнире Трёх Волшебников присутствовала лишь на первом испытании. Поэтому избегает общества Гермионы и любых других гриффиндорцев, мало говорит и в основном слушает. Она часами сидит в лаборатории в полной тишине и одиночестве. Возможно сейчас она намного легче переносит чужие прикосновения…       — Нет, — прервала его Гермиона. — Она спокойно их переносит только если это ты или кто-то из семьи.       — Но у нас с ней из-за этого тоже возникали проблемы. Мы оба испытывали в этом сложности.       — Ты тоже? — удивился Драко.       — Да. Не знаю, какими сказками вас кормил директор, но моё детство было похоже на её, — Гарри кивнул на девочку из воспоминания. — Только Кейтлин наказывали магией за то, что она что-то не может наколдовать. А меня наказывали физически, за то, что я был «ненормальным» или если я оказался не в то время, не в том месте.       — Что? — пораженно переспросил Снейп.       — Мои родственники не были рады тому, что я свалился на их голову и не стеснялись мне это продемонстрировать. Легче стало только тогда, когда я вернулся к ним после первого курса. Они просто стали меня побаиваться, но работу по дому все равно скидывали на меня.       — Я этого не знал, — искренне заверил Снейп, и Драко кивнул на его слова. Такого от жизни Золотого мальчика он точно не ожидал. Ему всегда казалось, что спасителя магического мира холят и лелеют, чуть ли не пылинки с него сдувают. А оказывается, всё было с точностью да наоборот.       — Это сейчас не важно. Мы здесь, чтобы узнать больше про жизнь Кейтлин.       Волшебники дружно кивнули, возвращая свое внимание к воспоминанию.       — Маленькая хозяйка! Вы вернулись! — Типли тут же кинулся встречать малышку, которая, запыхавшись, облокотилась на входную дверь. — Вас так долго не было, мы начали волноваться.       — Хилари не искала меня? — тут же напрягалась девочка.       — Хозяйка не выходила из своей комнаты.       — Хорошо.       — Пойдёмте на кухню, маленькая хозяйка. Уже давно пора ужинать.

***

      — Со мной сегодня заговорил мальчик… магл. — впервые за время ужина заговорила Кейтлин.       — Он вам не навредил? — тут же насторожился Типли.       — Нет, но… Он меня немного напугал. Скажи, Типли, ты встречал когда-нибудь маглов?       — Типли молодой эльф. Когда Типли родился, ваша семья уже несколько лет как старалась держаться подальше от всего мира, так что в доме я даже посторонних волшебников видел нечасто.       — Зато Дивир живет на этой земле уже много-много лет, маленькая хозяйка, — главный эльф неожиданно появился на кухне.       — Тогда скажи мне, все ли маглы шумные, невоспитанные и такие энергичные?       — А все ли маги похожи друг на друга, хозяйка?       — Я не знаю. За все эти годы я видела лишь Хилари и крёстного, но это было так давно.       — Тогда скажите, хозяйка, все ли домовые эльфы одинаковы?       — Нет. Конечно, нет. Вы все совершенно разные.       — Как и волшебники с маглами. У них могут совпадать предпочтения, увлечения, желания и даже мысли, но все они совершенно разные.       — Я пыталась найти какие-нибудь книги об этом, но мне позволено читать лишь научную литературу, да и в доме, судя по всему, только она и осталась, — грустно заметила девочка.       — Что вас интересует, маленькая хозяйка?       — Мальчик, которого я встретила, был таким шумным и непонятно отчего…счастливым или радостным, я не понимаю. Они такие странные. Почему он так много говорил? Чему был рад? Почему решил потащить меня в деревню? Он же меня в первые раз видел, и ему было все равно. И я так… не знаю, наверное, это было чувство растерянности. Он дотронулся до меня, потащил куда-то, но не сделал больно. Но я, кажется, впервые в жизни запаниковала. Я не могла использовать магию, не могла уйти, потому что просто не знала обратной дороги. И почувствовала такую беспомощность… Не хочу больше это чувствовать! — кружка в руках малышка раскололась на части.       — Маленькой хозяйке нужно успокоиться.       — Я точно знаю, что могу за себя постоять в магическом мире, но не в магловском. Мне это не нравится. Нужно что-то с этим сделать.       — Дивир может достать пару книг, — предложил эльф. — Но если хозяйка…       — Она ничего не узнает. Хилари никогда не заходит ко мне в комнату, но даже если зайдет, я хорошо спрячу книги. Найди мне всё, что посчитаешь важным, а дальше посмотрим. — Эльф лишь кивнул и покинул кухню.       — Вот почему ей так сложно понять чужие чувства и эмоции, — произнесла Грейнджер, глядя на девочку, сидевшую за столом. — Она их просто не понимает. У неё никогда не было живого примера того, как их нужно проявлять, так же как и никогда не было нормальной семьи.       — Да, — утвердительно кивнул Снейп. — Многое действительно становится понятно.       — Но она хорошо чувствовала директора и прекрасно улавливала эмоции лже-Грюма. А вот твои чувства в Больничном крыле после третьего испытания она распознать не смогла. Как так получается, что когда-то она может их различать, а когда-то нет? — спросила Гермиона.       — Ей очень помогает её дар Интуита. С ним она может понять чужие эмоции, но она старается не пользоваться им слишком часто.       — Потому что это опасно? — спросил Драко.       — Да.       — Как думаете, что будет дальше? — спросил Драко.       — Ничего хорошего, — угрюмо заметил Джей.       — Почему вы так решили? — спросила Гермиона.       — Кейтлин не во всем вам врала. Она как-то упомянула, что сбежала из дома, и это чистая правда. Вот только она убежала не от нас с Мэри, а от своей биологической матери.       — Она терпелива, — заметил Гарри. — Ко всему прочему понимает, что в мире маглов не выживет, а мир магов по какой-то причине для неё закрыт. Я имею в виду для Анриэтты, а не Кейтлин.       — Я не понимаю тебя, — нахмурившись, произнесла Гермиона. Гарри тяжело вздохнул.       — Думаю, дело в её семье со стороны отца. Там явно что-то не так.       — Странно это говорить, но я согласен с мистером Поттером, — кивнул Снейп.       — Возвращаясь к твоему вопросу, Гермиона. Кейтлин действительно очень терпелива и, если честно, мне страшно представить, что заставило её сбежать из защищенного дома в восемь лет. Даже с такой матерью ей безопаснее быть здесь, а не во внешнем мире. К тому же, она как Интуит ещё недостаточно хорошо владеет своим даром.       — Может, Хилари попыталась её убить? — предположил Сириус.       — Она, хоть и не контролирует себя, всё же не дура. За попытку убийства собственной дочери она точно получит откат. К тому же прервёт два древних рода.       Воспоминания замелькали быстрее обычного, и маги отвлеклись от своих рассуждений. Следующие пару месяцев ничего особо не менялось. Воспоминания мелькали быстро и обрывочно.       Вот Кейтлин тренируется, вот изучает магическую литературу, а вот поздней ночью читает магловские книги. По выходным она продолжала выбираться на ту лавочку, недалеко от магловской деревни, но того мальчика больше не встречала. Хилари продолжала издеваться над дочерью, усложняя тренировки с каждым разом всё больше и больше. А Кейтлин продолжала молча выносить все её заклятия. Жизнь малышки хоть и была однообразной, спокойной её точно назвать нельзя. Одни тренировки и ритуалы чего стоили.       Но время шло. Девочка росла и впитывала в себя знания, как губка. Она научилась не пересекаться с матерью от слова совсем. Научилась проникать в её комнату и погружать в глубокий сон, чтобы беспрепятственно выходить за пределы дома и не бояться, что она станет её разыскивать. Узнала больше о мире маглов и изучила новые ритуалы и заклинания. Волшебники с удивлением отметили, что в семь лет девочка овладела программой третьего курса и уже изучает заклинания, которые обычно проходят на четвертом, но пока не спешит их практиковать.       Она была умной девочкой и знала, к чему может привести спешка в изучении сложных заклинаний. Так что, достигнув максимума для своего магического ядра, малышка переключилась на изучение языков. Многие книги были написаны на иностранных или каких-то древних, почти забытых, языках. А Кейтлин не была бы собой, если бы не хотела знать всё и вся.       Так и пролетело лето Кейтлин. Снова практически взапрети, в окружении старых книг, заботливых эльфов и деспотичной матери.