homeless hearts

      — Птенчик, тебя там к себе Гуки зовет, — почти пропевает фразу Мэй, заставляя Тэ замереть на месте. Он снова всеми силами старался избегать Чона, но тот каждый вечер либо писал ему, либо заглядывал в комнату. Не сложно догадаться, что омега либо притворялся спящим, либо быстро убегал в ванную во избежание ненужных разговоров. Он здесь всего лишь работник, так и должно было оставаться. Но сегодня игра в прятки не удалась.       — Что-то случилось? — ни здравствуйте, ни до свидания.       — Нет, — Чонгук выходит из-за своего стола и, кажется, немного нервничает, протягивая какие-то бумаги. — Вот, это твои документы.       — Какие еще документы? — Тэхён непонимающе вглядывается в них, а когда осознает всю суть происходящего, то прикрывает рот ладонью и тихо ахает. Слов у него нет, поэтому Чон решает первым разбавить неловкое молчание.       — Здесь всё, что тебе нужно, чтобы устроиться на работу, квартиру там снять и все такое, — альфа почёсывает затылок, сам не зная, зачем дает наводку на то, что Ким может легко и просто уйти от него. Этого хотелось меньше всего, как бы ни отрицал Чон.       — У меня уже есть всё, о чем я только мог мечтать, — дрожащим голосом произносит Тэ, на эмоциях крепко обнимая его и прикрывая глаза. — Спасибо большое. Не знаю, сколько лет мне потребуется на то, чтобы отплатить вам.       — Ты мне ничего не должен, — Чонгук поначалу теряется, но после легко опускает ладонь на спину парня и плавно поглаживает. Ему впервые за последнее время так спокойно. — Так что, если хочешь, я отдам тебе заслуженную зарплату и отпущу.       — Вы выгоняете меня? — Тэхён резко поднимает голову и испуганно глядит в темные глаза. Сейчас не до влюбленности — работу терять не хочется.       — Нет, — тихо посмеивается над ним альфа, щёлкая по носу. — Всего лишь даю выбор.       — В таком случае, вам не избавиться от меня еще долго, — Тэ гордо выпячивает грудь вперед, вызывая еще более громкий смех. Похоже, напряжение между этими двумя постепенно сходит на нет.       — Предлагаю это отметить, — Чон возвращается на свое место за столом и вновь утыкается в экран ноутбука. — Через час будьте с Мэй готовы: выполню свое обещание и отвезу вас в торговый центр.       — Хорошо, — Тэхён забирает документы и только открывает рот, чтобы ляпнуть очередную глупость, но вовремя закрывает его и быстро покидает кабинет.       Уровень влюблённости повысился до 60 процентов, и это не учебная тревога!

***

      — Мне так нравится, когда ты называешь меня мамой, — лепечет Мэй, укутывая Чона потеплее в шарф. Да, вы не ослышались, его, все еще 34-х летнего альфу одевают, как кроху, собирающуюся в садик. — Пусть и в шутку, конечно, но как приятно такое слышать!       — Потому что ты и есть моя мама, — без лишних раздумий отвечает Чон, вводя рядом стоящего Тэ в недоумение. — Всё-таки столько лет воспитывала в детском доме.       — Не продолжай, иначе я расплачусь, — она легонько ударяет его по груди и смеётся. Этой женщине альфа и правда многим обязан. — Всё, поехали, мне очень захотелось купить парочку формочек для кексов.       И поскольку ее слово — закон, все сию секунду вышли из дома, направляясь к машине Чона. Он предупредил, что оставит их одних ненадолго, чтобы встретиться с другом, что не могло не радовать Кима, который от таких «семейных» походов не особо приходил в восторг.       — Прошу, — Чонгук открывает перед ним дверцу с пассажирской стороны, на что омега лишь качает головой и устраивается на заднем сидении, где уже расположилась Мэй. «Обидно, однако».       — Джуни, как ты вырос, — Мэй трогает щёки альфы, который так же, как и Чон, позволяет ей делать все, что душе будет угодно. Даже на глазах у сотни проходящих мимо людей. — Почему не заходишь в гости, я же скучаю.       — Да времени нет, — он виновато улыбается ей, пока Чонгук в открытую смеется над другом. Ему так и не удалось избежать допроса.       — Так и быть, прощаю, — она наконец оставляет свои пытки и обращает внимание на Тэ, сидящего неподалёку на скамейке. — Чонгук, негодный мальчишка, ты почему не знакомишь птенчика с Джуни?       — Да я как-то… — Чон лишь пожимает плечами и вздыхает, шагая к омеге. — Не подойдешь поздороваться?       — Это ведь ваш друг, — Тэхён разглядывает милые подушки, находящиеся за витриной противоположного от него магазинчика, и даже не думает вставать. Он не считает, что это знакомство так необходимо.       — Я бы хотел вас представить, — заявляет Чон, протягивая ему руку. Какой знакомый жест… — Идем, не расстраивай Мэй.       «Только ради этой милой женщины» — думает про себя Тэ, как и ожидалось, не принимая руку альфы. Дистанцию нужно было держать.       — А вот и мой птенчик, — Мэй берет омегу за руку и притягивает в объятия. — Гуки, ничего не хочешь сказать?       — Это Ким Тэхён, — Чонгук сейчас напоминает непослушного подростка, которого мама заставляет поздравить по телефону тётушку, живущую на другом конце мира. — Наш домработник.       И эти слова ох как задевают Тэ, потому что он рассчитывал хотя бы на «это мой новый знакомый, который работает у меня», а возможно и «друг», но мечтам не было суждено сбыться. Процент резко упал до 20.       — Приятно познакомиться, — Намджун, казалось, совершенно естественно улыбается ему, вызывая толику доверия. — Возможно, я в скором времени к вам и загляну. — Он только что заигрывал с Тэ, или всё же показалось?..       — Будем ждать, — Мэй ещё пару минут жалуется на то, что Чонгук много работает, но потом успокаивается и разрешает альфам идти по своим делам. — Итак, мой птенчик, нас ждут великие дела, поэтому не будем терять времени.       И дела действительно оказались таковыми, поскольку обошли они за эти пару часов весь торговый центр, под конец своего путешествия уже без сил сидя в небольшом кафе и наслаждаясь мороженым.       — Ты должен познакомиться с моим внуком, — рассуждает Мэй. — Ему недавно исполнилось 22, и представляешь, прямо за день до дня рождения его бросил альфа. Мой Чимми так страдал, даже тортики не спасали. Но сейчас все хорошо, так что позову его к нам на ужин. Будем искать тебе друзей.       — Спасибо, — Тэхён в глубине души не хочет ни с кем иметь дело, чтобы лишний раз не разочаровываться в людях, но внук Мэй наверняка тот еще душка.

***

      Чонгук к ним так и не присоединяется, присылая смс о том, чтобы они взяли такси и возвращались домой. Мэй, естественно, рвала и метала, обзывая альфу безответственной задницей, но выбора у них особого не было. Поэтому, взяв все 33 (без преувеличения) пакета с покупками, они отправились на поиски такси. А Тэ не знал: спокойнее ли ему стало от того, что Чон не явился, или же чувство ненужности настигло снова.       — Доброй ночи, — Мэй, по привычке, целует омегу в лоб и поправляет ему рукава новой шёлковой ночной рубашки, которую купила в качестве подарка. — Нужно нам почаще так выбираться.       — У Чонгука не хватит на нас денег, — смеётся Ким, вспоминая, сколько сегодня, без зазрения совести, потратила женщина.       — Да ну его, весь вечер испортил, — отмахивается Мэй. — Так что это лишь малая часть нашего морального ущерба.       — С вами невозможно поспорить, — Тэ лишь вздыхает и целует её в щёку, после скрываясь в своей комнате. Чонгук так и не вернулся, хотя стрелка часов показывала первый час ночи. Интересно, чем же он там занимается со своим другом столько времени?..       Боже, Тэхён, это тебя волновать не должно. Ложись уже мирно спать и перестань фантазировать об этом (ладнонебудемэтогоскрывать) порой чересчур возбуждающем альфе.       Через полчаса в дверь тихо стучат, но омега всё слышит, потому что так и не смог заснуть. Волновался ли он за Чонгука? Да. Позволит ли он себе влюбиться в него ещё хотя бы на один процент? Ни за что.       На пороге, как и ожидалось, стоит сам Чон Чонгук собственной персоной, держа в руках подушку-валик размеров со свой рост в форме тигра. Выглядело бы все очень мило, если бы не…       — Вы что-то хотели? — холодно отзывается Тэ, складывая руки на груди и впервые так открыто глядя в глаза альфе.       — Подарочек отдать, — икает Чон, протягивая ему подушку.       — От вас несёт алкоголем и чужим омегой, так что… — Ким пытается закрыть дверь, но альфа, хоть и еле стоит на ногах, не позволил ему этого сделать.       — Да я же от всего сердца, — не унимается Чонгук и пьяно улыбается ему, прислоняясь к косяку. — Не дуйся, совёнок.       — У вас нет сердца, — уверенно произносит Тэ, гордясь, что наконец смог за себя постоять. — Иначе вы бы не пришли в таком виде ко мне. И не нужно делать вид, что не понимаете, что между нами происходит, — он переводит дыхание, решая расставить все точки, пусть на утро альфа может и не вспомнить их диалога. — Я к вам неравнодушен, к сожалению, но вы ясно дали понять, что наши чисто деловые отношения таковыми и останутся. Поэтому, прошу, оставьте меня в покое, не глумитесь над моими чувствами. И подушку свою отдайте той или тому, кто так разукрасил вашу шею, — указывает Ким на виднеющиеся засосы на шее альфы и шумно сглатывает, еле сдерживая слёзы. — Доброй ночи.       Ему всё же удаётся закрыть дверь, оставляя ошарашенного Чона стоять еще пару минут неподвижно. Не важно, сколько альфа выпил — суть разговора удалось прекрасно уловить.