ЯДОВИТЫЕ СТЕБЛИ АЗАЛИИ

- Вы не возражаете, профессор, посмотреть это воспоминание с самого начала? - немного нервничая, проговорил Теодор, скидывая призрачные волокна воспоминаний в Омут памяти. Дамблдор просто кивнул, ничего не сказав. После того как Дамблдор подтвердил теорию о хранении части души в другом существе, глаза всех троих обеспокоенно смотрели на Омут. Все выглядели устало и сонно, но терпеливо ждали, когда Тео поместит свою память в серебряную призрачную субстанцию. - Готово. - коротко сообщил Теодор, пропуская Азалию к каменной чаше. Над Омутом закружились знакомые фигуры. Это был вокзал Кингс-Кросс. Спины школьников медленно выбирались из вагона. - Что дальше, профессор? - спросила Азалия у Дамблдора, пристально глядя, как Малфой, который по всей видимости шёл перед Тео, ступает на бетонную площадку вокзальной платформы. - Нужно коснуться пальцами поверхности. - вставая из директорского кресла, чуть задыхаясь, проговорил Дамблдор. В полной тишине, при треске свечей, когда небо за окнами кабинета всё ещё имело черничный оттенок, все трое коснулись серебристой глади каменной чаши. Подушечки пальцев погрузились в мягкую прохладу и в сознание проникла картинка. Тот же вокзал, спина Малфоя. Но одновременно с этим, Азалия видела кабинет директора и как Тео закрыл глаза, слегка дрожа ресницами. Девушка последовала его примеру и зажмурилась. Мгновение спустя, она оказалась на платформе девять и три четверти. Всё вокруг было таким реальным, будто происходило в данный момент. Но это был тот давний вечер, когда поезд принёс их в Лондон на Рождественские каникулы. Азалия вспомнила тоскливый вид платформы и её собственное ощущение одиночества. Дамблдор и Тео, которые были настоящими, стояли рядом с ней, и смотрели, как из вагона "Хогвартс - экспресса", выходит Теодор из воспоминания. Он, помимо своей, тащил ещё и туго набитую сумку Виктории, которая появилась вслед за ним, с улыбкой до ушей. Пэнси, что шла сразу за блондинкой, свою сумку несла сама, отметила Аза. - Пэнси я пришлю тебе письмо. - многозначительно воскликнула Виктория, целуя подружку в подставленную щёку и Паркинсон помахала им, отправляясь за Малфоем. Драко шёл прямиком к своему отцу, который ждал его чуть в стороне. Люциус Малфой был не один. Рядом с ним, приветливо улыбаясь и распахивая руки для объятий, стоял Кантанкерус Нотт. Мужчина быстро отделился от своего приятеля Малфоя и заключил сына в объятия. Они похлопали друг друга по спине. - Здравствуй, папа. - немного волнуясь произнес Тео. Первым делом он полез в карман, доставая сигареты и затянулся, выпуская дым, как только что школьный поезд спускал пар. Азалия посмотрела на настоящего Тео и протянула ему руку. Парень взял её ладонь, но не спускал глаз с отца. Кантанкерус Нотт - солидный, потрясающе притягательный, средних для волшебника лет, мужчина, разглядывал сына и его подругу. - Виктория, дорогая! Надеюсь мой сын не дал тебе заскучать? А то я его знаю! Усядется за свои книги и забывает какой день недели. - захохотал Кантанкерус, с видом человека, который знает, что имеет природный магнетизм. Азалия не думала об этом, хотя встречала Кантанкеруса и раньше. Сейчас, когда отец и сын стояли рядом под светом фонарей вокзала, оказалось, что они поразительно похожи. Летом, в доме Ноттов, она так боялась смотреть на отца Тео, что даже не заметила этого. - Что вы, сэр! - кокетливо прочирикала Виктория, лёгким движением убирая волосы с плеча. - Мы прекрасно проводим время. Правда, милый? Виктория посмотрела на Теодора, который в очередной раз затянулся. Парень резко закашлялся, подставляя кулак к губам, и обжигая внутренности дымом. Он несколько раз вдохнул воздух, выкидывая окурок в промежуток между платформой и поездом. - Я тебе говорил - если будешь курить, кури хорошие сигареты, а не эту магловскую дрянь. - строго произнес Нотт-старший. Но в глазах его играли весёлые чёртики. - Дело не в этом, мистер Нотт. - с капризными нотками в голосе, пожаловалась Виктория. - Он курил всю дорогу от школы. Просидел в тамбуре до самого Нортгемптона. Брови Кантанкеруса удивлённо взметнулись вверх. - Я просто заснул. Вышел покурить и не заметил как меня отключило сидя на сумке. Устал, последние недели были изнуряющими. - не моргнув глазом отреагировал Тео, глядя на отца. - Понимаю. - положил ему руку на плечо Кантанкерус. - Дружище Северус писал мне о твоих успехах. Но это и моя вина тоже, прости. Я нагрузил тебя дополнительными заданиями. Но только ради твоего же блага, пойми. Это понадобится тебе в будущем. Кантанкерус впивался пронзительным взглядом в глаза сына, похожие на его собственные. - Я понимаю, папа. - не отвёл от него глаз Теодор. Мистер Нотт растянул губы в довольной улыбке и воскликнул: - Ну, что ж! Не будем здесь больше задерживаться. Виктория, твой отец писал мне, что они вернутся через неделю. И что Луи с ними. Я очень рад принять тебя до этого времени. Надеюсь, тебе не будет скучно. - Я думаю мы найдём, чем заняться. - Виктория положила ладонь на плечо Тео. Но тот никак на это не отреагировал. Он смотрел дальше на платформу. Азалия проследила за его взглядом и увидела саму себя. Это было очень странно и необычно. Словно во сне, когда ты видишь себя со стороны. Азалия разглядывала себя и ей казалось, что она совсем другая. Хотя она прекрасно знала как выглядит. Но всё равно отличия были. Та Азалия, что стояла рядом с Гермионой Грейнджер и её родителями, не была огромной, а просто девушка с хорошим ростом. С длинными ногами, обтянутыми чёрными джинсами, которые идеально на ней сидели. Пышная копна тёмно-шоколадных кудрей, переливалась от фонарей вокзальной станции. Несколько мужчин обернулись на неё, проходя мимо. Несмотря на печальные глаза, девушка приветливо улыбалась родителям Гермионы. Она что-то говорила миссис Грейнджер, заправляя за ухо прядь волос. Азалии, которая смотрела на саму себя, понравился этот жест. Он был очень плавным, мягким. Хотя она всегда считала себя грубой, не ощущая в себе ни капли женственности. Из расстегнутой куртки выглядывала круглая грудь, в облегающем черном свитере. Она показалась девушке даже больше, чем чувствовалась. Живота и вовсе видно не было, но Азалия тогда думала, что на него все постоянно смотрят. Как раз в этот момент, та Азалия отдёрнула свитер, но засмеялась на реплику отца Гермионы, чем притянула к себе внимание окружающих. - Почему я считала себя толстой? Я же просто красотка! Не то, что сейчас! - искренне проговорила Аза, поворачиваясь к Тео. За парнем она увидела дрогнувшую улыбку профессора Дамблдора. Но никто ей не ответил, потому что Кантанкерус Нотт, который тоже посмотрел в толпу, вдруг произнес: - Это же дочка Юстаса Фоули? Там с маглами? - Да, это она. - тут же ответила Виктория. - Как всегда окружённая неудачниками. Потому что сама такая же. Кантанкерус ещё раз внимательно посмотрел на Азалию. - Она очень похожа на свою мать. Почти что копия. Только выше на целую голову. - Ты что знал её маму? - торопливо спросил Теодор, очень удивлённо. - Немного. Юстас, кстати, попал впросак. - Получается, что и её отца ты знаешь, пап? - стараясь как можно более равнодушным голосом, спросил Тео. - Да. Правда, я недавно узнал, что он вступил в Орден Феникса. Раньше-то и он, и его жена держали нейтралитет. Твоя мама, кстати, от части держалась на зельях сваренных из растений их сада. Но всё это уже не важно, потому что он выбрал свою сторону. - Всё правильно, мистер Нотт. Мой отец всегда говорил, что торгаши, люди самые ненадёжные. И пьяницы к тому же. - Виктория состроила глазки мужчине. - Если бы мне пришлось в одиночку растить дочь, не имея при этом почти ничего, я бы тоже всё продал. - сквозь зубы проговорил Тео. Он бросил раздражённый взгляд на Викторию, но Кантанкерус тут же отреагировал: - Так-так, буря нам здесь не нужна. Давайте-ка, отправляться. Нечего тут стоять. Будем трансгрессировать, как обычно. Мы же не эти. - кивнул он в сторону толпы, что стояла в очереди к стене, для прохода через платформы. При словах отца, Тео нехотя взял Викторию за руку. В другой руке у него были сумки. Он кинул последний взгляд в толпу и отец, положив ему ладонь на плечо, крепко вцепился в него пальцами. Их всех вместе с Азалией, Тео и профессором Дамблдором, который всё это время терпеливо молчал, перенесло вихрем трансгрессии. Они переместились прямиком в гостиную поместья Ноттов. Азалия оглядела уже знакомую обстановку. Но разница, между появлением здесь летом и сейчас, была колоссальная. В воспоминании Тео, гостиная сверкала от высоченной ёлки, достававшей до самого потолка и украшенной сотнями игрушек и свечей. Повсюду горел свет. В каждом канделябре, и в каждом фонарике на камине. Огонь в очаге весело плясал. В этом доме их явно кто-то очень ждал. - Слэйв! - громко позвал Нотт-старший. Раздался хлопок и в гостиной появился домовик, в фартучке поверх белой тоги. Глаза эльфа засияли как шарики на ёлке. Слэйв что-то сдавлено пискнул и хотел побежать к младшему хозяину, но Кантанкерус прокашлялся. - У нас гости! Если ты не заметил, болван! - прикрикнул он, показывая на Викторию. Слэйв резко остановился и поклонился девушке, чуть ли не касаясь носом самого пола. - Позвольте вашу шубку, мисс Сэлвин. Слэйв будет очень рад вам услужить. - протягивая к ней тонкие ручки, пролепетал эльф. Виктория молча сняла с себя шубу и передала эльфу. - Хозяин, ваше пальто. - поклонился Слэйв Кантанкерусу, который кинул ему свой тёплый плащ. - И вашу куртку, хозяин. - заботливо произнёс домовик. Тео аккуратно положил свою куртку на протянутые руки эльфа, закрывая его окончательно. После чего гора из верхней одежды прошлёпала из гостиной куда-то в угловую комнату. - Что там с ужином? - пророкотал Кантанкерус, садясь в кресло у камина и закуривая сигарету, взятую из коробки со столика. Это были сигареты, которые курили волшебники. Из коричневой папиросной бумаги. - Как и всегда, в восемь, сэр. - послышался голос эльфа, а его хозяин посмотрел на часы. - Тогда чего ты там копаешься! - бросил он в сторону эльфа, но потом более спокойным тоном произнес, глядя на сына и его подругу: - Ещё полчаса, ребятки. Идите, приведите себя в порядок. Переоденьтесь к ужину. Теодор, проводи мисс Сэлвин в её комнату. Но Тео повернулся к девушке: - Вики, прости меня, но мне надо поговорить с отцом. Ты не обидишься, если я попрошу тебя оставить нас. - Всё нормально. - сжала губы Виктория и кивнув Кантанкерусу, сразу же поспешила уйти. Через минуту её шаги затихли где-то наверху лестницы. - Это очень некрасиво, Тео. Она твоя невеста. Мы с мистером Сэлвином уже всё обсудили. А ты очень непочтителен. Кстати, я забрал из Гринготтса черный опал. Надо сделать Виктории подарок, в знак твоих серьёзных намерений. - проговорил Нотт-старший. - Мне всего пятнадцать. И я пока не хочу жениться. - спокойно произнёс Тео, глядя на отца. - Свадьба будет, как только вам исполнится семнадцать. Как принято. Если не хочешь дарить камень сейчас, подари позже. Это не так важно. Но это лучший вариант из тех, что у нас есть. Если ты приведёшь в дом магловскую девушку или даже полукровку, я выпишу тебя из завещания. - без тени сомнения сказал Кантанкерус. - Я заработаю сам. У меня хватит на это ума и магических способностей. - Тео достал свои сигареты. - Это правда. - кивнул отец, вглядываясь в лицо сына, понимая, что его угроза напрасна. - Северус регулярно пишет мне о твоих успехах. И я горжусь тобой. Не могло быть иначе, потому что ты мой сын и сын своей матери. Пусть она и была слаба, но в её уме нельзя было сомневаться. Знаешь, что я больше всего ценю в женщинах? Их мозги. Какой бы красивой женщина не была, если с ней не о чем поговорить, с ней становится невыносимо скучно. Поэтому я выбрал твою маму, хоть она и была гораздо меня старше. Можно было тогда выбрать и ровесниц, и помладше. Но твоя мама имела своё мнение по каждому вопросу. И это я в ней очень ценил. И даже прислушивался. Мне её очень не хватает. - Кантанкерус затянулся, и выпуская дым добавил: - Ну и родословная у неё, конечно, не ровень остальным. - Неужели тебя только это волнует? А ты спросил у меня, не скучно ли мне с Викторией? - тут же отреагировал Тео. - А что, тебе скучно? - ровным голосом поинтересовался отец. - Откровенно? Да. - кивнул сын. Отец прищурился, рассматривая его долгим взглядом. - Переживёшь. - отрезал он, после раздумий. - Зато у неё всё есть. И ваша партия с ней позволит нам утроить капитал. Даже в таких богатых и древних семьях как наши, наступил довольно ощутимый кризис, сынок. Это говорит уже и Люциус. А ведь Малфои считаются самыми богатыми из всех колдовских семей. Мы давно живём на то, что копилось нашими предками столетиями до нас. У нас почти нет наследников. Посмотри на чистокровные семьи - у всех по одному ребёнку. У Гринграссов только трое. Это весь максимум. Ещё столетие-два и нам некому, и нечего будет передавать по наследству. Потому что оно не пополняется. "Статут о секретности" почти выкосил наши родовые запасы. Мы не можем в открытую вести дела с маглами. Они за три века захапали себе все возможные ресурсы. Добычу драгоценностей, земли, торговлю, всё на чём мы зарабатывали миллионы галлеонов веками! Но, поверь мне, когда к власти придёт Темный Лорд, он позволит нам снова подняться в эшелоны магловской власти. В его планах обогащение всех чистокровных волшебников. Мы опять возьмём под контроль простецов. - Ты хотел сказать - будем уничтожать? - горько усмехнулся Тео. - Потери возможны. Не без этого. - кивнул Кантанкерус. - Но только тех, кто будет сопротивляться. И маглы не дураки, мы все это признаём. И они нужны. Они инструмент, понимаешь? Пока маглы работают, мы собираем сливки. Так было всегда и так должно быть. Наша сила нам дана для этого. А не сов в бинокли превращать от скуки. Только в Министерстве магии засели эти маглолюбцы, борцы за равные права. Они даже открыли в Святом Мунго отделение для маглов! Куда ты, кстати, так стремишься. - покачал головой Кантанкерус. - Быть Целителем - это престижно. - проговорил Тео. - И это настоящее дело. А не просто собирать сливки, пока кто-то работает. - Да, но ты можешь стать Целителем просто заплатив денег. Какая разница? Но ты собираешься чистить под магами и маглами дерьмо, будучи обычным колдомедиком. А этого я не могу позволить, уж извини. Кто угодно, но только не мой сын. - Знания и опыт я могу получить только так. Начиная с самого низа. Это тяжёлая профессия. Какой смысл иметь статус Целителя, и не уметь вылечить даже простое проклятие. - нахмурил брови Теодор. Отец помолчал немного, но потом отчётливо спросил: - Ты меня услышал? - Я тебя услышал. Но это не значит, что я с тобой согласен. Только я хотел поговорить сейчас не об этом. Ты сказал, что знал родителей Фоули. Ты никогда мне об этом не рассказывал. - А почему тебя это так волнует? - блеснули чёрные глаза Кантанкеруса. - Я просто удивился и всё. - быстро ответил Теодор. - Ты упомянул, что мама пила зелья из их растений. Как это произошло? - Я познакомился с Фоули, когда твоей матери поставили диагноз, и понял, что это приговор. - начал рассказывать отец. - Ведь лекарства не существует. Его просто нет. Но я хотел ей помочь хоть как-то. Она родила мне тебя, наследника, которого я так просил. И я просто не мог позволить ей умереть вот так. Ты не знаешь, но до твоего рождения у нас уже были попытки. Только они все заканчивались неудачно. Это всё ослабило организм твоей матери. Я повсюду искал зелья, травы, заклинания, что-то, что помогло бы ей справляться с той болью, что приковала её к постели. И Аурелия сказала мне, что когда она лежала в больнице, в соседней с ней палате была девушка, по имени Холли Фоули. И что она занимается магическими растениями. - Когда мама лежала в больнице, после укусов того оборотня? - уточнил Тео. - Да. И тебя и Аурелию, хвала небесам, тогда спасли. И я часто навещал её, когда ей стало легче и меня допустили к ней. Она сказала, что в соседней палате была такая Фоули, которая тоже была в плохом состоянии, что у неё была угроза выкидыша на большом сроке. Но Целители и ей тоже помогли. Нашёл я их чуть позже. И когда я пришёл к ним, Холли встретила меня уже держа на руках ребенка. Они с Юстасом выслушали мой рассказ, посоветовались, заглянули в какие-то книги и пообещали вырастить специальное для меня растение, зелье из которого поможет снять боли от укусов. Оно не вылечит, но сможет дать временные передышки. Я вернулся к ним только через несколько месяцев. Юстас прислал мне письмо, что всё готово. Я оставил тебя на эльфа и отправился в Топшем. Холли вышла ко мне и отдала целый мешок кореньев. Я заплатил ей тогда очень хорошо. А в это время, в их доме, слышался детский плач. Холли очень устало выглядела. Сказала, что Юстас пытается уложить дочь спать. Но та плачет без конца, и ничего не ест. А вызванный из больницы колдомедик сказал, что раз девочка родилась недоношенной на два месяца, то скорее всего она очень слаба. А у магов есть поверье, что ребёнок выношенный семь месяцев, либо умрёт, либо будет иметь колоссальную магическую выносливость. - Я первый раз такое слышу. - поднял брови Тео. - Это пережитки прошлого. Раньше недоношенные дети чаще всего умирали. Отсюда и проклятье семи месяцев. - объяснил отец, махнув рукой. - Но Холли очень переживала по этому поводу. Только, что я мог? Я ей посочувствовал. Ведь они помогли мне. Хотя они знали из какой я семьи. И всё равно помогли. Я очень благодарен Холли и Юстасу. Но после того, как я узнал, что Юстас вступил в Орден Феникса, он перестал для меня существовать. Это его большая ошибка. - Откуда они знали кто ты? Ты же не ходил, не демонстрировал свою метку на каждом шагу. - поинтересовался Тео. - Нет, конечно. Но все знали моего брата. У него были до меня конфликты с аврорами. Очень громкие. Всё колдовское сообщество об этом гудело. Он демонстрировал метку в открытую. Но я получил её после его смерти. Наверно последний из тех, кто её сделал, перед тем, как Тёмный Лорд исчез. Когда я приходил в дом к Фоули, метки у меня ещё не было. Самое смешное, что меня арестовали почти сразу, после того, как она появилась. А потом Тёмный Лорд и сам исчез, а мне удалось внушить всем, что я был под Империусом. Я собой не горжусь, можешь не смотреть на меня так. Я думал о жене с маленьким ребёнком. - Ты когда-нибудь расскажешь мне о дяде? - Тео сердито посмотрел на отца. - Пока не время. Могу только сказать тебе, что я всей своей душой ненавижу Орден Феникса. Всех, кто там состоит. Ты думаешь они такие герои? Правозащитники? Борцы с тёмными магами? Они такие же убийцы, как и остальные. Только прикрываются масками добродетели. То как авроры умеют пытать, многие знают не понаслышке. - В Ордене не только авроры. - напомнил Тео. - Но и они, в том числе. - отвернувшись к огню и задумчиво глядя на языки пламени, проговорил Кантанкерус. Его лицо помрачнело, а вокруг глаз появилась темнота. Он вспоминал что-то, о чём никак не хотел рассказывать сыну. - Мне жаль, что Фоули пошли не по той дороге. Это древняя семья с такими одарёнными представителями, родством с которыми можно было бы только похвастаться. Но и их род измельчал, к сожалению. Кстати, тот мальчишка, что стоял рядом с дочкой Холли, такой... - Кантанкерус показал на своё лицо, надувая круглые щёки. - А, это Долгопупс. - сразу понял Тео. - Они соседи вроде как. Знаю только, что они дружат с детства. - Понятно. - тихо произнёс отец. Его лицо ничего не выражало. Наверху послышались шаги. Отчетливый стук каблуков отсчитывал каждую ступеньку. Кантанкерус посмотрел на часы и поднялся из кресла. - Запомни, сынок. - очень тихо, но настойчиво проговорил мужчина, выкидывая в огонь уже третий окурок. - Каждый Орденец! И не важно кто он - аврор, просто волшебник или борец против Пожирателей. Девочка или мальчик. Неважно. Любой из них - наш враг. Ты понял? Теодор мрачно смотрел на отца, не ответив ему на это ни слова. В полной тишине появилась Виктория, в серебристом платье. Тонкие бретели открывали её голые плечи, а глубокий вырез на груди подчёркивал интимность вечернего ужина. Подол узкого платья и разрез оголяющий одну ногу, которую то открывало, то закрывало струящейся тканью, напоминал бокал игристого вина. В котором можно было различить искры от светящихся украшений рождественской ёлки. Виктория выглядела ослепительно. Светлые волосы свёрнутые улиткой на затылке, держали невидимые заколки. Несколько передних прядок еле ощутимо касались белой кожи её плеч. В ушах переливались тонкие драгоценности. Виктория улыбнулась хмурым, задумчивым мужчинам: - Я что, не вовремя? Кантанкерус в этот момент дёрнулся, резко хватая себя за рукав. Он сжал руку, как будто от боли, но нашёл в себе силы улыбнуться, делая вид, что поправляет свитер. - Нет, что ты, дорогая. Всё как раз готово. Я предлагаю вам пройти в столовую. Но хочу попросить у вас прощения. Мне нужно срочно отправиться по делам. Вернусь сразу, как только смогу. А вы пока побудете вдвоём... Виктория не поняла, что у Кантанкеруса на коже пылает чёрная метка. А вот Теодор по всей видимости оценил ситуацию правильно. - Если задержишься, уж извини, ждать не будем. Очень устали. Сразу пойдём спать. - проговорил Тео, подталкивая Викторию в сторону от гостиной, положив ей ладонь на голые лопатки. - Понимаю, не дурак. - подмигнул отец Тео. - Мистер Нотт! - тут же вспыхнули щёки Виктории. - Мы правда устали! Но Кантанкерус лишь рассмеялся, направившись за своим пальто. - Пап! - позвал его Теодор. - Осторожнее... Ладно? Они несколько секунд смотрели друг на друга и Кантанкерус кивнул с серьёзным лицом. Азалия, Тео и Дамблдор неслышно двинулись за Теодором и Викторией из воспоминания, и очутились вслед за ними, в просторной столовой с длинным, накрытым белой скатертью столом. Он был сервирован на три персоны. На нём горели в золотых подставках простые белые свечи. Бокалы уже были наполнены, а в центре высился запеченный окорок, украшенный зеленью и овощами. Соусники, вазочки, закуски, расставлены среди сверкающих приборов. У дальней стены шли окна от пола до потолка. Они представляли собой стеклянные квадратики, собранные в один большой вытянутый прямоугольник. Эти окна украшали гирлянды, прикреплённые к карнизам с белоснежными занавесками. Лёгкая ткань полупрозрачных штор забрана золотыми подхватами. За окнами, утопал в золотом свечении от гирлянд, заснеженный дворик. - У вас очень красивый дом. - впервые за всё время произнёс Дамблдор. - Спасибо, профессор. - улыбнулся Тео. Они с Азалией всё так и держались за руки. Тео из воспоминания помог Виктории сесть за стол. А сам сел напротив. Центральное место во главе стола, которое предназначалось отцу, осталось пустым. Виктория и Тео первое время ели молча. Азалия видела как девушка кидает на него расстроенные, задумчивые взгляды. - Вы с отцом не поругались? - наконец спросила она. - Нет. - коротко ответил Тео. - А на меня ты чего в обиде? - снова задала вопрос белокурая девушка. - У меня просто нет настроения. Ты здесь не причём. - буркнул Теодор, ковыряясь в салате. - Мог бы и переключиться ради меня. Забыть о своём плохом настроении. - капризно проговорила Виктория. - Я для тебя постаралась, вообще-то. А ты даже не оценил. Сэлвин дёрнула плечом и оскорблённо отвела глаза в сторону. - Я оценил. - устало проговорил парень. Он откинул вилку и упёрся локтями в стол, закрывая ладонями лицо. - Тео, что с тобой? Я не понимаю, что происходит! Извини, конечно, но я у тебя в гостях. - повысила голос Виктория. - И всё что я получаю, это просто какое-то игнорирование с твоей стороны. Ты думаешь я не устала? - От чего ты устала? - глухо, из-под ладоней, произнёс парень. - От твоей холодности! - воскликнула Виктория. - Ты зачем ко мне подошёл? Я думала, ты хотел наладить отношения. Что ты всё понял. Ты извинился и я приняла тебя обратно. Но видимо я зря надеялась, что ты изменишься. Ты как был холодным, так им и остался. Знаешь, мне очень всё это неприятно. - Ты права. - медленно убрал руки Тео. - Я виноват перед тобой. Ты прекрасно выглядишь и я заметил это. Спасибо, что стараешься. Ты просто красавица! Губы Виктории дернулись и она потянулась к бокалу. - Так-то лучше. А то от твоей кислой мины повеситься хочется. - проворчала девушка. Тео, что стоял между Азалией и Дамблдором пошевелился. Он посмотрел на директора и смущённо сказал: - Простите, что вам приходится это слушать. Скоро будет самое главное. - Ничего, мой мальчик. Это очень даже познавательно. - качнул головой директор, но Виктория снова заговорила: - Знаешь, я уже наелась. По самое горло. Пойду к себе. - скинула она салфетку с колен. - Захочешь извиниться, ты знаешь, где меня найти. Дверь закрывать не буду. Теодор посидел ещё немного в полном одиночестве, глядя в окно. Затем выпил залпом свой бокал и резко отодвигая стул, вышел из столовой, направляясь в свою комнату. Захлопнув дверь и включив настольную лампу, Тео с ожесточением стянул с себя галстук, как будто тот его душил, и швырнул его на большую кровать с четырьмя столбиками и балдахином из тёмной ткани. Походив по своей громадной комнате, размером с гостиную, Тео уселся на пол, облокотившись на кровать. Он некоторое время смотрел на шкаф, а затем приманил из него палочкой фотоальбом. Открыв его, парень посмотрел на первую колдографию, и Азалия узнала в нём сборник фотографий за четвёртый курс. В этом альбоме, в самом конце, была памятная колдография Седрика Диггори. Тео нашёл общее фото их курса и перевернул альбом, поднося ближе к глазам. Аза знала, где она на этом фото - сидит на траве, возле ног учителей. Они с Симусом в тот раз разругались из-за того, что Азалия выше парней с Гриффиндора. Он её как-то обозвал, правда как, девушка уже не помнила. Но помнила, что сначала хотела вытолкать Симуса из кадра, но вместо этого спустилась к учителям, которые сидели на самой нижней скамейке. Азалия уселась перед хохочущим Дамблдором и получалось, что на фотографии, Азалия поворачивается к профессору, который в шутку стягивает с её головы школьную шляпу. - Это до сих пор моя любимая колдография. - в тишине проговорил Дамблдор из настоящего. - И моя, профессор. - вторил ему Теодор, который смотрел на самого себя на полу. Тео из воспоминания, долго разглядывал эту коглодрафию. Потом он улыбнулся и провел пальцем, по изображению смеющейся девушки. - Если бы ты знала, какой я дурак. - очень тихо проговорил Тео и вдруг повернул голову в сторону двери. Из коридора послышались тяжёлые и быстрые шаги. Кантанкерус с глазами на выкат, ворвался в спальню сына: - Есть дело. Срочное. Пойдём со мной. - отрывисто произнёс отец. - Что случилось-то? - обеспокоенно спросил Тео, поднимаясь с пола и кидая альбом на кровать. - Всё по дороге объясню. Теодор и Кантанкерус направились к выходу, где отец немного постоял в нервном ожидании, пока сын наденет куртку. - Тебя ждёт Тёмный Лорд. - выпалил отец с бледным лицом. - Что? Лично меня? - застыл Тео пытаясь попасть в замочек молнии. - Зачем? В голосе парня появились тревожные нотки. Желания встретиться с Воландемортом на его лице не проглядывалось. - Ему нужна помощь. И ты как раз справишься, я уверен. - жестами поторопил его Кантанкерус. - Пошли скорей. Это судьба! Она даёт нам шанс искупить вину перед Тёмным Лордом. За то, что мы в нём усомнились. - У него куча помощников, зачем ему я? - следуя за отцом, как можно тише произнёс Тео. Глаза его тоже округлились. - Я сказал ему, что ты справишься. И ты справишься, сынок. Сейчас на кону наша репутация. Так что не задавай лишних вопросов. Отец и сын вышли на дорожку, а за ними поспешили и наблюдатели воспоминания. Двор вокруг дома начало заносить снегом, но Азалию, Тео и Дамблдора это никак не волновало, они не чувствовали холода. Им было так же тепло, как в кабинете у профессора, в котором они и находились. - Послушай меня, Тео. - Кантанкерус схватил сына за плечи. - Чтобы ты не увидел и не услышал, всё это ты должен держать в тайне. Никому нельзя рассказывать, ты понял? И не вздумай перечить Тёмному Лорду. Делай всё, что он скажет. Буквально всё! - Но, папа... - Не спорь! Дай руку, сынок... Трансгрессия в очередной раз перенесла всю компанию, но на этот раз не в уютную гостиную, а на снежную дорогу, поднимающуюся по холму. Там вдалеке, виднелось чёрное пятно на фоне такого же тёмного неба. Отец и сын двинулись вперёд и какое-то время слышался только хруст под их ногами. Примерно через тридцать футов, появились очертания некогда богатого дома. Судя по его величественности, с которой он возвышался над пустошью вокруг покрытого снегом сада, здесь, много лет назад, жили люди знатного происхождения. Однако, чувствовалось, что особняк, который мог поразить каждого заблудшего своим великолепием, давно стоит в одиноком ожидании своей кончины. Наверху, под самой крышей, как насмешка над старым измученным домом, в двух окнах горел тусклый свет. Именно он позволил уловить некоторые штрихи давно заброшенного здания. Подходя к нему ещё ближе, Азалия разглядела заколоченные окна первого этажа. Эта картина нагоняла сильную тоску и девушка подумала: не вызвать ли патронуса. Но за Кантанкерусом и Тео они молча вошли в несчастный дом, пахнущий сыростью. В огромной комнате первого этажа, как останки крупных животных, выглядывала почерневшая мебель, которую не успели растащить местные. Тут явно кто-то похозяйничал, потому что некоторые вещи валялись на боку, стреноженные впопыхах. Например, на полу, лежали несколько стульев, ножки которых давно опутала паутина. Отец Тео зажёг свет на кончике волшебной палочки и они с сыном двинулись к лестнице, что появилась в разгоняемой темноте. Кантанкерус шёл уверенно, как человек, уже бывавший в этом доме не один раз. Он поднял палочку выше, и она вырвала из плена стен покрытых плесенью, обветшалые пролёты старой лестницы. Ступени заскрипели, а в стене раздался писк и шорох. Добравшись до верхнего этажа, отец повернулся к Теодору и дрожащим голосом, почти без звука, произнёс: - Главное, ничего не бойся. Тео кивнул, но они не торопились заходить. В одной из комнат отчётливо раздались удары. Как будто что-то тяжёлое с разбегу врезалось в стену. - Кантанкерус! - произнёс вдруг голос, похожий на шипение. Это был самый страшный голос из всех, что когда-то слышала Азалия, и она поняла кто это. Медленно, со скрипом, отворилась дверь и тусклый свет рассёк площадку на которой стояли отец вместе с сыном. - Да, Повелитель! Мы уже здесь! - громко откликнулся Кантанкерус. Он зашёл первым, и за ним, в комнату прошёл Теодор. Дамблдор, в каком-то неистовом любопытстве, прошёл сквозь них и отошёл в самый угол, чтобы ничего не упустить. Азалия и Тео остались стоять в дверях. Из кресла с высокой спинкой поднялась высокая фигура. Чёрная мантия прикрыла голые ступни с бледными пальцами и человек слегка наклонил голову: - Ну здравствуй, мой мальчик. - Воландеморт направил взгляд красных глаз на Теодора. - Добрый вечер. - на одном выдохе произнёс Тео. Эта фраза, сказанная таким вежливым тоном, обрадовала Воландеморта. Тёмный Лорд подошёл ближе, разглядывая парня, который даже не шевелился. Тео впивался глазами в обескровленное лицо Воландеморта с щелями ноздрей и пылающими узкими зрачками, застывшим тревожным взглядом. - Твой сын, Кантанкерус, похож на тебя, как две капли воды. - оскалился Воландеморт, оглядывая Тео. - Да, мой Лорд! - поклонился мужчина. - Он моя гордость! Он очень смышлёный парень. Теодор поможет вам! - Ты, естественно, учишься на Слизерине, не так ли? - поинтересовался Тёмный Лорд у Теодора, не обращая внимания на слова Кантанкеруса. - Да, сэр. - коротко ответил Тео. - Кто твой любимый учитель? - негромко спросил Воландеморт. - Северус Снейп, сэр. - не раздумывая сказал Теодор. - А кто у вас преподаёт Защиту от тёмных искусств? - задал новый вопрос Тёмный Лорд парню, который не ожидал, что будет вот так болтать с Воландемортом о Хогвартсе. - Долорес Амбридж, из Министерства. Про неё писали в Пророке. Она теперь главный Инспектор. - И как она тебе в качестве учителя? - усмехнулся Лорд Воландеморт. - Я бы и сам мог так преподавать. Одно радует - в следующем году будет новый преподаватель. Должность-то проклята. - уже более спокойно ответил Тео. К удивлению всех, кроме, может быть Дамблдора, Воландеморт засмеялся. Как обычный человек. Хотя по его внешнему виду, предполагать такое было сложно. - Да, я тоже это слышал. Часто меняются учителя? - Сколько я учусь, каждый год новый преподаватель. - сказал Тео как есть. Тёмный Лорд походил по комнате с довольным видом. - И ты, конечно же, лучший ученик на своём курсе? - спросил он через пару мгновений. - Не единственный, сэр. Но все баллы высшие. - Может быть ещё и староста? - наклонил голову Воландеморт. - Нет. Староста Драко Малфой. - честно признал парень. - А ты бы хотел быть старостой, не так ли? Представляю как ты расстроился. Тебя обошёл твой друг. Драко Малфой же твой друг? - почему-то со злорадством прозвучал этот вопрос от Тёмного Лорда. А его взгляд походил на взгляд стервятника. - Я никогда не хотел быть старостой, сэр. - с достоинством ответил Теодор. Азалия удивлялась как он не теряет самообладания под таким настойчивым взглядом. Она вцепилась в руку настоящего Тео и прижимала к себе, забыв, что это всего лишь воспоминание далёких дней. - Обязанности старосты отвлекали бы меня от тех дел, которые действительно мне нравятся. От зелий, например. - А как же влияние и власть, которыми обладают старосты? Ты бы мог внушать всем страх или поощрять тех, кто тебе был бы выгоден. - Тёмного Лорда слегка качнуло, но он схватился за спинку кресла. В этот момент, в соседней комнате раздался грохот. Кто-то снова ударил в стену. - Мой Лорд, вам плохо? - бросился к Воландеморту Кантанкерус, протягивая руки. Но тот нервно отмахнулся от него. Он смотрел на Теодора, который по всей видимости очень его заинтересовал. - Мне кажется, что мы здесь собрались не просто так. Я прав? Если нужна помощь, я попробую помочь. Что нужно делать? - Теодор смотрел то на отца, то на Тёмного Лорда. Последний заулыбался и опять повеселел. - Мне нравится твой мальчишка, Кантанкерус. Кажется он не любит тратить время на болтовню. Очень серьёзный молодой человек. - громко сообщил Воландеморт. - Ты говорил он силён в зельях, так? - Даю гарантию. - подтвердил отец Тео. - ХВОСТ! - закричал Тёмный Лорд и дверь в стене, сливавшаяся с обоями, и которая до этого момента была не заметна, резко отворилась. Из смежной комнаты вышел маленький, дёрганный мужчина с плешью на голове. Остатки его серых волос топорщились во все стороны, напоминая подшёрсток старой облезлой мыши. - Мой господин! - склонил голову Питер Петтигрю. Одна его кисть была, как будто, одета в перчатку из серебра. Она напоминала металл, но сгибалась так же, как обычная человеческая рука. - Принеси мою книгу, живо! - строго приказал ему Тёмный Лорд. Хвост пропищал что-то нечленораздельное и опрометью кинулся в соседнюю комнату. Оттуда неслись странные звуки и Азалия заглянула в неё. На грязном полу извивалась зелёная змея, с коричневым рисунком по всему туловищу. Змея занимала собой полкомнаты. Её тело, около двенадцати футов в длину, сжималось в судорогах, испытывая боль. Нагайна скручивалась кольцами и тут же раскручивала их. Если бы она могла издавать звуки, кроме шипения, то Азалия была уверена - из пасти с огромными клыками раздавался бы ужасающий крик. Но змея только хрипела, высовывая язык. Помимо того, что она внушала неведомый ужас своими размерами, ведь её невозможно было обхватить руками, животное страшно билось в невыносимой агонии и было опасно для любого. Хвост заскулил, но прошёл мимо змеи, в самый конец комнаты и взял из стопки на полу одну из книг. Он вынес её Воландеморту как трофей, держа на вытянутых руках. - Хоть на что-то ещё пригоден, старый дурак! - прикрикнул Тёмный Лорд. - Подготовь всё для зелья! Хвост поклонился и быстро спустился с лестницы, хватаясь за шаткие перила. В дверях он прошёл прямо сквозь Азалию и Тео из настоящего. Но те этого даже не почувствовали. На лбу Воландеморта выступили капельки пота, он сел в кресло и достал, длинными тонкими пальцами, из кармана своей мантии волшебную палочку. Книга зависла в воздухе, а страницы сами собой принялись переворачиваться. Примерно в середине всё замерло и Воландеморт, сипло произнёс: - Вот оно. Зелье, которое необходимо сварить незамедлительно. Кантанкерус, который стоял ближе, тут же подхватил книгу и его глаза забегали по строчкам. Но чем дольше он читал, тем больше его взгляд становился безумным. - Мой Лорд! Я сделаю это зелье сам! Хоть я и не специалист, но... - дрожащими руками держал книгу Кантанкерус. - Что? - переспросил Тёмный Лорд с угрозой в голосе. - Позвольте сделать это зелье самому. Мальчик он не... Но Тёмный Лорд, несмотря на слабость, медленно поднялся из кресла и направил на отца Тео свою палочку. - По-твоему я позвал вас сюда для того, что бы вы диктовали мне свои условия? Ты сам вызвался привести своего сына. Хвастался его способностями, а теперь что? Боишься, что он не справится? - Мой Лорд, мой сын никогда ещё... Но Воландеморта его испуганное лицо привело в страшную ярость: - Не убивал? Ты это хочешь сказать? Вы все обещали, воспитывать своих наследников в безграничной преданности ко мне! Что вы бросите все свои силы, на достойное продолжение нового поколения Пожирателей! И что же я вижу? Вы носитесь с ними как мамаши с младенцами, подтирая им сопли! Я в шестнадцать лет убил собственного отца! В этом самом доме, там внизу, в гостиной! Я, который никогда ничего не боялся! Теперь вынужден просить помощи у слабовольных, бесхребетных... - Мой Лорд, вы не так всё поняли. Мы здесь, чтобы помочь! - чуть ли не падая на колени, воскликнул Кантанкерус. - Но ты уже не хочешь, чтобы твой сын мне помогал, не так ли? Боишься за его чистую душу? Кантанкерус лишь нервно закивал. - А что же моя душа? - вдруг спокойно спросил Воландеморт. Он шагнул к двери и посмотрел на змею, что так же каталась в пыли. Тёмный Лорд зашипел, как и она, низким голосом. Нагайна жалобно закрутилась, всем телом прося о помощи. Воландеморт, судя по тону, пытался её успокоить. После чего Нагайна пару раз ударила мощным хвостом в стену. Азалия и Тео повернули головы к Дамблдору, но тот прислонил палец к губам и внимательно слушал. Тёмный Лорд сказал ещё несколько слов на змеином языке и повернувшись, прошипел сквозь зубы, но уже на человеческом: - Я вижу, Кантанкерус, ты сомневаешься, что это зелье так важно для меня. - усмехнулся Тёмный Лорд. - Я помогу Хвосту, разрешите мне, мой Лорд! - завопил Кантанкерус. Но Воландеморт медленно направил палочку прямо ему в лицо и произнёс: - Это за то, что мне приходится тебя упрашивать. Круцио! Кантанкерус закричал от боли и повалился на пол вместе с книгой. Тео в эту же секунду метнулся к отцу, падая на колени и закрыл его собой, но Кантанкерус кричал, надрывая горло. - Я не отказывался от зелья! - перекрывая крики отца, завопил Тео глядя на Воландеморта. - Я сделаю! Я сделаю! Тёмный Лорд сделал шаг назад, опуская руку и хватаясь за грудь. Он тяжело дышал. Азалия повернулась к настоящему Тео и тихо сказала: - Ты мне немного не так рассказывал. Ты говорил, что не мог ни слова ответить Тёмному Лорду. Но Тео лишь пожал плечами, потому что Тёмный Лорд в это время проговорил: - Если бы я не был так слаб сегодня, я бы сделал это зелье сам. Он подошёл к Теодору, который поднялся на ноги и приблизил к нему своё змеиное лицо. Грудь Теодора вздымалась от нервного напряжения. Он судорожно дышал, но в руке у него была зажата волшебная палочка. - Я людей сразу вижу. И ты храбрый парень. - тихо проговорил Воландеморт. - Думаю даже, храбрее своего отца. И я всё это время не могу попасть в твоё сознание. Это очень похвально. Такие умения в пятнадцать лет! Ты очень напоминаешь мне меня в том же возрасте. И я бы очень хотел видеть тебя в рядах своих Пожирателей. И сегодня твой шанс. Приготовишь зелье - и тебя будет ждать награда. А если нет, то... Боюсь, что ваших криков в деревне не услышат. На лице Воландеморта ничего не дрогнуло. Он смотрел в чёрные глаза Теодора в ожидании его реакции. - Я сделаю. - хрипло пообещал парень и Воландеморт улыбнулся ему. - Умный мальчик. - остался доволен Тёмный Лорд. - С этой минуты ты обязан спасти змею. Это твоя главная задача сейчас. Думай, что спасаешь и меня вместе с ней. Ведь ты всё сделаешь для своего Повелителя? - Да, сэр. - моргнул бледный Теодор. - Тогда сходи и набери яд Нагайны, пока Хвост ищет всё остальное. - приказал Воландеморт садясь обратно в кресло. Он прошипел несколько слов и из комнаты послышалось тоже в ответ. - Иди. Она не тронет тебя. Тео поднял с пола книгу, глядя как отец трясётся на полу, морщась от боли. - Он будет испытывать муки всё время, пока готовится зелье. - прокомментировал Тёмный Лорд ледяным тоном. Но Теодор ничего не ответил, он читал состав зелья. Азалия видела как он сглотнул, а потом, сняв с себя куртку, закатал рукава блейзера и рубашки, и отправился в соседнюю комнату. Там Тео протянул к Нагайне руку, с кубком, который только что наколдовал из воздуха и подставил под капающий из пасти яд. Азалия повернулась назад, услышав тяжёлые шаги по лестнице. Они с Тео смотрели как Хвост, угрожая волшебной палочкой, толкает в спину парня с кляпом во рту. Молодой человек, возраста примерно такого же, как и Билл Уизли, рухнул на пол в комнате, перед голыми ступнями сидевшего в кресле Воландеморта. Парень отчаянно крутил головой со страхом в глазах. Его руки были стянуты магическими ремнями за спиной. Несчастный пытался что-то сказать сквозь тряпку во рту, но получалось одно лишь мычание. Азалия спряталась за Тео, схватившись сзади за его свитер и уткнулась носом ему в плечо. Она знала, что ждёт бедолагу, сидевшего на полу, но всё равно смотрела не отводя взгляд. Хвост опять вышел, а через минуту притащил грязнейший, оловянный котёл и поставил посреди комнаты. Парень с кляпом, начал брыкаться и стараться отползти подальше. Тёмный Лорд же всё это время сидел и с интересом наблюдал за происходящим. Теодор из воспоминания вышел из комнаты с полным кубком змеиного яда и испуганно замер, глядя на молодого человека. Тот пытался кричать и неожиданно ударил со всей дури ногой по креслу. Хвост взмахнул палочкой и молодой человек упал без сознания. - Простите, Повелитель. - в очередной раз поклонился Петтигрю. Но Воландеморт махнул рукой: - Не теряйте время. Хвост подошёл к котлу, но заволновался и никак не мог разжечь под ним огонь. - Ты что недоумок?! - свирепо прокричал Тёмный Лорд, который с раздражением смотрел на Хвоста. От взмаха палочки Тёмного Лорда Хвост сложился пополам и закричал от невыносимой боли. Но огонь вспыхнул и все посмотрели на Тео, который стоял с направленной на котёл палочкой. Воландеморт показал зубы, в подобии улыбки. Тео, под пристальным взглядом, подошёл к котлу и присев перед ним на корточки, вылил в него почти весь яд. Петтигрю в это время распорол на своём заложнике куртку и тёплый свитер, добираясь до шеи. Сделав палочкой два глубоких надреза по бокам, Хвост магическим образом перевернул парня вверх ногами и тот завис в воздухе. Кровь медленно закапала на деревянный пол. То ли от боли, то ли от того, что заклинание перестало действовать, парень очнулся. Кляп выпал из его рта. Пару секунд он пытался понять, что происходит, но увидел, как из него вытекает кровь. - Господи, что же это такое! - истошно закричал парень. - Что это? Что? - Хватит вопить! - пнул его Хвост. - Кто вы такие? Что вам надо! ПОМОГИТЕ КТО-НИБУДЬ! - голос парня сорвался на хрип. Вместе с кровью на пол закапали и его слёзы. - Я всё отдам, что у меня есть, только отпустите! Умоляю вас! - Лучше заткнись. И не дёргайся. - сказал ему Хвост, колдуя под ним железный таз. - Пожалуйста, отпустите! Господи Боже! У меня маленький ребёнок! У меня жена, которая ждёт меня дома, не убивайте, только не убивайте! - Кому это интересно? - хихикнул Петтигрю, отдавая Теодору сушёные соцветия белых цветов. - Пожалуйста, не надо, умоляю! Я только год, как женился! У меня есть деньги! Сколько вам нужно? Я всё вам отдам! Я продам дом, машину, всё что у меня есть, заберите. Только не убивайте! Глаза Азалии от этих криков заполнились слезами. Она еле сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос. Она смотрела, как Тео нервно отрывает от соцветий крошечные бутончики и растирает их в пыль. На его застывшем лице читался страх и обречённость. Он старался не смотреть на парня, пока тот не обратился к нему: - Помоги, слышишь, помоги мне! Это безумие! Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. - Сэр, мы можем дать ему крововосполняющее зелье. А потом стереть память. И отпустить. Ведь не обязательно убивать его. - слова Теодору давались тяжело, но он всё же повернулся к Воландеморту. - Зелье?! Стереть память? Вы что сектанты?! Господи Боже мой! - закричал с новой силой бедолага, пока его кровь наполняла таз и уже скрыла дно посудины. - Тогда это будет слишком скучно. - улыбнулся Теодору Воландеморт. Тео больше ничего не произнес. Он закинул багульник в кипящий яд и стал размешивать зелье, сверяясь с книгой. - Парень, помоги мне. - зашептал несчастный, висевший головой вниз. - Сотри память, но только не убивай, слышишь? Меня дома ждут! Моя жена, как она без меня? А моя дочка, моя маленькая дочкааааа... Я всё отдам, всё... Но Тео, сжав челюсть, больше на него не смотрел. Руки его тряслись и чтобы это было не так заметно, он вцепился в свою палочку всеми пальцами. - Когда там уже кровь добавлять? - с притворной скукой спросил Хвост. Возникла напряжённая пауза. Все в комнате понимали, что жить парню осталось ровно столько, сколько сейчас скажет Теодор. Каждая секунда тянулась мучительно и отражалась на лице Тео. - Осталось полминуты. - не своим голосом сказал он и эти слова вынесли приговор. Молодой человек закричал, но Хвост произнес заклинание. В крике парня никто не понял какое, но кровь из надрезов на его шее полилась как из открытого крана. Попадая парню в ноздри и глаза, из-за чего он стал захлёбываться и выплёвывать свою же кровь. Таз быстро наполнялся. Азалия закрыла глаза и впилась в Тео ногтями, но это было ещё хуже. Все звуки обострились и она отчётливо слышала как парень, булькая и харкаясь становится всё тише. Эти конвульсии продолжались долго, как будто много часов. Но вот наступила тишина, прерываемая только звуками падающих капель. Азалия открыла один глаз и увидела, что Хвост присел перед бедолагой. - Ха, захлебнулся прежде, чем кровь из него вышла. - засмеялся Петтигрю. Он схватил таз и передал его Тео. - Дальше сам. - усмехнулся Питер. Тео какое-то время смотрел на почти чёрную жидкость и опомнился только когда зелье в котле запенилось. Он медленно влил содержимое в котёл и кинул таз на пол, разбрызгивая остатки крови. По комнате прокатился оглушающий звон. Но Теодор смотрел только в котёл и на часы, что были у него на руке. Воландеморт, не проронивший ни слова, с восторгом наблюдал за Тео. Он смотрел как парень помешивает зелье, делает огонь потише. Как шепчет заклинания. И когда зелье окончательно было готово, Тёмный Лорд поднялся, чтобы первым заглянуть в котёл. Внутри дымилась черная жижа. - Превосходно, мой мальчик. А теперь отнеси его Нагайне, пока не остыло. Тео перелил зелье в кубок и они все отправились в соседнюю комнату, где Тео влил обжигающее зелье Нагайне прямо в пасть. Сначала, Азалия подумала, что змея сейчас умрёт от судорог. Но постепенно, извилистое тело Нагайны выравнивалось, успокаивалось, а потом и вовсе свернулось клубком, где она ровно задышала и притихла. Хвост от радости запрыгал на месте, кусая ногти. - Получилось, мой Повелитель, получилось! Но Тёмный Лорд вышел обратно и поднял Кантанкеруса, снимая с него заклинание боли. - Иди посмотри, что сделал твой сын! Посмотри! На Кантанкеруса было страшно смотреть - в глазах мужчины не было ничего кроме страха. Но он увидел спокойно спящую змею и дрожащим голосом тихо проговорил: - Она жива, мой Лорд, она же жива? Тёмный Лорд расхохотался на весь дом, запрокидывая голову. В нём появилась сила и он уже намного увереннее крутил в руке волшебную палочку. - Ты даже не представляешь, Кантанкерус, что твой сын сейчас сделал. Что вы все сейчас сделали. А знали бы, не поверили. Но я очень доволен. Да так, что я не был так доволен уже давно! Теодор! Все посмотрели на парня, который никак не выказывал своих эмоций. Он просто стоял и смотрел на змею. - Я обещал тебе. Так знай, что Лорд Воландеморт всегда держит своё обещание. Дай мне свою руку. Тео понимал, что его сейчас ждёт. Не сразу, но он протянул ему руку с закатанным рукавом. Палочка, в длинных белых пальцах Воландеморта, стала описывать рисунок и коснувшись кончиком кожи, прямо под татуировкой с инициалами матери, штришок за штришком начала появляться чёрная метка. Тео сжал губы от боли. Но он смотрел прямо в глаза Тёмного Лорда и не издал ни звука, хотя мышцы на его шее сокращались. Когда метка приняла свой облик, Тёмный Лорд улыбнулся: - Смотри Хвост, с каким достоинством нужно получать метку. А не как ты в тот раз. Кричал как девчонка. - Это я кричал от счастья, мой Лорд. - тут же залепетал Петтигрю. Но Лорд его уже не слушал. - Кантанкерус. - сказал он. - Сегодня все твои ошибки прощены. Нотт-старший поклонился, не в силах что-либо проговорить. Глаза его сияли от радости и облегчения. Тёмный Лорд отправился в своё кресло и сел в него, не глядя, как остальные следуют за ним. - Мы, п-пойдём, Повелитель? - чуть задыхаясь спросил Кантанкерус. Тео же смотрел на парня, что так и остался висеть в воздухе. Всё его лицо было в крови. И даже открытые мёртвые глаза. - Идите. Только, Кантанкерус... - тихо проговорил Воландеморт сидя у огня, который он только что зажёг в камине. - Объясни своему парню, что тот, кто предаст метку, будет жестоко наказан. Ты знаешь, что я не шучу, Кантанкерус. Того, кто посмеет её предать, ждёт такая кара, что он будет умолять о смерти. - Я всё понял, мой Лорд. - почтительно кивнул отец Тео. Он нерешительно постоял, но Тёмный Лорд больше не обращал на него внимания. Кантанкерус схватил Тео за рукав куртки, которую тот пытался застегнуть дрожащей рукой. И они быстро вышли на лестницу, преодолевая её почти бегом. Оказавшись на улице они сразу же, даже не оборачиваясь, трансгрессировали обратно к себе домой. - Нужно выпить. Срочно. - падая в кресло у камина, проговорил Кантанкерус. Он взмахнул палочкой и с кухни прилетела бутылка с двумя бокалами. - На выпей, сынок. Теодор подошёл и забрал бокал. Он выпил его залпом и поставил на столик. Бокал тут же наполнился снова. Тео снял куртку и подняв рукав блейзера тупо уставился на чёрную метку. - Черт! Всё получилось даже лучше, чем я думал! - нервно засмеялся отец. - Тео, ты мой герой! Нет, серьёзно! В какой-то момент я подумал, что нам крышка, но ты... Ты, молодец! Засмеявшись, Кантанкерус выпил ещё. - Что же ты молчишь, мой мальчик? Сегодня, считай твоё второе рождение! - Пап... - Да, мой милый. - отпивая, проговорил Кантанкерус. - Ты не говорил, что она так болит. - еле слышно сказал Тео. - А я и забыл. - махнул рукой отец. - Знаешь, через какое-то время привыкаешь. Теодор взял бокал и сделал несколько глотков, стукаясь зубами о стекло. Его рука дрожала. - Завтра, я позову Малфоев! Пусть Люциус посмотрит, чего стоит мой сын! - в предвкушении проговорил Кантанкерус. - Да он просто лопнет! - Пап... - снова тихо позвал Тео. - А можно мне... - Проси что хочешь! - не дал ему договорить довольный отец. - Можно я схожу к маме? Кантанкерус помолчал, каким-то мечтательным взором разглядывая своего сына. - Ну конечно, сынок. Когда захочешь, тогда и сходим. - Спасибо. Ты прости, я очень устал. Пойду к себе, ладно? - еле проговорил Теодор. Вино, которое он выпил, расслабило его и сил почти не осталось. - Конечно. И послушай меня. Мой совет - не думай о том парне. Выкинь из головы. Ты бы ему не помог. Ты понял? Тео кивнул и пошёл к себе в комнату. Там парень сел на кровать и долго смотрел на метку, которая причиняла ему боль. Тео заметил альбом и рукой, которая не болела, притянул его к себе. Отыскав фотографию, где Азалия сидела на траве, он молча смотрел на девушку, а потом закрыл альбом и опустил голову. Обхватив её руками, как будто от всех закрываясь, он уставился в пол, впиваясь пальцами в свои волосы. И на деревянный, с красивыми узорами пол, с чёрных ресниц упали две огромные, прозрачные слезинки.