Противостояние

      Пушистые, с причудливыми витиеватыми узорами снежинки медленно кружились, подхваченные морозным ветром. Яркое солнце слепило глаза, отражаясь на белоснежном покрывале, устлавшем землю.       Парень поёжился, посильнее надвигая воротник тонкого драпового пальто и выдыхая облачко пара, тут же растворяющегося в воздухе. Холодно сегодня.       Взгляд чуть прищуренных из-за яркого солнца, отражающегося от снега, глаз неотрывно следил за большими закрытыми воротами, обтянутыми в несколько рядов колючей проволокой, ожидая, когда те откроются, выпуская человека, которого так долго хотелось обнять.       Он видел людей, обходящих периметр смотровых вышек с автоматами в руках, которыми в любой момент были готовы воспользоваться, стреляя на поражение.       Интересно, если он сделает шаг, а потом ещё один, наставят ли дуло на него, посмевшего подобраться совсем близко к запретной территории?       — Скоро, — едва слышно шепнул человек, чья рука в кожаной перчатке легла на плечо, несильно сжимая его в знак молчаливой поддержки.       Скоро… Он и сам знал, что скоро, вот только дрожь предвкушения, отдававшаяся во всём теле, особенно в кончиках пальцев, покалыванием, не хотела покидать хрупкую фигуру, одетую во всё чёрное и так разительно контрастирующую с белоснежными просторами.       Суета на постах усилилась, заставив его напрячься сильнее, а сердце биться чаще. Даже во рту неприятно пересохло, а язык прилип к нёбу.       Ворота с вымораживающим душу скрипом, казалось, разнёсшимся на многие километры, начали медленно отъезжать в сторону, приоткрывая завесу секретности, творящуюся по ту сторону, и отсчитывая последние секунды разлуки.       Он с затаённой надеждой следил за ними, проклиная медлительный механизм, сгорая от нетерпения и вглядываясь вперёд до рези в глазах.       Но стоило увидеть знакомую фигуру, как натянутые до предела нервы не выдержали, лопаясь внутри и принося облегчение, словно тело, казавшееся до этого каменным и непоколебимым, вмиг обрело поразительную невесомость.       Парень стоял, закинув обычную спортивную сумку на плечо, и смотрел в небо, любуясь ясным солнцем и пузатыми тёмными тучами, уже появившимися на горизонте.       Чёрная вязаная шапка, лишь для вида надетая на самую макушку, почти не скрывала непривычно наголо обритую голову. Он даже не сразу обратил внимание на двух людей, стоявших неподалёку в ожидании его возвращения.       Сейчас он наслаждался осознанием долгожданной свободы, которая наконец-то ощущалась почти физически, и мечтами о нормальном будущем, в котором непременно будет счастлив.       — Свободен! — Один из тюремных охранников подошёл к парню, чуть подталкивая вперёд. — Или решил у нас подольше остаться?       — Всё-всё, не ругайся, начальник, уже ухожу! — Наруто рассмеялся, примирительно показывая ладони, и наконец-то оторвал взгляд от неба, переводя его на тех, кто стоял по ту сторону колючего забора.       Щека дрогнула, а губы растянулись в удивлённой, но совершенно искренней улыбке.       Вот и свобода… Как долго он ждал этого момента? Сколько раз представлял себе, как перешагнет порог, прощаясь навсегда с этим местом, где небо пряталось за стальной решёткой, где изо дня в день приходилось питаться безвкусной едой, от которой тошнило, а желудок нещадно болел до самого вечера. Где по ночам слышались звуки безысходности, разносимые ветром по вентиляционным шахтам, от которых самому хотелось выть, вглядываясь в полную луну за крохотным окном у самого потолка бетонной коробки.       Ноги на секунду подвели, дрогнув, но он всё равно сделал шаг. Сначала неуверенный, а потом ещё и ещё. Он шёл, не отрывая взгляда от чёрных глаз, которые так же пристально смотрели на него.       Саске сделал шаг навстречу, уворачиваясь от руки брата, который, впрочем, ничуть не был против этого. Слишком долго он ждал, считая дни, недели и месяцы, чтобы сейчас медлить, словно робкий ребёнок.       Они встретились на середине, застыв молчаливыми изваяниями друг напротив друга, заново изучая и принимая такими, какими они стали.       У них ещё будет возможность, чтобы вернуть то, что они потеряли за это время. Будет время изучить каждый новый отпечаток чужой заточки, оставивший на загорелой коже нестираемую бордовую линию, коснуться осунувшегося и словно постаревшего лица, на котором сейчас так ярко выделялись голубые глаза. У них ещё будет время. Потом, но не сейчас.       Узумаки не выдержал первым, обхватывая шею парня рукой и притягивая к себе, с упоением вдыхая позабытый родной запах, который снился ему всё это время.       — Я ждал, — он цеплялся за лёгкую — надетую совсем не по погоде — ветровку, всё ещё не веря до конца, что перед ним действительно тот, кого он так ждал долгих три года, каждую ночь мечтая, что совсем скоро они будут вместе.       Любовь на расстоянии — сложная штука, но любовь на расстоянии, когда при этом нет возможности даже поговорить, в сто крат сложнее.       Она тает с каждым прожитым днём, как снег от разгорячённого весеннего солнца. В голове всё чаще возникают мысли о том, было ли всё, что они пережили, реальностью, а не очередной галлюцинацией воспалённого разума. Был ли этот человек когда-то или его не было вовсе?       Смогли ли они сохранить это чувство?       — Я знаю, — глаза предательски щипало, но он даже и не думал плакать, просто счастье запуталось в светлых ресницах.       — Ты не отвечал на мои письма, — холодная ладонь коснулась похудевшей щеки со ставшими более заметными полосками шрамов, — я скучал.       — Я не был уверен, что смогу вернуться, поэтому не хотел, чтобы ты загубил свою жизнь в пустых ожиданиях, — прислонившись своим лбом к чужому, Наруто впервые за это время почувствовал настоящее умиротворение, граничащее с блаженством, — но теперь, раз уж я вернулся, может, выйдешь за меня?       — Я знал, что тюрьма меняет людей, но не думал, что настолько, — фыркнув, Саске рассмеялся, чувствуя, как близость дурманит голову не хуже алкоголя.       — Как у тебя дела? — мозолистые руки пропускали чёрные короткие пряди сквозь пальцы, и он с трудом смог заставить себя оторваться от тёплых, таких завораживающих глаз, чтобы, приобняв рукой за плечи, направиться к машине, возле которой стоял в ожидании Итачи.       — Книгу закончил в прошлом месяце. Издание уже одобрило, осталось исправить мелочи и можно выпускать в печать.       — Книга? — Узумаки удивлённо присвиснул, потрепав недовольного парня по волосам. — Я ведь говорил, что ты найдёшь своё призвание! И как она называется?       — Противостояние, — пригладив и без того непослушные волосы, Саске шёл, прижимаясь плечом к тёплому телу, отпуская тревоги, мучавшие его последнее время.       Было так спокойно и легко, словно и не было этих лет в разлуке, словно он уезжал на пару дней, а теперь вернулся и всё будет по-прежнему.       Или не будет? Людям свойственно меняться: привычки, повадки, характер. Как сильно время изменило их? Глупые, но от этого не менее важные вопросы крутились в головах, но оба были уверены точно — они преодолеют все трудности, с которыми им предстоит столкнуться.       — Отличное название. Мне нравится, — Наруто посмотрел в небо, где всё ещё стайками кружились снежинки, и зацепился взглядом за одну из них, отбившуюся от остальных. Она, словно невесомый поцелуй, упала на полосатую щёку, оставляя после себя влажный след. — Хорошо, что наше противостояние закончилось…