Поваренная книга Мясника

В субботу Нил проснулся слишком рано для выходного дня, но не слишком для того, кто выпил одно пиво. Остальные Лисы ещё не встали, но утром их ждала невыносимая жажда, а кого-то ещё и головная боль. Нил достал из рюкзака зубную щетку и начал собираться. Он успел переодеться и чтобы чем-то занять себя, начал рыться в холодильнике в поисках еды. На полупустых полках стояла банка Колы без сахара, коробка апельсинового сока, в нижний ящик закатились пару яблок. В дверце обнаружился черничный йогурт. Нил достал из стола ложку и начал лениво ковырять упаковку. Через несколько минут дверь в комнату открылась, и в гостиную зашел Эндрю. Нил кивнул ему головой на рюкзак, Миньярд забрал его с собой, и ничего не говоря, парни вышли из общежития. Когда вчера вечером Нил вернулся к себе в комнату, конечно, он заметил, что вещи лежат не в том порядке. Годы жизни в бегах хорошо тренируют наблюдательность. И уж тем более он не пропустил, что в углу спальни стоит собранный рюкзак. Ещё год назад он бы сошел с ума от паранойи и ощущения, что кто-то рылся в его вещах. Сейчас он знал, что ключ от его комнаты есть только у одного человека. И этим человеком был явно не Мэтт. Вырулив на шоссе, Эндрю вдавил педаль и приоткрыл окно. Утренний ветер играл в его волосах, не выпуская руль из рук, он закурил. Они ехали молча довольно долго, и Нила начало клонить в сон. Эндрю толкнул его в плечо: — Не спать. — Я не могу, — Нил потер глаза ладонью, — в тишине меня вырубает. — Включи музыку. Нил кивнул головой, он включил радио, станция крутила какую-то песню про Жестокое лето. Через час бесконечного парада поп-хитов, перемешанных с выпусками новостей и несмешными перебивками радио ведущих, Джостен снова начал засыпать. Эндрю выключил радио и остановил машину. — Выходи. Нил отстегнул ремень и вышел из Мазерати. На парковке стояли несколько машин, мужчина с двумя орущими детьми безуспешно пытался завязать шнурки одному из них. В дальнем углу, в старой ржавой тележке спал бездомный. В полупустой аптеке лениво прогуливались покупатели. Продавец окинул скучающим взглядом Нила и продолжил листать тикток, надувая пузыри розовой жвачки. Набрав еды, Эндрю двинулся в отдел с косметикой и товарами для дома. Ничего не говоря, он подошел к стойке лаков для ногтей, взяв черный и жидкость для снятия и отправился дальше. — Что ты делаешь? — спросил Нил. — Ищу ватные диски, — спокойно ответил Эндрю. — Зачем тебе лак? — Хочу, чтобы этот мудак Джек закрыл свой рот. Эндрю остановился и стал доставать с полки ватные диски, ему не хватало роста и недолго думая он просто пнул стойку, с которой пачка упала ему в ладонь. — Я видел как он смотрел на твои руки на тренировке. — Ты хочешь накрасить его ногти? — Нет, — ответил Эндрю и взглянул на Нила так, будто он не мог догадаться какой ответ на 2+2, — свои. Нил на секунду остановился в коридоре между полками, пару раз моргнул. Тем временем Эндрю уже прошел вперед, уверенно направляясь к кассе. Джостен нагнал его и аккуратно дотронулся до пальцев свободной руки. — Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя сейчас поцеловать. Эндрю только хмыкнул и продолжил идти, он сжал пальцы Нила на пару секунд и отпустил их когда подошел к кассе и поставил корзину на ленту продавцу. — Ты можешь сделать это позже, — ответил Эндрю, когда они вышли из аптеки. Нилу показалось, что вся парковка слышала как громко он сглотнул. В доме в Колумбии было тихо и пыльно. Пустые комнаты заливало дневное солнце, в его косых лучах летали крупицы воздуха. Эндрю прошел на кухню и начал доставать продукты из пакета. В дороге Нил успел съесть пару протеиновых батончиков и выпил апельсиновый сок. Он помог Эндрю достать все продукты и встал рядом, ожидая. — Ты опять пялишься, — сказал Эндрю, опуская в раковину помидоры. — Ты сказал, что я могу сделать это позже, — Нил прикусил ноготь на указательном пальце. — У тебя нет выдержки. — Это проблема? Нил наклонил голову и поцеловал Эндрю в шею. Миньярд выпустил воздух через сжатые зубы. Его кожа светилась в лучах дневного солнца. — Ты вообще есть хочешь? Не то чтобы Нила это сильно интересовало в тот момент. Но живот предательски заурчал, и ему пришлось отступить. Нил посмотрел на кухонные принадлежности аккуратно разложенные на поверхности стола, они блестели также, как волосы Эндрю, пропускавшие через себя лучи света. Бледные пальцы Миньярда аккуратно держали помидоры за тонкие стенки, пока он нарезал их, его кисть плавно опускалась и поднималась, когда лезвие проходило через овощи. Нил понимал, что опять залип, но никак не мог заставить себя пошевелиться. Атмосфера была слишком домашней. Такой, как он представлял себе семью, а не такой, в какой он вырос. Готовить для другого человека на ярко освещенной кухне, ходить вместе в магазин, в парк, читать, смотреть кино перед сном. Все это казалось ему недосягаемым. Не для него и не в этой жизни. Нил почувствовал, что в горле начало першить, он потянул за шнурки толстовки, чтобы как-то успокоить себя. Он любим. Он нем заботятся. Хотя Эндрю ни разу и не произносил этого вслух, Нил понимал, что все, что он делал, было признанием. Слова не значили ничего для Миньярда, но его действия ощущались как крепкие руки, которые держат и не дают упасть в темную бесконечную пропасть. Звук шипящего масла вернул его в реальность. Эндрю мягко уложил индейку на поверхность сковороды, а потом посыпал ее солью и травами. Нил моргнул. — Чем тебе помочь? Эндрю посмотрел на него через плечо, не поворачиваясь корпусом. — Можешь не мешать. Нил быстро улыбнулся и вынул из шкафа, висевшего на стене салатницу. Потом начал резать туда огурцы. — Ты никогда не делаешь того, что тебе говорят, да? — хмыкнул Эндрю. — Говоришь так, будто тебе это не нравится, — Нил провел лезвием по доске и сбросил овощи в салатницу. Эндрю ничего не ответил, а только уставился в сковороду, но Нил заметил, как его пальцы сильнее сжали деревянную лопатку, которой Миньярд переворачивал мясо. Когда они закончили готовить, Эндрю расставил на столе тарелки и начал раскладывать еду. — Это правда вкусно, — сказал Нил, опуская вилку в овощи. — Правда? — саркастично ответил Эндрю и посмотрел прямо в глаза Нилу, — а ты думал, я собирался тебя отравить? Нил слегка улыбнулся, не прерывая зрительный контакт: — Не знал, что ты умеешь готовить. — Ты много обо мне не знаешь. После обеда Эндрю поставил тарелки в раковину и открыл кран с водой. Нил чувствовал себя обязанным как-то отблагодарить. Он положил руку на сгиб локтя Эндрю, там, где толстовка закрывала его кожу. — Я помою. — Как скажешь, — Эндрю пожал плечами. Он отошёл от раковины и вышел во двор курить. Пока Нил мыл посуду, он чувствовал спиной, что Эндрю смотрит на него через кухонное окно, выходившее во двор. Когда он закончил с тарелками и начал вытирать их полотенцем, чтобы поставить в шкаф, Миньярд докурил и вернулся внутрь. Нил открыл дверцу холодильника и вытащил два пива, потом достал из кухонной тумбочки открывашку и скрутил крышки. Одну бутылку он отдал Эндрю, а вторую оставил себе. В ответ Миньярд стукнул его по руке, выдернул у Нила его порцию и выпил по глотку из обоих. — Какого черта ты сделал? — спросил Джостен, потирая запястье. — Она запретила тебе пить, — ответил Эндрю. Он повернулся спиной и поставил пиво на стол. — Если что, — наклоняясь к горлышку и смотря в темноту бутылки сказал Нил, — я не боюсь твоих слюней. Эндрю закатил глаза. — Я сделаю тебе коктейль. — Мне же нельзя пить. Или ты забыл? — Я ничего не забываю. Эндрю с невозмутимым видом стал доставать из холодильника апельсины и газировку. Потом открыл морозилку и вынул форму для льда. — Ты умеешь готовить коктейли? — Да — Ты расскажешь мне как ты научился? — Нет, — сухо ответил Эндрю, — я вижу тебя насквозь. Я не расскажу тебе про Роланда. Нил опустил голову и тихо засмеялся. — Ты думаешь я поэтому спросил? — Нет. Конечно же ты спросил, потому что ты Марта Стюарт. — Я не знаю, кто это, — искреннее ответил Нил. — Она раньше вела кулинарное шоу. — Понятно, — кивнул Джостен. — Не хочешь меня спросить, откуда я знаю? — Нет, — Нил пожал плечами, — наверняка, видел ее по телеку. Эндрю промолчал. Он закончил с коктейлем и пододвинул его по столу к Нилу. Джостен посмотрел на прозрачные кубики льда, а потом поднял взгляд на Миньярда. — Подожди, — Нил прикрыл рот рукой и наклонился над столом, смех начинал мешать ему договорить до конца, — ты научился готовить по кулинарному шоу для домохозяек? Эндрю все еще ничего не отвечал, а только пил пиво. — Поверить не могу, что я прав, — Нил улыбался уже шире и убрал руку от лица, — я думал, что ты научился готовить в «Райских сумерках». — Подтянул там навыки. — Ты полон сюрпризов, — Нил отпил из стакана. — Это секреты, которые я рассказываю только тебе, — ровно ответил Эндрю, потом закончил вторую бутылку пива и направился к кухонному мусорному ведру. Второй раз за день Нил услышал, как глотает. Во рту стало сухо, и ему показалось, что его сердце буквально остановилось. Эндрю стал выходить из кухни и не оборачиваясь, бросил через плечо: — Переодевайся. Мы идем на пробежку. Нил не поверил своим ушам, когда услышал это. Он быстро допил из стакана и соскочил со стула. Нил хотел спросить Эндрю, не ослышался ли он, но когда вышел в коридор, Миньярда там уже не было. Нил стал подниматься наверх по лестнице, потом вспомнил и остановился около закрытой двери в спальню. Ещё ни разу за все это время он так и не видел Эндрю раздетым, хотя они и переодевались перед игрой в общей комнате. Нил сохранил привычку собираться отдельно от команды. А в пустом пространстве дома это казалось особенно личным и слишком интимным что ли. Поэтому Нил решил подождать в коридоре. Он начал ковырять паркет ботинком, когда Эндрю вышел в спортивной форме на площадку перед лестницей. Он ничего не сказал Нилу, только кивнул головой в сторону двери у себя за спиной. — Что ты задумал? — спросил Джостен. — Твои вещи там, — ответил Эндрю и стал спускаться вниз. Через 15 минут Нил вышел на улицу, Эндрю стоял, прислонившись к косяку двери и курил. Похоже, он действительно не шутил по поводу пробежки. Не то чтобы Нил был против. Но бежать рядом казалось каким-то странным и совершенно неестественным. Сначала, он чувствовал себя неловко, но Миньярд не говорил ему ни слова, продолжая бежать рядом. Постепенно Нил успокоился и стал просто смотреть вперед. День начинал приближаться к концу, когда они вернулись домой. Закатные лучи окрасили все в фиолетовые и розовые цвета. Нил остановился около дома и уперся руками в колени. Он тяжело дышал, мокрые волосы лезли в глаза, а щеки горели. Джостен бросил косой взгляд на Эндрю, когда тот как ни в чем не бывало закурил. — Ты издеваешься? Но Миньярд ничего не ответил, только выпустил дым в воздух, а потом протянул пачку Нилу. — Ты… — Джостен не договорил и покачал головой. Эндрю пожал плечами, убирая сигареты в карман. Он втоптал окурок в поверхность дорожки, подходившей к дому, и вошел внутрь. Нил постоял ещё какое-то время на улице и потом проследовал за Эндрю. Когда он зашел в дом, там было тихо и пусто. От Эндрю остался только запах сигарет в коридоре. Нил стал прислушиваться к звукам дома. Негромко поскрипывала рама на кухне, где-то вдалеке было слышно ветер, проходивший сквозь доски, на втором этаже текла вода. Нил поднимался по лестнице, слушая приближающийся звук падающих капель. Он остановился около двери в ванную, она была приоткрыта. Он обернулся так, будто спрашивал у кого-то разрешения. Потом положил ладонь на ручку и надавил. Дверь поддалась, и Нил прошел внутрь комнаты. Зеркало, висевшее над раковиной начало покрываться конденсатом от пара. Внутри было тепло и влажно. Нил чувствовал себя вором, проникшим в дом соседей. Будто он разбил окно и влез в чужую собственность. Он тихо прикрыл дверь за спиной и встал около выхода, не понимая, что делать дальше. И нужно ли было что-то делать вообще. Казалось, что время остановилось. Минуты превращались в часы и годы. Запах геля для душа с кедром наполнял комнату. Нил потянул за воротник футболки, ему становилось слишком жарко. Но сдвинуться с места он не мог. Сын Мясника не боялся мафии или федералов, физической боли или изнурительных тренировок, но он боялся сделать ещё хотя бы один шаг. У Эндрю была широкая спина, белая кожа была покрыта родинками и едва различимыми веснушками. На его теле не было такого количества шрамов, как у Нила, но оно хранило свои следы. Синяки от тренировок и матчей, мелкие порезы из тюрьмы и из детства, белые линии на руках. Нил знал, что у Эндрю есть ещё один шрам от ножевого, но тот находился спереди, и со спины его не было видно. По плечам медленно стекали капли, волосы Миньярда стали темными от воды. Он поднял руки, чтобы провести по голове, мышцы напряглись в месте сгиба. Нил все ещё продолжал наблюдать. Он следил за тем, как вода спускалась вниз по позвоночнику, как пропадала среди сгибов на руках, скатывалась по икрам на белую плитку ванной. Должно быть, Нил перестал дышать, настолько тихо он старался себя вести. Все это казалось таким неправильным. Но остановиться он не мог. Было бы странным думать, что у Эндрю было другое тело. Он был спортсменом, как бы он это и не ненавидел. Он все ещё ел углеводы, курил, периодически сваливал с поля, ввязывался в драки и получал мячом в воротах, но он также тренировался и был постоянно напряжен и в тонусе. Его мышцы вырисовывали на теле ровные линии, натянутые как струна. — Ты так и будешь там стоять? Голос Эндрю прорезал пространство ванной и отразился от плитки на стенах. Нил моргнул. Он не понимал, что ему делать дальше. Это значило подойти или выйти? Или съебаться нахер? Как со стороны, будто его дух вылетел из тела, Нил наблюдал за тем, как он смотрит на то, как он смотрит на Эндрю. А потом Миньярд начал поворачивать голову. Нилу показалось, что он прямо там провалится под землю и сгорит. Единственной мыслью в тот момент было: я больше никогда не смогу играть в экси. И следом: серьезно, Нил? И потом: ты прямо сейчас умрешь, и все что тебя волнует — это чертова игра? Наркоман. Это прозвучало в голове голосом Эндрю. — Я повторять дважды не буду. — Что я должен сделать? — язык Нила остро поцарапал его рот. Эндрю ничего не ответил и только закатил глаза. И потом: — Komm her, — сказал Эндрю. В голове у Нила выключили свет. В следующую минуту он уже переступал через свою футболку, которая лежала на полу и впитывала воду из душа. Его запал немного улетучится, когда он остановился за спиной у Эндрю, в паре сантиметров от него. Нил ещё несколько секунд думал, а потом наклонился вперед и поцеловал шею Эндрю. Сначала мягко, а после более настойчиво. В первые секунды тот, казалось, никак не реагирует, но затем откинул голову назад и уперся ей в плечо Нила, его мокрые волосы прилипли к коже Джостена. Нил продолжал какое-то время исследовать шею, наслаждаясь тем, что теперь у него было больше доступа к открытой поверхности. Он набрел на артерию под кожей Эндрю и почувствовал губами как сильно пульсирует кровь внутри, ритм сердца был бешеный. Стоя так какое-то время, Нил понимал, что теряет равновесие, ему хотелось схватится руками за какую-то опору, но он послушно держал их за спиной. А потом Эндрю повернулся к нему лицом. В первую секунду Нил почувствовал себя обманутым. Когда с плеча пропало тепло тела Эндрю. Но когда он увидел перед собой карие глаза, зрачок в которых заполнил все пространство и сделал их темными, практически черными — Нил передумал. Он зацепился за этот взгляд как за опору, которая ему была так нужна. Эндрю поднял руки, положил их на шею Нила. Первым делом Джостен среагировал так, будто его собирались задушить. Старые привычки умирают тяжело. Все его тело напряглось. Но вместо этого, Эндрю начал водить пальцами на коже, он мягко погладил ямочку под челюстью, кадык, ложбинку между ключицами. А потом поцеловал. Его губы были мокрыми, со вкусом водопроводной воды, но жар его рта, казалось, иссушил Нила. Каждый раз Нил чувствовал себя как первый, будто он все ещё не верил в то, что это может просто происходить. С ним. Здесь. Сейчас. И ещё будет происходить в будущем. Возможно, до его смерти. Нил начал медленно поднимать руки наверх, он зарылся пальцами в мокрые волосы Эндрю, жадно перебирая локоны. Эндрю тихо застонал ему в рот. У Нила сбилось дыхание. Эндрю отпрянул немного назад, он снова посмотрел в голубые глаза Нила, потом опустил взгляд ниже. Он уже видел всего его шрамы и ожоги, изучал их руками, заключая контракт на доверие с Нилом из прошлого. То, как он трогал Нила сейчас было совсем другим. Это напомнило Джостену сцену, которую он уже видел в душе, только тогда его раны были совсем свежими. Эндрю положил руку на затылок Нила и опустил его голову, они соприкасались лбами, с волос в глаза текла вода. Нил ощущал свое тяжелое дыхание и пытался удержать себя от того, чтобы не опустить руки ещё ниже. Эндрю продолжил изучать его тело. В его руках не было женской нежности, это были мозолистые пальцы спортсмена, но в них была защита и уверенность, сила, которой так не хватало Нилу. Нил закусил губу. Эндрю поднял руку и положил ее поверх ладони Нила, а потом опустил вниз. Он положил его ладонь на свое бедро. Джостен задержал дыхание. Эндрю повторил это же движение со второй рукой Нила, все еще упираясь своим лбом в его, чтобы сохранять равновесие. Только в этот раз он положил ладонь Нила не на бедро. Нилу казалось, что он сейчас закричит, что вода зальет ему рот, и он захлебнется. — Я никогда, — он сглотнул. — Я знаю, — ответил Эндрю, — просто продолжай наблюдать. А потом он положил свою руку на член Нила. Это был уже не первый раз, когда Эндрю делал это для Нила. Но в этот раз Нилу придётся сделать это в ответ. Он ощущал себя так, будто играет финальный матч сезона. Нил знал, как двигать руками, как держать клюшку, но все его моторные функции вдруг застопорились. — Прекрати пялиться, — на лице Эндрю появилась кривая улыбка. — Но ты сказал мне… — Господи, Нил, — он закатил глаза, — когда надо, то ты не думаешь вообще, но когда не надо внезапно включаешь голову. — Извини. — Прекрати извиняться, — Эндрю поддел рукой подбородок Нила и поцеловал. Это помогло освободить голову Нила. Он начал двигать рукой, ощущая тяжесть члена Эндрю в своей ладони. Кожа была мокрой от воды и скользкой. Эндрю продолжал изучать языком его рот, не давая Нилу загрузить голову мыслями. Джостен начал двигаться быстрее. Все это было слишком. Чувствовать Эндрю у себя во рту, его руку на подбородке, то как он надавил на него, его ладонь на своем члене, жар его тела. Нилу нужен был воздух. Он разорвал поцелуй и уткнулся лбом в плечо Миньярда. На секунду закрыв глаза, Нил понял, что так его только сильнее укачивает. Он опустил взгляд вниз. Уставился на их перекрещенные руки и толкнулся в ладонь Эндрю. Тот выдохнул. Нил сделал это ещё раз. — Как же сильно ты меня раздражаешь, — прошипел Эндрю. — Мгм, — промычал Нил ему в плечо. Он чувствовал, что был уже достаточно близко. В момент ему пришла в голову дурная идея, и не долго думая, он тут же ее осуществил. Нил провел ладонью по руке Эндрю. Тот едва заметно задрожал. А потом Джостен убрал руку Эндрю и обхватил своей оба их члена, придвинувшись ближе. — Черт, — тихо выругался Эндрю. Он тоже опустил взгляд вниз. Они оба смотрели как завороженные. Нил так и не понял, кто из них кончил первым. Скорее всего, он. Какое-то время они стояли тяжело дыша и открыв рты, так и держась друг за друга. Вода стекала по телу Нила, смывая сперму. Только в этот момент он осознал, что все ещё сжимал бедро Эндрю. Когда Нил расслабил пальцы и убрал их, на ноге остался бордовой след. В будущем — ещё один синяк. Не то чтобы Эндрю жаловался. Нил наклонил голову и поцеловал того в шею. Миньярд поднял взгляд теперь уже совершенно черных глаз и медленно отстранившись вышел из душа. Нил ещё какое-то время стоял там один. Потом он подставил лицо под струи воды с потолка и провел ладонями по лицу. Он чувствовал себя совершенно опустошенным. В хорошем смысле. Через пару часов, уже после ужина, они сидели на кухне, где Эндрю старательно покрывал свои ногти лаком. Нил наблюдал, подперев щеку рукой. В ту ночь он спал без сновидений.

***

Утром Нил проснулся один. Он медленно стал подниматься на локтях, стараясь найти Эндрю. Тот сидел на краю кровати уже полностью одетый. Нил провел рукой по лицу, пытаясь разлепить глаза. — Доброе утро, — поздоровался Нил и зевнул. Эндрю ничего не ответил. Нил лег обратно на подушки, пытаясь бороться со сном. Было все еще чертовски рано. В спальне стояла тишина, и он снова стал проваливаться в дремоту. Голос Эндрю заставил его встрепенуться. — Пока я лежал в больнице, — начал Миньярд. Нил приподнялся на локтях и почувствовал себя неловко. Сон тут же исчез, будто его и не было. Кажется, это был первый раз, когда Миньярд упоминал об этом. — У нас был строгий распорядок дня. Подъем, зарядка, полезная еда три раза в день, групповая терапия, — он выдохнул, — короче, вся эта херня, — Эндрю махнул рукой, — ну ты знаешь. Нилу казалось, что он перестал дышать, его мозг метался, пытаясь придумать что сказать. А нужно ли было что-то говорить? Он уже закончил или это было только начало? А что, если Нил сейчас перебьет его, и Эндрю перестанет делиться с ним такими историями? Все эти «а что» «а если» заполнили голову Джостена как пчелы и гудели, перебивая друг друга. Но Миньярд говорил очень спокойно и медленно, будто рассказывал что-то обыденное, типа прогноза погоды. «Должно быть, он часто говорил об этом у Бетси» — подумал Нил. — Я привез тебя сюда не просто так. Да, вчера ты рано встал, но и сегодня придётся тоже. Потому что вся эта херня, Нил. она реально работает. Воздух, спорт, отказ от алкоголя, овощи. Эндрю замолчал, все это время он так и простоял спиной к Нилу. Потом он медленно развернулся и поднял взгляд. «Кажется, это все», — подумал Джостен. Глупо было вот так сидеть и молчать. Эндрю явно поделился важной частью своей жизни с ним прямо сейчас. Нужно было что-то ответить. Тишина уже становилась невежливой. — И как ты только выжил там без мороженого, — брякнул Нил. Глаза Эндрю медленно расширились и на секунду Джостен решил, что пропал и прямо сейчас провалится вместе с кроватью на первый этаж. Но потом Миньярд вдруг рассмеялся. Так легко и громко, что Нил второй раз провалился на первый этаж, но уже от удивления. — Какой же ты идиот, — Эндрю вышел из спальни, — собирайся быстрее, мы выезжаем. — Куда? — Нил слез с кровати и начал натягивать штаны. Но ответа не последовало. Когда Джостен сел в машину, он почувствовал обволакивающий запах кофе и только в этот момент понял, что он и не завтракал. Эндрю отдал ему стакан. Они ехали на Юго-запад по двадцать шестой, их первой остановкой стало дорожное кафе на развязке рядом с Ориджбергом. Здесь находился университет Южной Каролины, и пару студентов в красных футболках лениво кидались друг в друга картошкой фри за столиком около окна. Эндрю упорно отказывался отвечать, куда они едут, и Нил просто рассматривал окружающую обстановку и вид из окна машины. Через пару часов они въехали в город. Двухэтажные домики утопали в зеленых деревьях, похожих на фонтаны. Но они не остановились в городе, а поехали дальше, пока не попали на пляж. Пляж был пустым и тихим, белым, похожим на остров из рекламы шоколада, мелкий песок перемешивался с сухими ветками, линия берега была узкой, близко к воде подходили зеленые деревья, скрюченные от ветра Атлантического океана. Нил обернулся, вокруг никого не было. — Как ты нашел это место? — Когда работал в «Райских сумерках». Долгая дорога помогает отвлечься. Я приезжал сюда, чтобы не слышать шум. Нил глубоко вдохнул. — Для меня очень важно, что ты смог привести меня сюда. — Нил, — Эндрю закурил, — ебаный рот. К мозгоправу хожу я, а говоришь как человек в терапии ты. — Нет, правда, — Нил подошёл ближе к воде, — я это ценю. Эндрю ничего не ответил, он сел на песок рядом с водой, его глаза были закрыты солнцезащитными очками. Нилу больше всего сейчас хотелось увидеть его лицо, но оно ничего не выражало. Он думал о том, какие мысли беспокоят Эндрю. Беспокоит ли его что-то вообще? Его меланхоличное и без эмоциональное состояние могло быть ещё хуже, чем та яростная крайность, до которой он доходил на таблетках. Он годами запирал в себе чувства, одиночество, боль, незащищенность, он сам стал своим родителем, своей единственной поддержкой. Не то чтобы у Нила был большой опыт в том, как любить маму с папой. Он знал, что последнее, что нужно Эндрю — это его жалость, но Нил все еще хотел подарить ему поддержку. — Пока ты там окончательно не расплылся, — Эндрю встал с песка и отряхнулся, — я привез тебя сюда не только чтобы видами любоваться. Нил подошел ближе к Миньярду. — Представляешь как тяжело бежать по песку? — Боже, — Нил выпустил воздух через ноздри, — опять тренировки? — А что такое? Ты внезапно перестал быть зависимым от экси? — Эндрю наклонил голову. — А когда это тебе вдруг стало на него не наплевать? — Видишь ли в чем твоя ошибка. Ты думаешь, что меня заботит экси, когда меня заботишь ты. Нил открыл рот и закрыл его обратно. — Ты говоришь такие вещи, от которых у меня скоро будет остановка сердца. Когда Нил вернулся обратно в общежитие, он чувствовал только усталость от долгой дороги и дня, наполненного воздухом и светом. Когда он выключился, едва опустившись на кровать, то даже не успел подумать о том, что кажется вся эта херня действительно работает.