Таблетки Сансары: Сказание о Ракши

- Я понял. Вы, мои дети, привыкли жить в рамках логики. Стройные теории и законы, нарушения, соблюдения, порядок, понятия. Всё, что не вписывается в эту привычную логику, лежит за гранью вашего понимания, которую вы и провели. Уютная клетка формализма, в которую вы сами себя загнали? И каково же в ней? – он вежливо выдержал паузу, но ответа не дождался. – Я дал вам всё. Одинаковый размер магических способностей и равный уровень интеллекта, я сделал вас идентичными в вашей противоположной природе. И всё, что вы могли преподнести мне интересного – это лишь разрушение мира, который я вам и подарил. Альтрос, проникнувшись господствующей идеологией и системой ценностей, подумал, что должен влюбиться. И, что самое смешное, он действительно это сделал. Да пожалуйста, хочешь детишек, жену – я дам. Но кто тебе сказал, что твоя роль в защите этого мира? Такой задачи я на тебя не ставил. Ты никогда не любил её и этот мир! Тебе не было до них ровным счётом никакого дела, кроме их ценности как смысла твоей жизни! Знаешь, что значит твоё «я люблю всех и весь этот мир»? Что все и мир тебе одинаково безразличны. – отчего-то Альтросу хотелось возразить. Это детское желание ныло в нём и скрежетало сосуды, но возражать было совершенно нечего. Как он сам не додумался до самообмана: большой вопрос, позволивший Чёрному человеку продолжить его неспешный монолог. - Одинокий и забытый Ракши пошёл во все тяжкие, творя зло на земле и калеча тела и души. К твоему сведению, теперь ты должен будешь осчастливить бесчисленное множество людей, а я – придумать, как ты это сделаешь. Страданий ты вынесешь не меньше, чем они, будь уверен. Это расплата за твои увеселения. Ничего не происходит просто так, а вы оба не оправдали моих надежд. Мне было скучно. Альтрос же, отказавшийся от Ракши сам, будет ждать его всё это время. Вы всегда, каждую меру времени, что я отпущу вам, будете рядом, абсолютно неразрывны. Но узнать друг друга вы не сможете. Имя Альтросу до часа, когда расплата свершится Вечно Ищущий, а Ракши – Вечно Страдающий. Вашим самым страшным наказанием будет именно эта связь. Чувствуя друг друга, проходя мимо рядом, не пересечётесь. Даже время, сама судьба будут против вас. За глупость и невежество я проклинаю вас и буду ждать и наблюдать издали, когда вы снова заинтересуете меня, бесполезные наброски. - Разве ты сам любил нас? Что ты дал нам, кроме страданий? Я всю жизнь служил тебе! – подал голос Альтрос. - Любовь – слишком сложная для тебя вещь. Ты ребёнок, тебе её не понять. Я дал её тебе в таком количестве, что ты и осознать её не сумел, я тебя переоценил. Ты её даже не чувствуешь, настоящую. Даже Ракши в этом отношении честнее. - Позвольте вступить, многоуважаемый бог, - осторожно влез Ракши. – Я действительно ради забавы стал причиной уничтожения этого мира. Я действительно убивал и получал удовольствие от предсмертных мучений собственных жертв. Мои руки в крови, и только такими мне нравится их видеть. Я чувствовал превосходство над этими ничтожными букашками, умевшими только есть, гадить и размножаться. Я подписываюсь под каждым этим пунктом чужой кровью, ведь свою и только свою мне жалко. Убийства не несли мне абсолютно никакой выгоды, я развлекался и развлекался много раз снова. Я насиловал женщин и детей. Я заставлял заниматься каннибализмом людей. Я заставлял детей есть родителей, а родителей – есть детей. Это было мерзко, но мне нравилось. Так в каком отношении я могу быть честнее, если я самый главный лжец на этой земле? - Вот как? Не выйдет вымолить прощение, мелкий ублюдок. – ответ прозвучал настолько вкрадчиво и растянуто, что вызвал холодный пот у Ракши. – Тогда почему ты не убил Альтроса? Тебя терзала лютая злоба на его счёт, и я давал тебе сотни попыток прикончить заигравшегося в жизнь Альтроса, отчего ты ни разу не поступил по разуму? Всегда не было удобного момента? - Я не мог, он ведь равен мне по силе, убью его, убью… убью… себя…? – последняя часть была чересчур тихой и неуверенной для того, кто видел корень всех своих бед лишь в нём, своём вечном противнике. - Этим ты хочешь внушить мне, что тебе действительно дорога жизнь, дитя? Или ты просто никогда не хотел терять его? Альтрос в неверии смотрел на Ракши. Как подобное возможно? - Да, Альтрос. Возможно. Я художник, а вы были моими любимыми эскизами. Но я люблю, когда эскизы дорабатываются сами, без моего участия. Так, хотя они и остаются некой частью меня, я могу назвать их естественными и натуральными, имеющими нечто собственное и уникальное. Вы же и впрямь не оправдали надежд. Мне было скучно. – Он замолк. Вдали багровело и так кроваво-жёлтое небо, переполненное скорби за содеянное. Оно ожидало того, что приключится с ним дальше, ожидало в нетерпении того, что увидит. – Да свершится ещё не написанное. Чёрный человек исчез.