I really hate you.

Э? Что это? Мой рассудок был помутнён, и я не мог ни видеть, ни слышать чего-либо. В такой ситуации вопрос о том, что случилось, всплыл бы у любого в голове. Но я не могу ничего вспомнить. Никакого фатального повреждения типо удара в голову или чего-то такого. Казалось будто я был рождён здесь, без какого либо разума. Однако, я знаю, что это не правда. Если бы это было так, то почему я помню своё имя? Хаджиме Хината. Точно. Я самый непримечательный человек на планете Земля. Низко, я знаю. Даже если так, то мне не кажется, что я должен быть здесь. Вообще… никто не заслуживает быть в этой тёмной пропасти, не так ли? Даже если он или она жесткий или жестокая, приносящий или приносящая отчаяние, злой или злая, бесполезный или бесполезная. Что же мне делать? Да, точно… что мне делать… Я не мог видеть даже свои собственные пальцы и руки, не говоря уже о ногах. И, неудивительно, но я не мог чувствовать своё тело или двигаться. Казалось будто бы я просто существовал, летая в воздухе, не имея никакой цели, кроме как цели думать. Может мне стоит сдаться? Я не знаю, где я, я не могу двигаться, видеть, слышать. Всё, что я могу это молится, что это всё какой-то сон. Бывает же такое, что тебе не снится ничего, кроме полной темноты? Это же может быть осознанным сновидением. Это довольно одинокий сон. — Эй… Ты слышишь меня? Эй, тот голос. Я его узнаю. Я знаю его слишком хорошо. На самом деле, я узнаю его настолько, что он заставляет меня трястись каждый раз, когда я слышу его. Но почему? Почему он здесь? Я не понимаю это, но почему-то, каким-то образом… Всё-таки это имело смысл. Словно это было какое-то существо, которое заставляло меня видеть всё таким образом. Видеть? Я не могу видеть. Что я несу? Мне нужно… собраться с мыслями… — Извиняюсь, ты, наверное, спишь, да? Хехех, я не знаю, зачем я это сказал, ведь если ты спишь, ты не сможешь ответить. «Спишь»? Я… я думал, что это всё был сон. То есть… всё это из-за того, что я сплю? Но если бы это было так, то почему я слышу его голос громко и чётко? Я не понимаю… Ещё секунду назад я… я был заточён где-то. Ни одно из моих пяти чувств не работало… Тогда почему… Почему сейчас они снова начали работать? Почему я снова слышу его глупый голос? И… если я открою глаза… Я что снова увижу его? — Ах… Уснуть в таком времени и месте… Ты такой беззаботный, Хината… Время. А, точно. Всё начало вставать на места. О чём же я так сильно волновался? Да. Время. Если то, что он сказал правда, то, наверное, уже слишком поздно. Тогда… мне нужно проснуться прямо сейчас. Создавать проблемы для него это последнее чего я хочу. Даже если ничего не имеет смысла. Всё и ничего. Везде и нигде. В любом или в никаком месте. Просто… так было. — Ты собираешься просыпаться? Я извиняюсь, за всю эту бесполезную болтовню, наверное, я тебя разбудил. Мои глаза открылись. Медленно, но уверенно. Место, в котором я находился; эта никогда не заканчивающаяся тьма… постепенно приобрела цвет. Поначалу… всё было мутным. Настолько мутным, что я не видел, что было прямо передо мной. Образования цветов, собранные в разные формы и цвета. На восстановление моего фокуса ушло не так много времени. На тот момент меня это и не особенно волновало. То почему я не мог ничего вспомнить, но внезапно вспомнил всё, услышав его голос. Почему кто-то вроде меня проходил через это всё? Наверное… Тогда меня это не волновало… Потому что оно имело смысл. Наверное. Всё было нормально. — Кстати, Хината, уже очень поздно. Стоит ли нам вернутся пока все не начнут волноваться? Если хочешь, я тебе помогу. — …Да почему ты всегда так сильно хочешь помочь? — пока я говорил, я почувствовал невероятную усталость, пронзающую моё тело. Что происходило? Я не сплю, я полностью функционирующий, дышащий, двигающийся человек. Я даже могу говорить с ним. — Нет, спасибо. Это даже не так то уж и далеко. Он улыбнулся мне. Эта дерзкая, нахальная улыбка. Я не переношу её. Она была такой раздражающей. Я ненавидел её. Я очень сильно ненавидел её. Эта хитрая улыбка, появлявшаяся на его лице каждый раз, когда он приводил один из своих планов в действие. Я ненавидел её каждой клеткой своего тела, каждой каплей крове во мне. Тогда… почему она настолько сильно подбодрила меня? Почему она казалась такой… греющей сердце? Нет… не может быть. Может потому что он — проблема, отвлекающая меня от остальных моих проблем? Да, он просто создатель проблем, который нуждается в моём внимании. Ничего больше, ничего меньше этого. Этот Нагито Комаеда. Ух, так сложно. — Я хочу быть полезным, даже в самых незначимых ситуациях, — он сказал, не переставая улыбаться. Он раздражал меня, но я не мог перестать на него пялиться. Наверное, это ничего не значило. В конце концов, я хочу его понимать, и если это значит проверять не создал ли он новых проблем, то пусть так будет. — Я думаю, ты уже давно это понял, да? Тогда… мы довольно похожи. Потому что ты тоже хочешь быть полезным? — Ты пытаешься что-то сказать? — А? Я тебя задел? — Забудь… Давай просто вернёмся домой. Домой? Я что знал, где мы были? А, точно, я знал. На какой-то домашней вечеринке в собственное продвижение. Всё… сходится… Странно. — Так быстро стало холодно? — Комаеда всё ещё пялился на меня. Боже… что с ним не так? Напряжённая атмосфера будто бы говорила ему посмотреть куда-нибудь в другое место, а лучше просто отстать. Из-за него мне так… некомфортно. Он такой отвратительный. — Точно всё в порядке? Я не уверен, что ты это помнишь, но ты вышел отсюда, чтобы подышать свежим воздухом, остался там на некоторое время, а потом уснул. — То есть вот что произошло? Это… вполне логичное объяснение. Наверное, я устал. Настолько устал, что забыл некоторые вещи, однако они вернулись в моё жизнь сразу после пробуждения. Я приподнялся со стула, на котором я сидел. — Наверное, я вымотался. — Остальные хотели убедится не было ли это моим деянием, — он стал защищаться, несмотря на отсутсвие моей реакции. Неужели он ненавидит обвинения? Или он волнуется о том, что я думаю, что это его деяние? В этом нет смысла. Почему бы его волновало то, что я думаю о нём? Наверное, он ненавидит неправдивые обвинения или типо того. — Меня не волновало это. Он выглядел так, будто облегчение пронеслось по его телу. Это озадачило меня. Почему он- именно он выдохнул с облегчением из-за чего-то типо этого? Как бы напряжённо я бы об этом не думал, я не мог его понять. Хотя попытки понять его были словно никогда не заканчивающийся лабиринт без выхода. В тот момент, когда я вступил туда, я не мог ни выйти, ни найти ответ. — Ты скоро пойдёшь домой? Боже, почему он такой шумный? Я не понимаю, почему кто-то типо него настолько заинтересован во мне. Кто-то, кто имеет возможность быть полезным, в отличие от меня. Почему он не может пойти помочь другим своим друзьям, вместо того, чтобы доставать меня. И его волнения были абсолютно беспочвенны. Я в порядке. Я приложил мою руку к его лицу и немного толкнул. — Комаеда, ты можешь- оставить меня в одиночестве? Когда ты спрашиваешь такие вопросы, ты мне кажешься кем-то типо сталкера. Он снова улыбнулся, медленно обхватывая мою ладонь своей рукой. …Зачем он это делал? Он… стягивает мою руку со своего лица и просто смотрит на неё с… улыбкой. Постойте… эта улыбка. Это была «грустно-весёлая» улыбка. Он прощупал мои пальцы обоими руками, нежно трогая их. Улыбка расползлась по его лицу, пока он смотрел на мою руку, так будто она была какой-то особенной для него… Б-боже что с ним не так?? Почему он делает это? Он такой непредсказуемый, это раздражает- — Может так и есть, Хината. — Э? Вы, должно быть, смеётесь надо мной. — Ахах- эй, не пугайся так сильно, — он отпустил мою руку, пытаясь перекрыть неловкость смехом. Он начал волноваться и, казалось даже, паниковать. Тем временем я просто стоял рядом, сбитый с толку и ошеломлённый. Он потряс руками, будто в желание показать мне, что он безоружен или типо того. — Это шутка, хаха… Я правда не имел этого ввиду- Я просто хотел убедиться, что ты полностью в порядке! О, и я имею ввиду от шутки! — Это было несмешно, Комаеда, — сухо ответил я. Я очень надеюсь, что он не врал, когда сказал, что это шутка. Я не очень бы обрадовался если бы оказалось, что он где-то преследовал меня… А, точно, мне стоит спросить. — Эй, что ты несёшь? Почему ты относишься к моим пальцам и рукам так, будто они имеют какое-то особое значение для тебя? Это моя рука. Он в стыду посмотрел в пол. Э. Он стыдиться этого. Насколько я помню, он был довольно самоуверенным в не лучшем смысле, но в то же время скромным. Так странно. Я заметил, как его лицо покрылось краской, поэтому спросил его. Это было довольно очевидно. Ну то есть, он был довольно бледным, поэтому любой намёк на румянец можно было чётко увидеть. Он что заболел или типо того? Может лихорадка? Хотя просто так стоять и не делать ничего никак не поможет. Несмотря на то, что это Комаеда, я всё равно хотел бы ему помочь. Хотя бы в избавлении от лихорадки. Возможно, это было что-то другое, но я не хотел задумываться об этом. — От всего сердца, я извиняюсь за то, что такой отброс- такой мусор как я имел право дотронуться до твоей руки, Хината. Э? Я хотел объяснение, а не извинение. Хотя не то чтобы это имело значение. Единственное логическое объяснение этому было то, что он был странным. Он не был похож ни на кого, с кем я когда либо взаимодействовал. Встав, я предложил ему руку помощи. — Забудь. Комаеда, ты плохо себя чувствуешь? Давай вернёмся домой, пока ничего плохого не случилось. — Всё в- О! Пожалуйста, не трогай меня, Хината, — он отстранился от моей протянутой руки. Скорее не отстранится, а уклонился от неё, будто у него была аллергия на мою руку. Что с ним происходит? Я просто хотел немного помочь. Ух- может глупо было с моей стороны думать, что он примет помощь. Он такой непредсказуемый, хотя о его отказе можно было догадаться. Может я даже могу догадаться о том, что он дальше скажет. — Не трогай меня, ты испачкаешься. Он раздражающий. — То есть тебе нормально играть с моей рукой, но ты отказываешься от моей помощи? — Я же уже извинился за это… Или меня обманывает память? О Боже… Я хочу просто уйти и оставить его здесь одного. Он раздражает меня. Он такой уверенный в себе, но одновременно неуверенный. Он так сильно ненавидит себя, но при этом считает себя лучше остальных. Он… сумасшедший. Но если я просто взял бы и сказал ему это, то он, наверное, ответил бы чем-то типо: «Я думал, ты уже давно это понял». Я ненавижу то, как много он знает, но при этом он никогда не делится своими знаниями с остальными. Но в то же время… я так заинтересован им. Я стремлюсь понять, почему он такой. Такой… уникальный. Это… такое не комфортное чувство, которое я испытываю каждый раз, когда он со мной. Это чувство, которое заставляет всё тело трястись. Как бы правильно это сказать? Ну… оно не было неприятным. Это прозвучало странно. Оно было не комфортным, но не неприятным. Нет, нет, нет, постойте- Оно не было приятным. Я просто сказал, что не было неприятным, то есть я мог переносить его. Разворачиваясь и идя, я чувствовал его не знающий взгляд на себе. Комаеда… почему он такой странный? Зачем он смотрит на то, как я иду? Почему он ничего не говорит? Почему он не зовёт меня и не говорит что-то типо: «Эй, Хината, куда ты?»? Ну типо шумный вид вопроса. Не то чтобы я хотел, чтобы он это делал, но я удивлён, что он так не поступил. Он так и не заговорил. Вернее, он не сказал те слова или что-то схожее. Вместо этого… — Я с нетерпением жду встречи с тобой в следующий раз, Хината!