And if Venice is sinking

      Утро. Гребаная классика. Отекшая рожа с растрепанными крашенными в рыжий патлами по периметру медленно отрывается от подушки и через щели болотно-зеленых глаз напряженно вглядывается в цифры на будильнике. Хлопнув рукой по кнопке, будто по надоедливому комару, рожа со страдальческим стоном откидывается обратно на подушки.       — Бля-я-я-я... Кристоф, конечно, говорил, что итальянское пиво дерьмовое, но чтобы настолько... Теперь только немцев или финнов буду пить. Гребаный аперитиво, на кой я вообще на него согласилась... — причитало существо, пока мало напоминавшее человека, катаясь по простыне. И тут по голове бьет осознанием неизбежного, и щели глаз становятся круглыми, что твое колесо от велика.       — Твою-то мать! — уже бодрее вскрикивает существо. — Собеседование! Che cazzo sto ancora dormendo? — Взяв волю, или то, что от нее осталось, в кулак, сонно-отекшее нечто поползло превращаться в homo sapiens, насколько это возможно.       Забросив в бутылочку «Боржоми» шипучку аспирина, девушка примостилась у кухонного стола, положив щеку на прохладную столешницу. Нужно проверить почту.       Сообщение от Кристофа:       «Доброе утро, пьяница ;) Ты же помнишь про своё собеседование в «Sony», да?»       — Ах ты говнюк, — хихикает та и отхлебывает живительный раствор.       «Конечно, помню, засранец. И я не пьяница, это итальянская культура, знаешь ли)»       — А кстати, чем так воняет? — вопрошает девушка в пустоту, принюхиваясь. — Понятно, это от меня.       Приняв волевое решение — помыться — и тяжело кряхтя, потопала в душ.       Минут через пятнадцать, уже ощущая себя человеком — более или менее, — приступила к сборам. Наспех оценив состояние физиономии, девушка недовольно цокнула языком. Времени не так много, значит, нужно привести в порядок тон лица, замазать к чертовой бабушке синяки и сделать из растрепанных бровей конфетку. Перед тем, как начать одеваться, вызвала такси.       — Таксисты здесь жутко медлительные, авось еще и поесть успею... — Однако, не успела она толком застегнуть брюки, раздался звонок — машина подана. Смачно выругавшись на всех языках, что знала, девушка, наконец выглядящая подобающе для собеседования, вприпрыжку побежала к двери, захватив сумку с нужными документами, заботливо собранную еще вчера. Мысленно поблагодарив вчерашнюю себя за благоразумие, почти влетела в лоферы и через пару минут уже была в машине.       — Куда едем?       — Карло Имбонати, 22.       Поехали.       То ли девушка заснула по пути, то ли слишком погрузилась в собственные мысли, однако на нужном месте они оказались подозрительно быстро. Оглядев из окна пейзаж, убедилась, что приехали верно. Спешно протянула таксисту купюру и, бросив: "Без сдачи", тут же вышла на улицу. Утренний миланский воздух приятно щекотал нос, везде сновали люди, торопящиеся на работу, пахло кофе и сахарной ватой — в детстве так пахли мечты.       Пройдя через ресепшен, она быстро нашла нужный ей этаж. Внезапно в конце коридора она увидела человека, который был ей как будто знаком. Девушка прищурилась, силясь разглядеть его лицо, однако, когда юноша подошел на достаточное расстояние, её осенило. Эти кудри, глаза, которые, казалось, никогда не спали, и мягкие черты лица. Эх, была не была!       — Синьор Грилло!       Парень дернулся, словно не ожидая никого увидеть в стенах офиса в столь ранний час.       — Доброе утро. Мы знакомы?       «Дура, идиотка, вот и зачем? И что ты теперь скажешь? Давай, соберись, тряпка»       — Н-не совсем, ну то есть... — пробормотала девушка. — Мы с вами совсем не знакомы, но, возможно, познакомиться стоит, потому что, скорее всего, я скоро буду тут работать... Вот.       — А вы забавная, — хохотнул молодой человек. — Что ж, будем знакомы, Лео. — Он протянул ладонь для рукопожатия, которую девушка с радостью приняла.       — Софи, очень приятно. И у меня к вам будет, наверное, очень странный вопрос.       — Какой? — Лео настороженно приподнял бровь.       — Я давненько увлеклась фотографией и очень давно подписана на ваш инстаграм... Если вкратце, то я хотела бы пригласить вас на фотосессию. Надеюсь, вам не покажется это слишком наглым.       — Я бы с радостью, но я не так часто бываю в Милане.       — Могу дать свою инсту, заодно посмотрите на мои работы и решите, надо ли вам это. Напишите, когда освободитесь.       На секунду он задумался, и Софи уже успела подумать, что ничего путного из этого не выйдет, как юноша достал телефон и протянул ей.       — Пишите.       Девушка нашла себя в строке поиска и вернула телефон владельцу. Несколько секунд он внимательно изучал ленту, и тут телефон Софи прожужжал, уведомляя о новом подписчике. Глянув на экран, девушка поняла, что пора бы уже идти. И тут Лео предложил весьма необычную для взрослых людей вещь.       — Софи, как вы смотрите на то, чтобы обменяться браслетиками, чтобы уж точно не забыть про ваше приглашение?       Выпав из секундного ступора, девушка спросила:       — Как в детстве, что-то вроде браслетиков дружбы?       — Верно, — широко улыбнулся парень и поднял ладонь с расставленными пальцами. — Помнишь, как это делается?       — Обижаешь, — фыркнула Софи, почему-то ни капли не удивившись внезапному переходу на «ты», и сплела свои пальцы с его. — Мой, кстати, приносит удачу, — заговорщически прошептала девушка.       — Мой тоже, — в тон ей откликнулся Лео.       И вот обмен совершился, но парень и не думал отпускать её руку. Неожиданно проснувшаяся интуиция начала бить тревогу и противно колоть под ребро. Подняв глаза, Софи увидела то, что заставило волосы не только на голове, но и на заднице зашевелиться, как траву в ураган.       Улыбка Леонардо была шире, чем позволяли не только правила этикета, но и анатомия. Казалось, она заполнила весь коридор. Глаза стали еще темнее и иногда подергивались рябью, как помехами на экране телевизора. Этакие черные дыры: еще чуть-чуть — и засосет. Пока она разглядывала весь этот пиздец, что-то, уже мало чем напоминающее Лео, перехватило её за запястья, сжимая до хруста и заставляя девушку терять сознание от боли. И тут «Лео» заговорил. Речью это было сложно назвать, скорее ястребиный клекот вперемешку с шумами радио.       — Пош-ш-ш-ш-шли с-с-со м-м-мной, — звало существо, сжимая запястья еще крепче.       — Куда?! — вопрошала Софи, уже не чувствуя рук.       — Ты знаеш-ш-ш-шь, — нечто осклабилось, обнажая внушительные челюсти, усеянные сотней зубов, напоминающих акульи. Чудище издало стрекочущий звук и ослабило хватку. — Эт-т-т-то т-т-т-твоя вина-а-а-а-а-а.       Доли секунды хватило, чтобы вырваться из когтистых лап с длинными крючковатыми пальцами. Но куда бежать? Боковым зрением девушка заметила лифт. Вот он — путь к спасению! Вперед, вперед! Собрав остатки сил в кулак и роняя обувь, Софи бросилась в сторону стальных дверей. Чудище, издав рык раненого грифона, ринулось за ней.       Влетев в спасительную коробку, девушка стала жать на все кнопки: куда угодно, лишь бы не оставаться наедине с ЭТИМ.       Двери почти успели закрыться, но оно было быстрее. В последний момент когти чудища вонзились под ребра девушки, не оставляя шанса на спасение. В следующую секунду тяжеленная конечность монстра упала на пол, обрубленная дверьми лифта. Опустив голову, Софи наблюдала, как белая блуза медленно становится красной, забирая из неё жизнь.       Когда последняя капля крови покинула тело Софи, она открыла глаза, хватая ртом воздух, словно только что проплыла эстафету. Вокруг не было ни холодного блеска дверей, ни отвратной отсеченной лапы, ни багровой лужи, которая просачивалась сквозь щели и заливала шахту. Были только мягкие диванные подушки, слабый свет ночника и включенная PlayStation, на экране которой светилось уведомление: «Вы мертвы» и логотип «Ведьмака 3».