Now Breathe In... (Сделай вдох...)

Криденс       Закрыв дверь за Перси, Криденс упал на диван в своей гостиной и счастливо вздохнул. Это действительно был прекрасный день - даже с учетом визита Серы.       Конечно, сам момент, был ужасно унизительным. Перси уверял его по дороге, что ничего компрометирующего женщина заметить не успела, они вовремя успели расцепится, но ведь кроме самой позы, были еще и другие признаки того, что там творилась - его губы были распухшими, а волосы растрепаны.       Она не могла не догадалась о том, что происходило на диване пару секунд назад.       Достаточно было взглянуть на Перси - он имел абсолютно развратный вид. Зрачки расширены от возбуждения, волосы взъерошены, дыхание неровное и это, не говоря уж, о бугре в штанах. Так что, может она и не видела, но догадалась прекрасно!       Криденс вспомнил, как Перси прижал его к груди, во время просмотра фильма, и обнял. Как безопасно и уютно ему было в его руках. Мысли Криденса блуждали пока он смотрел фильм вспоминал о романтичном жесте - букете роз, но самое главное об обожании на лице Перси, когда он их дарил. Он смотрел на Криденса – как на нечто прекрасное. Вот так, он и нашел в себе мужество сделать следующий шаг, отбросить все свои запреты и предложить себя Перси. О, и это было правильное решение. То, с какой страстью ответил мужчина, как дразнящее целовал его, как чувственно руки Перси скользили по его телу – все это, заставило Криденса вспыхнуть возбуждением, как бенгальский огонь. И - о, Боже, как соблазнительно он шептал на ухо Криденсу, оказалось, что акцент Перси усиливается от возбуждения! Он почти кончил, нетронутым, прям там, на коленях у мужчины! Это было похоже на эротическую версию медитаций – происходящее буквально развалило его на сотню маленьких, сладких кусочков. Криденс отчаянно хотел большего. И, да, он в тайне проклинал Серу за то, что она прервала их. Однако, женщина оказалась очень милой, так что он не смог по-настоящему расстроится. На обратном пути Перси объяснил причину, по которой она так бесцеремонно зашла в его дом, и сделала это без каких-либо намеков со стороны Криденса. Оказывается, она до сих пор беспокоится о нем, «как наседка» - ласково улыбаясь пояснил Перси, особенно после той ночи, когда она нашла его умирающим на полу ванной комнаты. Криденс смягчился, когда узнал об этом, оценив, насколько заботлива Сера (хоть, конечно, она не могла выбрать худшее время, для перехода в «режим наседки»). Она просто присматривает за Перси, и он готов аплодировать ей стоя. Он сделал бы тоже самое. С тоскливым вздохом Криденс встал и побрел на кухню, где стояли розы, их прекрасный аромат полностью заполнил небольшое пространство. Парень нагнулся и зарылся носом в один из бутонов и, закрыв глаза, с улыбкой, глубоко вдохнул нежный запах. В первые в жизни он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Пусть на работе все хреново, она как область тьмы в его жизни, но зато Перси, как маяк вдалеке. Маяк, стоящий высоко над бушующим морем, и горящий, чтобы безопасно привести его домой. Телефон подает сигнал, что пришло сообщение. Это – Перси, сообщает, что благополучно добрался до дома, и что уже ужасно скучает по Криденсу. *** На следующее утро его будит не будильник, а сообщение с замечательным текстом. «Доброе утро, красавчик. Я надеюсь у тебя будет прекрасный день. Я буду писать тебе во время своих перерывов😊» Криденс не может не улыбаться. Как этот мужчина может быть настолько совершенным? «Добро утро, Перси. Я тоже надеюсь, что твой день пройдет хорошо. С нетерпением буду ждать твоих сообщений 😍» Отправив сообщение, он начал собираться на работу. *** Стоит Криденсу только войти в офис, как Нагини моментально фиксирует его хорошее настроение. Он стоит пред коробкой, складывая тряпки, когда она появляется рядом с ним: - Я так понимаю, что выходные прошли хорошо? - спрашивает она с усмешкой. - Что меня выдало? – лукаво усмехается Криденс не прекращая работу. Нагини пристраивается рядом, складывая свои полотенца. - Ну, ты не перестаёшь улыбаться с тех пор, как вошел в эту дверь. Криденс наклоняет голову с застенчивым смешком: - Честно? Я даже не осознавал этого. - Общался с мистером Медитация? - Что-то в этом роде, - тихо пробормотал Криденс и прикусил губу. Девушка вопросительно смотрит на него. - Что-то вроде? Криденс невольно оглядывает комнату. Тина сидит на ведре и играет в своем телефоне, а Ник, склонившись над своим столом, что-то пишет. Джейкоб, пока еще не пришел. - Я видел его в эти выходные, - повернувшись к Нагини прошептал он, тут же покраснев от ее удивления. - Подожди, подожди – что ты имеешь в виду, говоря, что видел его? Видел - лично? – ее голос неуклонно повышается от шока, и Криденс судорожно начинает махать на нее руками, чтобы она не шумела. - Да лично, - тихо шипит он на нее. – Тише, пожалуйста, я не хочу просвещать крысу в мою личную жизнь, - добавляет он. Нагини буквально вибрирует он возбуждения, ее глаза широко раскрыты, а губы подергиваются, кажется, что ее вот-вот разорвет от желания узнать подробности: - Это было свидание? Это было свидание, ведь правда?! Он пригласил тебя на свидание? О, Криденс, какой он? Он хороший? Он хорошо с тобой обращался? Клянусь Богом, если он плохо себя с тобой вел, я сломаю его… - Джини! - Извини, - шепчет она, выглядывая из-за его плеча, чтобы посмотреть на Ника. – Но это так потрясающе! Криденс, я так рада за тебя! Ты должен обязательно рассказать мне все подробности за обедом! - Я сделаю это, обещаю, - раздраженно кивает он. Нагини складывает еще пару тряпок, прежде чем лукаво скосить на него глаза: - А вы, ребята….??? – ее брови игриво, многозначительно подергиваются. Криденс в голос стонет, его щеки пылают: - Нагини… - О, ты такой скучный, - она показывает ему язык и подхватив свою стопку тряпок укладывает ее в пакет. Он закатывает глаза и поворачивается к двери, как раз вовремя, чтобы увидеть, как входит Джейкоб. - Доброе утро! – весело здоровается мужчина. - Доброе утро, Джейкоб, - кивает ему Криденс. – Как поживает Куини? С того места где сидит Тина доносится мученический стон. - Не заводи его, он же потом не заткнется! Джейкоб смеется и ласково трепет Тину за плечо: - О, с Куини все хорошо! Мы арендовали лодку и на выходные плавали на Крабовый остров. Это было великолепно… Я все еще в восторге, от этих великолепных пляжей. - В Нью-Йорке, Джейкоб, тоже были пляжи, - ворчит Тина и игриво отмахивается от его руки. - Верно, но пляжи во Флориде, это что-то волшебное, - мечтательно вздыхает мужчина. Нагини приподнимает бровь: - Ты уверен, что дело в пляже, а не в Куини, разгуливающей по нему в бикини? Под их дружный смех, румянец заливает круглые щеки мужчины и бормоча о том, что ему нужно приготовить инвентарь, он поспешно отворачивается. *** Криденс решает изменить график уборки, в надежде, что это поможет ему избежать Гриндевальда. После того, что случилось в прошлый раз, он очень сомневается, что сможет вынести еще хоть одну такую встречу. Так что, первым делом, он идет в Ангар №1. Все проходит просто отлично – он убирает мастерские, комнаты отдыха, офисы и туалеты. Нигде нет и следа этого человека. Никто не нависает над ним, не отпускает никаких неуместных комментариев, нет нежелательных прикосновений. Это буквально окрыляет его, он успокаивается и дышит намного свободнее. После этого он занимается своей обычной рутиной, с удовольствием читая редкие сообщения от Перси. Редкие, но такие милые. Перси спрашивает, как прошло утро и сообщает, что думает о нем. Это согревает сердце Криденса – он с нетерпением ждет их следующей встречи. Обед наступает невероятно быстро. Они собираются под крышей столовой и занимают очередь к раздаче. Получив свой поднос (картофель фри и отбивная из индейки), он подходит к столику и садится рядом с Нагини. Девушка тут же выжидающе смотрит на него. - Что? – ворчит он, засовывая в рот жаренную картошку. - Хочешь сказать, ты действительно забыл то, что обещал сегодня утром? – недоверчиво спрашивает она. - О, да. Полагаю, я так и сделал, - Криденс смущенно опускает голову. - Серьезно? – Нагини весело фыркает, прежде чем откусить кусочек своего стейка. - В чем дело? – спрашивает Джейкоб, садясь за стол со своим подносом. - Криденс скрывает от меня информацию, - надув губы жалуется Нагини. - Я не скрываю, а придерживаю, - обиженно бурчит Криденс. Зачерпнув полную вилку картофельного пюре, Нагини подталкивает его локтем: - Колись! Расскажи нам о своем свидании с мистером Медитация. Ты не можешь быть таким злюкой и заставлять меня умирать от любопытства. - Ты говоришь о Перси? – оживляется Джейкоб. - Они виделись в прошедшие выходные, - тут же сдает его с потрохами Нагини, да еще и озорно шевелит бровями при этом. Тина, до этого спокойно евшая свой обед, отрывается от салата, и с интересом поддается вперед. - О, правда? - Да, - бурчит Криденс и, от смущения, вгрызается в свою отбивную. - Ну, и что вы, ребята, делали? – Нагини накалывает на вилку несколько сладких морковок. Криденс чувствует, как жар заливает его лицо и шею, он откусывает еще один большой кусок мяса, лишь бы протянуть время. - В субботу мы ходили на ярмарку искусств, а затем он пригласил меня, в воскресенье, к себе на ужин, - он нервничает и быстро откусывает картофель фри пытаясь хоть как-то успокоится. Он не стесняется рассказывать им о Перси, ему не нравится то, что на него направленно столько внимания. Он к этому совсем не привык. - Стой! Вы встречались ДВА дня подряд?! – вскрикивает Нагини так громко, что с соседних столов к ним повернулись несколько голов. Криденс ссутулился и сделал вид, что полностью поглощён своей картошкой. - Вау, да вы, и впрямь поладили, - усмехается Джейкоб, рассеянно потирая кончик усов. – Куини потеряет голову, когда я расскажу ей эту новость. - О, она будет в восторге. Конечно поплачет немного, что Кри собирается украсть у нее ее Перси, - весело хихикает Тина, скребя ложкой по дну чашки для пудинга. - Эй… - возмущенно пыхтит Джейкоб. Тина легко шлепает его по руке, которую он потирает, изображая что ему больно. - О, тише, ты же знаешь, что Перси ей как брат. - Знаю, - тянет Джейкоб и улыбнувшись откусывает от своего бутерброда. – Черт возьми, она заставила меня заочно полюбить этого парня, просто рассказывая о нем. - Таааак…. Он тебе нравится? – Нагини внимательно смотрит на Криденса, раскачивая вилкой из стороны в сторону в ожидании ответа. Криденс вздыхает и кивает. - Да, очень, - тихо признается он, доедая последнюю картошку. – Он был так добр и внимателен ко мне и… Тина и Джейкоб внезапно хмурятся, глядя в точку над головой Криденса. На него падает тень. С беспокойством, бурлящим в животе, он оглядывается и мгновенно бледнеет. - Здравствуй, Криденс. Я видел, как ты убирался сегодня утром в Ангаре №1. У тебя новый график? – тихо спрашивает Гриндевальд нависая над ним. Криденс сухо сглатывает, бросая взгляд на Нагини, она сверлит блондина холодным неприязненным взглядом. - Э-эм, вроде как… да, - выдавливает он и сильно вздрагивает, когда Гриндевальд кладет руку ему на плечо. Прикосновение вызывает в нем дрожь нарастающего беспокойства. Блондин глубокомысленно мычит, поглаживая пальцем, сзади, шею Криденса: - Это очень плохо. Я с нетерпением ждал встречи с тобой сегодня днем, - мурчит он. – Мне действительно нравятся наши беседы. Нагини выглядит так, будто еще секунда, и она вскочит и оторвет руку Гриндевальду, в тоже время, Тина и Джейкоб выглядят полностью ошеломлёнными поведение мужчины, в той же степени, что и Криденс. Но, прежде, чем Нагини успевает сорваться, Гриндевальд убирает руку, напоследок проводя кончиками пальцев по горлу Криденса. Неприятное прикосновение оставляет на его коже холодные, липкие мурашки. - Не прячься от меня, Криденс, - тихо произносит блондин и развернувшись уходит к выходу. - В следующий раз, когда он выкинет что-либо подобное, я сломаю ему его гребаные пальцы. И мне будет все равно, что за этим последует! – рычит Нагини. – Он совсем обнаглел – прикасаться открыто, на глазах у всей столовой, полной людей?? - Все потому, что он знает, что это сойдет ему с рук, - зло бурчит Тина. - Этому парню нужно хорошенько надрать задницу, - Джейкоб мрачным взглядом провожает спину Гриндевальда до выхода. Отвращение и паника все еще дрожат под кожей Криденса. Нагини скользит ближе, обнимая его. Ее знакомый вес, постепенно стирает из памяти, ощущение пальцев Гриндевальда: - Ты как, нормально? - Не совсем, - он качает головой. – Он не оставит меня в покое, и я знаю, что обращение с жалобой в «MAC-USA» ничего не даст, кроме того, что разозлит его, - признается Криденс глядя на остатки своего обеда. Есть совершенно расхотелось. Тина задумчиво качает головой. - Они не могут просто игнорировать что-то подобное. - Проблема в том, что у меня нет доказательств, - Криденс удручённо вздыхает. – Я не могу просто прийти в «MAC-USA» и обвинить первого заместителя директора корпорации в том, что не могу доказать. Ты думаешь, они поверят мне на слово? Нагини поворачивается лицом к Тине и Джейкобу: - Что же нам делать? - Я знаю, что мой совет будет стоить тебе работы, но быстрый удар носком кованого ботинка по яйцам, мог бы качественно решить эту проблему, - предлагает Джейкоб, хрустнув костяшками пальцев. Криденс нервно хохочет, прикрывая рот рукой. Тина бросает на Джейкоба насмешливы взгляд: - Отбросив в сторону этот замечательный совет, я думаю, единственное, что ты можешь сделать, это попытаться держать ублюдка на расстоянии вытянутой руки, а в тот момент, когда он попытается что-то сказать, ты должен тут же сообщить об этом хоть кому-то, - Криденс подпрыгивает от неожиданности, когда рука девушки накрывает его руку. – Серьезно, Кри. Даже если ты боишься последствий, и не думаешь, что тебе поверят, ты не можешь позволить этому продолжаться. Нагини согласно кивает головой. - Она права. Дай Гриндевальду дюйм, и он пройдет милю. Криденс задумчиво жует внутреннюю сторону щеки, прежде чем прошептать: - Хорошо. *** Обед заканчивается, и компания вынуждена разойтись по своим рабочим местам. Криденс идет к тому ангару, который должен был убирать первым сегодня утром. Он все еще был под впечатлением от инцидента за обедом. Гриндевальд становится все смелее – случай в столовой, это очень хорошо доказывает. Может для кого-то это была просто рука на плече, но для Криденса, это явное и четкое заявление: «Ты можешь попытаться избегать меня, но я все равно найду тебя, когда мне это понадобится и сделаю все, что мне захочется». Дрожь отвращения и тревоги прошивает его тело, и он старательно выкидывает эту мысль из головы прежде, чем она доведет его до панической атаки. Этому хорошо способствует сообщение от Перси, пришедшее на его телефон еще во время обеда (но тогда, он был в таком состоянии, что просто не заметил его). Он отвечает на него прежде, чем приступить к уборке ангара. Криденс заканчивает вытирать дорожку, и выливает грязную воду в канализацию, отвинчивает от своей швабры грязную головку швабры и, убрав ее в предназначенную для этого сумку, толкает дверь, чтобы выйти наружу и… тут же задохнувшись закрывает обратно. На другом конце ангара стоит Гриндевальд, и беседует с парой рабочих. Скорей всего мужчина его не заметил, но опять-таки, он убирался в комнате с наполовину стеклянной стеной, и не особо скрывался при этом. Ему срочно нужно убраться отсюда. Прикусив язык, чтобы отвлечься от подступающей паники, Криденс выскальзывает из комнаты со своей грязной сумкой в руках, и быстро перебегает в другую комнату отдыха, в которой, на данный момент, стоит его тележка с инвентарем. Он выхватывает из нее сумку с тряпками и распылитель и, почти бегом, вылетает из комнаты, а потом и из ангара. Останавливается он, только захлопнув за собой дверь одного из портативных офисов, расположенных вдоль взлетной полосы. Он сгибается пополам, воздух огромными дрожащими выдохами выходит из его груди, колени подгибаются, а в боку колет. Почему Гриндевальд внезапно появился здесь? Он вообще редко покидал свое здание, и вдруг, он оказывается в ангаре, когда там убирается Криденс? Совпадение? Может быть, но Криденсу в это мало верится. Как только он снова может нормально дышать, Криденс приступает к уборке, но его мысли лихорадочно скачут у него в голове. *** Когда Криденс, наконец, добирается до своего последнего здания, Абернати сразу закатывает ему истерику. - Криденс! Где ты был?! Моя мусорка переполнена, а в туалете грязь, - визжит мужчина на весь офис. Криденс с трудом подавляет стон отчаянья: - Извините, мистер Абернати, я убирался в другом месте. Абернати раздраженно машет руками: - Убирался в другом месте? Это просто смешно! Ты никогда так поздно не убираешься в нашем офисе, - он разворачивается и врывается в свою кабинку – Криденс плетется следом за ним. – Вот! – визгливо вскрикивает мужчина и выталкивает из-под своего стола, в сторону Криденса, полную корзину для мусора. Единственная проблема в том, что ковролин не является скользящей поверхностью, и корзина тут же опрокидывается, рассыпая весь мусор по полу. - О, это просто здорово! – рявкает Абернати, бросая на Криденса злобный взгляд – как будто это он устроил тут беспорядок, и развернувшись уходит к своему столу. Стиснув зубы Криденс начинает убирать беспорядок, тихо содрогаясь от гнева. Он с трудом сдерживался, чтобы не высказать козлу все, что у него накипело. Он чувствует, что если произнесет сейчас хоть звук, то уже не сможет остановиться, и наговорит на свое увольнение. Поэтому, он молча убирает последствия истерики Абернати, и все остальное здание, но гнев бурлит в нем. *** Криденс понимал, во что это все выльется. После истерики Абернати? О, да, он знал, что ждет его по ту сторону двери офиса. Криденс апатично повернул ручку и вошел внутрь. - Иди сюда, Бербоун! Отлично. Похоже, Ник вышел из своей спячки, с болью в заднице. Как только Криденс переступает порог, Ник встает из-за своего стола, и поворачивается к трем остальным служащим: - Выйдите, мне нужно поговорить с Бербоуном. Нагини набирает полную грудь, чтобы начать протестовать, но их босс бросает на нее резкий взгляд. - Сейчас же! - Чушь собачья, - тихо шипит она, но встает и уходит, бросая на Криденса извиняющийся взгляд. Тина и Джейкоб выходят следом с недовольными лицами. Когда дверь за ними закрывается, Ник тут же оказывается перед Криденсом. - Я получил жалобу на то, что ты опоздал с уборкой Ангара №4, - отрывисто говорит он. – В чем дело? Криденс прикусывает себе язык, удерживая слова, которые рвутся с языка и медленно вздохнув спрашивает. - Жалоба, случайно, поступила не от Абернати? - Не умничай со мной, Бербоун, - Ник цедит слова сквозь зубы. – Ответь на вопрос! Криденс раздраженно дергает рукой. - Какая разница в каком порядке я убираюсь? Ведь я все сделал, в конце концов! – огрызается он, стараясь изо всех сил не перейти на крик. Ник, с силой, тычет ему пальцем в грудь и, Криденс, с трудом удерживается, чтобы не оттолкнуть его руку. - Разница есть. Потому что, это не тот график уборки, который тебе был утвержден! Ангар № 4 самое проблемное здание на свете! Именно из него поступает больше всего жалоб, и именно поэтому ЭТО ГРЕБАНОЕ ЗДАНИЕ, СЛЕДУЕТ УБИРАТЬ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ!!!!! Ник перешел почти на крик, и несколько раз ударил пальцем Криденса в грудину. Криденс тихо и четко, тревожно спокойным голосом, произносит: - Ник, прекрати прикасаться ко мне. Прямо сейчас. Ник презрительно усмехается ему в лицо, но, все-таки, делает шаг назад. - Почему ты решил, что твой график не целесообразен? Криденсу приходится закрыть глаза и выровнять свое дыхание прежде, чем ответить. - Я пытался оптимизировать свою работу. Мне очень жаль, если это вызвало проблемы. Я не этого добивался. - У тебя нет полномочий что-либо менять в своем расписании, понял? Либо ты следуешь установленному графику, который я тебе дал, либо я увольняю твою задницу – просто и ясно, - ядовито прошипел Ник и отошел к своему столу. – Ты получаешь штраф, и мне плевать, что ты об этом думаешь. И на этот раз, ты его подпишешь или вылетишь к чертовой матери. Я ясно выражаюсь?! – Ник говорит это так, будто общается с непослушным ребенком. Ноздри Криденса раздуваются, и он с такой силой сжимает челюсти, что чувствует, как хрустит зуб. Колющая боль не способствует снижению накала ярости, кипящей в нем. Перед глазами все краснеет. – Как скажешь, - выдавливает он из себя. Ник вскидывает голову, чтобы мельком глянуть на него, но ничего не говорит, вытаскивает розовый бланк из стопки бумаг, лежащих на столе, и начинает заполнять его. Криденс, вдруг, ловит себя на желании поднять одно из ведер с воском, и со всей силы опустить его ему наголову. Он немедленно отгоняет ее прочь. Когда Ник, наконец, кладет листок пред ним, он хватает ручку и подписывает его, а потом швыряет ее на стол. Быстрый взгляд на часы показывает, что сейчас уже десять минут шестого. Криденс, игнорируя возмущённый вскрик Ника, из-за ручки, проходит к телефону и преувеличенно аккуратно фиксирует то, что его рабочий день закончился. После этого, немедля, вылетает прочь из офиса, мимо своих друзей, которые что-то кричат ему вслед, прочь от этого места. Если он остановится, то непременно взорвется. Его друзья начнут расспрашивать его, жалеть и давать советы… Он очень боится сорваться на одного их них. Ему надо успокоится, и постараться в будущем реагировать на подобное дерьмо с меньшей эмоциональностью. Он должен держать себя под контролем. *************************** Перси Сегодняшний день тянулся со скоростью улитки. Перси проводил свободное от сеансов время составляя график на будущую неделю и переписываясь с Криденсом. После обеда, сообщения от парня, приходить перестали: «Наверное, слишком занят», - подумал Перси. Когда закончился последний сеанс, Перси возвращается в свой кабинет, чтобы переодеться и закончить с рабочими бумагами. Когда он подписывал последнюю в его дверь постучали. Подняв голову, он увидел Серу, стоящую со скрещёнными руками, небрежно прислонившуюся к дверному косяку. - Удивительно, ты оказывается умеешь не врываться без предупреждения, - поддразнивая изумился Перси, сцепляя пальцы в замок на затылке, и откидываясь на спинку кресла. Сера укоризненно смотрит на него: - Я же извинилась за вчера, помнишь? Перси мягко раскачивается взад-вперед в своем кресле: - Помню, но ты ведь не думаешь, что так легко отделаешься, - мило улыбается он. - Ни капли не сомневалась, - она зеркалит, его улыбку в ответ. Проходит в комнату и останавливается перед Перси, прислонившись бедром к столу. – Иииитак, этот парень – Криденс, - начинает она, разглаживая несуществующую складку на блузке. – Он хороший человек? - А с кем я сейчас говорю с Серой или Наседкой? – тихо вздыхает Перси. - И с той и с другой, - усмехается она прежде, чем стать серьезной. – Я просто хочу убедится, что он будет хорошо относится к тебе. После всего того, через что ты прошел… Перси поднимает руку заставляя ее замолчать на полу слове: - Я знаю, что ты волнуешься, но поверь мне – он очень хороший парень Сера чуть смущенно поводит плечом: - Я доверяю твоему суждению… но ты ведь еще так мало знаешь его. Я не хочу, чтобы кто-то воспользовался тобой… или причинил боль, - ее серьезное выражение лица сменяется беспокойством. - Я понял. Садись, - он жестом указывает ей на стоящий рядом, у стены, стул, - я тебе кое-что расскажу. *** Когда Перси заканчивает рассказывать Сере о прошлом Криденса, она сидит и вытирает глаза салфеткой. Она всегда была невероятно чуткой, это одно из тех качеств, которые и делают ее настолько хорошим терапевтом. Чужая боль всегда трогала ее сердце. Он знает, что, рассказывая ей о том жестоком обращении, через которое прошел Криденс в детстве, он заденет ее за живое. Она прекрасно осведомлена, какое было детство у него самого, видела последствия вспышек ярости его отца собственными глазами – он хочет, чтобы она поняла. Поняла, что Криденс, доверившись ему, так же уязвим, и тоже рискует быть использованным. Когда он заканчивает, то сцепляет пальцы на коленях в замок. - Как видишь, между нами много общего. Сера достает очередную салфетку из коробки на столе, чтобы вытереть слезы. - Мне так жаль, - она сжимает использованную салфетку в кулаке. – У меня было подозрение, что в его жизни произошло что-то травмирующее. Это ужасно. - Сера у меня будет просьба, если вы вдруг встретитесь, не поднимай эту тему пока он не заговорит сам. Я не знаю, готов ли он делится своей историей так же, как я своей, - мягко просит он. Кивнув, Сера бросает салфетку в мусорную корзину под столом. - Можешь не волноваться, - заверяет она. – Он обращался к психотерапевту или консультанту? Перси отрицательно качает головой. - Он сказал, что единственная терапевтическая вещь, которую он делал - это рисование… ну, и прослушивание моих медитаций. Выслушав его Сера расстроилась. - Он хорошо себя чувствует? - Не совсем - признался, что страдает приступами тревоги и я уверен, что это связанно с его прошлым, - Перси обеспокоенно потер пальцами подбородок. - Если он не будет против, попробуй пригласить его на сеанс, - предлагает она. Перси удивленно приподнимает бровь. - На твой или на мой? - Уверена, что твой ему больше понравится, - лукаво усмехнулась женщина и подмигнула Перси. – Я думаю, что трезвая оценка его состояния была бы полезна. Ты хорошо знаешь, что травма может вызвать целый букет расстройств. Если он страдает от немотивированной тревоги, можно с уверенностью утверждать, что у него есть и другие неприятные побочные эффекты. Она права. Мысль о том, что Криденс может молча страдать, очень беспокоит Перси. - Если он согласится, я с удовольствием приведу его сюда. Сера внимательно наблюдает за ним, но после его высказывания выражение ее лица становится нежным и восторженным: - Боже мой, ты действительно заботишься о нем! - Я действительно забочусь о нем. Если честно, то, это ужасно, что он, за такой короткий промежуток времени, так сильно запал мне в душу. Но в тоже время, это так правильно – он и я. Я хочу дать НАМ шанс, - вдруг оробев, под конец, признается Перси. Сера протягивает руку и дружески сжимает его колено: - Я доверяю твоему мнению и… думаю, что вы двое можете помочь друг другу. - Спасибо, Сера, - тихо выдыхает Перси, откидывая голову назад, в его глазах опять стоят слезы. Какого черта он стал настолько чувствительным?! Сера мило улыбается ему: - Всегда готова помочь, Перси. *** К тому моменту, как они закончили свой разговор, рабочий день тоже подошел к концу. Перси подхватывает свою дорожную кружку и выходит из кабинета, закрывая дверь. Сера обнимает его на прощание, и уходит в сторону своего кабинета. Не успевает он войти в приемную, как видит, что Куини в нетерпении машет ему рукой. - Перси!!! – Куини вскакивает со стула и, практически одним прыжком, оказывается рядом, после чего повисает у него на шее. – Джейкоб сказал мне, что у тебя было свидание с тем милым парнем, с которым он работает! Оооооо, Перси — это так замечательно!! – она визжит от восторга и обхватив его щеки ладонями. Сердце Перси дает сбой. Если Джейкоб знает, значит Криденс рассказал о нем своим коллегам. От этой мысли ему, одновременно, становится невероятно легко дышать и в тоже время, это тяжело давит на него. - Да у нас было свидание и, милая… не принимай это слишком близко к сердцу, дело во мне, а не в тебе, - шутит он, состроив скорбное выражение лица. - Я знала, что не смогу удерживать тебя рядом вечно, - трагично подхватывает она его игру, но не выдерживает и снова срывается на восторженный визг. – Ооооо, Перси, ты просто обязан привести его к нам на ужин! Я очень хочу с ним встретиться! Милый, милый Перси пожалуйста, пожалуйста!!!! Перси делает вид, что задумался: - Два раза «милый» в одном предложении? Это сильно! Ты играешь не по правилам красотка! – наконец говорит он беззаботным тоном. – Знаешь что, позволь мне позвонить ему и узнать, что он думает по этому поводу. Когда у тебя будет следующий ужин? - Мы, как правило, ужинаем каждый день, - Куини с насмешливой улыбкой смотрит на него. Перси протягивает руку, чтобы легко ущипнуть ее за щеку: - Маленькая дерзкая девчонка, - с ласковым упреком произносит он, зарабатывая серебристый смешок. - Пригласи его на субботу, у нас на нее, до сих пор, не было планов. Он ласково обнимает ее за плечи: - Я выясню и сразу дам тебе знать, хорошо? - Отлично! – она радостно вскрикивает и хлопает в ладоши от восторга. Тонкие нежные руки еще раз обнимают Персиваля, поле чего девушка пританцовывая отходит к своему столу: - Ооооо, это так волнующе! Перси мягко усмехается ей в след: - Это уж точно! *** Выехав на шоссе, он решает позвонить Криденсу. Синхронизировав свой телефон с компьютером машины, он выводит звонок на громкую связь. Проходит два гудка вызова, прежде, чем на той стороне отвечают, и Перси тут же подбирается, когда слышит, как молодой человек быстро шмыгает носом. - Криденс?! Криденс, дорогой, что случилось? Ты в порядке? – с тревогой спрашивает Перси, все его защитные инстинкты, тут же переходят в боевой режим. В ответ раздается еще несколько всхлипов и иканий, прежде чем парень наконец отвечает: - Н-ннет – я… я, - начинает заикаться Криденс и сердце Перси ухает вниз. Он ехал по направлению домой, но после этого, без раздумий, разворачивается в сторону, где живет Криденс. - О, мой мальчик, я уже еду к тебе. Ты не против этого? Я могу приехать к тебе? – спрашивает Перси, его голос срывается на последнем слове. Криденс все еще плачет, но ему удается выдавить нечто, похожее на слово: «Пожалуйста». - Мой мальчик, я буду у тебя так быстро, как только смогу, - Перси испытывает огромное искушение вдавить педаль газа до упора, но усилием воли подавляет этот порыв. Он напрягается, когда слышит, как Криденс страдальчески стонет в трубку. - Криденс, ты ранен? – с нарастающей тревогой спрашивает он. - З-зуб, - выдыхает молодой человек, между быстрыми вдохами. Перси тихо ругается. - У тебя болит зуб? Я сейчас быстро заеду в аптеку, хорошо, любимый? Это займет всего несколько минут. Продолжая успокаивающе говорить с Криденсом, Перси проезжает несколько миль в сторону от маршрута, чтобы добраться до ближайшей аптеки «Walgreens». Он слышит в динамике телефона паническое дыхание Криденса. - Криденс, детка… Мне нужно, чтобы ты успокоил свое дыхание. Ты можешь потерять сознание, если продолжишь дышать в том же темпе, - его голос мягкий и настойчивый. – Слушай меня, милый, слушай мой голос и дыши вместе со мной, хорошо? Глубокий вдох… и выдох. Да вот так… А теперь вдохни… Очень хорошо, дорогой – выдохни. Продолжишь так дышать, ради меня? У тебя замечательно получается Криденс, ты молодец. Перси быстро отсоединяет свой телефон от машины и, выскакивает прочь, на бегу включая сигнализацию. - Ты еще со мной, Криденс? – он проскакивает в автоматически распахивающиеся двери. – Продолжай дышать медленно и глубоко, хорошо? Дыхание Криденса уже не столь паническое, но все еще далеко от нормального. Перси быстро идет по рядам аптеки, пока его взгляд не замечает вывеску с надписью: «Обезболивающие». Он обыскивает несколько полок и, наконец, находит оральные анестетики. Недолго думая он кидает в корзину несколько видов жидкостей и кремов, а также бутылку ибупрофена. - Ты еще здесь, детка? – Перси быстро движется к кассе. - Я здесь, - тихо шелестит в трубке Криденс, его голос, хриплый от слез, разбивает сердце Перси тревогой и сожалением. - Хорошо, мой дорогой, я очень скоро приеду. *** Перси въезжает в жилой комплекс, паркуется, и подхватив пластиковый пакет с пассажирского сиденья, выскакивает из «Мазды». Он бегом поднимается по лестнице к квартире Криденса. Перси резко стучит в дверь, чувствуя, как беспокойство и нервозность закручивают в его животе тугую спираль. Через пару секунд щелкает замок, и, когда дверь со скрипом открывается, он на мгновение застывает парализованный увиденным. У Криденса опухшие, покрасневшие глаза, щеки блестят от следов слез, и он дрожит, как лист на ветру – его грудь быстро поднимается и опускается. Спираль в животе Перси делает очередной виток, подталкивая к его горлу вязкий ком тошноты. - О, мой мальчик, - выдыхает он, делая быстрый шаг внутрь квартиры и захлопывая за собой дверь. Он бросает пакет на пол и притягивает Криденса к груди, крепко обнимая руками. Молодой человек начинает икать, его плечи дергаются, когда он утыкается лицом Перси в шею. - Ну, ну, ну… Мне так жаль, дорогой мой, так жаль, - он нежно гладит Криденса по спине, крепко держа его. У парня явно начинают подгибаться колени, он почти полностью повисает на Перси: - Все хорошо, детка… позволь мне позаботится о тебе. Криденс висит, практически мертвым грузом, на руках Перси, когда тот ведет его, отодвигает занавеску и укладывает на кровать. - Вот так, хорошо, - бормочет Перси прежде, чем скинуть кроссовки и устроится рядом. Перси прижимает Криденса к своей груди и тот немедленно тает, утыкается лицом в шею мужчины, дрожит и сопит. Перси укладывает его голову себе под подбородок и начинает тихо напевать, левой рукой ласково гладя по черным мягким волосам, его сердце разбивается на части, от страданий дорогого ему человека. - Тихо… мой мальчик, - шепчет он в темные волосы, притягивая его к себе еще ближе, когда парень давится рыданиями. – Я рядом с тобой. Все будет хорошо. Криденс отрывает лицо от шеи Перси и, уткнувшись ему лбом в грудь, между всхлипываниями, выдавливает: - Прости… - За что? – озадаченно спрашивает Перси. Его пальцы неторопливо расчесывают шелковые пряди. - За то, что видишь меня в таком виде, - шепчет Криденс, смущенно шмыгая носом. Голос Перси тихо вибрирует в его груди: - Не извиняйся, - тихо говорит он Криденсу в макушку, нежно целуя, пахнувшие ромашкой, волосы. – У всех нас бывают плохие дни, дорогой. Если тебе от этого станет легче, то со мной, это происходит каждые несколько месяцев. Криденс тихо фыркает. Отрывает лицо от груди мужчины, чтобы посмотреть на него: - Мне от этого совсем не лучше. Целуя его в лоб, Перси мягко улыбается: - Я, понимаю, прости. Я хочу сказать, что такие приступы случаются со всеми, независимо от того, хотят они это признавать или нет. Особенно с такими людьми как мы – имеющими за своими плечами тяжелую историю, - он нежно целует Криденса в щеку. – Может расскажешь, что вызвало у тебя такое беспокойство? Криденс трет кончиками пальцев глаза: - Весь день был просто ужасным, - признается он. - Мне жаль это слышать, любимый. Расскажешь подробнее? Криденс, затихший в спасительных объятьях, нерешительно признался, что у него на работе, есть мужчина, который вызывает в нем сильное беспокойство своими действиями. И чтобы избежать встречи с ним, он самовольно изменил свой график уборки. Это вызвало лавинообразный эффект: истерику Абернати, жалобу на него Нику и отвратительный разговор с самим боссом, а еще то, что во время этого разговора Ник трогал его (услышав это, Перси почувствовал, что у него встала дыбом метафорическая шерсть на загривке, а желание, сесть в машину и прокатится до «MAC-USA», с трудом удалось подавить), ну, и конечно, о том, что закончилось все штрафом. К тому времени, как Криденс закончил рассказывать, его истерика пошла на новый виток и слезы снова потекли из глаз. Перси опять, мягко помог ему выровнять дыхание, шептал на ухо успокоительные нежности и гладил теплой широкой ладонью по спине, пока Криденс не затих в его объятьях. - Хочешь, я приеду к тебе на работу и покажу некоторым придуркам, что значит надрать задницу по-ирландски? - тихо предложил Перси, касаясь губами лба Криденса. Это возымело желаемый эффект - расстроенное сопение Криденса перешло в смешок: - И что же это значит? – прошептал парень, прежде, чем наклонится и коснуться шеи Перси легким, нежным поцелуем. Перси прикрыл от удовольствия глаза и чуть резче, чем раньше, втянул в легкие воздух, невольно подставляясь под ласку. Мысли начали путаться, ускользая в приятную негу. - О, об этом знаешь ли не принято говорить в слух в цивилизованном обществе. - Это настолько страшно? – рассеянно бормочет Криденс, мучительно медленно проводя губами по шее Перси, пока не достигает точки на горле, с бьющимся пульсом, и приникнув к ней губами присасывается. Вспышка удовольствия пробегает прямо по позвоночнику Перси, спускаясь вниз живота: - Аххх…. Криденс… Ты убиваешь меня, - не скрываясь стонет он, откидывает голову назад, давая молодому человеку лучший доступ. Криденс отстраняется, чтобы игриво лизнуть свежую отметину на шее мужчины: - Прости, - шепчет от с застенчивой улыбкой. - Ах, ты, маленький дерзкий котенок, - игриво мурчит Перси с лукавой улыбкой. – Иди сюда. Перси наклоняется, чтобы захватить губы Криденса своими в медленном чувственном поцелуе. Он рвано выдыхает, когда молодой человек придвигается ближе и предлагает Перси на исследование горячую, влажную пещерку своего рта. С дразнящим укусом, Перси скользит языком глубоко в рот Криденса. Длинными, медленными движениями он непрерывно то погружается, то практически покидает горячий влажный рот парня. Он одобрительно стонет, когда кончики пальцев Криденса скользят по его шее, шершавые подушечки обводят место недавнего поцелуя-укуса, посылая по его позвоночнику новую волну удовольствия. Он начинает не на шутку заводится от их поцелуев, и Криденс не отстает от него в этом состоянии. Его только что успокоившееся дыхание, снова учащается, а руки становятся более смелыми, ищущими, дразнящими до такой степени, что это сводит Перси с ума. Он хочет большего, Боже, как же он этого хочет, но Перси знает к чему это может привести. Он должен успокоится. Сейчас не время для форсирования их отношений, не после того, как парень пережил приступ тревожности и рассказал ему о проблемах на работе. Перси покоряется судьбе, и урвав последний поцелуй, отстраняется, а Криденс… жаждуще тянется за ним. - Ты, блядь, абсолютное совершенство, Криденс, - благоговейно шепчет он ему на ухо, наслаждаясь, дрожью удовольствия пробежавшей по телу парня. Малыш, действительно нуждается в теплых словах и похвале (а еще ему нравятся грязные разговоры, вспоминает он), и Перси совсем не трудно дать ему все, что тот пожелает: - Не позволяй, никаким уебкам говорить тебе иначе - особенно тем говнюкам, которые издеваются над другими людьми, чтобы почувствовать себя лучше. Криденс утыкается головой в подбородок Перси и кивает. - И, если этот недоносок, который тебя преследует, не остановится, скажи ему, чтобы - отвалил, у тебя есть парень, и тебе это не интересно. Криденс каменеет рядом с ним, и это длится так долго, что Перси начинает опасаться, что возможно все-таки поторопился. - Ты сейчас… ты серьезно, просишь меня быть твоим парнем? – Криденс поднимает голову, чтобы взглянуть на него широко распахнутыми глазами, полными надежды. И сердце Перси опять пропускает удар. - Я – серьёзно, - нервно подтверждает Перси. – Что ты, на это скажешь? Криденс поднимает руку, чтобы прикоснуться к щеке Перси, его большой палец нежно поглаживает порозовевшую скулу: - Я скажу – да! Перси не может удержаться, эмоции фонтанируют в нем, и он снова втягивает Криденса в новый страстный, горячий, нежный поцелуй. И ему снова приходится заставить себя отстраниться. - Давай-ка займемся твоим зубом, - ворчит он и поднимается с кровати, чтобы принести пакет с лекарствами одиноко валяющийся где-то в коридоре.