appearance of morality

душа касается метала, когда насквозь проходит нож и жить становится ебано любая мелочь бросит в дрожь души, вы скажете, не видно, ее возможно даже нет сие убийство, вероятно лишь выдумка, дичайший бред но нож ведь тоже не реальность и не раскрою я секрет, когда скажу, что облик слова то этот нож, то пистолет -Пака нашли мертвым, - сухо сообщает Сара, отрывая взгляд от смартфона Тэхена, сидящего рядом. Сообщение было таким коротким и простым. Известие о смерти и пометка о том, что за подробностями можно приехать лично. Только вот никому эти подробности не сдались, понятно каждому в комнате, кто и при каких обстоятельствах отправил Пака в посмертное путешествие. Сара ловит себя на любопытстве. А у Тэхена два телефона или уведомления от того же Мина отключены? -Долго о нем не было вестей, - комментирует Хван, а Ян отчего-то лицо в ладонях прячет. Ему слегка грустно от этой новости. Чимин не святой и явно не друг им, но он и не тот, кто заслуживает смерти пешки. -Да упокоится он с миром, - без капли несерьезности произносит Ван, а Сара и Аарон кивают на эту реплику. -Аминь, - дополняет девушка без привычной иронии и косит взгляд в сторону Кима. Тэхен отбрасывает телефон в сторону и поворачивается к ней. Жадный. Каждый жест в свою сторону ловит и умножить пытается. В квартире за несколько дней стало значительно просторнее. Из недавней толпы остались четверо. Тоши с Чонгуком нехотя, но уехали как только начальство откровенно послало всех к черту с местью Мину и отозвала ребят на "заслуженный отпуск". Хвану, впрочем, отдых не позволили, ссылаясь на то, что есть работа, которую может выполнить только он, поэтому, ворча на все на свете он купил билет на самый последний момент, лишь бы дольше побыть в Китае хотя бы до момента разрешения дела с Кристианом, которого до этого объявили в розыск и забрали из поля их ответственности. Тоши долго кричала, что им попросту связывают руки, только вот крик ее дальше стен дома Тэхена не ушел. Оно и к лучшему, рапортов на нее достаточно пылится. -Так, - вздыхает Ян, возвращаясь из своего маленького мирка к находящимся рядом людям. - Я вечером еду обратно к брату, Сар, все нормально? Он все еще не хочет оставлять одну подругу, но надо осуществлять хотя бы часть задуманного, запускать механизм, который уже начинает покрываться ржавчиной. Девушка кивает. -Не вскроюсь. -Сара, - шумный выдох и молящий взгляд работают на "ура", но только не по отношению к ней. Ян разочарованно поджимает губы. Темноглазая за время ожидания вестей от Чимина успела пережить все свои личные стадии горя в ускоренном режиме, теперь в ней не осталось ничего, кроме черствости и холодного расчета. Или же ей хочется, чтобы так было. Холодный расчет беспощадно растопляет один человек, сидящий рядом. Тэхен действует на ее разум как опиум, сопротивляться становится особо сложно, когда он остается с ней до тех пор, пока сон не заберет измученную голову в свои владения. Ким каждую ночь обнимает так осторожно и крепко, согревает, успокаивает едва ощущаемыми круговыми прикосновениями пальцев к оголенной коже. Она ненавидит себя, его, их вместе, свои сомнения и того, кто пишет сценарий ее жизни, ведь если вдруг окажется, что корень проблемы является ее личным исцелением, придется рвать на себе волосы и напоминать о том, что дала себе обещание стереть его в порошок, как бы паршиво не было. -Все хорошо, - через силу произносит Кан и даже пытается улыбнуться другу. Ей стыдно, что она резка с Яном, но язык быстрее совести. - За меня можешь не переживать, тем более я улетаю утром. Новость застает врасплох всех присутствующих. Первым реагирует Манн, хакер сипло смеется, узнавая стиль подруги, Ян же чувствует укол обиды. Ему могла бы и сказать о планах. Нет. Ему Сара бы точно сказала. Ван проглатывает обиду, но лишь до самого момента вылета Кан. Если она действительно свалит, то друзей ждет долгий разговор о доверии и взаимопомощи. -Ты не говорила, что взяла билет, - хмурится Тэхен и пытается поймать женский взгляд. Куда? Зачем? Как вообще эта идея посетила эту девушку? - Ты ни разу не говорила, что собираешься улетать. Какого черта, Кан? -Когда ты успела? - присоединяется Хван будто ради приличия. Так он и поверил в спонтанный отъезд по причине эмоционального состояния. Эта чертовка что-то задумала, большого ума не надо, чтобы догадаться. Кудрявый переглядывается с Ваном, на лице второго тоже можно уловить сомнения. Странно, что Тэхен безоговорочно поверил. Впрочем, можно сместить это на совесть длительности общения и актерского мастерства Сары. -Сегодня ночью, - пожимает плечами девушка и оглядывает троих собеседников. Мужчины смотрят на нее так, словно в следующую секунду потребуют доказательств ее вменяемости. Справкой. С печатью минимум троих независимых экспертов. - Что вы так уставились? Спонтанное решение, да. -С чего такая спешка? - из последних усилий сохраняет спокойствие Ким, ему до безумия не нравится, что он узнает об отъезде Сары буквально за несколько часов до этого отъезда. Почему она решила так резко? Ему казалось, что девушке стало легче. Он надеялся на это. Тэхен клянется небесами, что от допроса с пристрастием Кан сейчас спасает только присутствие ее друзей. -Меня осенило, что успокоиться я смогу лишь в одном месте, поэтому лечу домой. И ее действительно успокоить может лишь одно место, где деревья словно стены, а небо крыша, в воздухе пахнет спокойствием и чем-то родным. Дом надежнее всех людей, он не подвергается сомнениям как Ким Тэхен, его не надо спасать как старого друга, дом никуда не денется, и даже его рины умеют лечить душевные раны. -Я не отпущу тебя никуда, - вырывается у мужчины и на него переводят внимание сразу два парня. Кима это нисколько это не смущает, ему, правильнее сказать: "до пизды", что и кто сейчас подумает. Он против. А вот поставить в известность насчет своего отношения к этой женщине как можно большее количество народа - очень даже "за". Пусть знают, что он имеет право принимать решения вместе с ней, а иногда примет и за нее. Ян медленно переводит взгляд с куратора на подругу. Что-то назревает, вокруг девушки сейчас будто тучи сгустились. Интересно выходит: совершенно не рабочий контроль со стороны Кима и взвинченная Кан. Яну интересно как далеко они зашли в своем интересе друг к другу, но Сара отмахивается от разговора, а с Тэхеном у них не самые близкие отношения. -Аргументы, три, даю тебе пять секунд, иначе нахуй, - в привычной манере отвечает иностранка и с вызовом смотрит на куратора. Столкновение двух упертостей со стороны выглядит жутко. Его тяжелый властный взгляд, направленный с уверенностью прямо на девушку, напряженные скулы и нахмуренные густые брови, против ее взгляда исподлобья, в котором былой огонь догорает утягивающей за собой чернотой. Ким - надвигающийся шторм, Кан - догорающие угли, которые все еще могут обуглить кожу. Они словно два столкнувшихся хищников, один крупный, не знающий поражений, второй грациозный, но хваткий, ощущающий себя больше, чем он есть на самом деле. Вид Тэхена буквально кричит о том, что он главный и именно он решит, что будет в итоге. Ухмылка Сары будто немой протест, который не оставляет сомнений, что ей никто не хозяин. -Какие еще... И даже ты мне не указ, Ким. Сара наклоняет голову вбок и усмехается. Ему она проиграть хочет, но позже, быть может в иной жизни. Сейчас на кону слишком много стоит. -Раз. -Кан, блять! Тэхен напрягается всем телом. Действительно начала отсчитывать. Она его за мальчишку принимает? Посадит за семь замков и пусть попробует взломать. -Два. Будь проклят поганый язык этой женщины. Она границ либо не чувствует, либо принципиально за них заходит. Ким стискивает зубы. Он справится. Он спишет все на горечь утраты и стоически выдержит все ее капризы. -Я волнуюсь за тебя. -Не принято. Три. Издевается. Кан точно испытывает терпение. -Да похуй мне на твои аргументы! - второй взрыв. -Четыре. -Ян скажи хоть ты ей! Ван только поднимает ладони на уровень лица в жесте капитуляции. Он не подписывался подставляться под горячую руку подруги. -Пять. Идешь нахер, Ким. -Иду нахер? - переспрашивает мужчина, поднимая от удивления брови. Парни, наблюдающие сцену, понимают, что разгорается пожар, причем нехилый такой, а тот, что в себе потопит тысячу гектаров леса. Ян с Хваном переглядываются и синхронно в сторону двери поворачивают головы. Уйти сейчас кажется самым верным решением, не так страшно попасть под горячую руку куратора, как столкнуться с злостью подруги. Если Сара выходит на эмоции, то при необходимом разгоне получает звание истерички в глазах этих двоих. Явно будут летать предметы, яростно и без точной траектории. Получить в висок стаканом ни один в трезвом уме не хочет. -Думаешь я скажу что-то по типу "да, Тэ, я останусь, как скажешь"? - Сара не пожалела своего природного артистизма, что еще больше распалило Кима. Да, черт возьми, именно этого ответа он и ждал, или что-то подобное ему. Куда ей лететь одной? Хочет домой? Пусть говорит, а он возьмет сразу два билета, но одну Тэхен сейчас никуда не пустит, не так давно мужчина просыпался от всхлипываний и всю ночь шептал что-то сумбурное и утешающее. Кто будет это делать, когда его рядом не окажется? Да плевал Тэхен на "магию родных стен" и поддержку семьи, он не доверит Сару даже ее семье, и неважно, что до встречи с ним она как-то справлялась без него два десятка с лишним лет. -Либо я лечу с тобой, либо никто никуда не летит, - ставит достаточно жесткие условия Тэхен, а Сара на это лишь усмехается. Ее искренне удивляет его наивность. На этом моменте двое свидетелей уже успели тихо подобраться к порогу и даже начали обуваться. Судя по всему, к Вану старшему Ян поедет раньше и не один, а за подругой придется вернуться утром, чтобы посадить на самолет. Скандал этой недопарочки наблюдать совершенно никакого настроения. Да и чувство такта у парней все еще живо, услышать нечто личное они не хотят. -Я лечу одна и не слушаю ни тебя, ни кого-либо еще! - срывается на повышенный тон девушка и испепеляет яростным взглядом Кима. Да с чего он вообще решил, что может вносить свои правки в ее планы? Кто он ей? Да, он имеет некую власть над ее настроением, эмоциями, даже от части над мыслями, но кто давал это понять? А главное: кто позволял этим пользоваться? Хочет улететь - улетит. -К кому ты туда летишь? - не оставляет попыток переубедить Тэхен. Он усиленно давит в себе ту тьму, которая желает просто поставить перед фактом. А факт заключается в простом: Тэхен никуда ее не пустит. - Здесь у тебя Ян с Хваном и я, а там? -А там моя семья, - делает ход конем Кан и подрывается с места, чтобы в одно мгновение отвернуться к окну от Тэхена. Она направляется навстречу панорамному виду и не замечает, как хозяин квартиры следует по пятам, стискивая зубы и сжимая кулаки. Тэхен считает безмолвно до десяти в попытке вернуть холод разуму, немного помогает, обычно всегда работало. Рядом с ней работает едва ли. Семья. Она так давно не была с ними, так давно не слышала родные голоса. Закончит дело и съест свой контракт не запивая водой. Если вообще вернется. Нет, надо держаться среди живых до последнего, надо стараться через силу, потому что ее ждут дома. Может это и не самая идеальная, не большая и дружная, но ее, только ее семья. -Кан, - ладони Тэхена оказываются на плечах девушки, он не касается пальцами, боится, что под гнетом собственных эмоций сожмет ее так, что на коже останутся следы. В попытках успокоиться столь же быстро, как и завелся, Ким носом зарывается в женские волосы, находя что-то усыпляющее в запахе ее шампуня, этот запах ассоциируется с совместными ночами, что они обычно проводят на границе сна и бодрствования. - Пойми, я не хочу, чтобы ты ехала одна. Я боюсь тебя отпускать. -Я не маленькая девочка. -Я знаю. -И ничего со мной не случится. -Тоже знаю. -Тогда чего ты боишься, придурок истеричный? - возвращает себе привычный лад иностранка. Она чувствует тяжелое дыхание Тэхена на щеке, чувствует, как сухие мужские губы, плотно прижавшись к коже, не отрываясь от нее ни на миг поднимаются от скулы к виску. Он усиленно контролирует свою жадность касаний, а ее этот факт из колеи выбивает и заставляет всю сжаться, покрываясь мурашками. Почему именно он? И есть ли в этих его действиях искренность? Он столько с ними играл, так почему сейчас она верит в честность Кима перед ней? Возможно ли сыграть это тяжелое дыхание, собственное напряжение и отчаянные попытки не сжать ее в своих руках? Кан не хочет верить, что сейчас Тэхен может быть лживым. -Боюсь, что ты не вернешься, - шепчет Ким так, будто это самая великая его тайна. Нет здесь вранья. Сара выдыхает. -Пока я не завершу здесь все дела, я буду возвращаться столько, сколько потребуется. -То есть тебя держат только дела? - взгляд мужчины устремляется прямиком в серое небо, он такой острый, что кажется, может разделить это серое покрывало на двое без особых усилий. Кан ловит этот взгляд в отражении, он напоминает ей что-то, но что? Картину Александра Кабенеля, точнее, взгляд падшего ангела на ней. - И если их не будет, то ты забудешь о Китае? Стоит только убить Мина, так? -Убить Мина, - кивает Сара и прикусывает язык, дабы не ляпнуть лишнего. Убить Мина и проверить тебя, ангел мой. - А что меня должно здесь держать? - Кан борется с собственным желанием повернуться к нему лицом, запустить пальцы в волнистые волосы и губами очертить все контуры красивого лица. Заявить прямо, что он ее, и что за ним она вернется всегда и ото всюду. Но это непозволительно. -Не прикидывайся, - слишком строго выходит у Тэхена, и без того низкий голос в секунды грубеет до той степени, когда даже самым устойчивым становится неуютно. Хорошо, что он стоит за спиной и не видит, как она опустила взгляд, если, конечно, не смотрит в отражение как и Сара. -Твой интерес ко мне пропадет как только тебе надоест писать каждый раз "доброе утро" или "как дела?", - маленькая проверка и горькая правда для многих случаев в одном флаконе. -Не называй это интересом, - обрывает Тэхен не дослушав. Как она может так дешев оценить то, что сводит его с ума? -А чем мне это называть? Ты себя никак не обозначил, свое отношение ничем не назвал. Как я должна делать какие-то выводы? Мне не шестнадцать лет, когда парня записывают в будущие партнеры по парочке взаимодействий с романтическим подтекстом, а в друзья я тебя тоже не могу определить. С друзьями не трахаются. -Называй это тем, чем ты тогда в ванной назвала свое отношение, - голос словно шелест, а в голове шум. Саре уже дурно становится от этого разговора. Если бы только эти двое не ушли. Как она может принять мысль, что ее любит тот, кто может быть замешан в смерти ее близкой? Отчего-то принимает, причем с благодарностью. В любом случае сыграет этот факт как во вред, так и на пользу. -А самому произнести слабо? - смеется черноглазая и голову в бок отклоняет, чтобы висок с Тэхеновскими губами не соприкасался более. Она и так его почти всем телом ощущает, спину жжет от его жара. Хочется одновременно уйти и подойти еще ближе. -Что конкретно ты хочешь услышать? -Мне из тебя по слову вытягивать? Это унизительно. -Мне сказать, что я тебя люблю? Или может, что считаю своей женщиной? А может, что хочу, чтобы ты оставалась рядом и вне этой командировки? Что из этого? - перечисляет Тэхен не сводя глаз с боковой части лица девушки. Она прекрасно чувствует его взгляд, но в ответ не поворачивается, заставляя лицезреть лишь свой безэмоциональный профиль. -Что из этого истина, то и говори. -Все. Все. Это внутри у нее все, от таких заявлений. Нельзя так. Слишком киношно, совершенно неестественно. Своей он считает... Пусть пересчитает. Крепостное право отменили. Сара сама с собой спорит, внутренняя язва просится наружу выплюнуть яд, а ее коллега - чувственная дура, плавится от слов Кима. -Раз так, то сиди и жди меня здесь, Хатико. Дура одержала победу. Сара поворачивается к Тэхену всем телом и утыкается носом в мужские ключицы. Его запах просто по нотам не разобрать, он слышится чистой Кимовской композицией, а воздействует на мозг подобно алкоголю. Сара руками окольцовывает талию корейца и чувствует, как понемногу уходит напряжение из тела напротив. Тэхен прикрывает веки и считает в уме до десяти. Он небрежно сгребает хрупкое тело в свои объятья и одной ладонью придерживает за затылок, дабы Сара случайно не взглянула на его лицо. Гримаса Тэхена говорит о многом, как минимум о его неудовлетворении собственным бессилием. Борьба с внутренними демонами ослабила его в противостоянии Кан. -Если в ближайшее время ты мне не скажешь, что пора встречать тебя в аэропорту, - сдался Ким. - То я просто сам заберу тебя. -Ага, - усмехается Сара. Да она только рада была бы, будь это осуществимо, даже семье бы представила. - Мать тебя таким проверкам подвергнет, что разговор с папой и дедушкой медом покажется. -Строгая семья - не самое страшное, с чем я сталкивался, - улавливает легкость в словах девушки Тэхен. -И со многими родителями девушек ты знакомился? - нашла за что зацепиться Кан. -Твои будут первыми. "Не будут," - промелькивает у Сары, и она прикусывает губу. Горько и желанно. -И единственными, - вразрез с истинными мыслями отвечает шатенка и зажмуривается. На устах ложь, в голове молитва. Утренний аэропорт всегда воспринимается чем-то нереальным, у него привкус опозданий и какого-то легкого перекуса. Здесь хочется скорее полететь или не улетать вовсе, а вернуться в постель, из которой совсем недавно поднялся. Так сейчас и Хвану безумно хочется к той ортопедической подушке в одной из комнат для гостей в доме Джексона. Хуже всего то, что самому еврею тоже уже послезавтра стоять в очереди на регистрацию и махать затем ладошкой Китаю через иллюминатор. Манн чувствует, будто теряет драгоценное время на сон тем, что провожает сейчас подругу, которая поняла бы его желание проспать парочку часиков сверху нормы. От досады ему даже хочется плакать и вредничать. -Ничего не забыла? - спрашивает в сотый раз Ян и сам себя бьет по лбу. Ему уже сто один раз сказали, что вещей Кан практически не взяла. Вопрос слишком часто повторяется, что выдает суетливость Яна, который ждет раскрытие подвоха. К тому же странно слышать от него эти фразы. Ван прекрасно помнит, что почти все осталось в квартире Тэхена и отправится к ней почтой, отдельно, да и сама девушка терпеть не может объемный багаж. Хмурый куратор стоит молча. Он выглядит так, будто желает спалить все самолеты разом. Впрочем, так оно и есть. Тэхен не сводит тяжелого взгляда с Кан и отчаянно ждет, что она передумает, что его слова подействуют, с опозданием, правда. Ким успокаивает себя тем, что прощается временно, и вообще в любом случае Сару пришлось бы отпустить домой на некоторое время. А что делать с ее работой? Просить уволиться? Откажется. Ставить условия? Пошлет нахуй. Ничего. Это дело второстепенное, да и несложное. Ким все равно своего добьется и уберет такое препятствие между ними, как ее контора. А с семьей познакомится и возьмет перед отцом ответственность за его дочь. -Говори уже как меня любишь и я побежала, - отмахивается Сара, мечтая закончить этот спектакль. - Стоите здесь уже миллион лет. Ей дико неуютно под таким вниманием Тэхена, кажется, что он через пару минут от нее и мокрого места не оставит. -Не больше двадцати минут, - вносит правку Хван. Он скупердяйски считает эти минуты, ради которых они ехали несколько часов. В машине поспать не вышло, у парня затекла шея еще в первые пять минут. -Не имеет значения, у меня скоро посадка, так что обнимашки и я побежала. -Давай, - с особой теплотой в голосе соглашается Хван и притягивает к себе подругу под ревностный взгляд корейца. Друг обнимает достаточно долго, чтобы посеять в кураторе раздражение, что замечает особо проницательный Ван. Вена на лбу Тэхена начинает заметно пульсировать, а взгляд приобретает угрожающий оттенок. Во избежание сцен ревности, брюнет делает широкий шаг вперед и разнимает друзей в шутливой форме. -А ну дай ее сюда, - Ян буквально забирает Сару из объятий с Хваном, чтобы до хруста сжать в своих. Он рад, что она улетает, побудет в безопасности хоть немного, а он может успеет разобраться за это время с Мином. Правда, Ван еще со вчерашнего дня не верит, что эта дамочка так просто решила улететь. В этом сундуке явно есть второе дно. - Семье от меня привет, дедушке с бабушкой отдельное почтение. Коньяк и сувениры скажи, что лично привезу. Если Сара играет - Ян ей подыграет, если она искренняя - то и Ван. -Обязательно, - через волю улыбается Кан. Ей очень хотелось бы все передать и всех увидеть. В груди что-то саднит в районе сердца. Черные глаза впиваются взглядом в Тэхена. Последний ли раз они друг перед другом в этих привычных ролях? - Прекрати смотреть на меня как на врага всего святого. -Ты все же улетаешь, - констатирует факт Ким и смягчает взгляд. Да, он зол, но раздражать Сару не хочет. Пусть улетит в приемлемом настроении. - Хотя я просил. -Трудно назвать твои приказы просьбой, - язвительно припоминает Сара, а после в памяти всплывает момент ночи, где он буквально умолял не улетать одной, подождать его хоть сутки или вовсе остаться. Тэхен в какой-то степени предстал перед ней в новом свете, в лице слабого перед ней человека. Он окончательно развязал ей руки, убедил в своей безнаказанности. Теперь Сара уверена на всю, что перед Винсентом, который держит в страхе многих отморозков, у нее есть сильнейший иммунитет. -Если сейчас же не уйдешь, то я сделаю так, что ты опоздаешь, - предупреждает Тэхен со всей серьезностью. У Кан сердце в пятки уходит. Его решительность и властность, которых с ней Тэхен старается держать в узде, очень сильно подкупают. Он очень хочет ее обнять, как и парни, хочет на прощание поцеловать и прижать к себе. Да Ким даже не знает на какой срок она летит. Это кажется ужасным. И ведь Тэхен еще не обдумывал план действий после возвращения. Как поставить точку в деле и начать раскрытие своих тайн? Хотя бы показать свой настоящий дом. Как? Ютиться в квартире в пыльном доме, пока за ним простаивает просторный особняк? Так дело не пойдет. У Кима навязчивое желание сделать Кан хозяйкой в своей крепости, дабы именно любящая и любимая женщина привнесла изменения в быт. Впрочем, это желания будущие, а ныне есть одно горящее. Прикоснуться. Но Тэхен не сдвинется с места. Что-то мешает. А вот Саре ничего не мешает, из них двоих лишь она понимает, насколько шатка их возможность быть достаточно близкими, а потому пользоваться ей собирается с злоупотреблением. Она сама обнимает замершего как истукана Кима. Ночью он обнимал ее, клал голову на колени и рисовал какие-то невидимые узоры на ногах, а она не ответила ни единым движением, старалась спрятаться в свои мысли, но каждый раз возвращалась к ощущениям. Сейчас же ее очередь для действий. Пусть стоит, пусть чувствует. Пусть запомнит ее ласковую и мягкую. Хотя бы в своем понимании этих слов. Покидая аэропорт, оборачивается к Саре лишь Аарон, парень оценивающим взглядом проходится по подруге и, подмигнув ей, удаляется вслед за остальными. Кан остается огорошенной. Догадался? -Итак, у нас есть несколько часов до того, как откроется казино, поэтому выкладывай все быстро и будем решать по дальнейшему плану действий, - Джексон швыряет на стол какую-то папку и падает в свое излюбленное рабочее кресло. - Что молчим? Ничего нового? Ян щелкает пальцами. -Бинго, братец! За ночь дома и утро в аэропорте я не узнал любимый вкус мороженного Мин Юнги и понятия не имею какой фаст-фуд он выберет. -К тебе вернулись тупые шутки, - заметил старший с ехидной улыбкой. - Это радует. -Я просто прислушался к мудрости старшего, - не без издевки произносит метис и садится напротив брата. - Дуонг всегда с нами, ничего этот факт не изменит. Сейчас надо подумать о деле и себе, а потом уже о несправедливости ебаной судьбы. -Какой умный мальчик, - театрально восхищается Джексон. - А теперь давай об этом самом деле, пока тебя снова не пришлось вытаскивать из глубокой тоски. -О Мине грош информации и цена ей такая же, - честно начинает младший. - Нам откровенно не на чем базироваться и придется узнавать его с нуля. -Слежку за ним установим с завтрашнего утра, думаю там и с инфой вопрос начнет разрешаться. -Скорее всего выйдем на кого-нибудь и выбьем что-нибудь, - ухмыляется Ян. - Ты уверен, что твои люди ему не попадутся во время слежки? Владелец казино отвлекается на момент и видит на экране сообщение без приветствия и вежливости. Как характерно для этой дамочки. "Сними слепок с дверей черного входа, замок чисто механический. Ключ оставь в лепешечной напротив. Чмок." Далее оперативно быстро доходит и адрес. Джексон еле сдерживает нервный смешок, который может вызвать вопросы у младшего. Сообщения Сары автоматически пересылаются одному из доверенных лиц. Сам Ван резко возвращается к диалогу. -Ты считаешь, что я отправил бы кого-то из своих на это дело? В случае провала ничего не должно привести к нашей фамилии, балда ты малолетняя. -Да я проверял окончательно ли ты отупел, - мгновенно выкручивается Ян, не обратив внимание на переключения брата. Джексон часто совмещает переписку с реальными беседами в силу своей занятости. - Кому ты это поручил? -Один очень прошаренный в подобном человек взялся за дело, - размыто ответил Джексон. - Запросил достаточно серьезные деньги, но на что не пойдешь, чтобы ребенку помочь, верно? -Еще раз назовешь меня ребенком и я устрою из твоего казино магазин детской одежды и игрушек, - скалится брюнет, наклоняясь к брату через стол из темного дерева. -Ути-тю, - передразнивает Ван старший. И тянет пальцы к щечкам Яна. Тот мгновенно отстраняется. -А вообще спасибо, - убирает ребячество Ян, выравнивая осанку. - За помощь. Обещание самому себе пошло коту под хвост. Хоть и косвенно, но Ян вмешал в заварушку члена своей семьи, причем нехило так. Джексон стал кем-то вроде надежного тыла и дополнительного источника информации. Пока не поздно лучше передать эту роль Тэхену, он по праву кураторства имеет большее отношение к делу. Хотя теперь их с Кимом связывает только Сара и оставшиеся документальные формальности. Причастность Кристиана к запрошенным поставкам подтвердилась. Сам Чимин предстал перед Богом. Дело себя изжило. Станет ли Тэхен способствовать разрешению личных проблем? -И тебе спасибо, - ответил старший. - Я скучал. Выйдя за пределы аэропорта, Сара вдыхает полной грудью, свежесть после дождя наводит порядок в голове. Девушка отключает геопозицию и глазами ищет место, где можно присесть. Лучше, чем такси ничего не находится. Короткий диалог с водителем, и она уже сидит в развалку на заднем сидении, используя рюкзак как подлокотник. Пересекаясь взглядами с незнакомым мужчиной через зеркало заднего вида, Кан приподнимает вопрошающе бровь не отрываясь от распаковки новой сим-карты. -Давно вы к нам приехали? Где научились так хорошо говорить? - интересуется водитель. А у Сары удивление подскакивает от того, что с ней заговорили. Выглядит девушка совершенно недружелюбно, скорее как агрессивный подросток с похмелья, который едет на контрольную работу по алгебре. "И все же хорошо, что в предыдущий раз нас забрал Тэхен" - промелькивает мысль у иностранки. -Не поверите, - с наигранной вежливостью отвечает Сара, которой сейчас совершенно не до пустых разговоров и любезностей. - Так давно, что сама уже не помню. К чему был этот глупый вопрос? Он только что забрал ее от аэропорта. Впрочем, сам того не ведая он задал очень даже уместный вопрос. Только вот эта ироничность не смешит шатенку, она несколько часов просидела без дела, дабы сделать вид, что улетела, а теперь еще приходится с кем-то контактировать. -Так где, говорите, вы выучили китайский? - глаз начинает дергаться. Вежливость была лишней. -Так, можем мы остаток поездки провести в тишине? Мужчина сконфуженно вернул внимание к дороге. Сара даже позавидовала ему. Так хочется сесть за руль, почувствовать автомобиль, как он набирает скорость под ее нажимом на педаль. Набрав выученные цифры, Кан тут же прикладывает гаджет к уху. Друг не заставляет себя долго ждать. Хорошо, что Ян из тех, кто быстро отвечают на незнакомые номера. -Ван, буду у черного входа в казино твоего брата около одиннадцати вечера, приходи один, никому ни слова, - чеканит Сара не дожидаясь приветствия. Недолгая пауза и мужской отчаянный вздох. Сара не сдерживает болезненной улыбки от мысли, что друг явно сейчас бы ее придушил. -Блять, как знал, что никуда ты не летишь.