This changes everything

Несколько дней проходят в какой-то суматохе и потому совершенно не запоминаются. Иккинг ухаживает за Вигго, то приходящим в сознание, то снова его теряющим. Еще ни разу с того дня, как ушел скрилл, мужчина не оставался в сознание достаточно долго. Хэддоку или кому-то из наездников, которые сменяли его на дежурстве, едва удавалось накормить и напоить Гримборна. Однако, с упрямством достойным иного применения, Вигго настаивал на посещении уборной самостоятельно, что, на взгляд Иккинга, и замедляло выздоровление. Но тут Хэддоку приходилось лишь смириться. Утренние и вечерние выходы по нужде сильно истощали неокрепшее тело, поэтому почти весь оставшийся день мужчина пребывал в забытьи. Сразу после первого раза, как Вигго пришел в себя, Иккинг написал Готти. Целительница ответила незамедлительно, наказав ему менять повязки раз в несколько дней, не допускать обезвоживания и перенапряжения организма. Также она сообщила, что прилетит проверить больного через две недели, а до того времени забота о здоровье бывшего вождя Драконьих Охотников полностью ложилась на плечи наездников. Ночью третьего дня Иккинг проснулся от грохота и того, что хижина слабо пошатнулась. Быстро вскочив с кровати, Хэддок бросился вниз, на ходу зажигая Инферно, и сразу к двери, за которой разливалось металлически-синее сияние. Оно казалось до боли знакомым, но парень никак не мог вспомнить, где уже его видел. За спиной Иккинг услышал тихий кашель и скрип второй кровати: – Иккинг, дай мне оружие, иначе я буду абсолютно бесполезен в сражении, – Вигго был слаб, но сидеть в стороне не собирался. Порой он доводил своими просьбами парня до кипения, как сейчас. – Ты останешься в кровати, где и должен быть, – выпалил Иккинг и, не утруждая себя больше разговорами, открыл дверь. Он не чувствовал опасности, тем более что верный Беззубик прикрывал его спину, но Хэддок все равно слегка отошел вбок от входа. А потом и вовсе облегченно выдохнул. На пороге хижины, искрясь от проходящих тут и там по чешуе молний, деловито замер скрилл. А когда дверь открылась полностью, дракон и вовсе прошел вперед, оттесняя замершего Беззубика со своего пути. Потом скрилл приблизился к кровати и сидящему на ней Вигго, чтобы доверительно толкнуть мужчину головой в грудь. – Прекрасно, – сказал Иккинг, выключая Инферно, – вернулся твой крылатый друг. Может, ты научишь его не заявляться среди ночи? Мужчина несколько мгновений молчал, видимо, потрясенный появлением скрилла, а потом ответил: – Покоритель драконов здесь ты, а не я, мой дорогой Иккинг. – Я просил так меня не называть. Вигго лишь усмехнулся и, решившись наконец, положил ладонь на голову скриллу. Тот доверчиво толкнулся вперед и замер, полностью размещая морду на коленях мужчины. Иккинг наблюдал за этим с живым интересом, они с Рыбьеногом уже успели расстроиться, что упустили такой редкий шанс изучить скрилла. Теперь похоже у них будет предостаточно времени для этого. – Хм… – парень несколько раз обошел дракона, а потом замер на месте. – Что такое? – Похоже, твой друг летал подзарядиться. Сейчас я вспомнил, что Рыбьеног на патруле видел шторм в дне пути отсюда. Мы еще подумали, что придется снова укреплять базу, но тот внезапно то ли прошел мимо, то ли совсем исчез. – Ты прав, – мужчина провел по морде дракона от носового рога к шипам на затылке. – Я читал, что скриллы не только создают шторм, но и питаются из него молниями, которые им жизненно необходимы. – Именно, – Иккинг забывшись открыто улыбается и делает несколько шагов ближе к кровати Вигго. – Так что он не собирался тебя бросать, а просто слетал подзарядиться. Похоже, хочешь ты того или нет, но у тебя появился дракон. Вигго задумчиво поглаживал чешуйчатую морду и, Иккинг готов был поспорить, даже не замечал этого. Ведь какая ирония: вождь Драконьих Охотников приручил дракона! – И что мне с этим делать? – удивленно произносит Вигго, поднимая на Иккинга немного растерянный взгляд. Парень несколько секунд позволяет себе насладиться такой непривычной эмоцией на чужом лице, а потом отвечает: – Ну во-первых поблагодарить за это Тора, вряд ли ты когда-нибудь найдешь более преданного друга, – Иккинг ласково гладит по голове Беззубика. – А во-вторых, придумать имя для него. На несколько секунд Вигго замолкает и внимательно рассматривает скрилла, словно имя должно быть написано на его чешуе. – Не обязательно делать это сейчас, – тянет Иккинг и, не сдержавшись, зевает. – Все-таки ночь на дворе. – Да нет, – Вигго снова гладит дракона по голове. – Я уже придумал. – И какое? – Иккинг не может скрыть нетерпения и любопытства в голосе. – Мьёльнир. – Что ж, – Хэддок согласно кивает, – более подходящее имя сложно придумать. Задумавшись, Иккинг потягивается до хруста в костях, а потом, еще раз зевнув, медленно качает головой. – Так, сначала надо принести еды Мьёльниру, а потом уже спать. – Спасибо, – Вигго кивает, а потом добавляет, – не знаю как еще мне выразить тебе свою глубокую признательность за все, мой дорогой Иккинг. – Не вставай с кровати, пока меня не будет, – Хэддок отводит взгляд. – Беззубик, пригляди за ними. Ночная Фурия недовольно шевелит ушами и ворчит, но покорно садится и смотрит вслед ушедшему викингу. Беззубик на уровне инстинктов чувствует, что теперь их еще очень долгое время будет четверо.