without u i cant do this

напряжение, появившееся между супругами, определенно чувствовали все — начиная от намджуна, на которого от раздражения прикрикнул чимин, за неправильно поставленный кувшин, заканчивая коктейльными трубочками, свернувшимися от злых переглядок. ссоры между чонгуком и чимином случались крайне редко, они, в общем то, именно из тех пар, которые решают все, спокойно разговаривая и действительно выслушивая партнера. это их семья, наоборот, в их компании всегда была примером настоящей идиллии и наставником на верный путь. поэтому сейчас, когда за весь вечер чимин едва ли заговорил с мужем, после того как в самом начале, в прихожей, попытался задушить чонгука шарфом, а чонгук раздавил в руке стакан с соком, друзья абсолютно не понимали что делать, и пытались разбавить атмосферу привычными разговорами. — …поэтому я очень надеюсь, что все из вас прекрасно помнят различия между, черт его дери, сексологом и клиническим психологом, специализирующимся на сфере бдсм, — серьёзным тоном говорит юнги, закидывая в рот очередную виноградину, — иначе вас ждёт участь профессора со. — не понимаю, — бурчит намджун, — почему ты всё-таки пошёл именно на эту специализацию. я даже не знал что такая есть! разве это прибыльно? — намджун, дорогой, если бы это было не прибыльно, обеспечивал бы я своих любимых и нуждался бы в чем нибудь? — посмеиваясь говорит мин, прокручивая на руке браслет «пандоры». — я занимаюсь этим, потому что с самого подросткового возраста, когда единственное чего я хотел, это чтоб меня кто-нибудь трахнул, выпорол и при этом позаботился, я понял, что хочу узнать об этом больше. к слову, я каждый день в кабинете вижу очередного болвана, пренебрегающего правилами БДСМ и слезно просящего «вправить мозги» его Нижнему, но они не понимают, что в таких случаях во вправке мозгов нуждаются они сами. — детка, ты такой крутой, когда отстаиваешь свою работу, — говорит xосок, восхищенно смотря на возлюбленного. — просто вау. — а профессор со этого не понимает, поэтому и получил за это жалобу декану, — невозмутимо лепечет юнги. — этот профессор настолько ужасный, что ты пожаловался декану? — вклинивается чонгук. — похвально. — жалоба — минимум, который он заслужил. этот со настолько заносчивый и противный, что кровь внутри кипит, чимин может подтвердить. — юнги поворачивается в сторону друга, на которого переводятся и остальные взгляды. — верно? чимин, сидящий на противоположном диване, прижавший к своё груди колени и натянув на них свою огромную (чонгуковскую) толстовку, словно витает где-то, устремив взгляд в одну точку. только когда касание тэхена по его голове, от которого тот заметно вздрагивает, возвращает в мир, он удивленно смотрит на друзей, переспрашивая вопрос. — юнги рассказывал о том, каким ужасным человеком является профессор со. — а, это д-да, — чимин, соображая очень медленно, соглашается. — поэтому, я считаю крутым то, что ты сломал ему нос пару дней за то, что он пытался подкатить к тебе! — кидает юнги, и сразу испуганно прикрывает рот рукой. это явно не то, что он должен был говорить. — чего? — чонгук непонимающе смотрит сначала на мина, потом переводит на возлюбленного, который упорно отводит взгляд, стараясь посильнее натянуть длинные рукава и будто скрыться. — я, эм, я. я пожалуй, унесу грязные тарелки на кухню, да? — нервно посмеивается пак, явно убегая от чона, у которого в глазах абсолютный шок. — да. чимин сгребает почти чистые тарелки, являющиеся лишь предлогом быстро сбежать из комнаты, дрожащими руками и чуть спотыкаясь, скрывается из комнаты. — я помогу! — джин, наблюдающий за младшим, сразу же вскакивает за ним, но взглядом будто говорит намджуну «выясни, что, черт возьми, происходит». — пиздец, — первое, что произносит чонгук, закрывая лицо ладонями и устала потирая глаза. — что, блять, произошло между вами? — почти произносит ким, но его опережает тэхен. — чимин сам не свой, это видно, даже не присматриваясь. сидит, как в воду опущенный, отрешенный, молчит, а когда вы только пришли, так на тебя агрессовал, что я даже испугался. а ещё эта толстовка! — недоумевающе вскрикивает ким. — я понимаю, тоже люблю кутаться в толстовки хо, но, чонгук, на улице май и мы все сидим в футболках, желая раздеться. — я и сам всё это знаю, — чон на слова друга лишь становится более хмурым, нежели был до этого. — чимин с самого утра такой. огрызается на каждое мое слово, претензии мне высказывает, его все не устраивает — вот и поцапались из-за какой-то фигни. а вчера вечером ведь все отлично было! — вымученно стонет он. — мы провели такую замечательную сессию, потому что у обоих начались длинные выходные, основательно подготовились, в конце были рады. я его даже в сабспейс ввёл. чимин был таким счастливым, все правда было замечательно! чонгук абсолютно уверен, что дело точно не в их вчерашнем вечере. они всегда очень тщательно проговаривают и планируют их время, спасибо совместному опыту в несколько прошедших лет, поэтому ошибки в сессии исключены. тогда почему первое, что получил чонгук утром от чимина, был не привычный поцелуй и любимое «утро, дорогой», а хмурый взгляд и нечитаемая усталость, будто пак и не спал вовсе. (это тоже исключено — чон явно всю ночь обнимал своего возлюбленного, давая согревающие объятия). затем пострадала кофеварка, которую чимин попытался избить за то, что та никак не включалась. чонгуку пришлось незаметно включить провод в розетку, чтобы самому не попасть под раздачу. — я не уверен, — подал голос юнги, заставляя чона отвлечься от размышлений и оторвать голову от своих коленей. — но это очень похоже на сабдроп, по крайней мере, большинство пунктов совпадают. и если это он, то это очень плохо. — сабдроп? это, типа, как противоположность сабспейса? — тихонько говорит xосок. — немного коряво сказано, но суть именно в этом, — кивает мин, поднимаясь с пола, где ранее сидел, пересаживаясь на диван напротив чона. — а разве сабдроп наступает не только после самой сессии? — печально говорит чонгук. — да, но он так же может возникнуть и через пару часов, и даже через пару дней. по сути, сабдроп не свидетельствует о плохой сессии или, тем более, о плохом доминанте. скорее наоборот — чем ярче были эмоции, тем сильнее обратная реакция, так сказать. дроп часто бывает из-за сильной эмоциональности. ты сказал, что у чимина был сабспейс, верно? — чонгук утвердительно кивает. — вот. полагаю выработанный от него эндорфин, плюс, какие-либо внутренние переживания, и вуаля! добро пожаловать в сабдроп. чонгук пару секунд смотрит на друга, переваривая сказанное в голове, а затем снова утыкается носом в колени. у чимина сабдроп. чонгук, которому чимин доверяет большего всего в жизни, этого не понял и агрессовал на неконтролируемое состояние чимина в ответ. пиздец. — та-а-к, чонгук, стоп. — юнги быстро оказывается перед чоном, обхватывая его голову руками. — ты сейчас возьмёшь своего супруга, своего сабмиссива, за которого ты в ответе, вы поедите домой и ты обеспечишь его всей заботой, на которую только способен. ты меня понял? — понял.

***

как только чонгук с чимином оказываются дома, в голове чона начинают крутиться шестеренки, вспоминая лекцию юнги, проведённую перед тем, как они ушли. первый пункт заботы о своём Нижнем во время сабдропа: избавиться от всего, что может помешать кровообращению, позаботиться о теплее саба. чонгук кивает сам себе, несётся в комнату, разгребает хаос с их кровати, вытаскивает из шкафа самый тёплый и самый любимый плед чимина с кумамоном. сам чимин, немного обескураженный тем, что его внезапно схватили на руки и притащили в спальню, смерено ждал, пока чон объяснит ему происходящее. — чонгук, что ты делаешь? — шипит пак, когда чужие руки тянутся к его джинсам. — раздеваю тебя, очевидно, — беззаботно отвечает он, стягивая с мало сопротивляющегося чимина джинсу, усаживая на кровать и надевая на того тёплые спальные штаны. — вот так, теперь носочки, давай, хён. убедившись, что одежда достаточно удобна для чимина и ни в коем случае нигде не сковывает движения, чонгук оставляет легкий поцелуй на макушке супруга, и утягивает его на кровать, забираясь и сам. — прости, что не позаботился о тебе достаточно вчера, чиминни, — тихо говорит чон, поглаживая чимина по бокам. пак сейчас выглядит таким домашним, крошечным, невероятным, ещё более любимым, нежели обычно. и, хоть чонгук и понимает, что в сабдропе его прямой вины нет, он все равно несёт ответственность за чимина, как за своего мужа и сабмиссива. поэтому главная задача чонгука на ближайшие несколько часов, — создать самую комфортную атмосферу в их квартире, на какую он только способен. — ты самый лучший, самый прекрасный, такой молодец, — чонгук, продолжая поглаживать бок чимина одной рукой, другой притягивает его за подбородок для тёплого поцелуя. он целует чувственно, нежно, но напористо, вкладывая все свои чувства. — я люблю тебя больше всего в мире, родной. — прости, что веду себя так ужасно, я ужасн… — не говори этого, детка, это неправда, — не даёт закончить чонгук, крепче прижимая пака к себе, перерезая поглаживания на его плечи. — ты не виноват, твой организм пытался защититься после стресса, все хорошо. чимин не отвечает, смотрит с благодарностью в глазах на супруга, и начинает плакать. от переизбытка эмоций, от того, что чувствует себя странно и непонятно, от заботы чонгука, и того, что тот такой суперневероятныйгосподи. — все хорошо, крошка, хочешь воды, — чонгук дарит чимину еще один поцелуй, стирая соленые слез бы с покрасневших от тепла щёк, и тянется за бутылкой воды. включив недосмотренное аниме, они лежат в обнимку, прижавшись друг к другу около получаса в абсолютном единении и спокойствии, чонгук не прекращает аккуратные поглаживания по всему телу возлюбленного, чередуя с поцелуями туда, куда укажет юноша. когда чимин начинает ерзать, чон подозрительно отстраняется и всматривается в глаза супруга. — хэй, тебе неудобно? что-то болит? чимин свой взгляд в очередной раз прячет, и чонгук уверенно думает, о том, что, не спроси он напрямую, пак вряд ли бы сам что-то сказал. — детка? — у меня побаливает шея и немного ноет всё тело, — тихонько бурчит чимин чонгуку в грудь. — я думал, что это пройдёт в течении дня, но это не прошло и я. я-я просто. — все хорошо, чиминни, хочешь я сделаю тебе массаж? второй пункт заботы о своём Нижнем во время сабдропа, по словам юнги: избавиться от напряжения в теле и не допустить появления судорог, при помощи аккуратного массажа. чонгук не впервые сталкивается с этим — он частенько разрабатывал мышцы в теле чимина после особенно тяжелых будней, когда на плечах супруга лежало непривычно много рабочей беготни. руки чона тёплые, даже скорее горячие, контрастируют с еле согревающимися холодными конечностями чимина. он проходится по всему телу, особенно останавливаясь на тех местах, в которых пак поскуливает. вскоре, к рукам добавляются поцелуи, и чонгук надеется, что они помогут согреть половинку не хуже. когда губы чона касаются нежной шеи, чимин вздрагивает, поднимая голову, открывая больше доступа. — прости, возможно я немного переборщил вчера, — чонгук извиняется, видя слегка заметные следы собственных рук от вчерашней сессии. — все хорошо, ты знаешь, что это приносит мне удовольствие, просто. — чимин немного мешкается, подбирая мысль. — с моим организмом в этот раз что-то не то. — все хорошо, я хочу чтобы ты чувствовал себя в безопасности, чимини, так что не думай, что в этом есть твоя вина. — спасибо, что заботишься обо мне, чонгу, — шепчет пак, притягивая супруга за поцелуем. — конечно, — ярко улыбается чонгук. — я всегда буду.

последний, главный, пункт заботы о своём Нижнем во время сабдропа: заботиться и бесконечно любить.