Трое из Хогвартса

Гермиона недовольно надула губы: вечно у Гарри свинарник и все бумаги вверх дном! Ну как только можно быть таким безответственным? Хорошо еще, что она тоже работает в Министерстве магии, а то бы нынешнему главе мракоборцев несдобровать, но пусть не надеется, что она вечно, по старой дружбе, станет перебирать его бумаги и отчеты строчить. Как только он придет, надо сделать названному братцу головомойку посильнее, раз жена уже не справляется. Она попыталась вчитаться в бумаги, когда неведомый вихрь внес Поттера в его кабинет, причем хозяин сего помещения был расхристан, а с его щеки капала кровь – или порезали, или от заклинания не успел увернуться. Гермиона выжидающе уставилась на мил-дружка. - Как прошло? – поинтересовалась она. Гарри заулыбался так, что вроде бы начавшаяся заживать рана открылась снова, кровь закапала ему на подбородок, но Поттеру хоть бы что. - Оказалось, все правда. – с явным удовольствием протянул он. - Теодор Нотт? – уточнила министр. - Взят под стражу, - отчитался Поттер как заправский вояка или бдительный полицейский. Гермиона прикрыла глаза: - А маховик времени? Гарри достал призывно поблескивающий, будто тот подмигивал им, приборчик. - Настоящий? – не поверила Гермиона. – Работает? И не на один час назад? - Мы пока ничего не знаем, - пояснил Гарри, - я хотел испытать его прямо там, на месте, но мудрые головы воспрепятствовали. «Хоть кто-то сподобился», - мелькнуло в голове у Гермионы. Увы, она одна знала о подростковом кретиническом авантюризме Гарри, который, судя по всему, с возрастом просто приобрел почти клиническую, но, несомненно, уже хроническую форму. Вслух она сказала только. - Что ж, теперь он у нас. Гарри покосился на старую подругу, не веря. Что она так уж спокойна, как показывает. - И ты уверена, что хочешь сохранить его? – на всякий случай уточнил Поттер. - Вряд ли у нас есть выбор, - она, как всегда, была логична. – Посмотри на него. Совсем не похож на тот, мой школьный. Гарри отчего-то стало мерзко, и он сухо заметил: - По всей видимости, волшебный мир далеко продвинулся со времен нашего детства. - У тебя кровь идет, - примирительно заметила Гермиона. Гарри подобрался к зеркалу – ну да, немудрено не заметить, но раны и ранки на голове или лице всегда кровоточат очень уж сильно. Скривившись, он промокнул рану мантией. - Не переживай, это подойдет к шраму, - поддела Гермиона. Гарри заулыбался, вспомнив школу. - Гермиона, а что ты делаешь у меня в кабинете? – спросил он. Подруга-министр сморщила нос: - Хотела поскорее узнать про Теодора Нотта и… решила проверить. Сдержал ли ты свое обещание разобраться с бумагами. - А, - Гарри стало скучно. – Как видишь, не сдержал. - Это точно, - ворчливо заметила Грейнджер-Уизли, - не сдержал. Как ты вообще умудряешься работать в таком хаосе? Со словами: «Все, хаос побежден», Гарри заклинанием ликвидировал безобразие, ибо. Благодаря своей любимой теще миссис Уизли прекрасно научился убираться с помощью магии. Конечно, он умел это делать и руками, но это еще в детстве осточертело, так что аккуратности он достиг, но только палочкой. - Но не освоен, - указала дотошная Гермиона. – Там, между прочим, попадается интересное… Министр сделала эффектную паузу, но Гарри только лупил на нее честные зеленые глаза. - …есть про горных троллей, которые ездят на угробах в Венгрии, и про великанов с татуировкой крыльев на спинах, которые бродят по морям Греции, и про оборотней, которые все попрятались в подполье… Соскучившийся уже Гарри тотчас оживился: - Отлично, поехали. Я соберу команду. Гермиона беззвучно вздохнула: - Гарри, я все понимаю. С бумагами возиться скучно… - Не для тебя, - поддел названный братец. - У меня своей работы хватает, - отмахнулась Гермиона, - а вот если глава департамента защиты магического правопорядка не читает документы… - Да зачем мне их читать? – нетерпеливо перебил Гарри. – Я знаю, что творится, я обо всем слышу. Взять Теодора Нотта – это же до меня дошли слухи про маховик, я же принял меры. Совершенно не обязательно меня отчитывать, вот честно. Гермиона закусила губу: с одной стороны, он разгильдяй, словно «седина в бороду – бес в ребро» (только вот не старый же еще!); с другой – оперативнее Гарри никто не реагирует. «Он становится невыносимым», - мелькнуло у нее в голове. Спускать такое самоуправство даже Гарри нельзя, вот только что же делать? - Хочешь ириску? – вкрадчиво поинтересовалась она. – Только рону не говори. - Ты меняешь тему, - прищурился Поттер. - Еще как, - согласилась Грейнджер-Уизли. – Ириску? - Не могу. – признался он. – Мы сейчас отказались от сахара. Они поболтали было о пустяках, но затем выплыла актуальная тема. Работа в Министерстве весьма требовательная, Гарри и Гермиона редко бывали дома, дети по ним скучали, Рон ворчал, что его жена чаще видит свою секретаршу Этель, чем Розу и Хьюго. Собственно, сейчас, когда дети в Хогвартсе, следует ударно поработать, чтобы освободиться к каникулам «на подольше». - А ты слышала, Драко ведь овдовел, - вырвалось у Гарри. - Что? – ахнула Гермиона. – О, Мерлин! Гарри стало стыдно: он, свинья, узнал о несчастье бывшего однокашника от своего подчиненного, Себастьяна О`Браена, чья дочка училась на одном курсе, и даже на одном факультете с Альбусом и Скорпиусом Малфоем… как там милую девочку зовут? Кажется, Анна… или Ханна? Нет, Аланна, Лана, а жену О`Браена Дара, она у него русская. Как выяснилось, память у Поттера не сильно дырявая, потому что хороший начальник интересуется жизнью своих подчиненных. - Надо поддержать Драко, - решительно сказала Гермиона. – Бедняжка Скорпиус, он же еще совсем малыш… - Надо, вот только как? – Гарри почесал в затылке. – Просто так не нагрянешь, вина с ним не разопьешь, тогда как? - Нуу.., - протянула Гермиона. – Надо посоветоваться – Рон точно что-нибудь придумает. - В нем сомнений нет. – согласился Гарри. Он снова ощутил укол совести: в суматохе дней теряем мы друзей… хоть стихи или песню на эту тему пиши, честное слово! Через столько бед прошли вместе, не разлучаясь, а теперь рутина все перекрыла. Неожиданно и некстати вспомнился профессор Снегг, его презрительное выражение лица и брюзгливо поджатые губы – вот интересно, что бы он сказал сейчас. Если бы мог? Пожалуй, этот человек много раз спасал его, Поттера, жизнь, несмотря на ненависть к его отцу. Память о роковой любви к прекрасному золотому цветку была единственной силой, что держала Северуса Снегга на этом свете, и смерть его была словно избавлением. - Гарри? Ее голос вернул его к реальности. - Помнишь Снегга? – спросил Поттер. - Профессора Снегга, Гарри, - поправила Гермиона, и голос ее предательски дрогнул, а прекрасные глаза заблестели слезами. - Да, конечно… Друзья молча двинулись на выход. Гарри все думалось, что он что-то делает неправильно, но что именно? Альбус оказался довольно сильной проблемой, по словам Розы, но сам Поттер принимал сына таким, какой он есть, вот только страдающего от юношеского максимализма мальчика в том не убедить. Кто знает, не повлияли ли на него плохо лучшие друзья? Глупая мысль, на самого Гарри Рон с Гремионой влияли исключительно прекрасно… вот только Лана и Скорпиус не Рон и Гермиона. Вдвойне глупо! Не бывает в жизни похожих людей, нельзя заставить другого прожить жизнь, идентичную твоей. Выбираясь из телефонной будки, Гарри все думал и думал, но ответа он не видел. А может, он и вовсе беспокоится зря? Может, надуманные то проблемы? Все мальчишки в школе делают ошибки, он и сам немало шишек набил… Но с женой все же надо посоветоваться. А потом все же следует навестить Малфоя, а то безобразие будет с их стороны. Мысли были благие, но, перешагнув порог дома, Гарри о Малфое начисто забыл, и были тому весьма серьезные причины.