Summer Solstice

      Новым местом Overwatch стал Пост наблюдения: Гибралтар. Перед Амели вновь оказалось множество знакомых лиц. Вернулись Трейсер, Уинстон и другие ребята которых она знала не так хорошо. Или это были новички? Француженка не могла быть полностью уверена, не может же она всех помнить, в самом деле, продолжив рассматривать бывших и будущих сокомандников. Кого-то, несомненно тяжелые годы изменили почти до неузнаваемости, а некоторых, казалось, почти не коснулись. Как например жизнерадостную Лену, которая только завидев брюнетку в начале коридора, сразу бросилась с обнимашками, чуть ли не ломая Лакруа ребра. Другие приветствовали ее улыбкой, кто-то дружелюбно помахал ей рукой, отвлекаясь от увлеченных обсуждений чего-то насущного. В стенах базы впервые за это долгое время слышались веселые разговоры, шумные приветствия и неутихающее гудение кофейного автомата.        На секунду ей показалось будто она просто вернулась в столь далекое прошлое. Молодой балериной, робко зашедшей в этот зал в поисках Жерара. Словно бы и не было этих семи ужасно странных лет, словно они оказались лишь минутным наваждением, пока она разглядывала свой стаканчик капучино. И сейчас ей выпал шанс прожить их заново. Однако. В медпункте не было той женщины, которая встретила ее очаровательной, хоть и немного усталой улыбкой. Той, кто чуть не выломала дверь, когда Амели вскрикнула из-за несчастного паука. Той, кто казалось спала лишь на ее коленях, когда удавалось вытащить беловолосую из лаборатории. Той, кто постоянно и бесконтрольно заливала в себя кофе, под ворчание подруги, кто стала ей самым близким другом, поддерживала и никогда не обесценивала ее мнение и чувства. Лучиком света, который ослеплял, если на него смотреть слишком долго.       Пустота давно поселившаяся внутри ее груди поспешила напомнить о себе, а тоска разбуженная воспоминаниями, принялась извиваться и корчиться от нахлынувшей, тянущей боли. Амели отвернулась.

***

      Она застряла в поистине очаровательном месте, — возле почти разрушенных зданий какого-то давно всеми брошенного городка. И оказалась настолько удачлива, чтобы почти в одиночку столкнуться с фигурой. Всего через несколько месяцев после присоединения к Overwatch. Совпадение или сама госпожа удача ей однозначно благоволила? Хотя, та скорее предпочла окончательно повернуться спиной и безразлично пожав плечами, саркастично бросить: «сама развлекайся». Кровоточащее предплечье неприятно о себе напомнило, а в голове все еще стоял туман. И это ее только немного задело взрывом. Что же там с остальными? Пришлось позорно заползти за какие то обломки, передавая координаты и ожидая пока ее отсюда заберут. О да, годы идут, а политика компании как всегда на высоте. И чего же ей не сиделось на спокойном и стабильном месте СБ советника? Хотя. Амели знала куда возвращается. И ради чего.       Лакруа сразу узнала крылья, в перемещениях которых ранее плескалось безумие, что теперь превратилось в спокойные, согласованные движения, двигаясь совсем не так, как когда они впервые увидели друг друга. Француженка видела их слишком много раз, чтобы не начать догадываться, что те связаны с эмоциями что испытывает фигура.       Крылья ритмично затрепетали, подкидывая фигуру вверх. Затем снова сложились, аккуратно переплетаясь на спине когда та приземлилась, принявшись осматривать местность. Удивительно. Коготь гарантированно снабдил своего агента сканерами, визорами, или чем еще такого типа. Прошлая их встреча, и свежий шрам на груди тому подтверждение. Сейчас же, на нее просто охотились, не отказывая себе в удовольствии насладиться добиванием противника. Амели затаила дыхание, а по спине пробежал холодок.       Фигура остановилась, и если бы она была диким зверем, Амели могла бы представить, как та наклоняет голову, принюхивается, окидывая взглядом пространство, прислушивается к малейшим шорохам, будто играя с ней в кошки-мышки.       Та прошла дальше, будто бы ее не заметив. Девушка облегченно выдохнула. Она никогда не разглядывала так близко «крылья» Солнцестояния, и, откровенно говоря, не горела желанием рассматривать острые лезвия еще ближе. Амели поджала колени, не осмелившись вступить в бой, но прекрасно осознавая что находится в довольно невыгодном положении, если, а точнее, когда, ее найдут. В следующий раз нужно действовать более стратегически.       Ее привлекло очень знакомое ругательство.       — Scheisse, — выдохнула фигура. это слово было почти не разобрать из-за закрывающей лицо маски, но Амели отлично расслышала каждую букву, рефлекторно делая глубокий вдох…       Потому что Ангела всегда ругалась именно так. Себе под нос, как будто рядом были дети, которым еще рано всякое слышать. И этот безошибочный немецкий. Лакруа не могла обознаться, — слишком уж хорошо она помнила интонации белокурой медички.       В мгновение ока фигура повернулась к ней, а копье в ее руке уже отправилось в путь. Амели отпрыгнула с трудом увернулась, прячась за ближайшую стену. Крылья Солнцестояния вспыхнули, а та в одно мгновение оказалась перед ней.       Амели сдернула с пояса пистолет, выпуская очередь в копейщицу, но выстрелы казались едва ли эффективными против темной брони. Когда пуля все же нашла свою цель, попадая в плоть, зазубренные рога на голове девушки загорелись болезненно-желтым светом, а Амели с легким ужасом наблюдала, как кожа снова срастается, а пуля растворяется в теле. Фигура подняла правую руку, и копье вернулось ровно в протянутую ладонь.       Амели нацелила крюк, и оттолкнулась от края обрыва, на забывая стрелять в полете. На что фигура просто кивнула головой, последовав за ней и наводя на нее пистолет. Ну точно играет!       Снайпер не думала, она просто стреляла. Цель француженки не металась в панике, да и собственно вообще почти не двигалась, так что целиться было даже удобнее. Кажется очередь попала в какое-то крепление на голове оппонентки. Звук взрывающейся пластмассы заполнил улицу. Фигура было угрожающе зарычала, сменяя рык на протяжный и болезненный стон. Визор, обычно закрывающий ее глаза, сейчас исчез, а девушка, расцарапав когтями лицо, с трудом сорвала начинающую чуть дымиться маску.       И Аме застыла. Она не могла не узнать это лицо. Казалось пройди ещё тысяча лет, а она все равно будет помнить каждую деталь в лице Циглер. Без сомнений, перед ней сейчас совершенно точно Ангела. Однако, блондинка выглядела истощенной, словно после долгой болезни. Её глаза казалось приобрели серый оттенок, а щеки стали ещё более впалыми. Швейцарка побледнела, кинув на Лакруа испуганный взгляд.       — Ангела! — крик, наполненный отчаянием сорвался с губ Лакруа. В ответ девушка зашипела на нее, делая несколько шагов назад. И окончательно отрывая от себя оставляющий ожоги на ее коже визор, помчалась прочь. Амели камнем упала с уступа, устремляясь вдогонку.       Кровь стучала в висках. Амели резко завернула на повороте, не сбавляя темпа, боясь потерять из вида уже как пару лет пропавшую без вести подругу. Блондинка вдруг резко остановилась, и не теряя времени, развернулась к ней лицом. За ее спиной был тупик. Девушка согнулась пополам и тяжело вздохнула. Амели тоже замедлилась, медленно приближаясь к ней. Собственное дыхание сбилось. Вблизи органичный логотип Когтя четко выделялся на пластине наплечной брони.       — Ангела, пожалуйста. Это я, Амели, — в голосе француженки мелькнула скорбь, на что визави казалось на секунду замялась.       Ненадолго. Вскоре, та выпрямилась и развернулась вновь нацеливая пистолет на голову Лакруа.       — Я — Солнцестояние. Агент Когтя, — она внезапно зарычала, сжимая виски руками. Затем присела, и оттолкнувшись от земли взмыла в небо, подхваченная активизировавшимися крыльями. Снайпер вздрогнула.       — Да не знаю я никакой Амели! — почти истерично и слишком эмоционально даже для самой себя вскрикнула копейщица. Пистолет выстрелил, пуля прошла сквозь плечо и без того раненой осколком руки, вызвав новую вспышку острой боли и заставляя осесть на землю. Неподалеку послышалось гудение челнока. Лакруа включила ком, маякуя подлетающим.