Противостояние

      В тишине комнаты отчётливо раздавались длинные гудки, доносившиеся из динамика телефона, раздражая звонившего своей монотонностью.       — Хей, малыш, привет! — Наруто аккуратно зажал гаджет между плечом и ухом, когда на том конце наконец-то раздался долгожданный щелчок и недовольное сопение.       — Привет, — хриплым после сна голосом ворчливо произнес Учиха и протяжно зевнул, явно надеясь на продолжение сладкого сна, который так некстати оборвали.       — Время — обед, а ты спишь. И не стыдно? — представив только что проснувшегося Учиху с отпечатком подушки на щеке и взъерошенными чёрными волосами, парень улыбнулся.       — Нет. Я полночи собирал эту алмазную картину, которую ты мне подсунул, так что я заслужил сон.       Наруто вслушался в доносившуюся возню и в то, как Учиха со стоном потягивается, разминая затёкшие после сна кости.       Такого Саске он любил. Почти домашнего, несмотря на его откровенно скверный характер и любовь к недовольному брюзжанию по любым, даже самым незначительным пустякам. К этому можно было привыкнуть, и он уже почти привык, хотя отчаянно сопротивлялся верить в это, чтобы не спугнуть маячившее на горизонте счастливое будущее.       — Доделал? — парень неодобрительно цокнул языком при взгляде на собственные, покрытые чёрными пятнами смазки, руки.       Порой он слишком увлекался, перебирая свои игрушки, некоторые из которых были созданы лично им из отдельных никому ненужных деталей. У всех должно быть хобби, чтобы, когда на душе было особенно мерзопакостно, была возможность отвлечься и успокоиться. И не важно, что о нём никогда не узнает Саске, как и не взглянет на его шедевры, сотворенные в порыве особого вдохновения. Пусть это будет очередной маленькой тайной, за которую ему чуточку стыдно.       — Нет, ещё немного осталось.       — Я ведь говорил, что ты найдешь занятие по душе, — усмехнувшись, Узумаки любовно погладил взятый с тумбочки пистолет, собранный им пару лет назад и ни разу ещё не подводивший его, и, на секунду замерев, согревая холод металла под пальцами, начал ловко разбирать его.       — Я использовал весь свой нецензурный запас. Когда я ее доделаю, я ее сожгу к чертям, — Саске раздражённо фыркнул при одном только воспоминании, как он неуклюжими пальцами пытался собрать рассыпавшиеся по полу стразы и тихо матерился, проклиная Узумаки с его глупыми задумками.       — Ты обещал первую картину подарить мне! — возмутился блондин, попутно протирая деталь пистолета небольшой тряпицей.       Подготовка к ночи шла полным ходом, потому что он ещё с детства усвоил одно простое правило — неподготовленными на задания не ходят, это чревато тем, что с него можно не вернуться. Так что он уже с утра достал весь свой арсенал, подбирая что-то более подходящее для дела, которое в отличии от всех предыдущих касалось лично его. Больше не было непредвзятости, с которой он ходил исполнять приказы Босса, порой лишь отстраненно задумываясь о мотивах. Сказано "убить" и он шёл убивать, "привезти живым" и он привозил. Но теперь от этого задания зависела его судьба, жизнь и личное счастье, которое в данный момент глубоко затягивается сигаретой, выпуская дым прямо в динамик телефона.       — Я передумал. Чем ты там занимаешься?       — Эээ... — Узумаки покосился на магазин, до отказа наполненный патронами у себя в руках, и перевёл взгляд на глушитель, который он уже подготовил, и теперь тот лежал на прикроватной тумбочке, дожидаясь своего часа, - ничем. Так, мелочами разными.       — Ты обещал, что мы увидимся.       — Во-первых, я не обещал, а во-вторых это было твоё условие для моего прощения, — Наруто вернул обойму в пистолет, проверив работоспособность и, щёлкнув предохранителем, положил его рядом с глушителем, — А ты сильно этого хочешь? Дотянувшись до свёртка, лежащего неподалеку, он сразу же развязывал верёвку, открывая его и осматривая цепким взглядом содержимое — всё было на месте. Набор метательных ножей, подаренный по окончании обучения одним из наставников, Наруто хранил, как памятную для себя вещь. Но оружие не тот дар, который можно принять и, положив на полку, забыть о нём, вспоминая лишь тогда, когда подвернется возможность похвастаться им перед друзьями. Нет. Наруто им пользовался все эти года, пролетевшие, как одно мгновение, точно также, как это поистине смертоносное оружие пролетело не один десяток километров, разрезая на своем пути плоть неугодных мишеней. Пролетело, словно вся жизнь, превратившаяся в один гигантский, бушующий своим неистовством кровавый водопад, грозящий раздавить Узумаки, как букашку, за любой неверный шаг.       Вытащив один из ножей, он прищурился, прокручивая его ловкими, отточенными движениями — следовало проверить, хорошо ли их наточили и не сбили ли балансировку. Не хотелось бы в самый важный момент промахнуться, давая сопернику шанс на победу.       — Хочу. Или ты думал, что я забуду про это? Мы играли по твоим правилам, теперь будем по моим.       — Ты так в этом уверен? — Наруто еле сдержал смешок, представив, как Саске будет материться его подарку, который он уже подготовил специально для него, — тогда до вечера, малыш.       Сбросив вызов, он метнул один из ножей, попадая в самый центр двери в ванную, с наслаждением наблюдая, как острая сталь входит в дерево, оставаясь там дожидаться хозяина.       — Бинго! — хлопнув в ладоши, довольный Узумаки подошёл к мишени, выдергивая из поврежденной двери нож и убирая его в чехол к остальным, таким же смертоносным лезвиям, как это.       Состояние, ещё с утра сосредоточенное и напряжённое, отпускало, а настроение, к удивлению самого Узумаки, ползло вверх. Но самое главное — предвкушение. Он будет смаковать каждый стон, каждую ложь, которая сорвётся вместе с булькающим звуком с окровавленных губ того, за кем он так долго охотился.       Передернув плечами, по которым бравой толпой пробежали мурашки, Наруто улыбнулся той самой улыбкой, похожей на оскал, которая так сильно меняла лицо, превращая его в кровожадную маску.       Совсем скоро его ждёт другая, лишённая опасности и постоянной погони идиллия с дорогим его сердцу человеком. А если кто и рискнёт встать на его пути, то сильно пожалеет, что совершил самую главную и последнюю ошибку в своей жизни.       Обведя глазами комнату, взгляд остановился на гранате, сиротливо лежащей поверх большой спортивной сумки.       — И тебя я возьму, моя хорошая, но ты уж прости, проверять сейчас твои способности я не буду, — взяв в руки боеприпас, он подкинул его вверх, ловко поймав обратно, и положил к пистолету, чтобы не забыть. Хотя мог ли он что-то забыть? Слишком часто ему приходилось выезжать на работу, а заученные почти в детстве правила отложились в подкорке, и даже самая глубокая амнезия не способна была это исправить.       Времени до вечеринки оставалось ещё много, но и дел было не меньше. Он с головой зарылся в сумку, в которую с лёгкостью сам мог влезть и начал доставать то, что, по его мнению, могло сегодня пригодиться.       Спустя час на кровати лежал целый арсенал, который, к своему сожалению, Наруто при всем желании не смог бы пронести в клуб. Пришлось убирать большую часть обратно и довольствоваться малым. Только самое необходимое, то, что сможет скрыть массивный маскарадный костюм, по весу сравнимый с полной сумкой автоматов, покоившейся на кровати.       Звук вибрации телефона по деревянной поверхности тумбочки заставил оторваться от небольшого неприметного рюкзака из прочной грязно-коричневой ткани.       Глянув на часы и хмыкнув, (служба доставки никогда не подводила, вот и сейчас курьер доставил небольшой презент адресату точно в срок), Наруто дотянулся до гаджета, раздумывая стоит ли отвечать и выслушивать длинную гневную тираду или всё же дождаться момента, когда буря утихнет и можно будет спокойно обсудить возникшие разногласия.       — Чёрт с тобой, — немного поколебавшись, Узумаки нажал кнопку принятия вызова и с опаской поднес телефон к уху.       Но вместо яростных воплей, оттуда доносилось лишь угрюмое сопение, способное любого, даже самого стойкого, заставить испытывать дичайшие муки совести. Любого, но не Наруто.       — Да брось, ты сам хотел увидеться, — не выдержал он, возводя глаза к потолку и моля о том, чтобы Учиха стал хотя бы чуточку покладистее.       — Ты больной извращенец, если думаешь, что я выйду в этом из дома, — наконец-то тяжёлое дыхание сменилось поистине ледяным тоном, способным волоски на коже шевелиться от страха.       Узумаки даже похвалил бы Саске за убийственное спокойствие, сквозившее в голосе. Жаль, что оно было напускное, скрывающее настоящие бушующие внутри брюнета эмоции.       — Значит, мне придется искать другое прикрытие, которым наверняка окажется молодая и симпатичная девушка, способная станцевать со мной пару танцев, — сбросив звонок, Наруто прислонился к стене, сжимая телефон до скрипа пластмассового корпуса.       Он сделал всё правильно, именно то, что способно было переубедить Учиху.       Пан или пропал, на меньшее никто из них не согласен.

***

      Тяжёлую поступь увесистых сапог, обшитых рыжим мехом, приглушала мягкая ковровая дорожка кроваво-красного цвета, расстеленная перед главным входом. Узумаки шел, огибая толпящихся и гудящих в предвкушении скорого веселья и бурной ночи людей. Наруто лишь мельком отмечал изобилие масок и костюмов, в которые облачились надеявшиеся попасть в самый элитный клуб столицы пришедшие и ждущие своей очереди возле входа. Кажется, весь город решил сегодня прийти сюда, усложнив его задачу до максимума: найти одного единственного нужного человека.       Узумаки криво усмехнулся и закинул огромный молот на плечо, слишком тяжёлый для простого атрибута, но он ведь и не надеялся, что будет легко. Особенно тому, кому этот молот опустится на голову, делая из серого вещества в черепе настоящий коктейль.       Ещё раз глянув на толкающихся людей, Наруто ловко, несмотря на массивный костюм, прошмыгнул за угол здания, скрываясь от чересчур ярких софитов в почти родной полутьме переулка. Он, в отличие от остальных, давно прознал, что за отдельную плату охрана возле черного входа пропускает без очереди, даже не удосужившись обыскать особо платежеспособных гостей. Всего-то и надо дать на пару купюр больше, чтобы жизнь заиграла новыми красками, льющимися с потолка ночного клуба, украшенного в этот вечер не хуже рождественской ели.       — Стоять, — двое мужчин, одетых в чёрные строгие костюмы, напряглись, внимательно вглядываясь в незнакомца сквозь прорези белых кроличьих масок, — вход с другой стороны.       — Не люблю слишком долго ждать, — протянув охранникам билет поверх пухлого конверта, Наруто как ни в чём не бывало расслабленно смотрел на переглянувшихся и понятливо кивнувших друг другу блюстителей порядка.       — Проходи, — забрав мзду и тут же спрятав её во внутреннем кармане пиджака, мужчина приоткрыл железную дверь, пропуская гостя внутрь и так же быстро её закрыл, оглядываясь по сторонам в поисках невольных свидетелей нарушения правил, но не найдя таковых, расслабился.       Приглушённый свет позволил рассмотреть длинный, вымытый почти до блеска коридор с одной единственной дверью в конце, за которой, даже несмотря на звукоизоляцию, слышалась музыка и взволнованные повизгивания людей.       Почти бесшумно дойдя до нужного места, Наруто взялся за ручку, от которой чувствовалась слабая вибрация включенных на всю мощь басов, и замер. Там был совсем другой мир, так разительно отличавшийся от того, что происходило снаружи. Своя атмосфера, своя жизнь, настоящая, почти без притворства, потому что, спрятавшись за масками, люди наконец-то могли быть самими собой...       Больше не медля, он глубоко вдохнул, словно перед прыжком в ледяную воду, и резко распахнул двери, погружаясь в новый, ослепляющий яркими вспышками мир.       Пару секунд ушло на то, чтобы глаза привыкли и смогли рассмотреть волнующуюся в причудливых танцах толпу. Фосфоресцирующая одежда привлекала внимание, и порой казалось, что человека и вовсе нет, а кто-то просто умело дергает за ниточки, прикрепленные к очередному светящемуся в темноте платью или ослепительно белоснежным брюкам.       Басы били по ушам, заставляя барабанные перепонки неприятно вибрировать и теряться в пространстве, но Наруто смог сделать пару шагов вперёд, отвлекаясь от людей и оценивая обстановку. Слишком большая площадь, слишком много людей, слишком громкая музыка, чтобы услышать подозрительные звуки и слишком много скрыто под маскарадный и костюмами, ведь это было главное правило сегодняшней вечеринки.       Подняв голову, Узумаки прищурил слезящиеся от вспышек софитов глаза и прищелкнул языком, разглядев под самым потолком девушек, одетых лишь в купальники и остроносые шляпы мифических ведьм. Без страховки и ограждений, они извивались на высоте в несколько этажей, держа метлу как балансир.       — Словно кошки, имеющие девять жизней, — представив в какую лепёшку они превратятся, если равновесие будет потеряно, парень, покачав головой, со вздохом двинулся вперёд.       Акаши уже должен быть здесь и следовало его найти, пока какая-нибудь особо прыткая девушка не подмешала в коктейль наркотик и не утащила его, уже наверняка позабывшего, чего именно стоит опасаться в клубах, на танцпол.       Они договорились встретиться возле бара, расположенного на втором этаже, выстроенном полностью из прозрачного стекла и расположенного по периметру огромного клуба, лишь середина была пустой, чтобы отдыхающие от диких танцев люди могли наблюдать со своих мест за беснующейся толпой под ними.       Приметив широкую лестницу, Наруто готов был выматериться, потому что его цель находилась как раз за огромным переполненным танцполом.       Поправив рыжий мех на плечах и проверив надёжность креплений на костюме, Узумаки извернулся, буквально ввинчиваясь между потными телами, так и липнувшими к нему не хуже кровососущих пиявок.       Каждый, даже самый маленький шаг давался с трудом, а дорогу то и дело преграждали девушки, готовые холёными пальчиками вцепиться в прочные, опоясывающие тело парня ремни, чтобы закружить его в порыве страсти, подогретом выпитым алкоголем. И после этого, наверняка, последовало бы что-то посерьёзнее, без обязательств и выспрашивания настоящих имён, как это было с Наруто раньше. И если бы не ждущий его Сай, если бы не дело, которое привело сегодняшней ночью в это место, если бы не... Саске, который, сам того не понимая, вырвал страницу похоти и разврата из книги под названием «Жизнь Узумаки», смяв её и уничтожив, а на её место вклеил новую, почти чистую, с одним единственным именем, ради которого теперь бьётся сердце хладнокровного убийцы. И даже если бы он перешагнул через себя, согласился бы поддержать эту нехитрую игру с девушкой, одетой в развратный костюм кошки, Саске не простит предательство. Наруто бы не простил.       Поэтому ни на секунду не сомневаясь он нырнул между двигающихся парней, теряясь в толпе и словно слыша позади себя разочарованный женский стон. Но это не могло быть правдой, лишь воображение, разыгравшееся со своим хозяином.       Когда он буквально вывалился из людского моря, всё сильнее засасывающего назад, в самую гущу, готов был молитву зачитать, благодаря Господа, в которого не верил, что выбрался оттуда живым и почти без потерь. Кто-то, особо настойчивый, умудрился оторвать один из ремней, видимо, оставляя себе на память как трофей.       — Безумцы, — поправив почти съехавшую меховую накидку, Наруто сплюнул, наконец-то вдыхая полной грудью запах свободы, пропитанный потом и дорогой выпивкой.       На лестнице стояли целующиеся, уже нашедшие развлечение на ночь парочки, полностью поглощенные друг другом и не замечающие ничего вокруг. Кто-то просто сидел на перилах, так же, как и Наруто, утомленный вторжением в личное пространство, но таких было немного. Такие не ходят в клубы, предпочитая проводить время дома, наедине с собой или со своей семьёй, а не в окружении незнакомцев и оглушающей музыки. Взлетев по стеклянным ступеням, он оказался на втором этаже, который был скорей балконом по периметру зала, чем полноценным этажом. Через стеклянный пол хорошо просматривалось, что творилось под ним, а низкие перила, сделанные из того же материала, едва ли доставали блондину до груди. Огромное пространство посередине, как раз над танцующими людьми, было пустым, так что отсюда действительно можно было многое увидеть. Вот только конкретного человека, если не знать, как он одет, рассмотреть не получится.       — Ты ли это? — присвистнул Сай, обернувшись, когда к нему сзади подошёл человек, слишком близко для того, кто просто решил пройти мимо.       В этом костюме, скрывающем практически всё тело, он узнал Наруто с трудом, и то только потому, что слишком давно они дружат.       — Я ли это, самурай! — Наруто по-свойски хлопнул друга по плечу, отчего тот поддался вперёд, не выдержав напора и с укоризной посмотрел на блондина, — Прости, забыл, что ты у нас подстреленная птичка.       — Пойдем, — вздохнув и отмахнувшись от глупой шутки, Акаши двинулся первым, втягивая за собой друга, — я нам столик забронировал, там обзор лучше, чем в баре: все выходы просматриваются. И танцпол тоже захватим.       — Понял, — сразу же отбросив всю весёлость до лучших времён, Узумаки серьёзно кивнул, проходя к дальнему столику, возле которого перила были ниже и действительно обзор был просто превосходным.       Он упёрся в стеклянные бортики ладонями, всматриваясь в людей, находящихся внизу и пытаясь распознать в них того, ради которого пошёл на такой риск, но тщетно. Здесь не было никого, кто бы ходил без маски, а с ней у Наруто не было и шанса найти Хидана, которого он лично даже в глаза не видел ни разу.       — Что? — не отрываясь от изучения обстановки, парень даже не обернулся на рассматривающего его друга, но вот взгляд на себе чувствовать не перестал, отчего уголки губ дрогнули, поддавшись вверх.       Не зря он так долго мучился и корпел над эскизами своего костюма, а потом долго и чересчур эмоционально объяснял всё, что он хочет, портному, вспотевшему от утомительного и требовательного клиента, доводившего его практически до бешенства. Но надо отдать должное мастерству этого, казалось бы, неказистого старичка чуть больше метра высотой, с излюбленной швейной лентой, повязанной на шею вместо шарфа. Он сделал настоящий шедевр, от которого сам Наруто, увидев, а затем и примерив, пришёл в настоящий восторг.       Мощные, покрытые мехом и перевязанные веревками, сапоги доставали почти до колен. В них были заправлены свободного кроя штаны из лёгкой, но не слишком приятной к телу ткани, перетянутые тонкими ремнями в нескольких местах и державшиеся благодаря массивной цепи с болтающейся сбоку маленькой булавой с множеством острых шипов. Обычная холщовая рубашка без пуговиц была порвана до середины торса или же дальше, вряд ли кто-то сможет разглядеть, потому что поверх рубашки была надета жилетка с кожаными вставками. Руки также перетянуты короткими ремнями. Но все это великолепие открывалось только при движении, когда рыжая шкура, с подпалым густым мехом, наброшенная на плечи и скрепленная спереди цепью двигалась в такт шагам. Кожаные перчатки с отрезанными пальцами скрывали ладони и защищали костяшки пальцев. А довершала этот образ голова мифического лиса с открытой пастью. Она удобно устроилась на голове Узумаки, спустив длинные хвосты в количестве девяти штук поверх шкуры на плечах.       Клыки, словно настоящие, поблескивали в свете мигающих прожекторов, и казалось, ещё чуть-чуть, и с них начнёт капать вязкая слюна. Со стороны это всё действительно впечатляло, вот только он не видел, как капельки пота медленно скатываются по вискам, чертя на шее влажные дорожки и впитываясь в меховую накидку. Не чувствовал, насколько тяжела его "корона", давящая на череп, словно рука великана, пытающаяся заставить Узумаки склониться. Костюм, казавшийся по-началу идеальным, спустя час нахождения в нём оказался тяжёлым и громоздким. В нём было по-настоящему жарко, особенно в этом душном, пропахшем сексом и выпивкой клубе.       Но снять его - означало проиграть.       Наруто усмехнулся и, наконец-то оторвавшись от толпы, перевёл взгляд на Сая, подмигнув ему кроваво-красными глазами с вертикальными зрачками, точно такими же, какие были вставлены в глазницы чудовища, венчавшего его, словно корона. Отличные линзы, Наруто они сразу приглянулись.       — И кто ты?       — Как кто? — блондин присел за столик, поставив рядом с собой огромный молот, сделанный по специальному заказу, как и костюм, таящий в себе немало секретов. — Я — берсерк.       — Ты не перестаешь меня удивлять, — прежде, чем сесть на удобные диванчики, Сай придержал полы своего хаори, надетого поверх длинного кимоно.       Он, в отличии от друга, решил не быть особо оригинальным, поэтому, не долго думая, надел традиционную японскую одежду и маску, скрывающую половину лица.       Брюнет переключил внимание на одетую лишь в сверкающий в полутьме купальник и маску, украшенную стразами, девушку, которая любезно принесла им меню, оставаясь стоять неподалеку, наблюдая, за приглянувшимся ей парнем.       Длинные каштановые волосы игриво коснулись щеки Наруто, когда юная красавица слишком низко наклонилась забрать перечень блюд и напитков, специально продемонстрировав ложбинку между упругих грудей.       — Нам два ваших фирменный коктейля, — Сай захлопнул меню, отдавая его официантке и раздражённо добавил, потому что девушка совсем не собиралась уходить, — и побыстрее.       — Сию минуту, — она кокетливо подмигнула из прорезей маски и упорхнула в сторону барной стойки, где уже начались первые разборки за обладание только что освободившимся местом.       — Ты просто магнит для девушек. Надо было сказать ей, что ты по мальчикам, — хохотнул парень, поглядывая на веселящихся внизу людей.       Музыка сменялась, люди смеялись и продолжали танцевать, наслаждаясь праздником и вседозволенностью.       Интересно, сколько здесь несовершеннолетних, ловко обманувших нерасторопных охранников поддельными документами?       — Я не по мальчикам, а очень даже по девочкам. Просто один парень не в счёт. Он особенный.       — Влюбился? — Сай удивлённо приподнял бровь, поправляя съехавшую маску. Никогда он еще не слышал подобного от ветреного по своей натуре друга. Сколько бы девушек не было в его постели, на утро он обычно даже не помнил их имен, предпочитая не забивать голову ненужной информацией.       Что же должен был сделать этот парень, что Наруто так привязался к нему?       Узумаки мельком глянул на девушку, которая поставила перед ними коктейли и дождавшись, когда она разочарованно уйдёт, все же ответил.       — Да, Сай. Думаю, что да...       Взгляд Наруто то и дело задерживался на месте входа в зал, откуда он совсем недавно пришел сам.       Губы расплылись в улыбке, выпуская коктейльную трубочку, когда он наконец-то увидел знакомый костюм, который сам же и придумывал.       В голове было всё так легко и просто, каждая деталь на своем месте, каждый стежок продуман, но стоило сесть и положить перед собой лист бумаги и взять в руки карандаш, как выходило нечто несуразное и совсем далёкое от того, что он хотел изобразить. Жаль, он не умел рисовать, как Акаши, практически вкладывая душу в каждое, даже самое маленькое и незначительное творение. И если бы Наруто попросил, то Сай бы сразу же согласился ему помочь, сразу бы понял о чём думает Узумаки, но ему хотелось удивить и сделать всё самому. Поэтому пришлось пыхтеть, материться, но добиться желаемого, а потом, уже после того, как портной понял его задумку, разорвать кривые, уродливые эскизы на мелкие кусочки и пообещать самому себе, что больше никогда он не возьмёт в руки карандаш для рисования.       Зато теперь Саске гарантированно не узнают в этом и они смогут почти нормально встретиться, не боясь быть застигнутыми врасплох.       — А вот и он...       — Где?! Наруто, ты что, притащил его сюда?! — Сай подскочил и, опираясь на заграждение, уставился вниз, выискивая глазами парня, — Зачем?!       — Потому что недалеко от входа припаркована машина, в ней вещи и новые документы. Для меня и для него. Как только я разберусь с проблемой, мы уедем из города, из страны, подальше отсюда, чтобы начать новую жизнь, — стараясь не смотреть на притихшего друга, Наруто сосредоточился на трубочке, размешивая ей голубую жидкость в длинном стакане.       Прощание. Их последняя встреча с другом; и от этого на сердце становилось тяжело и неуютно, ведь этот человек был с ним всегда, с самого детства, а теперь пришло время расстаться, чтобы каждый пошёл своей дорогой. Но чувство, что он предаёт друга, сбегая и решая всё за них двоих, не покидало, омрачая сегодняшний вечер тоской и глубоко засевшей виной.       — Ты всё уже решил? А ему об этом рассказал?       — Нет, — Узумаки качнул головой, вздохнув, — скажу ему, когда всё закончится. Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним, когда я отлучусь.       — Поэтому ты и позвал меня, — неопределённо хмыкнув, парень залпом выпил коктейль, стараясь усвоить факт, перед которым его поставили.       Он понимал, что так правильно, так нужно, иначе никак, но, если не врать самому себе, было обидно. Что его лучший, единственный друг не поделился с ним раньше своими планами. Не доверился, промолчал, а теперь прощается, потому что завтра его уже здесь не будет, и если повезёт, то они больше никогда не встретятся. Ведь Босс обязательно прикажет убить Наруто, не раздумывая, как только узнает правду. Но сможет ли Сай это сделать?       — Ты не прав. Ты здесь, потому что только так у нас есть возможность нормально попрощаться, — широкая ладонь, обтянутая шершавой черной кожей перчатки легла поверх бледной, почти утончённой кисти, несильно сжимая её, словно извиняясь.       — Знаю, — наконец-то посмотрев другу в глаза и замерев на секунду, Сай по-настоящему возненавидел красные линзы, мешающие запомнить голубые и такие живые радужки, цвета весеннего неба, — иди, развлекайся пока, у нас ещё вся ночь впереди, можно полчаса и для себя пожить.       — Ты простишь меня?       — Дурак, — откинувшись на мягкую спинку, Акаши усмехнулся, — разве можно злится на того, кто решил выбрать жизнь? Иди, а я пока буду следить нет ли нашей цели в поле видимости. Передатчик у тебя с собой?       — Да, — Наруто отвёл прядь волос в сторону, показывая маленький наушник, вставленный в ухо, — спасибо, что ты понял. Ты мой единственный друг и так останется навсегда.       — И ты мой, — Акаши проследил за тем, как парень встаёт из-за стола, потягиваясь и привлекая внимание сидевших через пару столиков девушек.       Сай и сам на мгновение залюбовался своим другом. Сейчас он и правда был, словно сошедший из книг про викингов, настоящий берсерк, скрывающий под накидкой натренированные, твёрдые, как камень, мышцы.       Тяжёлый молот, покрытый кельтскими завитками, лег на плечо, и Наруто двинулся навстречу своей судьбе, которая наверняка его материт, поправляя откровенную одежду.       «Милый, милый Саске...»       Наруто даже присвистывать начал, пользуясь тем, что за музыкой все равно его никто не услышит.       Разношерстная толпа приняла его, как родного, поглощая, вбирая в себя и делая неотъемлемой частью. Он лавировал между людьми, словно проворный угорь между подводными рифами, словно был рожден специально для этого.       Настроение поднялось после прихода Саске, а ещё от выпитого коктейля и задорной музыки. Сегодня ведь праздник, почему бы и не отвлечься от дел ненадолго. Полчаса — это ведь немного. Полчаса для них двоих в этом переполненном зале бьющихся в экстазе тел.       Он шел целенаправленно, по маршруту, который наметил сверху, надеясь, что Учиха не станет бегать по всему танцполу, предпочитая быть с краю, а не в самой гуще событий. Наверное, Наруто был бы неплохим охотником, потому что даже сейчас он, пробираясь к своей добыче, почти физически чувствовал, как кровь закипает в венах и начинает бурлить, подстёгивая двигаться ещё быстрее.       Чувствовать, как набухает вена на шее, начиная пульсировать почти в такт бешено играющей музыке и как язык приливает к нёбу, потому что во рту настоящая пустыня, горло перехватывает спазмом, когда цель, наконец-то, показывается сквозь спины других, ничего не значащих людей так близко, что Наруто готов поклясться, что ощущает родной запах.       Свободная и не отягощенная порядком поднадоевшим молотом рука, проскользнула под меховую, почти, как у него самого, только светлее и мягче, накидку, сжав аппетитную, по мнению Узумаки, задницу, заставив парня подскочить и резко обернуться.       Занесённый для удара кулак был перехвачен — чужая рука несильно, но настойчиво сжала кисть, не давая дать в морду ретивому ухажёру, покусившемуся на чужое богатство. Уже во второй раз на его интимные части тела покушались, хотя он зашёл сюда всего пару минут назад.       И он обязательно бы закончил начатое, впечатал кулак в наглую морду обидчика, сбивая костяшки, если бы не встретился с лукавым, почти смеющимся прищуром красных глаз напротив.       Саске всматривался в разрисованное чёрными узорами лицо, и узнавание, где-то на периферии сознания подсказывало имя этого человека, но он не верил, потому что перед ним сейчас стоял не одетый в деловой костюм занятой человек и даже не опасный преступник в кожаной куртке. Наруто мог быть разным, но всё равно оставался родным, а сейчас перед ним стоял не человек, а истинное воплощение Бога, про которых когда-то, почти в другой жизни, Учиха так любил читать мифы.       Нецензурные слова и проклятия, крутившиеся всю дорогу а голове, которые при встрече он готов был выплеснуть на Узумаки за подставу, вылетели из головы ровно в тот момент, когда Наруто, не разжимая пальцев на запястье, притянул его к себе, сминая его губы своими.       Они наслаждались поцелуем, не обращая внимания на толкающиеся и трущиеся о них тела, полностью поглощенные поцелуем.       Как долго они оба мечтали об этом, чтобы не таясь, прижиматься друг к другу, быть по-настоящему рядом, показывая свои чувства не только в четырех стенах надоевшей до оскомины квартиры. Всё было почти как в мечтах, робких и несмелых, но имеющих надежду когда-нибудь воплотиться в жизнь.       И пусть сейчас они не были похожи на себя, не были собой, а один из них был одет в костюм грозной валькирии, но это на шаг приблизило к почти исполнившимся желаниям. Прикусив напоследок распухшую от поцелуя губу, Наруто оторвался от вожделенного тела, жадно пробегая глазами по Саске, который, стоило признать, сейчас был чертовски хорош.       Длинная накидка из белого у основания и чёрного на концах меха, была накинута поверх укороченной кожаной водолазки, с прорезью, совсем не скрывающей, а скорее подчёркивающей ложбинку накладной груди, которая совсем как настоящая вздымалась от сбившегося дыхания. Глухой ворот прикрывал ошейник и приметный кадык, которого у нормальной девушки быть не должно.       С длинных обтягивающих рукавов, доходивших до самых пальцев, свисали ремешки, ничуть не мешая двигаться. Плоский живот с впадиной пупка был полностью открыт и только на бедренных косточках начиналась юбка, сшитая из кожаных и металлических пластин, двигающихся при ходьбе и позволяющих скрыть выпирающий, совсем не женский орган.       Сапоги из тончайшей мягкой на ощупь кожи прикрывали острые колени. Но что больше всего завело Наруто, так это тонкий ремень, застегнутый на правом бедре. К нему прикреплялся небольшой, аккуратный, но что самое главное, настоящий стилет в украшенных рунами ножнах.       Длинный рыжий парик был обвязан на лбу перевитой тесьмой, более плотно прижимая его к голове. Если конечно, Саске сделал все правильно, то парику и без дополнительных держателей не свалиться, но Наруто решил подстраховаться. Совсем непривычные ярко-желтые глаза смотрели на него с усмешкой сквозь крылатую маску. Пусть этот костюм и был заслугой блондина, но Учиха все равно гордился произведенным эффектом. Ведь даже сквозь красные линзы он мог уловить какое вожделение сейчас испытывает Узумаки.       — Потанцуем, моя валькирия? — перекрикивая громкую музыку, Наруто не дожидаясь ответа протащил Саске вглубь танцпола. Как раз, когда они добрались до места, из динамика полилась старенькая, но тем не менее любимая многими песня Lady gaga «Poker face». Наруто начал двигаться первым, стараясь расшевелить все ещё стесняющегося брюнета. И постепенно ему это удалось, Саске начал отвечать на его движения, угадывая нужный ритм.       Их тела сплетались и тут же отстранялись в сумасшедшем противостоянии. Учиха развернулся к блондину спиной, практически вжимаясь в него. Правила игры были приняты и сейчас он делал все, чтобы у Наруто не было желания смотреть в сторону извивающихся вокруг полуобнажённых девушек. Саске изогнулся, упираясь ягодицами практически в пах Наруто и обернулся, наблюдая за реакцией Узумаки. Сейчас, даже несмотря на бабский костюм ему было хорошо. Эйфория других людей, словно электрический разряд, передалась и ему, заставляя тело двигаться само по себе, подстраиваясь под музыку. Дыхание сбивалось от близости возбужденного блондина, который при любой возможности старался потереться о Саске сквозь одежду вставшим членом. Слишком все было откровенно пошло и в любое другое время Учиха уже надавал бы Узумаки по рукам, но не сейчас. Бедро обожгло резкой болью, смешанной с наслаждением, когда парень от души шлёпнул его. Наверняка останется отпечаток ладони на неприкрытой коже. Но это лишь раззадорило.       Сколько раз он был на вечеринках и ходил в клубы, где почти в открытую торговали наркотой дилеры? Сотни таких же ночей, пьяных тел и громкой музыки. Да, не так всё было роскошно и стены больше напоминали уличные граффити, исписанные кем-то в одурманенном бреду, но это всё было. Когда-то давно, когда он пытался стать никем, уйдя с головой в мир иллюзий. Адреналин, по началу взрывавший всё его тело, постепенно с каждым разом сходил на нет, и Саске всё чаще оставался в своём заброшенном укрытии, предпочитая уединение пьяным компаниям. Кажется, на последней из таких вечеринок он подрался с рыжим, таким же, как надетый на него парик, от которого чесалась голова, парнем Джуго, отправив того в нокаут и получив взамен передоз.       И сейчас все эти воспоминания, казавшиеся такими далёкими и сюрреалистичными нахлынули, погружая в мир эйфории. А его личный наркотик, от которого кружилась голова и в глазах плясали разноцветные пятна, всё сильнее прижимается сзади, давая почувствовать своё возбуждение и щедро делясь им с Саске.       Чёртов Узумаки мог свести с ума одним своим взглядом. И он определенно этим пользовался, подсаживая на себя похлеще самого убойного героина.       Наруто, привычный к вечеринкам и клубам, которые в юности были его вторым домом, сейчас больше внимания уделял развратному парню, нежели атмосфере. А ещё он, не упуская возможности, незаметно передвигался по танцполу вместе с Саске, просматривая в полутьме танцующих людей. Но к его вящему сожалению тот, которого он искал, все никак не хотел показываться ему на глаза. Сай тоже молчал, не подавая сигнала.       Узумаки крутанул партнёра, переходя на следующий участок для поиска, но и здесь, спустя пять минут упорного обыска взглядом по сторонам, он не нашел никого похожего. От диких танцев и постоянно извивающего тела под боком захотелось пить. Здесь, где потные тела тёрлись друг о друга, было душно. Особенно в этом костюме, совсем не предназначавшемся для танцев. Наруто весь вспотел под толстой накидкой сделанной из настоящей шкуры лисы. Почему-то подумалось про жену друга, которая скупала шубы, находясь на жарком курорте. Наруто выловил тонкую руку Учихи и повел того к лестнице. Пора было передохнуть, а потом возвращаться сюда и начинать поиски заново. Или же ему придется полностью менять свой план, который был хорош только в мечтах.       Целующихся парочек становилось все больше, некоторые уже перешли к более активным действиям, не стыдясь посторонних людей, которым впрочем до них не было никакого дела. Краем глаза Наруто заметил человека, стоявшего недалеко от лестницы. К нему постоянно подходили люди, о чем-то быстро переговариваясь и тут же исчезая из поля зрения, но цепкий взгляд все же рассмотрел самый краешек маленькой упаковки, которая ловко передавалась из рук в руки.       Наруто нахмурился, запоминая костюм дилера, к которому обязательно сегодня подойдёт с парочкой вопросов.       Инстинктивно сжав руку Саске крепче, чем хотелось бы, Наруто искоса глянул на застывшего Учиху.       Глаза в глаза и немой, не слетевший с губ вопрос заставил брюнета усмехнуться. Наркоман, хоть и бывший всегда распознает торговца кайфом, как бы те не пытались маскироваться. И он знает о чём переживает Узумаки, всё ещё внимательно, выжидающе смотрящий на него.       Отрицательно мотнув головой, Саске в ответ сжал горячие пальцы, стараясь показать, что он не сорвётся.       Пусть Наруто не переживает ещё и за него, хотя внутри что-то всё равно противно ноет, словно зовёт подойти и купить драгоценный порошок. Вдохнуть, проваливаясь в вязкую патоку почти реальных иллюзий.       Будто почувствовав недоброе, блондин потащил его вверх по лестнице, подальше от соблазнов, пропитавших этот клуб насквозь, как дождевая вода пропитывает потрескавшаяся после засухи землю.       — Уже натанцевались? — Сай расслабленно сидел на диванчике, потягивая коктейль и всем своим видом показывая, как ему сейчас хорошо. Только Наруто знал, что за наигранной расслабленностью скрывается полностью собранный и готовый ко всему убийца. Акаши хорошо умел скрывать свои настоящие чувства и намерения. Наверное, почти так же хорошо, как и сам Узумаки.       — Да, пора бы и отдохнуть, — берсерк плюхнулся на диванчик, поставив оттянувший руку молот под стол и приглашающе хлопнув рядом с собой ладонью, — что у тебя?       Сай лишь отрицательно покачал головой. Он просмотрел здесь всех, до кого мог дотянуться его зоркий глаз, но никого похожего не заметил.       — Ты понимаешь, что это бесполезно? Лучшего места для встречи и не придумаешь. Он может быть загримирован так, что его мать родная не узнает. Тем более ты даже не знаешь с кем он должен тут встретиться. И тут ли вообще? Может тот парень не так все понял.       — Мать родная не узнает, а мы должны, — Узумаки собственнически притянул к себе присевшего на самый край Саске и легонько поцеловал в висок, шепнув в самое ухо, — он все знает, так что не переживай.       — Трепло, — хмыкнув, Саске огляделся, решая стоит ли расслабиться или быть начеку, но в их сторону, что удивительно, никто даже не смотрел.       — А кто по твоему делал тебе документы? - фыркнул Наруто, жестом подзывая официантку, — Сай — мой единственный друг, который не раз спасал мне жизнь.       — Рад знакомству, — Сай кивнул, позволяя подошедшей девушке забрать у себя уже пустой стакан из-под коктейля, — Повторите.       — Я тоже. Мы уже виделись, однажды, — сквозь зубы процедил Учиха, лишь искоса поглядывая на того, кого искренне полагал своим врагом ещё с тех далёких времён заточения в квартире Узумаки.       И ведь, если посудить, неплохие были времена...       — По тебе заметно, — рассмеялся Наруто, поглаживая оголенное бедро парня.       Эта бледная кожа с полоской ремешка так и манила прикоснуться к ней. Хотелось бы конечно губами, но приходилось довольствоваться малым. По крайней мере, пока они были не наедине. Осталось подождать совсем чуть-чуть, и они наконец-то смогут вдоволь насладиться всем, что только взбредёт в их взбалмошные головы.       — Ты как? — наклонившись почти к самому уху парня, серьёзно и обеспокоенно спросил Наруто.       — В норме, — тряхнув головой, будто бы отбрасывая назойливые мысли, процедил Саске, жалея, что не взял сигареты с собой, — пара затяжек бы не помешала.       А в норме ли?       Пару секунд помедлив, Узумаки оторвал взгляд от напряжённого Учихи и, пошарив под накидкой, достал из внутреннего кармана пачку сигарет, положив её перед Саске.       — Ты заметил? — дождавшись, когда персонал расставит на столе заказанную выпивку и вазу, наполненную фруктами, Наруто переключил внимание на друга, давая своему парню передышку, и многозначительно посмотрел на Сая, а затем указал в сторону человека, стоявшего возле лестницы, которого с их места было видно лишь наполовину.       — Да. Я насчитал семь таких по всему залу, но они только на первом этаже, — кивнув, Акаши нахмурился, взяв небольшое, красноватое яблоко и покрутил его в руках, — дальше лестницы не поднимаются.       — Семь — это слишком много, даже для такой вечеринки, — задумчиво протянул Узумаки, ловко закидывая спелую виноградину себе в рот и отмахиваясь от струйки дыма, промелькнувшей перед лицом.       — Я тоже об этом подумал. Что-то здесь явно не так.       — Узнал, кто там?       Друзья синхронно посмотрели на отгороженную от посторонних глаз матовым стеклом вип-зону.       — Нет. Туда, кроме обслуги с подносами никто не заходит и не выходит.       — Плохо. Неспроста это всё и если он там, значит нам надо туда попасть, — Наруто склонился над столом, потирая руки и уже прикидывая варианты, как можно пройти туда незамеченным.       — Ты хотел сказать «тебе», — кашлянув, Акаши, словно извиняясь, развёл руками, — прости, Наруто, но ты же знаешь, я не боец сейчас.       Хотя, кого он обманывает? Не бросит, не отпустит одного, а пойдет следом, надёжно прикрывая спину и, если придётся, будет до конца отстреливаться припрятанным под кимоно глоком.       — Помню я, что ты старый дед, который скоро на утку под себя ходить будет, — посмеиваясь, Узумаки оглядывал снующий между клиентами персонал, подбирая подходящего по комплекции официанта, чтобы того самым банальным образом раздеть. Правда, совсем для других целей.       — Не надо про утки, — скривившись, как от зубной боли, Сай машинально погладил занывший шрам, перетянутый повязкой под костюмом, — только недавно от катетера в члене избавился. Неприятное, знаешь ли, чувство. И повторения не хочется.       — Мне ли не знать... — Наруто аж передёрнуло, стоило вспомнить как неудачно в последний раз из него извлекли трубочку мочеприёмника. Целый день после этого всё в штанах болело.       И наверняка Шизуне это сделала специально, в назидание за то, что лезет на рожон и не соблюдает положенных ему предписаний.       Саске не мешал разговору, но прислушивался к каждому слову, печенкой чувствуя нечто нехорошее, отчего желудок напрочь отказывался принимать фиолетовый коктейль с запахом ягод и лёгким алкогольным послевкусием, который Узумаки сам подсунул ему.       — Ты знал, что твой парень герой? — после недолго молчания, Сай переключил свое внимание на того, кто так плохо маскировал свою неприязнь и ревность.       Это смотрелось так забавно, что он непременно бы расхохотался, при этом дав пару уроков по сокрытию настоящих эмоций юному Учихе.       — Скажешь тоже! — Наруто фыркнул, взглядом предупреждая, чтобы разговорившийся друг не взболтнул лишнего.       — Неужели? — изогнув смолянистую бровь, Учиха отставил недопитый коктейль, переведя взгляд на скрывавшегося за маской парня и затянулся в последний раз, туша сигарету об стол.       Если уж из блондина не удается вытянуть подробности, то может хотя бы его друг окажется более сговорчивым. Или просто расскажет пару выдуманных баек, чтобы отвлечь Саске от самого главного.       Получив дозу никотина, стало чуточку легче, а в голове прояснилось, развеивая навязчивые мысли вернуться на злополучную лестницу.       — Правда. Он вытащил меня раненого на руках, когда я уже совсем отчаялся и собрался помирать, Наруто приехал и собрал мои кишки с пола, буквально заставив меня поверить, что у меня все получится, — смачно укусив округлый бок яблока, парень тут же рассмеялся, заметив возмущенный взгляд Наруто, — ладно, вру, потроха не валялись, а только торчали из живота. А может это были не кишки, а, к примеру, желудок или селезенка? Не суть, я сильно не рассматривал, что там у меня торчит, а что свисает. Так вот. Спас он меня. И ещё одного человека спас. Тот вообще был полутрупом. Но он и его на себе выволок, а тот только и мог, что обнимать свою оторванную руку.       На этих словах Саске вздрогнул, недоверчиво посмотрев на обоих парней.       — Шутишь что ли?       — Почему же шучу? Парню руку на место пришли. Успели, благодаря Наруто, а он и сам раненый был, ещё и нас нес, и потом, когда ехали, его ещё...       — Сай! — Наруто зло сверкнул красными глазами, — Ты вообще какой-то подозрительно довольный сегодня, а ещё за длинным языком не следишь. Укоротить? Или может мой совет этому поспособствовал?       Акаши послушно замолк и переключил внимание на листик фиалки, плавающий в своем стакане. Рассказывать о том, насколько он расширил свой кругозор и заодно раскрепостил наконец-таки жену, сейчас не хотелось. Пусть эти маленькие шалости останутся секретом.       — Я просто решил разыграть его и отвлечь, а то он слишком уж серьезный у тебя.       — У тебя не очень это получилось. Впредь постарайся выбирать соответствующие темы, — сквозь зубы процедил Узумаки и встал, наконец-то отыскав подходящего человека, чтобы позаимствовать униформу, — присмотри за ним, я скоро.       — Наруто!       От звука этого голоса вздрогнули все трое, как по команде поворачиваясь в сторону, откуда исходил звук.       — Кажется, мы выяснили, кто находится в вип-зоне, — тихо обронил Сай и как можно незаметнее, медленно потянулся к своему пистолету.       Наруто оставалось лишь кивнуть, судорожно сглатывая и не представляя, как теперь будет выпутываться из этой западни.