Противостояние

      Первые дни после той ночи Саске с опаской поглядывал на дверь, когда в подъезде слышались голоса и шаги проходящих по лестнице людей. Он вздрагивал каждый раз, когда слышал отдалённый звук сирены полицейской машины и тут же злился сам на себя за чрезмерную трусливость и мнительность. Но больше он злился на Узумаки, который втянул его в то, от чего Саске долгое время бежал, скрываясь по подвалам и заброшенным домам, как трущобная крыса.       — Какая ирония, — криво усмехнувшись, парень прислонился плечом к стене, смотря на мелкий, противно моросящий дождь и стальные тучи, закрывшие собой небо.       Прохладный воздух, влетавший в открытое окно, отрезвлял от вялого состояния растечься амебой по полу и приносил уверенность, которую Саске в последнее время растерял, слишком доверившись Наруто.       Раскис под напором заботы и комфортной жизни, совсем позабыв о том, кто он на самом деле и кем был все годы вынужденного затворничества.       Глубоко затянувшись, Саске перевел взгляд на сигарету, зажатую между тонких пальцев и выпустил струйки сизого дыма через нос, смакуя горький привкус, оставшийся на языке. Сейчас это было именно то средство, которое помогало ему справиться с тем, что творилось у него внутри.       Страх, что к нему вот-вот нагрянет полиция с ордером на арест мешала дышать и он задыхался от этого, беззвучно крича в подушку. Но сигареты, как бы глупо и банально это не звучало, помогали справиться с волнами накатывающей депрессии, подкреплённой чувством вины и образами убитого им человека, лежавшего в крови. Неважно, каким он был, хорошим или плохим, у Саске не было права так жестоко расправляться с живым существом.       Порой он прокручивал в голове ту ночь, заново переживая и ища иные выходы из ситуации. Не находил. Зато появилось отчётливое понимание, что, если бы он вновь встал перед подобным выбором, он бы всё повторил. Ради того, кто был дороже и ближе всех на свете, не раздумывая. Это помогло примириться с самим собой и с тем, что он сделал.       Проститутка, наркоман, вор, а теперь и ещё одно клеймо в его личную копилку постыдного позора - убийца.       — Похуй, — выкинув бычок на улицу, он сплюнул вязкую слюну в приоткрытое окно, — мне похуй.       Было ли это самовнушение или он действительно отпустил ситуацию, предпочитая плыть по течению, безразлично наблюдая за своим же разрушающимся будущим со стороны, никто не знал, даже он сам.       Глубоко вдохнув свежий, пахнущий озоном воздух, парень с шумом закрыл створку и задернул полупрозрачный, прохладный на ощупь после проветривания, тюль.       Чувство вины за содеянное, поначалу сжирающее изнутри, практически отпустило, спрятавшись где-то глубоко внутри, и Саске надеялся, что совесть на этот раз уснула навсегда и больше его не потревожит. Оставалось лишь принять тот факт, что он ничуть не лучше того, от кого прятался все эти годы. Монстр, перенявший зависимость к наркотикам от матери и склонность к убийствам от отца и брата.       — Чокнутая семейка, — пнув по дороге валявшуюся на полу подушку, Саске прошёл на кухню, заваривая себе крепкий кофе, чтобы не уснуть.       Если с чувствами во время бодрствования он справиться мог, то кошмары, снившиеся по ночам, ему не подчинялись. Они возвращали его в то кафе, а затем домой, где он остервенело смывал присохшую бурыми пятнами чужую кровь, раздирая кожу до красноты. Слишком реалистичные картины выбивали из колеи, и после этого он ещё долго не мог успокоить безудержно колотящееся сердце. Мысль сдаться полиции пришла в голову лишь однажды, но Саске отогнал эту идею, как самую бредовую из тех, что когда-то приходили ему на ум. В тюрьму не хотелось. Да и не выживет он там, прогибаясь под прессом системы и людей в однотонной робе, повесится, используя вместо веревки собственные связанные между собой носки.       Отхлебнув обжигающий напиток, Учиха поморщился от чрезмерной крепости- слишком горьким оказался кофе, но выливать не стал, продолжая пить маленькими глотками.       Чтобы хоть немного отвлечься, он забрался с ногами на диван и бездумно переключал каналы, пустым взглядом смотря на экран, пока не увидел то, что привлекло его внимание. Он даже звук включил, чтобы слышать, как корреспондент безэмоционально вещает о сгоревшем кафе на одной из отдаленных улиц Токио.       Саске, жадно впитывая информацию, поддался вперёд и тут же зашипел, пытаясь стряхнуть горячие капли, пролившиеся из кружки на живот, но лишь размазывая их больше по футболке.       Отставив посуду на столике, Учиха подошёл к телевизору, садясь перед ним на корточки и разглядывая обугленные, покрытые чёрной сажей стены и залитые водой полы после тушения пожарными. Всё погибли: посетители, сотрудники, хозяин заведения. Ни одного выжившего. Ни одного.       Саске прижался к прохладному стеклу лбом, закрывая глаза, но свет от экрана всё равно проникал под веки, не давая погрузиться в спасительную темноту.       Не трудно было догадаться чьих рук это дело.       Внутри всё холодело от понимания, что знакомый и такой близкий ему человек совершил подобное, но вместе с этим подозрительно радостное чувство собственной значимости для Наруто цветком распускалось в груди, впиваясь острыми шипами в самое сердце.       Наверное, он точно псих.       Уголки губ дернулись вверх, и парень не смог сдержать нервный смешок, рвущийся наружу.       Узумаки спас его в очередной раз, пусть и таким жестоким, извращённым способом. Возможно, по-другому он уже не умел или не мог в силу обстоятельств или... Учиха покосился на телефон, мирно лежавший на столике. Можно сколько угодно искать оправдания Наруто, постоянно находя новые доводы в его пользу, но то, что он пропал, даже не отправив одно единственное смс о том, что всё в порядке, злило больше всего остального.       Выключив программу с новостями произошедших событий за неделю, Саске вернулся на диван, откинувшись на мягкую спинку и запрокидывая голову, бездумно смотря на белый, идеально ровный потолок. Рука потянулась вверх, касаясь кончиками пальцев металлической полоски на шее, с которой он сроднился настолько, что перестал обращать на неё внимание. Но сейчас захотелось сорвать его, потому что ошейник, до этого помогающий справится с разлукой, показался невероятно тяжёлым, давящим на плечи и сжимающим горло, словно железные тиски.       Врать самому себе было глупо. Несмотря на смешанные чувства, бурлящие внутри подгоревшим варевом, он с уверенностью мог выловить из них одно:       — Я скучаю...       Слова, сказанные в пространство, так и остались без ответа, и даже телефон, всё время включенный в ожидании звонка, молчал.       Кофе больше не хотелось. Как и разглядывать уже поднадоевший интерьер съемной квартиры. Схватив куртку, он накинул её на плечи, уходя из душной бетонной коробки на свежий воздух.       Дождь, до этого едва моросящий, усилился, укрывая соседние здания крупных капель, льющихся с опечаленных небес.       На секунду засомневавшись, стоит ли выходить из-под козырька над подъездом, Учиха всё таки накинул глубокий капюшон, скрывший его лицо от посторонних глаз, сделал шаг вперёд навстречу холодному дождю, надеясь, что он сможет смыть хотя бы часть его грехов, очищая его прогнившую душу.       Крупные, холодные капли наполняли разрастающиеся на дорогах лужи, в которые Саске с упорством наступал, даже не пытаясь их обойти.       Он несколько часов бродил, не обращая внимания на холод и противно липнущую к телу вымокшую одежду. Он думал об Узумаки, их глупой ссоре и непонятных отношениях, которые изменили его, превратив в того, кем он боялся стать. Хорошо это было или плохо — Саске больше не знал, затрудняясь ответить даже самому себе.       А ещё он удивлялся, как Наруто мог сохранять спокойствие, ведь таких вот ситуаций в его жизни было на порядок больше, но он ни разу не видел угрызений совести на загорелом лице.       Словно из ниоткуда, из-за стены дождя вышли двое полицейских, патрулирующих улицу, заставив Саске неосознанно замереть, задерживая дыхание. Он смотрел на них, внутренне подбираясь, готовый в любой момент дать отпор, но обошлось. На него даже не обратили внимания, спеша покинуть негостеприимную улицу.       — Мудаки, — Саске сплюнул, стоило полицейским скрыться за поворотом, и поспешил домой, чувствуя, что если проведет ещё хоть час в мокрых кроссовках, то простуда обязательно накроет с головой.       Время то замедлялось, то ускорялось, сменяя дневное светило на блеклую, подернутую облаками луну.       Последние теплые деньки незаметно ускользающей осени Саске предпочитал проводить на свежем, пропахшем опавшей листвой воздухе, тем более, что затяжной дождь уже закончился, оставив после себя невысыхающие лужи и потемневший от влаги асфальт.       Учиха бездельно слонялся по улицам или сидел на скамейке в парке, наслаждаясь любимым мороженым, покрытым клубничной глазурью. Он больше не бегал по городу, стирая ноги до мозолей в поисках подходящей работы, потому что знал, что сейчас неподходящее время.       Парень слизнул капельку подтаявшего пломбира и поморщился, щурясь от яркого, хоть и не такого теплого, как летом, солнца.       На улице ему становилось легче и жизнь не казалась сплошной черной полосой из неудач и разочарований. Наруто как-то посоветовал ему найти себе занятие по душе, но в голову упорно ничего путного не лезло. Кроме учебы, Саске никогда ничем не увлекался, считая, что это только отвлекает от изучения материала и выполнения домашнего задания. Каких-то особых талантов, кроме притягивания неприятностей, он за собой не замечал, поэтому сейчас вспоминал все возможные хобби, решая какое же из них подойдёт именно ему. Возможно, таким способом он пытался отрешиться от происходящего, пытаясь жить дальше, или успокаивал себя, что всё хорошо, а то, что произошло, было лишь плохим сном, а может он просто хотел заглушить тоску по тому единственному, о ком думало его сердце.       Почему-то вспомнился эскиз, выполненный Саем, который когда-то он увидел у Наруто дома. Обнаженный парень, нарисованный простым карандашом, прочно засел в его голове до мельчайших деталей, и повторить бы его по памяти, но, к сожалению, таланта к художествам у Саске не было. Как и к пению, музицированию, лепке и кулинарии. Так что же ему тогда выбрать?       Погруженный в свои размышления, он сунул в рот остатки мороженого и с досадой облизал деревянную палочку.       — Хорошее всегда имеет свойство быстро заканчиваться, — философски произнес он и, прицелившись, кинул мусор в урну, впрочем, не попав, — недолёт, м-да.       Встав с насиженного места, он прогулялся по аллее, усыпанной мокрыми листьями, пиная их носком кроссовка.       — Саске!       Парень вздрогнул и обернулся на смутно знакомый голос, окрикнувший его. Вот уж кого он не думал здесь встретить, так это человека, забытого за ненадобностью в прошлой, не слишком то радостной жизни. — Саске, привет! — девушка налетела на него, вставая на цыпочки и, по привычке, целуя в обе щеки.       Приторный аромат дешёвых духов, которыми она щедро поливала себя, тут же ударил в ноздри, отчего внутри всё засвербело, вызывая приступ кашля. И как он раньше не обращал на это внимание? А ещё почему-то ужасно хотелось умыться, брезгливо стирая следы от поцелуев и наверняка оставшиеся отпечатки помады на лице.       Саске укорил себя за подобные желания, ведь именно она помогала ему не загнуться от голода и одиночества в его берлоге. Но это не помогло, потому Учиха отошёл на пару шагов и выдавил из себя подобие улыбки.       — Здравствуй, Анка.       — Я думала, ты умер тогда, возле мусорных баков... Уже и оплакала, а ты живой, здоровый! Почему ты даже не сообщил мне?! — искренность девушки не подлежала сомнению — она просто не умела врать и была слишком простой и непосредственной, что ли, для таких вещей.       — Прости, действительно было много дел, — ничуть не дрогнув соврал брюнет, придумывая отмазки, чтобы побыстрее улизнуть от болтливой девушки, с которой совсем не было настроения обмениваться любезностями.       Не говорить же ей, что он напрочь забыл о той, которая скрашивала часы его наркотического затворничества, стоило навсегда покинуть свое негостеприимное жилье в полуразрушенном здании на окраинах города.       — Да и ладно, забыли! Главное, что ты жив! — цепкие пальчики ухватили Саске под локоть и потянули за собой по парковой дорожке. — Расскажи, как ты сейчас живёшь?       — Я... — Учиха запнулся, тихо радуясь, что вовремя смог остановиться и не взболтнуть лишнего, — избавился от зависимости.       — Поверь, это видно невооружённым глазом. Даже я бы не распознала в тебе бывшего наркомана. Нашел себе кого-то, ради кого захотелось изменить свою жизнь? — пухлые губы, обведенные слишком вульгарной для дневного времени красной помадой, изогнулись в улыбке, а карие глаза хитро прищурились, нацелившись на новую сплетню, которую можно будет обсуждать несколько дней, а то и целую неделю со своими соседками по комнате.       — Возможно, — уклончиво ответил Учиха, смирившись, что вырваться из этих коготков ему сейчас не удастся, если уж Митараши нашла себе цель, то ни за что не отступиться от нее, — а ты как поживаешь?       Скорее машинально, чем из интереса спросил парень, брезгливо поглядывая на чужие пальцы, сжимающие рукав его куртки.       — Что у меня может измениться? Ночью - работа, днём — сон, вечер — подготовка к работе.       — Не надумала уйти оттуда?       Они гуляли по парку, и со стороны можно было подумать, что они — влюбленная парочка, идущая под руку.       От подобных мыслей Учиха вздрогнул, чуть отстраняясь от девушки, а потом и вовсе остановился, задержавшись взглядом на мужчине, играющем с ребенком. Они смеялись и барахтались в куче осыпавшейся с деревьев пожелтевшей листвы.       Анка проследила взглядом за тем, что так заинтересовало парня, и по-доброму улыбнулась, когда поняла причину.       Саске сильно изменился с тех пор, как она нашла его, истощенного до предела, грязного, но умеющего скалить зубы даже там, где это было не нужно. Много времени прошло и вот теперь он превратился в настоящего мужчину, который смог побороть свои слабости, уйти от той жизни, которую и врагу не пожелаешь. Она с удивлением поняла, что чувствует гордость за него, как если бы Саске был ее братом или сыном.       — Тоже хочешь?       — Ты о чем? — Учиха, задумавшись, совсем забыл про старую подругу, которая так внезапно дала о себе знать.       — О детях, — пальчик с накрашенным фиолетовым лаком ногтем указал на веселящуюся парочку.       — Смеёшься? — развернувшись, Саске фыркнул и, высвободив руку из ослабшего захвата, пошёл в другую сторону, больше не глядя на тех, кто смог напомнить ему о собственном неудавшемся детстве.       — Придет ещё время и захочешь.       — Лишние проблемы от них. Сама то ты сильно о детях мечтаешь?       — Мечтаю, — ничуть не смутившись, Анка пожала плечами, поспешив за брюнетом, — но мечтать это одно, а вот в реальной жизни как-то всё не клеится.       — Ты бы для начала работу свою бросила. Я тебе много об этом говорил. Тогда может и мужика нормального встретишь.       — Эй, смотрите-ка, учить он меня взялся! - следом за возмущением последовал подзатыльник, которым она частенько награждала Учиху в былые времена. Несильный и не со зла, скорее по привычке. - Может и брошу.       Чуть тише добавила она, отводя глаза в сторону. Не говорить же Саске, что бросать уже поздно, а результаты анализов, которые сейчас лежали в ее сумочке, не внушали надежду на долгую жизнь и тем более на детей. В последние несколько месяцев её хозяин лютовал, подкладывая девушек под всех, у кого между ног хоть что-то стояло. В принципе, если не стояло, то тоже не страшно, с них и денег можно было побольше взять, за прелюдии. И ведь проверялась же полгода назад, как и ещё полгода до этого, и всё было чисто, а в этот раз...       Анка закусила губу, сжимая задрожавшие пальцы на немного облезшей ручке сумочки. Постоянная смена партнёров и вереница незапоминающихся лиц дала о себе знать целым букетом заболеваний, от которого теперь не избавить даже самыми дорогими лекарствами. Так стоит ли теперь переживать о прожитых зря годах, если уже ничего не исправить?       — Ты знаешь, Саске, я совсем забыла, меня же подруга ждёт. А я тут с тобой совсем заболталась... Я рада, что мы увиделись. Береги себя, — она порывисто обняла недовольного парня и, развернувшись, быстрым шагом пошла прочь, звонко стуча каблучками.       — И ты себя береги...       Саске смотрел вслед уходящей девушке, с каким-то раздражающим сожалением понимая, что она не исправится, а продолжит терзать свое тело, ложась под любого, кто предложит деньги или на кого укажут пальцем.       Дождавшись, когда Анка скроется за деревьями, Учиха, сунув руки в широкие карманы джинсов, пошел в другую сторону. Настроение почему-то скатилось к нулю, а осадок от нежданной встречи и недосказанности царапал внутри острыми когтями.       А ещё у него возникло чувство, что больше они никогда не встретятся...       В таком подавленном состоянии он дошел до дома, по дороге заскочив в магазин, и чуть не выронил пакет, когда увидел блондина, лениво подпирающего дверь подъезда плечом.       — Остыл? - вместо приветствия спросил Наруто, отталкиваясь от стены, но не спуская внимательного взгляда с нахмурившегося брюнета. — Или мне заехать позже?       — Мне кажется, что тебе лучше вообще не приезжать, — сквозь зубы процедил Саске, прикидывая, сможет ли обойти парня, преградившего ему дорогу и, с раздражением понял — нет.       — Значит, ещё не успокоился, — Наруто разочарованно вздохнул, собирая в голове разбежавшиеся мысли, — давай забудем прошлую нашу встречу и сделаем вид, что всё идеально.       Первое, что захотелось сделать Саске после этих слов - стукнуть парня пакетом по надменной физиономии и стереть ухмылку с губ, почти скрытых за отросшей щетиной.       И прежде, чем он сам успел понять что делает, тара с продуктами упала на асфальт, а сжавшийся до побелевших костяшек кулак врезался в широкую грудь парня, заставив того закашляться и, потирая ушибленное место, отойти на пару шагов от Учихи.       — Узумаки, ты вообще с головой не дружишь?! — гневно зашипел брюнет, ураганом налетая на парня и толкая того к стене. — Ты пропал на две недели и даже не удосужился за это время спросить, как я себя чувствую после случившегося! Или я людей пачками убиваю, что меня это не должно задевать?!       — Саске, — крепкие руки сжались на тонких предплечьях Учихи, встряхнув парня, как тряпичную куклу, — если ты будешь так кричать, то кто-нибудь обязательно услышит это, а особо бдительный ещё и в полицию обратится, а ты ведь не хочешь, чтобы с этим законопослушным гражданином случился несчастный случай?       В голубых глазах, смотрящих на него, читалась решимость, доказывающая, что да, он сделает то, о чём сказал.       Раньше Саске старался не замечать, игнорируя и сталь, навечно поселившуюся в каждой линии лица, и готовность в любую секунду ринуться в бой в натренированном теле. Вроде и тот же, но что-то незримое появилось, меняя родной облик, превращая его в хищника.       — Тех людей мало было?! — Саске казалось, что он сейчас взорвётся от негодования и злости, заполнивших его разум и проступивших на лице красными пятнами. — Ты что, совсем не сожалеешь об этом?! Может, хоть угрызения совести тебя мучают, ведь там были и невинные люди, посетители кафе и сотрудники!       — Не мучает, — Наруто вздохнул, отворачиваясь и отпуская парня, — это была вынужденная мера.       — Вот так просто? — Учиха хмыкнул, физически чувствуя, как гнев отступает, оставляя внутри разочарованную опустошенность. — Мы сейчас говорим о людских жизнях, которые даже не знали, что там произошло.       — Предположительно не знали. Но это не точно. Я люблю быть уверенным, что не будет непредвиденных ситуаций, — Наруто прошёлся ладонями по куртке, простукивая карманы в поисках пачки и найдя её, извлёк сигарету, прикуривая зажигалкой и тут же глубоко затягиваясь.       — В принципе, я знал, что ты так ответишь, — Учиха замолчал, подождав, пока подозрительно поглядывающая на них соседка, проживающая этажом выше, пройдет мимо, скрываясь в темноте подъезда, — у меня было достаточно времени подумать.       — Я погорячился. Прости, мне не стоило говорить те слова, — выпустив колечко дыма, Наруто посмотрел на парня, стараясь взглядом передать всё то, что он хотел сказать, но не получалось.       — Мне похуй, — подняв пакет, Саске кинул его на скамейку, тут же плюхнувшись рядом и вытягивая чуть помятую сигарету из кармана куртки, прокручивая её в пальцах, - ты сказал то, что и так известно.       — Знаю, но мне стоило промолчать, — Наруто метко отправил докуренный бычок в урну и присел перед парнем на корточки, поглаживая по-прежнему острые колени сквозь джинсы, — но я такой есть и вряд ли когда-то изменюсь.       — Как и я, — кивнув, он серьезно посмотрел на Наруто, зажимая фильтр губами и криво усмехаясь.       Наконец-то почувствовать долгожданное тепло родного тела, было приятно. Напряжение, копившееся все эти дни, отступало, и Саске даже глаза прикрыл от того, насколько рядом с ним ему становилось спокойнее, тем более, что сейчас он вновь может быть самим собой.       — Я тебя понял, — чуть улыбнувшись, блондин привстал, дотягиваясь и целуя прикрытый черными волосами лоб, - мне пора ехать.       — Езжай, — Саске стараясь не показывать насколько это было тяжело, с трудом отстранился от своего личного успокоительного, встал, поднимая пакет и направляясь к двери, — и приведи себя в порядок, ты выглядишь ещё хуже меня. И воняешь соответственно.       — Так мы помирились? — Узумаки фыркнул, пропуская замечания мимо ушей и с надеждой смотря в спину удаляющемуся парню.       Ответ прозвучал, уже когда Учиха проводил чипом по маленькому кругляшку домофона, задержавшись на секунду на улице, но не оборачиваясь.       — Да.       И только, когда дверь за Саске закрылась, отрезая его от парня, он судорожно выдохнул, прислоняясь спиной к прохладной стене и давая себе минутную передышку.       Он обязательно примет Узумаки таким, какой он есть и даже перестанет осуждать. Когда-нибудь — обязательно. И себя тоже.       — На это просто нужно время, — убеждая самого себя, Саске, поморщившись, выплюнул сигарету с размокшим от слюны фильтром и побрел по пыльным ступеням к себе в квартиру, ставшую для него убежищем.

***

      Ложечка мерно ударялась о края фарфоровой чашки, издавая противный звук от каждого соприкосновения, нервируя Наруто, который выжидательно уставился на парня, сидевшего напротив.       — Нет, — всё так же спокойно и непоколебимо ответил он, продолжая мешать уже давно остывший чай, лениво поглядывая на прохожих в панорамное окно ресторана, в котором они с другом расположились.       — Ой, да ла-а-адно тебе, Сай! Почему нет?! — не скрывая возмущения, Узумаки ударил раскрытыми ладонями по столу, отчего крышечка на сахарнице подскочила, съехав на бок.       — Потому что только месяц прошёл, как меня практически с того света вытащили, а ты предлагаешь опять рисковать? — тонкая чёрная бровь скептически изогнулась, и Акаши, не отворачиваясь от окна, покосился на друга.       Наруто лишь фыркнул, игнорируя порицающий взгляд темных глаз. Он всё равно уговорит этого упёртого парня пойти с ним, и никакого риска не будет — Сай лишь для подстраховки и не более.       — Все равно рано или поздно тебе придется вернуться к работе.       — Лучше поздно, — Акаши, больше не смотря на надувшегося друга, вернулся к созерцанию унылой картины за окном и подпер щёку кулаком, мечтая оказаться сейчас совсем в другом месте.       Сказать по правде, ему уже осточертело рисковать жизнью ради прихотей Босса, постоянно оглядываться и проверять нет ли слежки и опасаться за жизнь своей ненаглядной супруги.       Хотелось уже тишины и покоя где-нибудь в провинции Франции или же в самом Париже, потому что Ино обожала этот город, считая его самым романтичным и красивым. Прованс, лавандовые поля, одуряюще пахнущие, и они бегут среди этих насаждений, впитывая кожей сладковатый аромат и теплоту солнца.       — Это всего на одну ночь! Сай, ну пожалуйста!       Умоляющий голос раздавался на периферии сознания, не давая сосредоточиться на беззаботной и счастливой мечте о спокойном будущем, но он не вслушивался в слова, отсеивая его, как задний, надоедливый фон.       Или же каждое утро выходить на лоджию с чашечкой свежесваренного кофе и смотреть на величественную Эйфелеву башню, а потом оборачиваться и видеть, как жена, тихо напевая колыбельную, укачивает их маленького сына. Или дочку? Сай ещё не решил, кого бы он хотел, но точно был уверен, что будет рад ребенку...       Юноша даже мечтательно зажмурился от картинок, всплывающих в его голове, совсем позабыв, где находится и какие проблемы витают кругом.       — По-моему, ты меня не слушаешь! — Узумаки обиженно, словно маленький ребёнок, посмотрел на разочарованно вздохнувшего после прерванных фантазий друга.       — Возьми кого-нибудь из парней.       — Я не доверяю им так, как тебе. Повеселимся, развеемся. Давай, а?       — Наруто, я что-то не пойму, ты туда отдыхать идёшь или решать проблемы? — Сай откинулся на спинку стула, скрещивая руки на груди.       После нескольких недель, проведенных в коме, ему было сложно вернуться к работе на улицах города, поэтому Босс решил, что толку от него сейчас будет больше, если он загрузит его делами в офисе. Бумажная волокита порой выматывала его так, как не выматывали вылазки по ликвидации неугодных для начальства людей. Но он старательно выполнял все, что ему поручили и даже больше, когда ответственность за отдел выбывшего ненадолго Наруто легла на его плечи.       Акаши все ещё носил послеоперационный бандаж, потому что от резких движений все внутренности сводило болевыми спазмами. Черт возьми, он даже смеяться не мог без того, чтобы не морщиться от тянущих, неприятных ощущений. Шов заживал тяжелее, чем обычно, а может это просто рана оказалась серьезнее. Какая разница почему, главное, что на полное восстановление уйдут месяцы. И спасибо врачам, что он вообще живой остался, смогли засунуть его ливер обратно и заштопать, пусть и не слишком ровно, оставляя уродливый шрам, перечеркивающий его живот, но это лучшее, на что он мог рассчитывать в той ситуации. По крайней мере он всё ещё жив, хотя мог бы уже месяц лежать в деревянном ящике или быть кремированным, как поступали в семье его жены с умершими родственниками.       Теперь Сай ходил медленно, с неестественно ровной спиной, чтобы уменьшить нагрузку спереди, на живот. А тут ещё и Наруто прицепился, словно банный лист, и никак не хотел прислушиваться к голосу разума.       — Я туда пойду развлекаться. И уже попутно искать Хидана.       — А не наоборот?       — Нет, точно тебе говорю. Давай ты сходишь со мной. Оденешься, как робот или диснеевская принцесса, или ещё как-нибудь. Отдохнем, выпьем.       — Значит, плана у тебя нет? — не поддавшись на обманчивые слова, брюнет сразу же раскусил Узумаки и теперь смотрел на его расстроенную мину.       — Он есть. Мы просто пойдем на эту грёбаную вечеринку. Ты будешь сидеть, потягивать коктейли и смотреть по сторонам. Если увидишь его или что-то подозрительное, то дашь мне знать. Вот и все.       — А что будешь в это время делать ты?       — Тоже искать его. Ну и на танцпол загляну. Давно я косточки свои не разминал в танцах.       — И если он там будет, что тогда?       — Как и обычно, скручу, получу информацию и пристрелю.       — Как у тебя все просто!       — А зачем усложнять?!       — И правда... Ты понимаешь, что в случае чего, я не смогу прикрыть тебе спину?       — Я это понимаю. От тебя требуется только помощь в поисках и все. Иначе я пойду один и обязательно пропущу его, потому что у меня нет такого поразительного зрения, как у тебя.       — Хитрый лис, — усмехнулся парень, зная, что друг льстит ему, но всё равно было приятно услышать комплемент, — ладно, уговорил, но это последний раз, когда я поддаюсь на твои провокации!       — Спасибо, дружище! — Узумаки от переполнявших его эмоций подпрыгнул на месте, хлопнув в ладоши и потирая их в предвкушении грядущего маскарада.       Тем более, что он не соврал, и план у него действительно имелся. Правда, Сая он в него сейчас посвящать не собирался, а то вдруг передумает...       — Не благодари. Лучше придумай, как меня отмазать, если Ино узнает, что я хожу на вечеринки без нее.       — Там все в масках будут. Тебя и не узнает никто.       — Если что, я скажу, что это ты виноват.       — Договорились. Как она там, кстати?       — Отлично. Использует мою кредитку с завидной регулярностью, только и успеваю всё оплачивать. Смотри, вчера мне прислала, — Акаши достал новенький смартфон металлического оттенка и, что-то быстро щёлкнув, развернул экран к другу.       На открытой во весь экран фотографии была изображена миловидная девушка с длинными, до самой поясницы, высветленными волосами и ямочками на загорелых щеках. Прелестная белозубая улыбка так и манила улыбнуться в ответ, потому что не поддаться её очарованию и невинности было невозможно. И только близкие люди знали насколько внешность отличается от внутреннего, порой невероятно стервозного характера и врождённого своеволия. Накинутая на плечи короткая шубка не скрывала глубокий вырез декольте и пышную грудь, готовую вот-вот вывалиться из платья.       — Она что, шубу себе купила? — заметив, ещё не срезанный ярлычок на обновке, Наруто с сомнением покосился на вздохнувшего друга, обречённо понурившего плечи. — Зачем ей шуба, если она на островах отдыхает? Там же температура не падает ниже тридцати градусов. Логичнее было бы купальники покупать. — Не спрашивай. За все годы, прожитые в браке, я так и не смог понять женской логики. А купальники она уже давно все скупила. И прислала мне тридцать одну фотографию с разных ракурсов в бикини. В разных бикини, потому что, цитирую: «Девушка не должна в одном и том же ходить чаще одного раза в месяц.»       — Боже... Ещё один плюс встречаться с парнем, а не с повернутыми на шопинге бабами.       — Я лучше потерплю и посмотрю все селфи своей жены, чем променяю ее мягкую грудь на тощую задницу и обвисший член между ног.       — Так надо постараться, чтобы член не висел, а стоял! — Узумаки рассмеялся и допил свой уже остывший кофе в маленькой кружечке. Никогда он не поймет этих порций, рассчитанных скорее на детей, чем на взрослых людей. Кружка должна быть такой, чтобы ее двумя руками обхватывать, обжигаясь о круглые бока, а не бояться, что крохотная посудка рассыпется от неловкого прикосновения.       — Избавь меня от подробностей своей личной жизни, — наигранно ворчливо произнес Сай, пряча телефон обратно во внутренний карман пиджака, — ты сегодня выглядишь лучше, чем при нашей последней встрече.       Наруто улыбнулся, проводя огрубевшей ладонью по гладко выбритой щеке с едва заметными полосками шрамов. Пришлось побриться и привести себя в порядок, потому что Саске взял с него честное слово, что Наруто постарается вернуться к своему первоначальному облику и больше не будет похож на бомжа с ближайшей помойки. А зная характер Учихи, приходилось теперь тратить время на то, чтобы, изобразив тупенькую улыбку, позировать для фотографий и скидывать их по защищенному каналу Саске.       Но несмотря на все ворчания и недовольства, Наруто был рад, что они помирились. Пусть и не до конца - холодок в отношениях все же чувствовался до сих пор, слишком сильно задели Саске последние слова блондина, крикнутые сгоряча.       Хоть Наруто и не сказал неправды, лишь озвучил известную истину, но все равно эти слова молчаливой преградой встали между ними, не позволяя быть до конца открытыми. Потерянное доверие придется заслуживать вновь, а на это нужно время. Или Саске просто не смог принять того, что Узумаки сделал для его спасения? Порой складывалось впечатление, что Учиха вернулся к старой версии себя в защитной реакции и порыве обезопасить себя от новой порции боли, которую теперь ожидал даже от Наруто.       Блондин тряхнул головой, отгоняя ненужные сейчас мысли и убирая с лица выбившиеся из небольшого хвостика пряди. Волосы, по его мнению, отросшие слишком сильно, доставали почти до плеч, и чтобы они не мешали, он приловчился завязывать их на затылке. Обрезать после того, как Учиха томным шепотом по телефону сказал, что Наруто очень идёт с такой прической, почему-то сразу расхотелось. Пусть будут длинными, ему не сильно мешают, а Саске приятно, что Узумаки старается для него. Только мыть их стало проблематичнее, но и с этим он справится. Ради Саске.       — Я тебе подробности и не выдам, но, — Наруто поднял вверх указательный палец и широко улыбнулся, предвкушая как скоро ему удастся посмеяться от души, — я, как твой лучший друг, хочу дать тебе совет. Наиважнейший, можно сказать, для упрочнения ваших с Ино отношений.       — За какой-то месяц ты вдруг стал знатоком отношений? Не думаю, что мне поможет твой совет. У меня и так все прекрасно.       — А после этого станет ещё лучше!       — Да ну?       Глядя на уверенное лицо и голубые глаза, в которых отчётливо танцевали бесята, Сай с сомнением соображал, что же такого может посоветовать Узумаки, и как на зло не было ни одной дельной мысли в голове. Но это только поспособствовало разрастись с космической скоростью интересу.       — Ладно, сдаюсь! Выкладывай...       Наруто послушно перегнулся через стол что-то быстро зашептав в самое ухо друга. По мере поступления информации лицо Акаши смешно вытягивалось, как будто Узумаки открыл ему сейчас самый большой секрет человечества. По меньшей мере, планетарного масштаба.       Рассказав все, что хотел, Наруто откинулся обратно на стул и ржал сейчас, смахивая выступившие от смеха слезы. Настолько комичным было лицо потрясенного брюнета.       — Это что же... Техника уже и до такого дошла? — усваивая полученную информацию, он с удивлением понял, что только при одной мысли об использовании такой игрушки его собственный член начал вставать. Что уж говорить, быстрая дрочка в душе никогда не сравнится с полноценным сексом. Но изменять своей жене он не собирался, поэтому как примерный семьянин терпел, удовлетворяя потребности рукой.       Ино, хоть и была его ровесницей и обладала от природы шикарной фигурой, которая не требовала доработок пластических хирургов, всё же, в отличии от других девушек своего возраста, отличалась весьма консервативными взглядами на сексуальную жизнь. Даже сейчас, когда она находилась за много тысяч километров, все что смог выпросить Сай - фотографии в купальнике. Ни одной интимной фотографии девушка так и не смогла сделать, жутко стесняясь подобного. А теперь Наруто говорит о таком, что у Акаши дыхание перехватывает, а Ино вообще сгорит от стыда и скорей всего будет долго на него обижаться и играть в молчанку, игнорируя сообщения мужа только за предложение подобного.       — Сай, твое лицо сейчас просто бесценно!       — Лучше бы ты вообще ничего не говорил мне!       — Дружище, ты справляешься с кучей вооруженных головорезов, но не можешь уговорить собственную жену на виртуальный секс.       — Не все такие извращенцы, как ты.       Зависть больно уколола в самое сердце, а ущемленная гордость противно заскреблась на задворках сознания.       Но стоило Акаши посмотреть в голубые глаза, как он тут же устыдился собственных чувств. Наруто был прав во всём, и отношения в семье, где главенствующую роль взвалила на свои хрупкие плечи Ино, кардинально разнились с жизнью Сая вне любовного гнёздышка.       — О том, что я извращенец, ты давно осведомлен во всех подробностях.       — Это было с девушками.       — А разница? Что нельзя сделать с парнем, что можно сделать с девушкой? Двух дырок мне вполне хватает для удовлетворения. Я просто прекрасно знаю, что ты ничуть не меньший извращенец, чем я. Если даже не хуже. И знаю, что Ино у нас девушка скромная. Вот и подсказал, как разнообразить вашу семейную жизнь. Тем более неизвестно ещё сколько она пробудет там. Мы ещё не разобрались со всеми проблемами. Быть здесь ей опасно.       — Ты прав. Я до сих пор вспоминаю какие мы устраивали пари на девушек, - Сай с некоторой долей нежности хранил эти воспоминания их юности. Когда ещё не было Ино и он был полностью свободен в выборе сексуального партнёра. Что они тогда с Узумаки только не чудили, устраивая в свои редкие выходные настоящие оргии в стиле БДСМ. Как же это было давно, как будто в другой жизни.       — Ладно, я дал тебе пищу для размышлений. Будь уже нормальным мужиком и стукни кулаком по столу, пока она не стукнула тебе по башке, — Наруто кинул купюру рядом с пустой чашкой, расплачиваясь за свой кофе, и встал из-за стола, оставляя друга в глубокой задумчивости, но знакомые искорки решительности, которые уже давно не появлялись в чёрных глазах, он все же смог увидеть перед тем, как покинуть кафе.