Обитель Цеберфлага

Когда мы сидели и ели из жестяных тарелок серую кашу, под тусклым светом, он рассказал что купит лодку у одного человека, только если я стану батрачить у него. Кем и как он мне не рассказал. Помню свое потрясение тогда, что не возможно вымолвить ни слова только: я? Той ночью я лежал на сундуке покрытым шалями, и смотрел в потолок. Что-то похожее на тихий шок, встряло во мне как рыбья кость. Я не знал чего ожидать. Радоваться или нервничать. Эти чувства слоями оседали внутри меня, поочередно заглушая друг-друга. Даже раскатистый храп деда, превратился с тихий свист ветра за окном. Он и разбудил меня, своим перемещением по комнате: выдвинул ящик и стал перебирать старые бумаги, винтики, поржавевшая проволоки, скрученные в комок, тюбик клея, и булавки. -Что ты ищешь?- зевнул я, медленно открывая один глаз, затем второй. По утрам холод и сырость сильно контрастировали с обедом. Мои руки и пятки были сродни ледяному мху в начале весны. Мокрые и холодные. -Новый замок. Ничего не ответив, я только сильнее подогнул колени к телу и стал обратно погружаться в сон. - Вставай, сегодня работать пойдешь,- он вышел на улицу, а меня словно отхлестали. Я подскочил с паникой и стал искать обувь. Мы приплыли к этому городку на побережье, и пошли по берегу. Наступала осень и солнце еще не поднялось толком на небо. Ветер дул нам в лицо и я стал замерзать. На мне не было ничего кроме шлёпанцев и старых шорт с дедовской майкой. Несколько прохожих уставились с выпученными глазами на нас, как на свежую рыбу, только что привезенную с самого Средиземноморского моря. Они были чище чем мы, но какие то навязчивые. Съедали нас глазами. Этого хватило, что бы чувствовать себя неуютно. Нас встретил маленький и иссохший, смуглый с седыми волосами - мужчина лет пятидесяти. С босыми стопами и желтыми ногтями. -Арвид, Старик!- он наигранно растянул руки для объятий, но тот с отвращением отпихнул его. Он говорил шумным голосом. Громким, как у птиц. Оказался самым обычным, не считая большого горба, красовавшегося на его спине, который он спрятал под плащом. Немного скривленный, словно поломанный -…черт плешивый,- процедил дед,- я тебе наемника привез, как ты и просил. Он подтолкнул меня к нему, словно я безделушка.- заберу к девяти не раньше и не позже. Тот меня схватил под локоть и повел к своему месту обитания. Рыбацкие лодки. Их было около пятнадцати. - И корми его!- прохрипел старый, не дошедший до нас голос,- Я не выдержу, если он всегда будет таким… костлявым. Берг медленно развернулся и подбрёл в обратную сторону. На этот раз ветер дул ему в спину, и где то в глубине души я боялся, что он оставит меня тут. Я поднялся по белой деревянной лестнице и зашел первым в маленькую тесно использованную, но светлую и теплую комнату. Три жёлтые лампы освещали стены на которых висели рыболовецкие прибамбасы. Добрую часть из всего этого я не находил применение. Газетные вырезки, одна фотография в широкой медной рамке, плакаты с блондинистыми девушками, глобус, карты и много бумаги. Я остановился напротив алюминиевой статуэтки, стоящей на одной из полок на белой стене. -Знаешь что это такое?- он вошел следом за мной и прикрыл дверь. Голубая краска сильно потрескалась и во многих места облупилась. -Это якорь. Тот покачал головой.-Не просто якорь,- фигурка попала к нему в руки и покрутилась вокруг своей оси,- а Адмиралтейский якорь европейского происхождения. Мой любимый. Самый достойный. Это показалось мне бессмысленным. Любая бабочка может опылять цветы. Будь она махаоном или адмиралом. Любая вода может обточить любой камень. Нельзя стать достойным только потому, что ты адмиралтейский. Любой якорь со своей работой превосходно справится. Как странно люди мыслят. Но даже если так, я все равно не нашел никаких различий. -обычный. -И…как же тебя зовут малый?- проигнорировав мой ответ, он сел за свой стол.- не уж то и впрямь – сам потомок беззубого Йоста!? - Я Эдвин. -Грегори Шервуд ,- тот надел очки и жестом руки попросил меня сесть напротив него. Снова оглядев меня.- Сын позаботится о твоих знаниях и умениях. Пока научись потрошить морскую живность и мой полы, а там и еще дела найдутся. Ты все равно на пять лет со мной, дружок. Видимо ему не в новинку такое произносить. Отбирать, чью то свободу. И зачем кто то специально приходил к нему работать? Тогда я не понимал, что это делали для того что бы БЫТЬ. Будь у меня возможность жить изначально среди людей... Время текло медленно. Белые листы в рассыпную лежали с каплями чернил перед ним. Ждали. Старая ручка в руках что то долго писала. Он так старательно выписывал какие то слова, что на лбу просочились капли пота. -… по правде говоря никто даже не мог предположить…что на свете есть Эдвин Берг.- я вздрогнул от голоса позади себя и слегка повернул голову в бок. Там стоял силуэт. «Обо мне знают духи. Этого достаточно»-подумал я. Желание сбежать обратно домой быстро появилось, но что то подсказывало- теперь я заложник. Деревянный стул стал слишком неудобным, что бы сидеть и не ворочаться как червяк. -Я Клиффорд Гарти. - Итак…документы я оформил.- Грегори собрал их в стопку, а затем похлопал по ней. Теперь ты - моя собственность. -Раб... -Обычный рабочий. Как многие в этом городе :кочегар, каменщик, маляр. Ты - уборщик. Работать должен каждый. И почему я это тебе разжевываю, ты не уже не маленький. - Там что то про меня?- я не отрывал взор от бумаг, не слушая его. Мог ли я просто порвать их или утопить? А потом толкнуть человека позади себя, быстро побежать по берегу и прыгнуть в воду, не уцепиться за водоросли или камыши и не захлебнуться. Сработает? Меня встретят на том берегу? Спрячут от ненужных глаз? Не хочу тут оставаться. Нехоунехочунехочу. - Я дам тебе время на прочтение.- он посмотрел на часы над окном в деревянной раме. Часы были мне до боли знакомые. Они напоминали мне о событиях в прошлом, которого я не застал и от которого накатывал раздувающийся комок ностальгии и печали. Коричневый ободок с латинскими цифрами и с острыми стрелками на пожелтевшем фоне смирно висели на изогнутом гвозде и тихонько говорили тик-так. - Вряд ли,- глаза предательски заслезились,- я что то пойму. Мужчина пожал плечами, сложил мои документы и положил в шкаф с извилистой медной ручкой,- тогда ничем помочь не могу. -рукой показав что разговор окончен , я понял что пора идти. Мы вышли, я поплелся за мужчиной, отставая на три ступеньки. Высокий со светло русыми и коротко подстриженными волосами. Слегка выросшая щетина прибавляла ему мужественности. На льняной веридиановой рубашке с короткими рукавами висели какие то побрякушки в виде кулона, нескольких каменный бусин и шнурков, на которых все это держалось. Мускулистые руки и ноги появились потому, вероятно, что тяжелая и трудная работа была дана именно ему. Клиффорд быстро шагал к ярмарке, наступая в серую и грязную дорогу. Я уставился на него, как те люди возле берега уставились на меня. -Куда мы идем? -На платформу.- Его голос был словно шуршавшие осенние листья. Он был взрослым.- Я буду тебе помогать. Где то вдалеке послышался вой поезда. А солнце начало понемногу подниматься выше к облакам. И я впервые увидел ясное небо, без единого, перекрывавшего вида дерева. Деревня оказалась такой маленькой, скудной и серой. Никто не поднимал головы. Все словно носили, какой то траур. Будто еще вчера всю окрестность сцапала холера или птичий грипп. Их глаза- опустошенные и мрачные. Зрачки мутные, но черные, как зубы. Тут все было нехорошим. Даже природа. Они сжигали и рубили ее пополам. Ломали ветки, рвали листья. Считали, что все что их окружает – бездушное, кроме них самих. Я успел заметить кирпичные закруглённые башни с двумя этажами, каменные переулки, тележки с коровами, большое количество сена и бревен. А вонь стояла самая гадкая. Такая, с которой не сравниться никакая сгнившая собака. Это не мое место - кричал внутренний голос. Не мой дом - сопротивлялся разум. Если я останусь тут, то стану одним из них. Стану как свой дед. Они сожрут меня. Сожрут своим скотством. А я даже не посмею им возразить. Я не заметил, как ноги понесли меня в обратную сторону. Прочь от всего этого. - Стой!!!- послышался позади его голос. Сердце забилось в бешеном ритме. Я не смог урегулировать дыхание и с ужасом осознавал, что скоро это сыграет со мной страшную шутку. Шлепанцы слетели и я побежал еще быстрее. Корни деревьев не мешали мне, грязь не проглатывала ступни, обломанные камыши не царапали пятки, а холодные лужи не сковывали движение. Я обогнул один переулок, затем второй. Пожертвовал секундой времени, что бы обернуться и проверить. Мужчина бежал за мной и кричал, что бы остановился. Я заканчивал бежать третий переулок, но на повороте врезался в кого то. Женщина со стеклянными бутылками упала и обронила все до одной, а я приземлился уже на разбитые стекла, перерезав колени и ладони. Секунда. Шок. Но даже это не остановило мои ноги. Я бежал. Задыхался, но бежал. Я чувствовал как по ногам идет кровь. -Остановись! Впереди показался песок, а чуть дальше волны. Мне осталось немного, что бы нырнуть и поплыть. И как только я попытался это сделать, как только все что было «до» стало расплываться в моей голове, кто то силой схватил меня и толкнул в бок. В голове образовался белый шум и в глазах все поплыло. Этот некто подлетел ко мне и силой встряхнул. -Чад! Прекрати!- светловолосый подбежал и упал в песок, пытаясь отдышаться.- До чего быстрый этот чертов засранец. -Куда этот собрался, интересно?- он смотрел на меня, но вопрос был адресован умирающему в пыли Клиффорду. Он едва меня перерастал. Густые и длинные заходящие за уши, волосы копной красовались на его смуглой коже. Одетый в парусинные штаны и армейские сапоги, весившие больше меня. И телосложение, способное было швырнуть человека на метр, а то и больше. Он был взрослым. -Думаешь я знаю? ЧТОБ ТЕБЯ,- его отдышка медленно отступала,- да ты весь кровоточишь. В этой гниющей местности любая царапина проходной билет на тот свет. А тебе, как я вижу, не терпится без очереди, да? -Я..я-голос дрожал. Стало страшно. Ноги начали адски пульсировать и слезы хлынули рекой. -Отведи его к Ширин,- поморщился Чад.- а я поговорю с отцом. Этот тип…- он бросил на меня сердитый взор и показал указательным пальцем - слишком ненадежный. Еще и самоубийца. Хуже наемника быть не может. -Успокойся и покури.- он вытащил из кармана пачку сигарет и кинул в него,- Я сам с ним разберусь. Давай, поднимайся, беглый. Он приподнял меня за локоть, явно не рассчитывая с какой силой это делает, но я промолчал. Мы добрались до лачуги с белыми стенами и огромным слоем сена вместо крыши. Деревянная дверь из бамбуковых тростников стояла приоткрытая, а над ней вывеска, написанная красной краской In vino veritas, in aqua sanitas»(истина в вине, здоровье в воде) Войдя, над головой зазвучал колокольчик, и все без исключения подняли свои головы. Я остановился, облокотившись на дверной проем. Клиф в свою очередь ни на кого не обращал внимания. Они были пустым местом. - Ширин!- позвал он. Это место оказалось простой пивной. Лишь маленькие лучи проникали внутрь в которых проглядывалась световая пыль. Так ее казалось в три раза больше. Светили только газовые лампы и свечи. Запах сигарет стоял невыносимый и никуда не выходил. Слабая пелена плыла вокруг каждого весело болтающего. Я сделал им одолжение- просвежил воздух, и делал этого до того момента, пока: -Э-э!-из-за стола встала беззубая старуха и направилась прямиком на меня, но как только та подошла ближе, оказалась девушкой. Очень…крайне уродливой. С крючковатым подбородком и мыльными желтыми глазами.- Дверь! Быстро! Я покладисто закрыв дверь, вдавился в стену в надежде что она не подойдет ко мне. И не заколдует в крысу. Уж больно ведьма смахивала на нее, но та села, вероятно, уже позабыв про меня. -Ты сегодня рано,- из комнаты вышла девушка вытирая мокрой тряпкой руки, а за ней седой старик с перебинтованной конечностью. -Он упал и разодрал ноги.- тот показал на меня, опрокидывая голову назад всем видом показывая какие проблемы я ему доставляю. -Вижу. -Обработаешь? Девушка молча повернулась и медленно вошла обратно. С поднятым подбородком с скользящими ступнями по дереву. Мы последовали за ней. Отшвырнув грязную тряпку в сторону и промыв руки с медном тазу, она поправила свои собранные каштановые волосы, а Клиффорду, велела подождать снаружи. Вокруг стояли растения. Видимо она, так же как и я ненавидела запах сигар. На пыльных полках стояли разные колбочки и инструменты. Вся комната озарялась солнечным светом, словно отгороженная от всего остального. Тут было хорошо. Не так как у себя, но лучше. Несколько ковров на полу и большое зеркало. Стул со столом, на котором стоял глиняный кувшин и пора горшков с цветами. Все такое знакомое. Уверен все это делалось, что того что бы люди не нервничали. Уединение с природой всем необходимо. -Присаживайся,- произнесла ласковым голосом, стоя ко мне спиной и выбирая пробирки.- На что ты упал? -На стекло. Я наблюдал, как она садится передо мной, изучая раны и ища мелкие остатки стекла. На вид ей было около пятнадцати лет. Хрупкие руки и карие грустные глаза. -Раньше ты сюда не заходил. Я уж было хотел ответить, но боль искрами прошлась по ноге, когда мокрая тряпка коснулась кожи. Кровь с водой стала стекать в пол. -Останутся глубокие шрамы,- игнорируя мое скривившееся лицо, произнесла и принялась за вторую ногу. Снова боль, не такая сильная. Предыдущая заглушала новообразовавшуюся. Пытаясь отвлечься, я старался уловить запахи. Первым ощутил древесину- то из чего состояла комната. Недавно был дождь, влажность тут чувствовалась в воздухе. Парафин- несколько свечей все равно стояли зажжёнными, капая воском. Желтый хвост развивался из стороны в стороны, освещая несколько инструментов раскалённых на конце. Я ощутил табак и водку. Мускатный орех и… жареную яичницу. Тошнота тихонько подступала к горлу смешиваясь со страхом и болью. Я хотел есть. Что сделает дед, когда узнает, что я поранился?- я постарался отогнать эти мысли,- Объективно- ничего. Покачает головой, даст по затылку или накажет одним днем без ужина. Ничего, чего бы я опасался и страшился, но что он сделает, когда узнает, что я пытался сбежать? Что я его нагло подставил. Его лодку отнимут, а старую он выбросил. На чем добираться? Одними ругательствами я не отделаюсь. Не отделаюсь даже избиением…тогда что? Он откажется от меня, легче, к сожалению, чем бы мне хотелось. Так делали многие в этом мире. Я не буду особенным или исключением. -Сейчас станет жечь. Все произошло так быстро. Я ничего не ответил. Спирт полился по моим ногам шипя как самая разгневанная змея. ПШ-Ш-Ш-Ш и я зашипел с ней в унисон.