Summer Solstice

      Амели никому ничего не говорила, в следующий раз просто зайдя к блондинке с смутно знакомой синей сумкой. По привычке спросила разрешение войти, тут же получая утвердительный кивок.       После того вечера, Лакруа направилась прямиком в давно неиспользуещееся крыло базы, — туда, где комнаты старых агентов пока не успели разобрать, и где запылившиеся вещи все ещё ждали давно покинувших их хозяев. Найдя по памяти нужную комнату, (замок все также был настроен на биометрику брюнетки) Амели с трудом старалась не засматриваться на окружающие ее вещи.       Фотографии. Медицинские журналы. Стопки давным давно никому не нужных документов, над которыми просиживала долгие вечера одна трудоголичная блондинка. Памятные мелочи. Цветы сирени, давно-давно опавшие и превратившиеся в сухоцветы. Все также стоящие в вазе на рабочем столе. А ведь Лакруа замечательно помнит ту, кто в начале весны с такой радостью отламывала эту веточку, после валясь на ее коленях и затыкая один цветок француженке за ухо.       Амели быстро скользнула взглядом по содержимому шкафа, аккуратно заполняя здесь же стоящий чемодан необходимым минимумом вещей. Ну, вечернее платье или купальник Сол сейчас навряд-ли нужны. Интересно у Ангелы вообще когда-нибудь вообще был свой дом, куда хотелось бы возвращаться? Или док сразу же после студенчества жила на месте нынешней работы и съёмных квартирках? Глаз зацепился за плюшевую панду размером в половину Лакруа, гордо восседающую на нижней полке шкафа.

***

      — Не хочу, — блондинка была непреклонна, — Я вот не понимаю, вам на работе стрелялок мало, что вы меня еще и в тир притащили? — Доктор Циглер возмущенно зыркнула на Гендзи и Джеса сделавших самые миловидные мордашки из тех какие умели. Такими мордашками детей только ночами пугать. И по какой вообще причине она согласилась на эту прогулку? Медичка тяжко вздохнула. Впрочем, «причина» сейчас с азартом проигрывала Лене, кажется, седьмую партию в аэрохоккей. Или… Аме что, выиграла?       — Я требую реванша, — притворно взвыла Лена, понимая что ее в кои-то веки обыграли.       — Ты мне поддалась! — негодующе фыркнула Амели подбрасывая и ловя желтую фишку. Улыбка Лены стала до подозрительного лукавой.       — Не поддавалась! Не ври! — прокричала через весь стол британка, резким ударом по кнопке перезапуская игру.       — Поддалась! — Лакруа мигом отбила первую атаку Окстон.       — Не было такого! — несчастная шайба молниеносно летит обратно к француженке, — Нен, так скучно играть, — шатенка будто и не воспринимала всерьез отчаянные попытки брюнетки хоть раз забить в ворота. Желательно не свои, — Давай сыграем на… — англичанка дернулась в сторону Лакруа, что-то прошептав той на ухо. Аме-Лена — один-ноль. На щеках балерины вспыхнул румянец.       — А, фигня. Сейчас наверстаю, — оптимистично отозвалась Трейсер, неторопливо возвращаясь на свое место.       Пока Окстон демонстративно потягивалась, заранее празднуя победу, Амели успела вернуть улыбку повернувшейся в ее сторону Ангеле. Но тут же, будто о чем-то вспомнив, отвела взгляд, вновь заливаясь краской.       Блондинка хихикнула. Лучше бы Лакруа так краснела когда подлым и наглым шантажом сегодняшнего утра, так и не подпустила медичку к работе. Заявившись в ее комнату с первыми лучами солнца и стаканчиком кофе, едва дождавшись пока Ангела позавтракает, чтобы натянуть на нее «одежду выходного дня» и вытащить за пределы базы, сдавая под ручки Маккри и Шимаде. Видимо чтобы швейцарка не ускользнула по пути к челноку. От недавних воспоминаний с губ вновь сорвался непроизвольный смешок. К слову о этих двоих. Кажется они все еще ее упрашивали. И вручили в руки местную стерелялко-палку.       — Ну Анжи, ну попробуй. Оно все равно краской шмаляет, ангелок ты наш, — Джес мягко подтолкнул Циглер к стойке. Хозяин тира поспешно отшагнул в сторону. За несколько минут он уже достаточно налюбовался на эту тройку крайне странных личностей, чтобы выбрать самую оптимальную стратегию, — «не мешать». Гендзи молчаливо поддержал друга.       — Вот же пристали. Да не умею я! — вскрикнула Ангела, перед тем как зажмуриться и точно выкосить ряд мишеней в несчастном тире.       — Анж… Теперь я тебя точно боюсь, — присвистнул американец, отбирая банку газировки у зависшего Шимады.

***

      — Это? — Солстис вопросительно на нее посмотрела.       — Твои вещи, — Амели подкатила чемодан к кровати девушки.       — Мои? — будто полусонно переспросила девушка с интересом заглядывая в сумку.       — Нет, Сол однозначно напоминала ей просто слишком смышленое дите. Хотя… А у девушки вообще были свои вещи? Хоть когда-то? Одежда, мелочи, что-нибудь? — Прости, отвыкла, — со смешком фыркнула Сол, а опасения Аме подтвердились, — Коготь, знаешь ли, неособо парился на эту тему. Не помню когда у меня было что-то свое кроме… Хм, жизни? Хотя и то спорно, — блондинка непроизвольно рассмеялась.       — Не хочешь переодеться? — поинтересовалась Амели, аккуратно переводя тему.       — Хочу. Но толстовку все равно не отдам. Неа, не надейся, — фыркнула Солтис обняв саму себя и утыкаясь носом в кофту, — И вещи же мои да? Совсем-совсем? — по ребячески посмотрела на нее Сол вытягивая какие-то потертые джинсы из чемодана. Амели не могла вспомнить как они вообще там оказались, но в ответ согласно кивнула, — Значит я могу сделать вот так? — полышался хруст разрываемой ткани, а то что недавно было приличного вида брюками, превратилось в рванье, которое, кажется, было в моде в начале двадцать первого века.       — Можешь, — кивнула Амели наблюдая за нятягивающей это девушкой.       — А мне нравится! Цвета бы еще добавить, или рисунков каких, — девица внимательно рассматривала свое отражение в стекле, — Ну точно как подросток, — с усмешкой закатила глаза француженка, после того как девчонка вытащила яркую бесформенную футболку с знаком «пасифик», и по хиппарьски подвязала волосы выпавшей вместе с футболкой лентой. Вместе с той, из складок ткани, плавно спланировала на пол фотография.       — О, — Солтис нагнулась подбирая карточку. Амели любопытно заглянула за плечо блондинки. На фото были изображены селфящиеся Лена и Ангела. Гендзи, приобнимающий девушек за плечи. Все трое с разноцветными полосами на раскрашенных щеках. Судя по всему какой-то фестиваль, — палатки, толпы людей. Позади ребят сцена и яркий дым, а на запястье Циглер та самая ленточка.       — А я ее помню. Был приказ устранить, — легко отозвалась блондинка проводя пальцем по картинке, — А он меня как-то в бок ранил. Но дуэлька была веселая, — довольно протянула Сол, — Хотелось бы с обоими познакомиться, — вздохнула девушка, — Ангела же с ними дружила, да?       — Да, — медленно подтвердила француженка.       — А мне можно? — с детской непосредованностью поинтересовалась Солтис.       — Ага, — Амели чуть напряглась, — Думаю скоро сможешь с ними поболтать. Только вот по поводу устранить… Не советую столь легко заявлять о подобном комиссии.       — Mein Gott, ich werde niemanden töten! * — неожиданно для самой себя перешла на родной язык швейцарка, — Ну какой мне по твоему в этом резон? И вообще… Раньше надо было решать доверять мне или нет. Зачем тогда спасать-то было? — сердито фыркнула и отвернулась Сол.       — Я доверяю тебе, — виновато потупила взгляд француженка, — Иначе бы меня тут не было, — тихо закончила она.       — Правда? — Солтис наклонилась, заглядывая в глаза Амели, и получая утвердительный кивок, улыбнулась, бросаясь на шею невольно засмеявшейся от щекочущих ее щеку светлых волос, брюнетки.