Ирония Тоору

— В полдень на главной дороге префектуры Мияги машина сбила восемнадцатилетнего парня. Молодого человека зовут Ойкава Тоору. На данный момент сообщается, что он вторые сутки находится в главной больнице Токио под пристальным надзором врачей. Более подробной информации о состоянии пациента не поступало. А на этом всё, всем до свидания, — спокойную атмосферу кафе нарушил монотонный женский голос диктора.       На тот момент Тоору и впрямь лежал на кушетке в реанимации. И лишь раздражающий звонкий писк больничной аппаратуры разбавлял царящую там тишину. Надежды на скорое пробуждение юноши практически не оставалось. Ни у кого. Врачи лишь разводили руками. Всё было безрезультатно. Он был в коме. Был заперт в тюрьме собственного сознания.       Иваидзуми стоял за дверью палаты, сквозь тонкую щель смотря на лучшего друга, чьё тело не подавало ровным счетом никаких признаков жизни. Лишь грудь едва заметно вздымалась от каждого тихого вздоха.       Послышались шаги по коридору. Лечащий врач спешил проведать пациента. — З-здраствуйте, — парень слегка замялся, стоило ему поймать строгий взгляд из-за толстых линз очков, — я Иваидзуми Хаджимэ, можно ли мне навестить его? — Кем вы ему приходитесь? — Лучшим другом. — Тогда ладно, только не очень долго, хорошо? Состояние юноши крайне нестабильное. — Да, я понимаю…       Хаджиме аккуратно отворил дверь палаты, прошёл внутрь и сел на стул рядом с кроватью друга. Он нервно всматривался в умиротворенное лицо старого товарища, силясь сдержать рвущиеся наружу слезы. Но не прошло и пяти минут, как эмоции взяли верх. Слезы градом покатились по побледневшим щекам. — Тоору, прости… прости, что не уследил. Только прошу, не умирай, останься со мной… Не покидай меня!       Иваидзуми в отчаянии склонил голову над зажатой в собственных ладонях рукой друга. «Всё будет хорошо, обещаю» — прошептал ас. Время стремительно бежало. И вот уже вскоре в палату зашёл врач. — Что с ним будет? — спросил Ива, вытирая слезы с лица. Его голос дрогнул. — Не знаю, честно, мы сделаем всё, что в наших силах. — Ясно. — Вам пора, медсестрам необходимо сменить капельницу. — Хорошо.       Посидев еще секунд десять, он встал и медленно поплелся в сторону выхода, то и дело оглядываясь на Тоору. Покидать друга не хотелось совершенно.

«Pov Тоору»:

      На часах ровно шесть утра. Тишину утра разрушил громкий звон будильника. Надоедливый аппарат верещал ровно до тех пор, пока не был сброшен с тумбочки сильной рукой сеттера. — Ммм, — зевнул Тоору, потирая сонные глаза, и не торопясь встал с кровати.              Кое-как натянув спортивную форму, выбежал из дома. За спиной громко хлопнула дверь, а в лицо подул свежий утренний ветерок, окончательно отогнав отголоски сна. Юноша поспешил в парк. Все же это было идеальное место для утренней пробежки. Ни людей, ни лишнего шума. Только он наедине с самим собой.       Спустя час Ойкава был уже дома. В лишенном чужого присутствия пустом доме ничего не изменилось за время отсутствия юноши. Поспешно умывшись, Тоору приготовил себе ничем не примечательный завтрак, а после надел школьную форму и вновь покинул родные стены. — Тоору, а ты не опоздал, — замедленно произнес ас, удивленно глядя на одноклассника. — О, Ива-чан, неужели ты удивлен? — Ага.       Ойкава сел на свое место. Его взгляд устремился в окно. Старое ветвистое дерево в школьном дворе было все так же прекрасно. Особенно сейчас. Украшенное нежно-розовыми благоухающими цветами. — У нас скоро отборочные, готовишься хоть? — Это я должен у тебя спрашивать, — хихикнул сеттер, мельком взглянув на вспыхнувшего недовольством друга. — Придурок, я всегда готов. — Ну-ну.       После учебного дня, пообедав и переодевшись, Тоору поспешил на тренировку. Где как всегда Тоору усердно вкладывал все свои силы в подачи и отработку техники. — Так, идите все сюда, — проворчал тренер, подзывая игроков в конец зала.       Дождавшись, пока весь состав будет в сборе, мужчина заговорил: — Завтра первый отборочный матч весеннего турнира. Играем против Датеко. Игра обещает быть тяжелой. Так что хорошенько сегодня отдохните после тренировки, поняли? — Да, — хором выкрикнули все члены команды. На лице аса и сеттера сверкала злобная ухмылка. Игра еще даже не началась, а они уже вовсю злорадствовали неминуемому проигрышу соперника. — Всё, еще полчаса и по домам. — Датеко не жить, уверяю, — тихо произнес Иваидзуми. — Именно, — поддержал сеттер.       Солнце близилось к горизонту. Вскоре с тренировкой было покончено, и все поспешили разойтись по домам. Парочка друзей как всегда шла вместе, ведь им было по пути. — Ойкава, только давай не как всегда. А то опять ляжешь в три ночи, а потом будешь ходить весь день сонный и мух ловить. Хоть в этот раз выспись, как следует, хорошо? — Понял, понял, без проблем, — поднял примирительно руки вверх сеттер, забавляясь гримасой серьезности на лице товарища. — Смотри у меня. А вот и мой поворот. Пока! До завтра. — Пока.       Парни разошлись по домам. Разделавшись со всем домашним заданием, Тоору, как и полагается, лёг раньше, чем обычно.

«Матч Датеко и Аободзюсай»

      Разминка шла полным ходом. Тоору был максимально сосредоточен. Он внимательно разглядывал каждого члена команды-противника. — Неужто ты струсил? — усмехнулся Хаджимэ. — Ещё чего. Мне никто не страшен. — Приму как факт, — усмехнулся парень. — Иди, пасуй, Дуракава.       Встав под сеткой, юноша почувствовал на себе чужой взгляд, принадлежащий никому иному, как его, пожалуй, главному сопернику — Ушиваке.       «Ну, покажи, на что способна твоя команда, Тоору» — подумал капитан академии Шираторидзава, прожигая соперника тяжелым взглядом.       Через десять минут начался долгожданный матч, где центром внимания, конечно же, стал Ойкава, заработав для своей команды множество очков своими сокрушительными подачами. Он блестяще взял два сета, не давая сопернику ни единого шанса на победу.