"Падение"

- Феликс Эдмундович. Феликс Эдмундович! - А? Что?.. Граф Измайлов проснулся в своем кабинете. Рядом с ним стоял его верный помощник Гульемо, что аккуратно тряс его за плечи. Он опять уснул после кропотливой работы над бумагами. - К вам тут гости. Двери его кабинета распахнулись... Комнату озарил белый свет. "Папочка!..." - Доносился глухой крик Софии. Он резко вскочил и начал бежать в сторону двери. Но стена слово отодвигалась все дальше. Чем быстрее он бежал, тем дальше становилась дверь. В один момент он остановился, и все окружающее озарилось белой пеленой, а перед ним озарился образ изуродованной Софии. Платье небесного цвета было залито кровью, а взор из темных глазниц Софии пробирал до костей. - Папочка? Ты скучаешь по мне? Граф Измайлов проснулся в холодном поту. Он находился в том доме, откуда он последний раз отъезжал с Императрицей и Софией в сторону Овечкенфурта. Аккуратно привстав с кровати, не трогая поврежденную от взрыва ногу, он взял с тумбочки последнюю вещь, что осталось от той, что была светом для него - маленький вышитый медвежонок, на котором была прицеплена брошь с аистом, у которого было сломано крыло. Ночную тишину развеял стук в дверь. - Кто там? - Граф? Вы не спите? - Как слышишь, нет. Входи. Гульемо зашел. Он был по уличному одет, а в руках его было письмо. - Это письмо от Шевалье Палестикендена. - Шевалье? Он же вчера застрелился. - Да. Это письмо обнаружили в морге, во внутреннем кармане. Оно адресовано вам. - Хм? Феликс взял письмо, протянутое Гульемо. Это был небольшой сверток-треуголка. "Дорогой Граф. Я хочу извинится. Ты уже наверняка знаешь о том, что случилось и в том, кто настоящий виновник. Возможно, ты считаешь, что я хотел занять твое место. Но единственное, что я хотел - сохранить страну. Но лишь ее потерял. Как и потерял честь. Я сам говорил всем, что нужно идти путём реформ и постепенности. Но сам же нарушил это правило. Посему, нет места бесчестному в этом мире. Сохрани страну. Ваш, Шевалье" - Что прикажете делать, Генерал? - к Феликсу обратился его верный слуга. - Мы потеряли честь. Мы потеряли детей. Последнее, что у нас осталось - это надежда на будущее и наше великое прошлое. Он накинул на тельняшку мундир, он подошел к окну. Грустно и тяжело взглянув в окно он вспомнил перед собой образы прошедший дней. Тот взрыв. Перевернутую машину. Выстрелы. То, как он полз к грузовику с Императрицей и Софией. Последнюю фразу из уст Его Величества он запомнил навсегда : "Защити ее. Ценой всего, но защити...". Граф, оставив медвежонка на окне, молча покинул комнату. - Комдив? Разрешите обратиться. - Говори лейтенант. - Тут офицер пришел и принес кое что... Из Медичи. - М? - Комдив, в военной форме и с красной нашивкой ОКА, глянул на зашедшего лейтенанта в палатку. - От Измайлова. Письмо. - Что? Лейтенант протянул письмо Комдиву. Тут быстро открыл его и начал читать. Его глаза округлились, а на суровом лице, с которого никогда не сходило недовольство, появилось удивление. - Что там? - Видимо... Конец.