И дождь не будет вечен

Новая одиночная казарма встретила Карнет в полутёмном и неживом состоянии, тоскливо отражая от стен свет и без того скудного освещения. От обстановки вокруг веяло меланхолией и затхлостью. Карнет на скорую руку разобрала вещи и уселась на кровать, вглядываясь в небесную синеву за окном, которого в прошлой казарме у неё не было. В этом философском положении, с подпертой рукой головой, сидящей за пустым пыльным столом, её и застал незваный гость. Дверь оказалась раскрытой настежь, ведь на этаже комнату выделили лишь одному единственному жителю, который в этот вечер никого не ждал. Вошедший галантно постучался о деревянный дверной косяк, привлекая к себе внимание. Карнет обернулась на звук. Перед ней стоял высокий мужчина среднего телосложения, довольно молодой и привлекательный, лет двадцати пяти или около того. Однако выделяла его вовсе не достаточно красивая внешность, а длинные волосы, собранные в низкий хвост, которые Карнет довелось видеть впервые у мужчины. Осмотр занял несколько секунд, за которые, впрочем, взгляд успел зацепиться за погоны и распознать по ним старшего по званию. Карнет встала для приветствия, несколько удивившись тому, что её прямой командир явился к подчинённому в такой поздний час и лично. - Прошу, присаживайтесь. Это я заявился к миледи в такое время, - приятный тембр голоса. Без нот, определяющих родовой статус. - Благодарю, - Карнет села обратно, наблюдая за тем, как командир сам взял себе деревянный стул и сел на него. – Впервые ко мне обращаются в границах военного поселения как к леди, а не солдату. Мужчина нахмурился, ему не нравился этот безэмоциональный односторонний диалог. Её не поставили в известность? Он весьма дружелюбно улыбнулся одними уголками губ и протянул к ней руку. - Будем знакомы, Инаши Ангелис. Карнет подняла неудивлённый взгляд, принимая руку на манер мужского, солдатского приветствия, а не принятого для леди изящного подставления внешней стороны кисти руки. Инаши подметил эту выходку нежелания идти на контакт. - Карнет Рутан, стар… - Давайте договоримся, пока я в ваших стенах инкогнито, опустим на время должностные формальности и поговорим без них? – её небрежно перебили. - Вас поняла. Вы ведь пришли ко мне в качестве… - Карнет нарочно растянула последний слог. - Жениха. – Понял Инаши. – Я правильно предполагаю, что вас об этом не проинформировали? - Да. - Вот как. В таком случае, вы сами догадались? - Верно. - Что ж, проницательность – неплохое качество характера. - Для солдата, а не будущей жены? - Я не имел намерения вас оскорбить. - Ясно. Повисла тишина. Карнет, увидев, что темы исчерпаны, снова обратилась к просмотру пейзажа за окном, подмечая на себе прямой и нескрываемый изучающий её взгляд. Инаши открыто рассматривал невесту, радуясь тому, что она не избалована и одновременно огорчаясь её сухости. Он был одним из тех людей, кто принимал обстоятельства, возможно, не самые удобные, но при этом не сожалел о том, что они складывались именно таким образом. И в первую очередь для него было важным наладить дружеские отношения с человеком, который будет рядом довольно долгое время, пусть даже этот брак всего лишь политический манёвр. - Вы ведь знаете, что мы оба не в том положении, чтобы иметь возможность отказаться от предложения, я прав? - Да, я это понимаю. – Инаши вздохнул на ещё один односложный ответ. Неужели из неё придётся вытягивать по слову? - В курсе ли вы занимаемого мной места в родословной правящего дома? - Вы племянник императора. Не стоит переживать, я получила образование, как полноценная аристократка. Инаши мягко ухмыльнулся: значит, дело в комплексах насчёт крови, и тепло взглянул на Карнет, отчего она оказалась в небольшом замешательстве, не поняв, чем была вызвана такая реакция. Она упреждающе напряглась, поскольку считала, что проявление эмоций и мимики на лице человека – такой же способ общения, как и привычная речь, и проявление дружелюбия со стороны Инаши в её глазах несло скрытый смысл. Какой? - Что ж, тогда мне и правда не о чем волноваться. Прошу прощения за отнятое время, но должен вас покинуть, дела не ждут. «Так быстро?» - Взаимно, лорд Инаши. «Ох и непросто будет пробиться сквозь эту стену» - подумал он, прикрывая за собой дверь. «Странно, впервые встречаю подобного человека» - подумала она, укладываясь спать, к своему удивлению подмечая, что обуревавшая до момента знакомства с лордом Инаши тоска испарилась неизвестно куда. Карнет грустно усмехнулась собственным мыслям – был ли когда-нибудь в её жизни человек, с которым ей доводилось общаться, как с другом, исключая старенькую добрую библиотекаршу в поместье Рутанов – единственного человека, с которым связаны хорошие воспоминания о детстве. И сама себе же ответила отрицательно. Куда легче внушить себе роль инструмента в чужих руках ради оправдания собственного безволия или трусости всё изменить вопреки правилам жестокого мира, в котором довелось родиться Карнет. Мира, где сильный угнетает слабого, женщины малоправны, а общество презирает тех, кто идёт против установленных им традиций. Холодная рука коснулась горячего лба, а губы тронула лёгкая усмешка: опять тяжёлые мысли не подпускают сон к её кровати.