Добро пожаловать в Университет!

      — Чёртов Скарамучча.. — ругается Синьора, быстро поддевая пуговицы своей блузы, что, наоборот, стремятся выскользнуть из её пальцев, вынуждая на более громкие выражения, однако её уста лишь замирают в немом ругательстве. Не хватало ещё больше опозориться перед, стоящим рядом, преподавателем. Хотя, казалось, после ситуации произошедшей недавно быть хуже не может. Её репутация в глазах Дотторе и так уже находится ниже плинтуса.. дальше падать некуда.       Годы в Снежной, а, если быть точнее, в одной из отдалённых глубинок, дают о себе знать. К слову, будь её воля, она бы смело составила словарь родного трёхэтажного мата, знания позволяют. Тем более, как раз появился повод..       — .. Знала ведь, что мамка его на базаре нашла. Приёмыш грёбаный, — бурчит Розалина, поспешно поправляя чулки, съехавшие до колен.       О Архонты, всё ведь так хорошо шло! Как Скарамучча умудряется так легко всё портить? Камон, этот коротышка, казалось, даже мозги свои мизерные не напрягает. Хотя.. там и напрягать то нечего, она, пожалуй, слишком преувеличивает думая о крошечных процентах его разума! Такое выдумать — нужен талант, чёрт его побери.       Стоящий рядом, Дотторе лишь тихо посмеивается, наблюдая над попытками самообладания новой студентки (мысленно отмечает, что не таких уж и отчаянных. С практикой у неё явно неплохо). Он, конечно, подозревал, что Лоефальтер штучка ещё та, но не настолько же. Её образ достаточно самоуверенной и вульгарной девушки распался красными отметинами стыда на щеках и таким конкретным и глубоким, с долей горечи: «твою мать».       Видела бы девушка своё лицо в тот момент, когда до неё дошла вся суть происходящего. О да: это неприсущее ей смущения — дорого стоит, по правде.       Собственно, из-за своего любимого двоюродного братца пятикурсница чуть не переспала с новым преподавателем по психологии. Я думаю, больше пояснений не требуется.       О Селестия.. как же так занесло? За что мать его? Что она на этот раз натворила?       А ведь сама же виновата. Повелась на актёрскую игру любименького братца.. чёрт бы его побрал! Тогда ещё и перепугалась, мало ли, кто знает.. Может переезд из страны вечности дался Скару тяжело? Ну, кто там его знает.. попал в плохую компанию или прочая муть. Бррр.. даже думать об этом не хочется, достаточно было припомнить телепрограммы для бабушек на главном телеканале. «Вот и ошибся мальчик» — думалось Синьоре, когда, глядя на брата, казалось.. потеряного и вправду беспомощного, с горкой нерешимых проблем за плечами, она чувствовала лёгкое волнение. Ладно-ладно, Розалина и вправду переживала. Не такая она уж и бессердечная, как может показаться.       Но кто же знал, что тот, кому она в детстве пластыри на коленки клеила, в итоге то, как пятикурсница и предполагала, ни капельки не изменился. Остался таким же.. наглым мальчонкой, совесть которому вместе с капельками самообладания, отбили соседские хулиганы.       — Честно, бельё симпатичное, — потянул Дотторе, наблюдая за своей новой студенткой, что на его, как бы, «комплимент», отреагировала весьма предсказуемо: пробормотала что-то схожее на проклятие и нервно вздохнула, скорее всего, желая врезать ему (Они со Скарамуччей и вправду родственники, что-то похожее преподаватель и от него слышал). «Доктор» и не подозревал, что такая как она, о холодная леди из Снежной, непоколебимый нрав которой скован ледяной коркой благородия, сумеет чувствовать стыд. Хотя из этой ситуации Розалина выкарабкалась, сейчас представая перед ним максимально возмущённой: будто это он пришёл к ней в блок и полез с поцелуями. Хах, вот такие в профессии нужно: пафосные и гордые, по крайней мере те, кто умеет себя так держать. Для работы с буйными.. она точно подойдёт. — Как можно было повестись на бред этого коротышки?       — Ой, да помолчите Вы, — огрызнулась пятикурсница, поправляя волосы. Вот Скар не мог выбрать препода получше? Лучше бы он ей про философа наврал. Тот хотя бы.. с виду нормальный. А этот.. будет припоминать ей весь оставшийся год учёбы, капать на мозги, до тех пор пока Ньора не переведётся в другую группу, да и не факт, что он там не будет вести. — Я надеюсь, это останется между нами?       — Разумеется.. Или хочешь, чтобы я всему универу растрепал о твоей родственной солидарности ? — посмеялся Дотторе. — Только, на заметку, думаю красное тебе пойдёт больше       Лоефальтер сдержалась, чтобы не врезать ему. Уж больно в ней горит желание испытать на новом преподе все методы средневековой пытки.       — Вы.. хам, — единственное, что Розалина посчитала уместным в своей ситуации.       — Что ж, ты, Лоефальтер, не лучше, — усмехнулся тот. — Полагаю.. до встречи? До сессии не так уж и долго осталось, совсем недолго. Можешь надеть это же, чулки мне по вкусу       Чёрт, такое ощущение, (да что там ощущение, так оно и есть) что Дотторе специально пытается вывести новоиспечённую пятикурсницу, при этом понимая, что обманутая двоюродным братцем студентка никак не сможет дать ему отпор, в связи со своим положением. Студентка, преподаватель — смысл и дальше рвать эту черту?       — Эй, Дотторе! — крикнул кто-то, неожиданно врываясь в аудиторию, с характерным звуком впечатывая дверь кабинета в стену. — К тебе сестра моя не-       Они синхронно обернулись, замечая Скарамуччу, всего запыхавшегося и какого-то нервного, стоящего в дверях в отчаянных попытках перевести дух, похоже после бега. Синьора мигом обтягивает юбку, ощущая нарастающую панику.       — Оу.. Скарамучча. Подожди, пожалуйста, за дверью. Я как раз беседую с твоей сестрой, — спокойно начал Дотторе, чуть дёрнув студентку за плечо, незаметно кивая в сторону её братца, мысленно приказывая ей собраться. — Так.. Вы хотите на дополнительные занятия, Розалина? — он аккуратно подбирает её за ворот блузки, поддевая верхнюю пуговицу, заботливо застёгивая. На это Синьора предпочла промолчать, даже не смотря на то, что достаточно милый жест со стороны «доктора» показался ей странным. — У меня как раз есть места       — Благодарю. Я рада, что вы готовы взять меня, — соскалила зубы Лоефальтер, пытаясь отстраниться, — но я пришла поговорить на счёт..       — Хах! Эй! Систр, я уже всё уладил! — мигом выкрикнул Скарамучча, подбегая к сестре, хватая ту за руку, оттягивая от преподавателя на «безопасное расстояние». — Извините конечно, что вырываюсь в вашу деликатную беседу.. Но, Синьора, смысла не о чём говорить..       — Что-то не так Скарамучча? — сдержав тихий смешок, поинтересовался «доктор», аккуратно обходя свой стол. — Я же попросил подождать за дверью       — Да.. Скарамучча.. — потянула Синьора, приподнимая брови, намекая на относительно недавний разговор о его «связях» с преподавателем психологии.       — Просто иди за мной, — рвано шепнул тот, потянув девушку на себя. — Всё хорошо, аривидерчи! Надеюсь, больше с Вами сегодня не встретимся!       Стоило им отойти от аудитории парень рвано затараторил, приведя Лоефальтер в лёгкий, от его непонятной спешки, шок:       — Систр, прости ради чёртовой Селестии, я блять не хотел.. я и не думал, что ты и вправду пойдёшь к какому-то Дотторе.. ради меня, — нервно вздохнув, начал Скар, судорожно вытирая пот со лба. — Сука.. Меня короче совесть замучила. Я хотел зайти к тебе, рассказать, как есть, но.. Райден сказала, что ты «приодевшись» куда-то пошла. Я всего лишь хотел постебаться, но вышло всё опять по пизде. Прости, ради всего святого, даже несмотря на то, что атеистка. Я тогда.. не в серьёз ведь..       Скарамучча мигом зажмурился, сжав кулаки, ожидая чего угодно от Ньоры. Зная свою двоюродную сестричку.. Его щёки уже неприятно покалывает в предвкушении удара. Но убегать коротышка с больной фантазией отказался — если она и ударит его, то Скар заслужил, и сам же это признаёт       — Я рада, что ты хотя бы признался, мелкий, — пробубнела та, протерев переносицу, томно вздыхая. — Благодарю за такой запоминающейся первый день. Ты сделал его братец       Хорошо, пусть пока живёт.. По крайней мере сегодня у Ньоры совершенно отпало какое-либо желание гоняться за тёмноволосыми братьями из Инадзумы.

***

      — К-Кадзуха! — не сдержавшись выкрикивает девушка, от наполняющего нетерпения представая на носочки, замечая знакомый силуэт, выходящий из аудитории.       На самом деле, она пришла ещё за двадцать минут до окончания пары.. так ей не терпелось увидеться с Каэдэхарой Кадзухой, с парнем, глаза которого теперь навсегда засядут в памяти, как два огня в уезде свободы и одуванчиков.       — Ёимия! — помахал ей рукой Каэдэхара, сразу замечая низкорослую блондинку, одиноко стоящую в пустом коридоре, лампы которого блекло освещали её тонкую фигуру.       Сумев вырваться из толпы заочников, Кадзуха достаточно быстро настигает Наганохару, сходу крепко обнимая.       — А ты чего так поздно? — интересуется девушка, неспеша обнимая в ответ. Как странно.. объятия Кадзухи всегда такие.. по-особенному тёплые, мягкие.       Ладно, делать вид, что среди её общества он стоит со всеми на одной ступени — бесполезно. А ведь Наганохара только сегодня поняла, что Кадзуха сумел стать ей ближе всех за её, не такое уж и долгое, пребывание в Университете Тейвата.       — Да, немного не усвоил материал. Вот и сидел с вечерниками, — хрипло посмеялся парень. — Ну что..?       Третьекурсница не спеша набрала в лёгкие воздух, собираясь с мыслями.       С Кадзухой и не нужно торопиться. Его понимание невесомо позволяет сохранять спокойствие, состоящие из тихих вздохов да еле слышного шелеста одежды.       Одно время они так и стояли, молча обнимая друг друга. О Архонты, и что с ней? Ёимие хочется растворится, навсегда остаться в его руках и просто-напросто забыться: ощутить дуновение той свободы, что несла её на протяжении всей жизни, не давая рухнуть в тяжкую и жестокую, словно сталь, правду. По крайней мере, прежний оптимизм и вправду «окрылял». А сейчас.. Поглядите на неё: чахлая и совсем помрачневшая, кажется и вправду вот-вот повиснет на, отчасти, таком же усталом четверокурснике. Этому способствует и тяжкий груз усталости из-за учёбы, сессии в кой-то веке, и события трехдневной давности, что плотным кольцом у шеи душат: милые посиделки с друзьями и такие немногозначные моменты, как первый снег, единственное, что способно хоть как-то скрасить картину «Наганохара Ёимия в ожидании сессии и депрессии (ладно, это уже слишком). Как и упоминалось, инадзумской студентке трудно держать всё в себе, слова так и норовят вылезти наружу непрерывным потоком предложений, излагающих все те мысли, что не давали проходу на протяжению прошедший суток.       Ёимия медленно поднимает глаза, понимая, что прокололась. Кадзуха уже видит, чувствует всем своим нутром, что их ждёт важный разговор, о том, о чём вчера было решено промолчать.       — Идём, я знаю, где мы сможем поговорить, — прошептал тот, аккуратно подбирая её за руку. — Хорошо?       Наганохара лишь молча кивнула, доверившись Кадзухе. Никогда это доверие не подводило.       По пути их сопровождала такая же не многозначная тишина. Они шли недолго, по коридору вперёд, да завернули на мрачную лестничную клетку, где в одиночестве погибали остатки комнатных цветов и царило такое же мёртвое молчание. Зато, весьма умиротворённо, тихо..       — Я очень жалею, что пошла на эту вечеринку, — пробормотал Ёимия, в конце предложения, сорвавшись на негромкий смешок, когда поняла, что тишина достигла пика, и мысли, накопившиеся, за, казалось, недолгий промежуток времени, скоро вырвутся из неё одним огромным фонтаном. Сейчас ей ничего не мешает, просто отдаться лавине чувств, и потонуть под снегом собственных невзгод, который, скоро на скоро, проиграв граду навалившихся эмоций, окропиться её собственными слезами. — Знаешь, я никогда не думала, что что-то подобное произойдёт со мной. И мне не хочется.. думать о том, что произошло не будь ты рядом.. Я не могу больше молчать, и.. ты же знаешь.. знаешь меня       Девушка неторопливо вздохнула, позволив ему приблизиться, мягко коснувшись её плеча, успокаивающе погладив. На время она вновь погрузилась в свои мысли, пытаясь перенаправить все свои чувства и пережитые эмоции в одно единое русло. Ёимия даже не заметила сокурсника Кадзухи — Дилюка Рагнвиндра, что достаточно незаметно прошёл мимо них, сумев не прервать, бушующую в её голове, бурю.       — Но Кадзуха, — вздохнула Наганохара, сжав ладошки в кулачки. — Неужели люди бывают настолько.. настолько бесчувственными? А ведь.. таких случаев и вправду много. Но.. почему? Почему так происходит?       — Ёимия, главное, что тебе нужно понять — не все люди такие. Тебе просто не повезло наткнуться на него, и в этом совершенно нет и доли твоей вины, — тихо проговорил Кадзуха, подбирая её за руку в своём фирменном жесте. Родном жесте. — Я рад, что ты не боишься говорить об этом со мной. Но.. Ёй меня очень беспокоит то, что с тобой происходит.       — Я стараюсь, Кадзуха, — улыбнулась она, впервые за встречу посмотрев в его глаза. Так по живому, так, что сейчас у четверокурсника и не появилось сомнений по поводу её чистой правды. Не врёт, старается держаться, старается улыбаться, старается вернуть хотя бы долю того оптимизма и веры в доброе и чудесное. Это ясно видно. — Я хочу сказать тебе огромное спасибо. Ты.. Ты всё время был рядом. Я бы.. я бы вчера просто расплакалась перед Томой и Аякой, не зная, как и оправдаться. Я.. держусь в повседневном ритме лишь благодаря тебе, твоим переживаниям и твоей заботе.. Огромное спасибо, Кадзуха       — Мне не.. — начал четверокурсник, но резко замолчал, когда студентка подошла чуть ближе.       Девушка, несмело приблизившись, подбирает его лицо в свои ладошки, аккуратно поглаживая по скуле, не в силах отвести взгляда от его поистине прекрасных глаз. У вас когда-нибудь появлялось желание написать мемуары о том, как же вы благодарны тому, кто был всегда рядом, кто подставлял плечо вашим слезам, кто в конце-концов улыбался, крепко обнимая, даря частичку своего света и тепла, когда, казалось, земля уходила из под ног? Вот и у инадзумской блондинки появилось такое желание, ведь те слова благодарности, которые она недавно озвучила не передают и доли того на сколько она ему благодарна. Наганохара аккуратно целует его в щёки, на время позволив себе пробежаться глазами по его слегка растерянному, смущённо лицу.       — А сейчас.. я просто хочу спокойно поговорить об этом и расплакаться. Можно? — посмеялась Ёимия, утыкаясь носом в его шею.       — Конечно, — вздохнув, ответил парень, несмело погладив её по голове, решив лишь молча принять её скромный поцелуй, сохранив его в закромах своей памяти, как «лучшая благодарность». Хотя, совершенно ничего и не требовал. На самом деле, «лучшей благодарностью» будет её улыбка и искреннее: «у меня всё хорошо».

***

      Чжун Ли в ожидании томится у двери комнаты, той кого без сомнений называл самой замечательной из тех, кого встречал, никапельки не преувеличивая, правда.. будучи тогда в состоянии алкогольного опьянения, однако и на трезвую голову от слов своих не отказываясь.       От походов по кругу в попытке хоть как-то умереть, возрастающее в высь, волнения, уже ноги затекают, а от вечного напряжение покалывает виски.       Ли, тяжко вздохнув, присаживается у двери, подтягивая колени к голове. Она должна была появиться полчаса назад.. не похоже на такую расчётливую и собранную девушку, как Нин Гуан.       Неужели четверокурсница никак не отреагировала на его послание?       И вот почему Чжун в прошлый раз промолчал? Почему не остановил её и не рассказал, как же она ему дорога? Почему в кой-то веке, когда они столкнулись в коридоре, не прижал к стенке и не попытался втолкнуть в неё то, как же сожалеет?       Идея Тартальи, предложенная за перекусом, показалась ему самой оптимальной. А что? Она на контакт с ним не идёт. На просьбы поговорить отнекивается. Да и вообще отказывается в данный момент иметь с ним что-то общее.       А ведь, «Волю Небес» понять можно. Ею движет обида и, скорее всего, зная её, злость. Как никак Чжун Ли и вправду сильно её обидел.       Поэтому, на небольшом клочке салфетки с помощью шариковой ручки, которая тогда вовсе не хотела писать, Ли нацарапал «послание», с целью хоть как-то наладить контакт с Нин Гуан. Записка — пусть вариант трусливый, но хотя бы какой-то (не всегда у Чайлда такие уж плохие идеи) А с помощью Аякса и Бэй Доу передал «послание» своей ненаглядной, к сожалению так и не узнав её реакции. Оставалось лишь надеяться.

«Нин Гуан, я прошу тебя о встрече. Хотя бы о пяти минутах, для разговора. Я очень сожалею, что обидел тебя. Мной тогда не двигало желание сделать тебе больно. Приношу свои искренние извинения, мне очень жаль, что так вышло. Буду ждать тебя у твоей комнаты, около 19:00. Чжун Ли» — гласила записка, перепроверенная раз сто. (Теперь то Ли порадовался своему мелкому почерку).

      — О, Чжун, — потянула Бэй Доу, стряхивая со своей куртки снег, при этом пытаясь достать что-то из своего глубокого кармана, стараясь не уронить целлофановый пакет, видимо с продуктами. — А ты.. к Нин?       — Да, Бэй Доу, — мигом приподнялся с места Чжун Ли, отряхивая свою кофту. — Не могла бы ты..       — Сорри, — откашлялась Доу, пытаясь протиснуть один из ключей в замочную скважину, — Нин сказала не ждать её. Понятия не имею, где она.. Похоже, сегодня не объявиться. Жаль.. что так вышло. Прости, Чжун. Передать ей что-нибудь?       Ли вздохнул, лишь поблагодарив бунтарку за честность, медленно удалившись в сторону своей комнаты.

***

Две недели спустя

      С чем у вас ассоциируется такой чудный, и по истину волшебный праздник, как Новый Год? Праздник, когда всё и вправду кажется сказано чудесным и все мечты, безусловно, сбываются, стоит курантам пробить «12». Праздник, когда вы пересматриваете новогодние фильмы, укутавшись в тёплый плед с чашечкой горячего напитка. Праздник, когда люди в конце концов вспоминают про мишуру и ёлку, что на протяжении всего года пылились в их узких чуланах.       Скорее всего, первое, что приходит на ум — это мандарины, лукавить вовсе ни к чему. Интересный факт, но всего за три тысячи лет этот фрукт стал привычным блюдом на Новогоднем столе, таким же значимым, как оливье и селёдка под шубой.       Уже потом на ум приходит ёлка, всякие рождественская украшения, Дед мороз и, пробирающие до чёртиков, снежные морозы. Верно?       Если бы у Дилюка Рагнвиндра спросили по поводу того, с чем у него ассоциируется надвигающаяся красная дата.. хм.. ну день назад, он бы смело вспомнил один из вышеперечисленных вариантов. Однако теперь, предверье такого замечательного праздника засядет в памяти, как «уборка университетских дорожек».       — Я ведь говорил, что мы будем чистить дорожки, — бурчит Рагнивиндр, откидывая снег в сторону, пытаясь отряхнуть лопату, что ему, да и не только ему, любезно предоставила Катерина под, о Селестия, предлогом того, что мол, ректор приказал.       И чего Варке не имётся в канун Нового Года? В позапрошлом году бедные студенты тридцатого числа развешивали по универу всякую новогоднюю мишуру, а тридцать первого довешивали то, что не повесили тридцатого, даже докупали. В прошлом, казалось, весь университет дружно помогал ректору выбрать подарок его любимой жене: одни объезжали магазины в округе, другие на окраине, третье рыскали в центре. В этом, пожалуйста — дорожки, которые всё равно через час вновь заметёт снегом.       Дилюк, конечно, не придирчивый, и все это знают, но и он не робот, чтобы вставать в девять утра в свои заслуженные каникулы. И это.. раздражает даже Рагнвиндра. Дайте людям, сумевшим прожить семестр, отдохнуть в кой-то веке. Хочется ведь хоть как-то развеется в новогодние праздники, а не.. дорожки чистить. Хочется новогоднего чуда!       О новогодних праздниках.. завтра, к слову, стукнет 31 декабря, а бедные студентишки до сих по блокам бегают, украшая свои скромные места жительства, такой же скромной мишурой да гирляндами, если, конечно, присутствует желания этим заниматься, для определённых людей это — банальная ерунда, ведь с возвратом, так называемое, новогоднее настроение улетучивается. Некоторые с утра пораньше по магазинам ходят, только сейчас решившись выбрать подарки своим близким, лишь бы только в очередь перед красной датой не попасть. Есть и такие кто вовсе в займы берут, дабы хоть как-то скрасить наступающий Новый Год. Ну.. что поделать? Сессия не удалась.       А вот тружаникам Университета Тейвата ещё одно испытание пред Новым Годом — дорожки, наслаждайтесь. Я думаю, так можно продолжать вечно — твердить о том, как же бедненьким не повезло.       — Не будь таким букой, — хохочет Лиза, стряхивая снег со скамейки, легонько пихая парня в плечо, пытаясь хоть как-то развеять главного ворчуна в университете, что сейчас казался мрачнее тучи. — Ну, где же новогоднее настроение?       — Вон, девушек тоже не щадят. Отдохни, — ворчит четверокурсник, пропуская мимо ушей слова Минчи, с неким сочувствием глядя на неё, одетую в своё лёгкое пальто да замшевые сапожки, которые она недавно приобрела со стипендии; туго перемотанную шарфом у шеи, с такой же лопатой в руках. О Архонты, она ведь и часу не протянет, а даже если и протянет заболеет и сляжет с температурой, Дилюк ведь знает её.. Не хочется, чтобы любимая девушка встречала Новый Год с пачкой салфеток да головной болью. — Он ведь опять выпадет. Какой в этом смысл?       — Посмотри на это с другой стороны, — вздохнула девушка, аккуратно присаживаясь на холодную скамейку, чуть съёжившись. — Мы побудем вместе.. пообщаемся. К слову, я хотела поговорить о твоём-       — Замёрзнем. Окоченеем, — продолжал ворчать Дилюк, перебив сокурсницу, вызвав у той очередной смешок («Дилюк выглядит так забавно»). Рагнвиндр огляделся по сторонам, да.. работёнки у них ещё достаточно. А пара и так тут почти около часа торчит, уже замёрзли, пора выполнять следующий пункт — скоро они и окоченеют.       — И умрём, верно, любимый братец? — смеётся Кэйа, появившись сзади парочки с такой же широкой лопатой в руке, и на удивление лёгкой улыбкой на, красном от мороза и зябкости, лице. Да Альберих похоже тут дольше них находиться, разгребая свежие сугробы. И с чего вдруг?       К слову, Кэйа Альберих.. приятно удивляет в последнее время. Пришёл чистить с утра пораньше дорожки, хотя мог поспать, отдохнуть в блоке, в бар сходить в кой-то веке, тем более поводов выпить или просто развлечься появилось куча. Это же Кэйа, он может придумать что-то в сто раз интереснее! Что он вообще тут делает, среди обыкновенных трудяг, которые в силу своей безопасности (кто знает, что с теми, кто отказался сделала Катерина..) согласились прийти? Что с ним? Ударился головой? Мозги на холоде отморозил? Иначе, как объяснить, что Кэйа, Кэйа Альберих, Кэйа Альберих, который учится на четвёртом курсе Университета Тейвата, на прошлой неделе окна мыл на этаже, причём так тщательно, что сама Катерина хвалила, прихлопывая в ладоши. Для него это, достаточно, да что там, очень странно, согласитесь?       Конечно, всему этому есть вполне рациональное объяснение: парень, непонятно с какого перепуга, вступил в сообщество профоргов, упорно трудящихся на гордость университета, где, какое совпадение, работает и Джинн Гуннхильдр — девушка, что способствует такому, нестандартному для Альбериха, поведению. По крайней мере.. больше некому.       Рядом с ней.. его будто меняет: с любителя чёрного юмора, алкоголя и привлекательных леди с упругими формами.. на.. в меру любителя чёрного юмора, весьма интересного парня со своими амбициями и нравами, который, кажется, даже.. ярче обычного, будто.. Джинн дёргает в нём какой-то неведомый до сегодняшнего времени рычажок, побуждающий на возвышения в её глазах.       — Ты вообще, что тут делаешь? — поинтересовался Рагнвиндр, оглядывая братца, всего непривычно бодрого что-ли.. Это.. вообще точно его брат? Не то уже было в голову закрадываются сомнения, когда Дилюк смотрит на синеволосого парня с лопатой в руках. — Не припомниться, чтобы где-то в округе открывались алкогольные ларьки       — Ты что, Дилюк, это же лучший работник профкома, — усмехнулась Минчи, оглядывая Кэйю, что довольно усаживается рядом с ней, гордо принимая «похвалу» своих друзей. — Признавайся, Джинн заставила?       — Ну.. как сказать, чтобы не спалиться, — посмеявшись, начал парень, раскинувшись на скамье.       — Что я? — произнесла Гуннхильдр, подойдя к сокурсника сзади, устало опираясь о спинку скамейки, отставив лопату в сторону. Устала староста трудяга.. Вот кому тут точно следует отдохнуть. А они ещё и жалуются. Да староста скорее всего тут больше всех начистила, и успела все запланированные на день дела поделать. — Это моя прямая обязанность..       — Устала, Джинни? — легонько улыбнулась Минчи, поднимаясь, стряхивая со своего пальто снег, подойдя к подруге с объятиями. — Ты тут больше всех намела. Может пора сделать перерыв?       — Немного.. — вздохнула девушка, падая в руки соседки, позволяя себе на время прикрыть глаза и повиснуть на ней.       — К слову, Джинн.. Эй? Ты уже заснула? — начала Лиза с лёгкой усмешкой, похлопав студентку по плечу, чувствуя как в её объятиях соседка чуть ли не плавится. Когда Гуннхильдр подняла на неё глаза, прежняя улыбка чуть поблекла. — Ты... поговорила с родителями? Ты ведь сегодня так переживала из-за этого..       — А что такое? — поинтересовался Кэйа, поворачивая к девушкам. — Проблемы..?       Девушка, вздохнув, вновь уткнулась в плечо Минчи.       — Я думаю.. это не очень хорошая тема для разговора, — промямлила четверокурсница, кинув в сторону Кэйи немногозначный взгляд. — Ладно, я думаю нам следует продолжить работу. Как там.. Профком не ждёт!       — Я с тобой, — заявила Минчи, поспешно подбирая Гуннхильдр под руку. — Мало ли.. может упадёшь куда-нибудь в сугроб по дороге       Джинн лишь молча согласилась с подругой, встряхнув головой. И вправду, такими темпами она лишь в снегу поваляется, а ещё убирать и убирать.. Лиза хоть проследит за её благополучием, да и разрядит рабочую обстановку.       — Да уж.. — потянул Кэйа, когда сокурсницы скрылись из поля зрения. — Даже у дорогой старосты проблемы с родителями.. — парень поднялся со скамейки, отряхнув штаны. — А ты что? Когда свадьба? Чур я подружка невесты       — Какая свадьба? — выгнул бровь Рагнвиндр, отставив лопату в сторону. — Кто-то женится? Замуж выходит?       — Ну как какая? — усмехнулся Альберих, дружески пихая Дилюка в плечо, наблюдая за тем, как он растерянно хлопает глазами. — Ваша с Лизок.. Ведь любовь — это первый шаг к..       — Кэйа.. — цокнул парень, закатив глаза, поспешно отстранившись. — Перестань говорить глупости. Мы не.. обсуждали это, и не собирались. И я попрошу больше не поднимать тему любви       На время в воздухе повисло молчание, с тонкими, еле ощутимыми, нотками напряжения. Кэйа перевёл взгляд в сторону Дилюка, подмечая, как он с особым старанием рассматривает носки своих кроссовков, сжимая в руках эту чёртову лопату. Рагнвиндр.. нервничает?       — Стоп-стоп-стоп, — Ох, чёрт. Альберих точно узнаёт этот взгляд: Дилюк мнётся. Кэйа знает взгляд человека, который нуждается в сильном пинке, желательно скорейшем, — то есть.. Ты признался ей в любви, она ответила взаимностью, но об этом.. вы не говорили? И не говорите? Даже я на такое не способен. Она ведь буквально.. подарила тебе своё сердце, все свои чувства       — Кхм.. я сказал это инстинктивно, — начал четверокурсник, откашлявшись, нервно потерев переносицу, пытаясь, как можно быстрее закончить разговор. — Да и она похоже совсем об этом не помнит. Но-..       — Но.. ты ведь сказал об этом искренне? — проговорил Кэйа. — А вдруг.. она сейчас сидит бедненькая и изнывается из-за этого? Например плачет Джинн в плечо? А? Вам стоит поговорить.. Ведь за свои слова нужно отвечать. Или она пыталась поговорить с тобой, но ты не услышал       Дилюк опустил глаза.       И ведь в кой-то веке, но брат прав. Может, Лиза всё помнит и носит в себе две недели? Носит и переживает. Переживает и нервничает. Нервничает и.. Ладно, это цепочку можно продолжать вплоть до.. вплоть до депрессии. Да и, кажется Лиза хотела поговорить о с ним о кое чём, но тот перебил.       — На снегу ответ не найдёшь. Братец.. Я ведь прав, верно?       — Джинни, — остановила её Минчи, оглядевшись, вздохнув, когда в поле зрения не оказалось братьев. — Прости, что я опять со своими, но.. Мы так и не поговорили об этом признании..       Гуннхильдр вздохнув, проговорила:       — Я тебя слушаю..

***

      — Эй, Скарамучча, Мона. Я вас вижу, — важно потянула Катерина, выглядывая из-за своей деревянной стойки, замечая ребят, что решив перебраться через вахтёршу на корточках, одновременно вздохнули, почти синхронно приподнимаясь с пят, с невыразимым недовольством уставившись на женщину, которая похоже за годы своей работы на вахте незамеченным никого и ничего не пропустит: опыт не позволит. А Скарамучча ещё Мону ведьмой называл! Настоящая ведьма, предков которой не сожгли на костре в прошлом, перед ними.. галантно придерживает подбородок ладонью, поправляя свои каштановые волосы. И.. как же ей это удаётся! Всё же, казалось, шло идеально. План был замечательный, они почти пересекли чёртову границу между коридором и жилым кампусом, однако прогодали на пограничной базе — вахте. — Мне требуется ваша помощь, дорогие третьекурсники. Не смотрите на меня так, я же знаю, что вы освободились       — Бля, а ведь только этот ебанный двор закончили чистить.. — тихо пробурчал Скар, нахмурившись.       — Точно что, — исключительный раз согласившись с сокурсником, прошептала Мегистус, закатив глаза.       Что-то ведь есть у наших ребят общее. Они оба не могут терпеть прихоти Катерины: то цветы ей полей, то коробки отнеси, то вообще кошку к ветеринару завези (ну это уже единождые случаи). А ведь отказаться просто так не могут: добрая вахтёрша всегда прикрывается ректором, припоминая выходки обоих, и тем, что скорее всего в их комнатах со временем исчезнет электричество, а с этим и всякий выход в сеть, приговаривая: «К звёздам и безднам, дорогие студенты! У вас всё обязательно получится..! И бла-бла»; после «дорогие студенты» уже жалеешь, что живёшь тут. А ведь главное.. Почему именно Скар и Мона терпят откровенное преследование Катерины — непонятно, загадка ещё та. Похоже слишком уж ей приглянулась парочка из горе астролога и.. Скарамуччи, просто Скарамуччи.       — Ректор попросил развесить на окнах украшения, — проговорила женщина, приоткрывая одну из тумбочек, доставая от туда папочку со всякими вырезанными снежинками да ёлочками, тобиш прочая новогодняя мишура. — Не волнуйтесь, вырезать вам их не придётся, в прошлом году за вас это сделал теперешний четвёртый курс. Просто развесьте, пожалуйста.. И на лестничной клетке обязательно!       — А кого-нибудь другого? — вздохнул Скарамучча, в отличии от Моны, что покорно, безо всяких претензий, потянулась за папкой, соглашаться с тем, что мол «ректор попросил» (а мы уже знаем, что просит он много) не собирался. — Мы ведь только с улицы       — Так идите, переоденьтесь, — улыбнулась женщина, присаживаясь на свой стул, выпрямляя спину. — И принимайтесь за работу       — А почему например кто-то другой не может? — вновь начал возникать парень, за что Мона толкнула его в плечо (не хватало, чтобы из-за его возмущений, добрая женщина на вахте подкинула им ещё работы в канун Нового Года) , кивнув в сторону коридора, где им предстояло поработать. Подумаешь.. не такая уж и сложная задача. Вдвоём быстро развесят да пойдут по комнатам к празднованию готовится. Мегистус обещала Люмин помочь упаковать подарки.       — А это кто-то другой курил в коридоре с утра пораньше? — напоминает примерно двухмесячный случай женщина, складывая руки в замок. Катерина решила начать с козырей, поставив студентов напротив в безвыходную ситуацию. И как же им отразить столь грамотный ход? Их колода возмущений уже фактически пуста.       — Д.. да это два месяца назад было! — уже влезла в диалог Мегистус, вскрикивая. — Да.. и в этом участвовал только Скар..!       — Приказ ректора, — поставила точку на их беседе Катерина. — Может, желаете ещё по аудитория пробежаться? У меня как раз-       — Ладно, — проворчал студент, перебивая женщину, чьи садистские наклонности были выше его принципов, выхватывая у сокурсницы чёртову папку. Скарамучча тоже человек, ему не хочется портить Новый Год ни себе, ни Моне (ага, не то потом на него порчу наведёт). Сидеть при свечах во время празднования.. конечно атмосферно, но не очень то и прикольно, лично для Скара. Развесят — да и пойдут кто куда. Парню ещё салаты нарезать. — Приказ так приказ

***

      — Да пап, извини. Кто же знал, что в Мондштадт придёт самая настоящая зима с сугробами по моё колено. Мы сегодня с девяти до десяти дорожки чистили, — произнесла Лин, накручивая прядку своих волос на палец, закусывая нижнюю губу. — Пожалуйста, не огорчайся.. Я надеюсь пути расчистят в скором времени, и я смогу приехать. С наступающим, папочка. Не грусти, люблю тебя!       Сян Лин, вздохнув, скинула вызов.       Первый раз она проведёт Новый Год без широкого плеча отца. От этого одновременно и как-то захватывающе.. что ли, но при этом грустно и.. скорбно: ведь, с одной стороны, узкий круг любящих друзей, которые точно не заставят её скучать в Рождественский вечер, всё как в подростковых мечтах, которые сформировались в волю гормонов, прочитанных книг и фильмов, а с другой.. её отец, что скорее ещё более поникнет из-за отсутствия дочери.. От этого сердце Лин тоскует, заставляя девушку чувствовать даже некую вину: могла ведь заказать билеты пораньше, посмотреть прогноз.. Но она ведь и не подозревала, что на Монд нападёт настоящий снегопад.!       Студентка лишь надеялась, что её отсутствие скрасят ближние родственники, которые приютят одинокого, в прошлом, повара.       Переведя взгляд на Чун Юня, сидящего напротив неё, девушка аккуратно тронула его за руку, зацепившись мизинцем.       — Тебе привет от папы, — посмеялась второкурсница, наклонившись ближе к парню. — Чего ты такой сосредоточенный? Э-э-эй? Юнь-Юнь, ты меня слышишь?       — А? Да нет.. — быстро протароторил парень, посмотрев на свою девушку. — Просто задумался.. Что ты говорила?       — Тебе от папы привет, — улыбнулась студентка, продвинувшись чуть ближе к столу. — Мне так жалко, что в этот год я не увижусь с родней..       — Не переживай, я думаю у него всё будет хорошо.. В конце-концов, я думаю твоя мать сумеет развеять его, — произнёс он, скромно целуя её ладонь, вызывая у Лин умиление. — я думаю, мы все сможем съездить в гавань на следующей неделе, — вздохнул парень. — Надеюсь, и Шэнь Хэ освободиться       — Теперь.. я понимаю тебя.. — попыталась подбодрить его девушка, замечая, что тема «Семейный Новый Год» и его не зажигает. — Погляди, как Ху Тао и Син Цю ёлку наряжают.. К слову, откуда она у нас вообще?       — Родители Син Цю, — грустно усмехнулся Чун Юнь. — Соглашусь, это куда более занимательно. Особенно, когда Тао чуть не перевернула ёлку. А у нас на ней стеклянные шарики. Помнишь, ещё в начале месяца выбирали?       — Эй, о чём шушукаетесь!? — поинтересовалась Ху Тао, поворачиваясь к ребятам, услышав их переговоры. — Как отец, Лин? У вас всё хорошо?       — Я.. ещё позвоню ему. Надеюсь, он не будет сильно грустить, — слабо улыбнулась второкурсница. — Но, не стоит огорчаться. Я думаю первым же рейсом после Нового Года отправиться в Ли Юэ.. А что насчёт ваших?       — Мм.. Ну, как обычно. Поеду вместе с тобой открытой датой, — начала Тао, пожав плечами, приподнимаясь с корточек. — Ты, Цю?       — Мои уехали. Куда-то в Натлан.. Вернутся должны чуть позже, — коротко ответил парень, не отрываясь от работы, придерживая одну из искусственных веток, стараясь не уронить ёлку повторно. Не хватало ещё и этого. — Ху Тао, ну я же просил! Держи ёлку, дорогая подруга, иначе останемся без Новогоднего чуда!       — Ах, да! — мигом опомнилась третьекурсница, поворачивая к парню хватаясь за крону дерева. — Пардон!       Сян Лин и Чун Юнь лишь посмеялись, глядя на то, как под стараниями их друзей сгибается ветви ели, что любезно вместе с принтером, ноутбуком и ещё парочкой, достаточно дорогих для студента вещей, предложили родители Син Цю.       — Аккуратней! — проговорил Чун Юнь, обратившись к ребятам, мягко улыбнувшись.       — Может позвонишь ей? — поинтересовалась девушка, сжав его руку чуть сильнее. — Вы как никак.. брат и сестра       — Не сейчас, — начал отнекиваться Юнь, вывернув свою ладонь из её несильной хватки. — Она работает.. Да и думаю освободится только к вечеру. Возможно, наберу её завтра

***

      — Тома, я же просила тебя, — посмеялась Ёимия, аккуратно толкая парня в бок, подрывая того на смех. — Пфф.. Не отвлекайся! Эй, он ещё и смеётся! Хватит валять дурака, Том! Просто отдай Аяке эту пенку       — Ну разве я не похож на Деда Мороза? — захохотал парень, вытирая своё лицо, на котором красовалась белоснежная ванильная пенка. — Мм.. она ничего такая на вкус. Аяка, где покупала?       Камисато лишь усмехнулась, продолжив замешивать тесто, наблюдая за тем, как Ёимия и Тома пытаются аккуратно упаковать подарки, в силу своим повадкам.. не так уж и аккуратно. И пяти минут не прошло, а они уже привычно дурачатся и дразнят друг друга.       Раньше, наблюдая за такой вот слаженностью двух блондинистых друзей, Аяка, если быть честной, немного ревновала, что весьма не своейственно молодой госпоже (что ж, как выяснилось с Томой она открывает в себе, да и в окружающих, много нового). Просто.. Тома и Ёимия так похожи: оба светловолосые симпатяшки, что одинаково забавно шутят, способные очень даже дружно работать в паре, тем самым материализовывая свои идеи, превращая их в одно мощное торнадо.. лучше слово не подберёшь, ведь то, что может наведаться в эти светлые головушки.. лучше пожалуй оставить за кадром.. ладно, с Чайлдом и Бэй Доу, уж тем более со Скарамуччей, они не сравняться (их пакости по-детскому забавные, и совершенно не вредят окружающим). Конечно, что Ёимия, что Тома имеют при себе ещё тот стержень, скрытый в глубине их ярких личности с достаточно сложными характерами, не смотря на всю эту присущую им лёгкость и рвение к свободе. У них много общих интересов, да и взгляды на мир в целом совпадают. Со стороны вообще кажется, что они брат с сестрой или на удивление идеальная парочка. Вот это Аяку и беспокоило по началу, но потом Камисато решила, что это глупо. Тем более, Наганохара больше тянется к беловолосому юноше, что сейчас искренне помогает им в украшении комнаты, согласившись встретить Новый Год в их скромном округе.       Кадзуха, лишь тихо хихикая, по просьбе Ёимии, развешивает новую гирлянду над её полкой, стараясь не оставлять на стене следов от скотча. Мельком смотрит на блондинку, улавливая её смех, улыбку, привычную ей мимику — смотрит на ту, которая была способна покорить горы, искренне шагая к своим целям, словно ребёнок, неосознавающий всей серьёзности.       На душе легче от того, что атмосфера надвигающегося праздника в кругу самых близких на данный момент, медленно возвращает её в строй.. Всё-таки те две недели дались не очень то и легко, но.. Кадзуха рад, что тогда они поговорили, грамотно разложив всё по полочкам. А ведь он всего-навсего был рядом и проявлял, формальную, нужную тогда ей, заботу.       — Ребята, пожалуйста, аккуратней, — просит Каэдэхара, на минутку отрываясь от своей работы. — Мне если честно не хочется идти в магазин за новой упаковкой       — Да, Тома, соберись ты в кой то веке! — хохочет Наганохара, наглядно надувая щёки, складывая руки на груди. — Ты совершенно не серьёзен!       — Кхм.. Прошу прощения, — влез в их беседу совершенно нежданный гость, внезапно для компании оказавшись на пороге, — у вас было открыто, — откашлятся Аято, предстовая перед ребятами в совершенно неформальном виде с лёгкой улыбкой на лице: новогодний свитер, небрежно собранные в низкий хвост волосы.. очень даже к лицу бывшему господину, так сказать молодит.       — Господин Камисато, доброго дня, — поздоровался Каэдэхара, присаживаясь на постель Ёимии, вмиг выпрямляясь. — Как Вам погодка за окном?       — Здравствуйте, — скромно проговорила Наганохара, оглядывая преподавателя философии. — А.. Замечательно выглядите? Очень.. не похоже на Вас       — Добро пожаловать, в скромную обитель, — откашлятся Тома, прогоняя повисшее в воздухе смущение, вмиг разрушив нарастающую неловкость. Пфф, он то Аято знает давно, небось пришёл опять нотации читать, да подливать масло в огонь своими словами о том, что из Томы и Аяки хорошей пары не выйдет. Бесит.. — Ну чего зашёл? Кажется у нас каникулы. Все вопросы давно решены       — А-аято.. Я рада тебя видеть, — пискнула Аяка, вскакивая с места, чуть ли не роняя ложку, которой помешивала основу для теста. — А мы тут..       — Вижу, — улыбнулся он, оглядывая компанию, заметно преоборазившись после сессии.. все такие бодрые, если не считать то, что его приход их заметно смутил (смутил всех кроме Томы конечно), с порцией новогоднего настроения, которое мужчина и не против у них позаимствовать, не шибко то и блистая готовностью к празднику. — Готовитесь.. И.. ваша группа дорожки хорошо почистила, стоит отметить, — усмехнулся Камисато, вспоминая, как наблюдал со своим коллегой, Дотторе, как Тома так удачно подскальзывается на льду, падая в сугробы. Разве это не прекрасно? Наблюдать за тем, как его бледное лицо с таким нелепым выражением сталкивается с горкой холодного и неприятно жгучего кожу снега. — Не хочу мешать, но я пришёл поздравить вас с Наступающим.. Со скромными подарками       Преподаватель достаёт из-за спины широкий картонный пакет.       — И так, Каэдэхара Кадзуха, — начал Аято, сделав шаг к пареньку, неспеша оглядев того. — Хочу поблагодарить тебя, за твою активность на парах и семинарах. Аяка говорила.. ты увлекаешься нашей традиционной поэзией, а именно хайку. Я даже смотрел твои работы, честно поражён твоим умением грамотно передать смысл пусть и небольшого отрывка. Я рад, что в наше время остались поклонники родной Инадзумской культуры.. Поэтому с гордостью вручаю тебе этот скромный подарок       Кадзуха в благодарственном жесте кивнув, приподнимаясь с места, принимая у брата Аяки весьма толстую книжонку с привлекательной расписной обложкой.       — Вау, это же один из сборников стихов безымянного автора, что опубликовывает издательство «Яэ», — тихо охнул парень, с неподдельной радостью перелистывая тонкие странички. — Вам не стоило так заморачиваться. Я не знаю, как и благодарить Вас..       Камисато лишь хмыкнул, переведя взгляд на Ёимию, что слегка дёрнулась, неловко почесав затылок.       — Наганохара Ёимия, — улыбнулся он. — Моя сестра о тебе лишь самого наилучшего мнения. Огромное спасибо за заботу о Аяке. В знак моего признания, прошу, прими это скромное украшение, — Аято присел на корточки, словив в глазах Наганохары смущение, а на щеках лёгкую пелену румянца, хрипло усмехнувшись милой реакции студентки.       — Не стоило, господин Камисато, — неловко откашлялась, отведя взгляд от преподавателя.       — Нет-нет, я настаиваю, — Камисато вновь потянулся к своему пакету, услышав со стороны Томы томный вздох. — Надеюсь не прогадал       Преподаватель философии протянул Ёимие небольшую, красиво упакованную коробочку, которую она не без интереса приняла, задумчиво покрутив в руках.       — О Архонты, это скорее всего.. так дорого, — стараясь сдержаться, пискнула девушка, замечая в прозрачных выемках коробки блеск круглой заколки с серебряными вставками. — Огромное.. спасибо, господин Камисато!       Мужчина повернулся к Томе, наблюдая, как тот закатывает глаза в немой просьбе: «Ну давай, я жду, как же ко мне ты подлижешься».       Камисато усмехнулся, когда блондин вновь вздохнул, чуть приблизившись к парню, давая ему щелбана, подрывая присутствующих на лёгкий смешок.       — Ау, — промямлил Тома, протирая место стыка. Не изменился.. Щелбаны пробивает так же больно. — Спасибо, меня вполне устраивает твой новогодний подарок       — Брось, Тома. Новый Год ведь такой замечательный праздник.. К чему ругаться? — потянул Камисато, загадано хмыкнув. — Держи, просто слышал, как ты ноешь моей сестрёнке       Тома, цокнув, принимает какую-то узкую коробочку, которую мужчина, в таком же галантно жесте, вынул из своего таинственного пакета.       — Не может быть.. — воскликнул он, подрываясь с места, заставляя сидящую рядом Ёимию дёрнуться от испуга. — Да ну.. это же..!       — Да, играй в свои игрульки, — проговорил преподаватель, указывая на компактный диск с новой игрой, который студент уже было на подлинность проверял, пытаясь выявить в щедрости бывшего господина хоть какой-то подвох. — Только семинары на пропускай       Парень лишь коротко кивнул, будучи, если честно, в небольшом шоке. Аято и вправду.. просто поздравил студентов с Новым Годом.       — У меня и для тебя подарок, солнышко моё, — подошёл к сестре философ, протягивая третьекурснице, что всё это время лишь тихо наблюдала за действиями братца, свой пакет. — Держи. И не теряй.. А я пожалуй пойду. Не буду мешать       Ребята робко поздравили преподавателя с Наступающим, пожелав ему удачи и ещё раз поблагодарив за неожиданную доброту. Стоило его ноге переступить порог комнаты, захлопнув за собой дверь, помещение заполнила волна обсуждений. Камисато тихо усмехнулась, наблюдая за удивлёнными лицами своих друзей, что уже было уселись в круг, обмениваясь впечатлениями. Потянувшись в глубь пакета, что вручил ей брат, Аяка нащупала тонкую ниточку, по структуре напоминающую цепочку. Подняв бижутерию на свет, девушка тихо охнула, прикрыв рот ладошкой, узнав в ней медальон матери, что был утерян с её переездом.. А как она тогда плакала Томе о неожиданной пропаже, и как уже было хотела сойти с корабля: так ей была важна, казалось, обычная побрекушка.. Как Аято нашёл его? И.. неужели хранил всё это время?       Её сердце охватила тоска, слептённая из тёплых воспоминаний и, тогда, в юные годы, глупых детских грёз. На ум сразу пришли их семейные посиделки на заднем дворе в имении Камисато; уроки фехтования вместе с Аято (тогда юная госпожа коленки разбила); забавные пакости Томы, которые в итоге оборачивались жалобами на юного сорванца и долгими упрёками главы семейства.       А как они тогда Новый Год праздновали.. В доме буквально царила сказка: яркие украшения, нарядная ёлка, новогодний ужин.. кучи подарков.. Кругом лишь счастье, отбеленное до предельной чистоты, так, что за этой занавесой чудесной новогодней атмосферы забываешься о всех невзгодах, что сопутствовали на протяжении года.        Но.. неужели Аято проведёт главный праздник страны в одиночку? Один.. в своей пустой комнате с горкой учебников и тетрадей? Камисато даже не подумала об этом, уже давно решив для себя, что в этот праздник поведёт с друзьями, в их узком и уютном окружении.       Девушка вздохнула.       Она несмело оглядела своих друзей, усевшись у их скромной небольшой ёлочки. Взгляд зацепился за Тому.. Возможно ли, что тот будет против, если к ним присоединиться Аято? И.. захочет ли брат на время прекратить холодную войну с бывшим слугой? Звучит как заголовок фильма? Как жаль, что всё не так уж и просто.

***

      — Сахарок, выбирай, — проговорил Альбедо, намекая на билеты перед ними. — Ну же, я не против пойти туда, куда выберешь ты.. Мне, если честно не принципиально       — Благодарю.. — смущённо пискнула девушка, чуть наклонившись. — Как на счёт.. чего-нибудь новенького..?       Отношения Сахарозы и Альбедо сложные в силу их повадок. Характер парня весьма своеобразный, и он сам путается в своих чувствах не понимая, где же выход в библиотеке собственных мыслей, что нормального человека вполне способны повергнуть в шок. Девушка сама по себе весьма застенчива, и просить о чём-то Альбедо весьма.. проблематично, даже не смотря на то, что их отношения вышли на новую жизненную строку, где, казалось, было бы капельку легче. Что ж, всё вышло не совсем так. Однако, оба они помогают и учатся друг у друга: Сахароза хороший слушатель, обладающая чувством такта и редкостного сострадания , которые вполне способны сохранить нрав Альбедо во время того, когда мысли, кажется, готовы спутаться в один клубок и пасть в пропасть; а химик оказался очень даже отходчивым, он не молча стоит в сторонке, пока Сахарок глотает предложения, просто не давая окружающим разобрать свой смущённый лепет, а помогает ей собраться и расслабиться, не нервничать так сильно, даря ей частичку своего отточеного спокойствия. С ним.. ей и вправду легче.       — Я думаю это должно понравится тебе, — улыбнулась девушка, поворачиваясь к парню с парой билетов. — Научнофантастический фильм, как ты любишь       — Главное, чтобы тебе понравилось, Сахарок, — улыбнулся ей в ответ Альбедо, мягко касаясь её плеча, приобнимая. — Кэйа, мы возьмём эти. Хорошо?       — Ага, хорошо, — проговорил парень, убирая журнал в сторону, который начал читать, формально, из-за банальной скуки, подошёл к своему столу, подбирая какой-то рваный блокнот. — О, хороший выбор. Сам думал сходить       — Я и не знал, что ты увлекаешься научной фантастикой, — проговорил Альбедо, наблюдая, как сокурсник, садится за, похоже, своё рабочее место, по крайней мере, только Кэйа может оставить на нём такой бардак.       — Я не совсем, Джинн да, — тихо посмеялся Альберих, поглядев в сторону Гуннхильдр, что, сидя в наушниках, что-то усердно выглядывала в ярких картинках, всплывающих на мониторе. — Так.. распишитесь. Не то у Госпожи Яэ Мико всё должно быть по полочкам. Мало ли, потом будет своей недоздачей в профкоме колупать       Ребята, поставив подписи в его блокноте с какими-то кривыми записями, что даже расшифровывать не хотелось, покинули кабинет профкома, попрощавшись с его обитателями.       — Я говорил, что они будут встречаться, — заявил Кэйа, обратившись к Джинн, которая сперва похоже и не услышала его. — Эй, Джинн! Это земля!       — Ох.. прошу прощения, — дёрнулась девушка, доставая из ушей наушники, сонно поправив волосы, устало зевая. — Просто смотрела записи прошлогодних конкурсов..       — Отдохни, у нас последний рабочий день, — вздохнул парень, усаживаясь на стол, своей пятой точкой, чуть не скинув пачку бумаги. — Кофе?       — Воздержусь, — улыбнулась староста. — Нужно позвонить Лизе..       — Ты про их мутки с Дилюком? — поинтересовался Альберих, на что Джинн кивнула. — Я думаю, всё у них будет хорошо. Они оба очень дороги друг для друга. Поверь, и им просто нужно поговорить по душам, и уже признать факт того, что они любят друг друга       — Ты прав.. Только как им это донести? — вздохнула Гуннхильдр. — Лиза вторую неделю голову ломает что это было       — Любимая староста, я тебе говорю, завтра они уже будут в обнимку сидеть и на диване целоваться, — усмехнулся четверокурсник. — Я уже поговорил с Дилюком, и думается ты с Лизок тоже       Джинн лишь слабо улыбнулась, кивнув. Эта новогодняя атмосфера даёт ему столь хорошую почву для размышлений? Всё-таки Новый Год — замечательный праздник.       — О, ребятки, вы тут, — произнесла вошедшая в кабинет Яэ, переведя внимания профоргов на себя. — Погляжу молодцы, не отлыниваете от работы.. Профком тоже вы украсили?       — Здравствуйте, Яэ Мико, — скромно сомкнула губы в улыбке Гуннхильдр, приподнимаясь с места. — Как видите, работаем       — Да это всё Джинн, — хмыкнул Альберих, приподнимая пятую точку со стола. — А я Ваш скромный слуга, Госпожа Яэ. Обычный подданный вашего матриархата, где звеньев цепочки, призван работать, как умею.       — Я погляжу тебе как раз таки весело, Кэйа, — пугающе улыбнулась Мико, сделав шаг к одному из шкафов, задумчиво подбирая достаточно массивную папку. — Вау, что я нашла. Да это же отчёты за прошлый год. Не желаешь взглянуть?       — Больше не буду так шутить, всемогущая Яэ Мико, — усмехнулся Кэйа, быстро покачав головой. — Не злитесь.. Не желаете ли кофейку?       — Нет, спасибо, — она аккуратно уложила папку обратно. — Просто пришла попросить вашей помощи, дорогие профорги. Так сказать.. небольшое новогоднее чудо       — Да? — приподнялась со стула Джинн. — Мы вас слушаем?       — Будете Дедом Морозом и Снегурочкой завтрашним вечером, — улыбнулась Мико, сложив руки в замок. — Это ненадолго, походите по блокам, раздадите скромные дары и пойдёте дальше нарезать салаты. Пожалуйста, сделайте госпоже Яэ небольшой подарок       — Хм.. Я думаю это не составит труда, — устало кивнула Джинн. — Ненадолго так ненадолго       — Дополнительная оплата? — выстрелил Альберих.       — Отпуск, — ответила Мико, оперевшись о стену. — Ребята, ну вправду очень выручите. Можете даже первую неделю следующего семестра не приходить, разрешаю       — А может ещё зарплату повысите-.. — начал парень, как получил в бок со стороны старосты.       — Благодарю Вас, Яэ Мико, — произнесла Джинн. — Конечно, мы вам поможем       — Это вам огромное спасибо.. И Джинн попрошу давай без официального тона. Просто Яэ Мико, если удобно Яэ, — женщина зевнула, кивая в сторону шкафа. — Завтра зайдёте, я буду, как обычно. Костюмы в этом шкафчике. А сейчас.. можете быть свободны и так уже наработали       Ребята не без радости (даже Джинн) поблагодарили своего «работодателя» и, попрощавшись с девушкой, начали собираться.       — Хух.. ну что-то хорошее ведь есть. Новый Год праздник чудесный, — заулыбался Кэйа. — К слову, Джинн.. А ты чего вообще в профком пошла? Я правда так и не понял конкретной причины..       — Если честно, — вздохнула староста, перекидывая сумку через плечо. — Мне.. очень стыдно.. Но я не смогла сдать зачёт по физкультуре.. поэтому воспользовалась рабочим положение универа и-       Девушка поджала губы и чуть покраснела, внимательно наблюдая за тем, как меняется выражение лица сокурсника. Тот лишь, ухмыльнувшись, похлопал её по плечу.       — Пфф.. да не парься. Я тут вообще все зачёты собрался прогуливать, — улыбнулся Альберих. — А ой.. в общем, я не говорил тебе этого       Девушка улыбнулась.       — Конечно. Считай, что я не слышала, — вздохнула четверокурсница.       — И.. можно ещё вопросик? Немного.. личного характера? — поинтересовался парень, когда они покинули кабинет.       — Да, конечно, — спокойно проговорила студентка, повернувшись к сокурснику.       — Ты.. утром говорила о родителях. Проблемы?       Джинн, вздохнув, первое время помалкивала, заметно нервничая, а потом, прикрыв веки, тихо прошептала:       — Да.. наши с Барбарой родители давно в разводе. И.. в прошлом году умерла бабушка, я боюсь, что матери не с кем праздновать, — не без неподдельного беспокойства проговорила девушка. — Не знаю.. Отец вроде сейчас тоже один. Но.. возможно они смогли бы.. на время сойтись. Я не хочу оставлять их одинокими, а я.. ну не смогу к ней приехать. Да и.. мы не виделись давно       — Так.. съезди к ним сейчас. Твоя мама ведь тут, в Монде, — ответил Альберих, аккуратно приобнимая её за плечи. — Эй, ну чего ты сразу нос повесила? Ну же, милая староста, скоро ведь Новый Год! Тем более.. если есть возможность нужно пользоваться, пока твоя мать рядом       — Думаешь она примет мою идею? — растерянно поинтересовалась девушка.       — Ведь даже не в этом суть! Порадуй матушку! Хочешь даже вместе проедемся? Не то ты хиленькая какая-то.. Ну же! Где же твой настрой? Тебя же дома могут сейчас ждать!?       — Я.. не знаю. Мы так давно не виделись.. — Джинн совсем растрелялась, стоило ей наткнуться на его сияющие глаза, будто это он давно не виделся с самым родным на свете человеком. Кэйа выглядит в сто раз решительнее чем она, и от этого даже неловко. — Да и-       — Лучше поздно чем никогда, дорогая староста, — посмеялся Кэйа, аккуратно хлопая ту по голове, не без доли горечи еле видимой горечи. — Вперёд.. А ещё можешь денег на маршрутку одолжить? Финансовый кризис.. Хах       Джинн, усмехнувшись, подбирает его руки в свои.       — Спасибо, Кэйа..

***

      — Ого, вот это встреча.. — начал Тарталья, заварачивая на лестнице, замечая Мону, что босыми ногами стоит на подоконнике, пытаясь приклеить какую-то вырезанную ёлочку, и Скарамуччу, что нарезает скотч (Мона не Скарамуччу пытается приклеить). — Воу.. и что же вы тут делаете? Причём вместе?       — Убиваемся, — буркнул Скар, нервно откидывая, слипшиеся комок, скотча в сторону, при этом пытаясь найти его конец на катушке. Проклятие! Именно так он желал провести новогодние каникулы.       — Клеем на окна эти вырезанные фигурки, по просьбе Катерины, — вздохнула Мегистус, прижимая бумагу к стеклу. — Но в целом Скар прав.. Мы убили на это почти весь день       — Не забывай, дорогая ведьмочка, — начал Скар, опираясь руками о подоконник. — Сегодня утром были ещё ебаные дорожки. Хорошо, что хоть перед нами были второкурсники       — Капец. И вы их чистили? — посмеялся волейболист. — А я был у одной барышни. Да и подарки малым покупал, думаю оценят       — Повезло, — проговорила Мона, сажаясь на подоконнике поодаль от Скарамуччи.       — Что за барышня? — с ухмылкой поинтересовался Скар, на что девушка лишь вздохнула. — Не та ли брюнетка с Академии Орда Фавониус, что притащила тебя во вторник полупьяного?       — Ага, — посмеялся Чайлд, порывшись в своём пакете. — Зырьте чего оставила. Это они в академии сейчас практикуются       Из пакета Аякс достал настоящие железные наручники, что покачивались, блистая в свете лампы. У Моны чуть челюсть не отвисла.. И как Чайлд умудряется..       — И они работают? — всё-таки сомневаясь в правоте Тартальи, поинтересовалась Мегистус, наклонившись вперёд. Ага, у неё мало оснований верить Аяксу. Ну и кто его знает? Один раз он наврал ей, то что Люмин отчислили за то, что застукали с кем-то за непристойностями в аудитории. Конечно, Мона сначала не поверила, но когда парень со словами: «Не хочешь.. не верь. Она просила собрать вещи», покинув порог, девушку и вправду охватила паника. Девушка тогда всех знакомых обзвонила, даже бабушке Люмин набрала, но в итоге то оказалась, что Чайлд её достаточно жестоко разыграл, так, что потом целую неделю бегал к бабушке Люмин, да и самой Люмин извинятся, ведь тогда блондинка сама испугалась, когда ей в слезах позвонила лучшая подруга и, запинаясь, пообещала, что не бросит её даже после отчисления. — Ну..? Или опять наёбываешь?       — Обижаешь, — хмыкнул рыжик, доставая ключик. — У меня от них всю ночь руки зудели       Одним ловким движение он открыл одно из звеньев, подозвав Мону к себе.       — Гляди, — он также легко прикрыл его, буквально впечатав руку Моны в кандалы. — Если я тебя прикреплю к чему-нибудь.. Например к тонкой батарейной трубе.. хм ну ты навряд-ли выберешься       — Ого.. и вправду настоящие, — согласилась третьекурсница, аккуратно коснувшись защёлки, пока рыжик завёл кандалы за батарею.       — Так давай так и сделаем, — посмеялся Скар. — Посидит тут.. подумает       Мона, нахмурившись, надула щёки, решив, что лучше не ссориться с сокурсником раньше времени, мало ли, уйдёт, а она тут одна не справится, да и если Катерина узнает, что он отлынивает, обоим влетит.        — Нет.. ты что, Скар. Я же не изверг оставлять её тут одну, — коварно улыбнулся капитан волейбольной команды, подбирая парня за руку, мигом притягивая к себе. — Побудете тут в двоём.. Подумаете о наступающем празднике, о подарках. Мон, я передам Люмин, чтобы не ждала тебя       Не успел Скарамучча и пискнуть, как послышался скрежет защёлки и Чайлд мигом отскочил назад.       — Ну? Разве вы не милашки? — посмеялся Тарталья, наблюдая за тем, что натворил. Картина маслом..       Перед ним растерянные Мона и Скар, скованные наручниками, что специально перекинуты через тонкую трубу батареи, уходящую вверх, создавая их движения.. кхм.. проблематичными.       — Д..Да ты..! Чайлд Тарталья, а ну ка быстро вернулся! — кричит в след парню, Мегистус, наблюдая, как его силуэт поднимается вверх по лестнице, исчезая.       — Ах ты собака рыжая! Я тебе припомню! Блять, чтоб ты подскользнулся, мразота рыжая! — зло вопит парень, подрывая Чайлда, что совершенно и не подозревал, что сегодня будет сковывать кого-то наручниками, на тихий смешок. — Ну всё, Тарталетка из Снежной, не доживёшь ты до Нового Года!

***

      — О, Сяо! С наступающим тебя! — слышится в трубке милый, родной голосок Люмин. — Что-то случилось..? Это Итэр у тебя на фоне орёт?       — И тебя, Люмин, — улыбается Сяо. — Не волнуйся, это Венти репетирует какую-то новогоднюю песню. Подожди минуточку       Парень поспешно отводит трубку от рта, поспешно оборачиваясь к шумному соседу.       — Венти, иди к Барбаре и морозь мозги ей! Твоя пресвятая Барбариска, точно будет рада твоему приходу! — кричит студент, краем уха, услышав, как Люмин смеётся.       — Ты тоже со своей принцесской в коридоре поговорить можешь. Она, вон, недалеко живёт, — хохочет в ответ Венти, отключая электрогитару от колонок, наблюдая за тем, как лицо Сяо краснеет и нелепо морщится. —Да ладно, я позже порепетирую. Только не прогоняй, Сява. Да и Барбариска уехала       Парень вздохнув, вновь начинает диалог с Люмин, что даже не пыталась скрыть смех на другом конце провода.       — Принцесской? — неловко залепетала она.       — Прости, это не то о чём ты подумала, — смущённо вздохнул он, присев на свою кровать, пропуская мимо ушей кривляние Венти. — Кхм.. Я чего звоню. У нас с ребятами нечем блок украсить-       — Вы ещё не украсили комнату? Да мы с Моной достали новогодние украшения, когда первый снег выпал, — удивлённо выпалила Люмин. — А.. извини. Продолжай       — Так вот.. Я хотел попросить тебя, чтобы ты походила со мной.. Накупили бы всякой мишуры, возможно зашли бы куда-нибудь, как обычно, — продолжил Сяо, нервно зарываясь рукой в свои волосы. — Как тебе?       — Оу.. Сяо, прости, — грустно начала Люмин и, если честно, сердце третьекурсника пропустило удар. Она ведь завтра уедет, когда они ещё встретятся? И почему этот год обернулся вот так..? Мельком глядит на подарок, предназначенный ей, что сейчас одиноко пылится на верхней полке шкафа. Да, возможно после Нового Года, но.. это будет не то. Он обязан увидеть её, это ведь.. как же их новогодняя традиция? Встречаться у в конце коридора и, поедая мандарины, обмениваться подарками и просто неуклюже танцевать под новогодние песни, хохоча. — Я.. обещала Моне. Да.. Моне.. сходить и помочь ей выбрать подарки.. Да.. Прости.. Сяо мне очень жаль, я обещаю, что завтра зайду! Честно..       — Ничего, — вздохнул парень, пытаясь увидеть в сплошном разочаровании капельку чуда. Это ведь Новый Год. — Я не обижаюсь, думаю сам справлюсь.. Ну или Венти поможет, не хочется тревожить Итэра, он ведь с Ноэлль куда-то пошёл..       — Ещё раз извини, — грустно потянула девушка. — Надеюсь.. ещё увидимся в этом году?       — Как выйдет.. — с такой же весьма заметной тоской, ответил Сяо. — Пока       И их диалог закончился на весьма грустной для обоих ноте.       Девушка вздохнула, откинув телефон в сторону. И зачем она обманула лучшего друга? Зачем? Этот обман ведь не выйдет ни чем хорошим, если вдруг вскроется.. Глупая, глупая..       Люмин, что, не знает Сяо? Знает, как облупленного. Сейчас наверняка место себе не находит, пытаясь отвлечься, ведь.. когда они ещё встретятся? Весь год у них какие-то, мешающие увидеться, дела. Как же их глупая новогодняя традиция, которая возникла случайно? А ведь поначалу Сяо утверждал, что это, мол, детский сад, но потом под напорством девушки, согласился, и стоит отметить, что, когда на втором курсе растерянно ждал её у оконца в конце коридора, где живут второкурсники, не пожалел.       Она скучает по этим временам. И девушка обязательно с ним встретится и сломает эту чёртову стену, возникшую совершенно нежданно. Сяо ей очень дорог, и Люмин хочет.. хочет, чтобы всё стало на круги своя..       Но.. Можно ведь было прямо сказать, что она идёт с Аяксом на почту, по его же просьбе, и они скоро должны встретиться, но девушка не знает насколько затянется этот поход, поэтому и отказала лучшему другу?       На телефоне вновь раздался звонок, и девушка поспешно к нему потянулась.       — Аякс, — мигом протараторила Люмин. — Я как раз о тебе вспоминала. Ну.. что? Где ты?       — Извини, Завитушка, — посмеялся Тарталья. — Просто встретил Мону и Скара.. Я уже подхожу. Выйдем через Катерину, ладно?

***

      — А ты уверен? — в очередной раз интересуется Джинн, обливаясь холодным потом в предвкушении того, что произойдёт дальше, того, о чём она даже не задумывалась сегодня. — Я.. я понятия не имею, что сказать ей.. И-       Хорошо.. Когда они ехали в метро, щемясь меж старушек и таких же несчастных студентов, Гуннхильдр не осознавала того, что скоро увидится с матерью, которую в последний раз видела.. в месяце июне, а то и в мае. Она не осознавала того, что скоро поговорит с самым родным человеком на свете, когда придерживала Альбериха за ладонь, стараясь не поскользнулся во дворе, где качаясь вместе с Барбарой на качелях провела всё детство. И уж тем более.. она не была готова вот прямо сейчас распахнуть дверь квартиры той, кто дала жизнь.       Ей страшно. Страшно вновь смотреть в её небесные глаза, ловить её тонкую улыбку, понимая, что вовсе не заслужила её внимания. Джинн не смогла быть рядом, зарывшись с головой в свою чёртову работу и обязанности. Ну разве это так сложно.. формально быть рядом? Нет. Ответ буквально лежит на поверхности.       — Джинн, ты сможешь. Нет смысла отступать, — улыбается Кэйа, аккуратно подталкивая её. — Ну же, мы что зря на метро ехали сюда?       — Ты прав.. — вздохнула Гуннхильдр, сжав руки кулаки, пытаясь собраться. — Когда мы ещё свидемся?       Девушка не спеша стучится. Раз. Два. Дверь легонько скрипнула, приоткрываясь.       — Открыто? — поинтересовался парень, заглядывая внутрь.       — Похоже.. — задумчиво потянула староста, аккуратно переступая порог. — Мам.. Мама?

***

      — Нин! Тут тебе опять цветочки! — закричала Доу, подбегая к девушке, что сидела у зеркала, делая причёску, пытаясь собрать волосы в более менее аккуратный пучок. — И шоколадка.. Ох, Моракс, чёрт.. Какие, мать его, вкусные конфеты. Я ведь могу их съесть полностью?       — Можешь, — вздохнула Нин Гуан, подбирая тонкую шпильку. — Если хочешь, можешь и с цветами всё, что угодно сделать       — Зря ты так, Нин, — плюхнулась на кровать вместе с конфетами Бэй Доу. — Простила бы его.. Новый Год ведь, у него же день рождения завтра. Праздник.. Да и, мне кажется, он уже всё осознал. У нас целая коллекция цветов на столе, сами если захотим, можем открыть цветочную лавку.       — Поступки. Мне нужны поступки, — ответила «Воля Небес», поправляя волосы. — Вот и всё       — Нин, всем же понятно, что ты давно простила его, — закатила глаза бунтарка, глядя на подруга. — Что не так? Он же всё для тебя делает       — Так почему же.. тогда сам не объявился, — опустила глаза та. — Боится? Чего ждёт? Мы ведь поругались из-за того, что его вечно не было рядом.. А я что, много прошу? Мне не нужны, не цветы, не конфеты, не записки. Мне нужен он.. Вот и всё       Глупая ссора. Она ведь могла спокойно всё ему рассказать, спокойно всё разъяснить. Могла. Но её чёртовы амбиции.. Вот и почему взъелась на него. Не хотела ведь..       — Но ты ведь сама не хотела его видеть, и сама же не пришла, когда он звал тогда, — приподнялась с кровати Доу. — Тебя.. не понять       — В этом.. ты права. Я тоже виновата, — вздохнула Гуан, она в самом деле давно осознавая, что сама ведёт себя непонятно. — Возможно, стоит самой сделать первый шаг? Тем более, мы тут оба хороши. Я начала, я и закончу

***

      — Блять, мразота рыжая, спасибо за новогодний подарок, — ворчит Скар, не покидая попыток, отвязаться от этой ведьмы всеми возможными методами. Он и самостоятельно разобраться пытался, и возможно разломать эти чёртовы кандалы. — Сука, это хуйню никак не открепить       — Скар, это наручники. Они не пластиковые, — пробурчала Мегистус, когда Скарамучча наконец уселся на пол, потянув вниз и её, заставляя чуть ли не рухнуть на холодную плитку. — Просто заткнись уже. Мы никак не выберемся, может утречком нас кто найдёт.. Тем более телефоны мы оставили в блоке, кричать пробовали. Всё. Остаётся лишь ждать       — Конечно, это ведь лестничная клетка. Каждый студентишка сюда заглядывает, — продолжал возмущается парень. — Да ещё и с тобой..       — А что я тебе делаю? — взъелась Мона. — Что? Я же просто молчу. Что, блять, тебе опять не так?! Тебя выдержать невозможно, нытик!       — Кто бы говорил! Может ещё так поорёшь и вправду кто придёт! Тебя, блин, на первом слышно!       — Да ты заебал! — потянула наручники на себя астролог, заставляя Скара впечаться в батарею. — Мы же ссоримся с пустого места! Тебе осталось только фирменно — пошутить про отсос за копейку       — Блять, так уже не интересно! — взвыв, потёр место стыка парень. — Ты же не просто так трахалась с этим чмом с пятого курса       Мегистус вдруг резко замолчала.       — Да не спали мы! Сколько можно повторять, — со слезами на глазах проговорила она, вдруг повернувшись к Скарамучче, не выдержав уже всех этих провокаций. — Он мне просто нравился! Я просто ему помогала! И что, что я тогда была первокурсницей!? Я просто.. просто помогала ему! Но, блять, кто придумал из этой хуйни раздувать то что я шлюха?! И что, что меня видели в компании других парней! У нас свободный город! Вы что, блять, сексисты! Это универ: мальчикам и девочкам свойственно общаться! Никому я не сосала, завались наконец..       Она, всхлипнув, поджала голову к коленям, зарывшись в свои тёмные волосы, желая спрятаться от Скарамуччи и его унижений. Вот.. за что? Что она ему сделала?        А Скар.. просто замер.       — Эй-эй-эй! Стой, только не плачь, я не могу выносить женских слёз, — не без доли беспокойства начал третьекурсник, по правде не зная что делать. Когда Синьора плакала, нужно было из дому бежать, потому что в итоге она могла закатить такую истерику. А тут и не убежишь куда-то.. и жалко.. Это ведь Мона — хрупкая астрологиня, занимающая в его жизни не последнее место.. Жалко, что сейчас у него под рукой нет телефона. Погуглил бы, как успокоить девушку, которая нравится.— Так.. я же не про тебя! А про того, чмошника, что киданул тебя.. Ты же не виновата! А.. он вообще съебался за три версты? Вот вы сейчас общаетесь?       Он аккуратно попытался дотронуться её плеча, ощущая, как под его ладонью, астролог ужасно сильно дрожит.       — Слышишь? Перестань плакать, — просит Скарамучча, — я завалю ебало. Если хочешь, вообще молчать целый год буду       Мегистус удивлённо поднимает на него заплаканные глаза, замечая, как Скар.. поистине искренне пытается её подбодрить..

***

      — Мам.. и почему ты мне не рассказала? — вздохнула Джинн, смотря на мать, что сидит на коленях отца, прикрывая лицо руками, явно чувствуя стыд перед дочерью, да и нежданным гостем в виде её сокурсника.       Собственно, в чём дело.. Стоило Гуннхильдр пересечь порог родной квартиры, которая, к слову, и не изменилась с течением прошедшего времени (те же обои с ветряными астрами, тот же криво положенный ламинат и блеклый свет лампочки) она сразу услышала, как кто-то тихо переговаривается на кухне, хихикая, изначально подумав, что матушка общается с кем-то по телефону, а оказалась.. Её мама, сидя на коленях, отца, с которым она давно развелась, мирно что-то обсуждала, перебирая его волосы. Звучит уже как неудавшийся роман.       — Джинни, — начал её отец, почесав уже, капельку, поседевшие светлые волосы на затылке. — Мы хотели тебе сказать.. но       — Думали, ты будешь против, — продолжила её мать, заглядывая в глаза дочери, что были в одночасье похожи на неё: такие же светлые и ясные, схожие с небом перед дождём. — Джинн ты..       Альберих лишь стоит в дверном проёме, наблюдая за семейной идиллией, понимая, что похоже тут лишний, но почему-то не в состоянии и шагу ступить, не желая им мешать. Да и сейчас семье старосты явно не до него.       Кэйа с некой аккуратностью оглядывает родителей Джинн, улавливая схожие черты в их мимике, внешности.. Гуннхильдр вылитая копия матери, Альберих, готов поспорить, что если отправится в прошлое на десять лет назад, он повстречает Джинн, но только в лице её матери.. Те же густые волосы, отличающее цветом спелой пшеницы, те же глаза, черты лица. Что же отпало старосте от отца.. пока загадка, но если уже попытаться догадаться, то это доля характера, возможно.       — Агх.. мам.. я, — потерев переносицу, пыталась собрать мысли в предложения Джинн, скидывая с себя шарф, который не успела снять с порога, что сейчас заставляет её окутываться жаром. — И.. когда?       — Три месяца назад, — ответил ей отец. — Но.. Джинн, как бы ты не реагировала мы-..       — И вы не сказали? — вмиг улыбнулась староста, похлопав ладоши, вынуждая своих родителей на удивлённые лица. — Я рада за вас! Я не против.. Я же как раз приехала маму проведать, предложить, чтобы вы.. сошлись на время       Те облегчённо выдохнули, явно радуясь решению дочери, что, казалось, минуту назад была мрачнее тучи, самой мрачной тучи.       — Так а.. — женщина поспешно поднялась, отряхивая свою длинную юбку. — Доченька, а.. с тобой кто? Не представились ведь.. Садитесь за стол, располагайтесь. Поужинайте с нами       — О Архонты, точно, — Гуннхильдр поспешно притянула виновника торжества к себе, подбирая растерянного паренька за руку. — Это Кэйа.. мой.. друг, мы вместе учимся. Если бы не он, я бы не решилась сюда ехать.. Мне столько нужно сказать тебе, мамочка..       — Здравствуйте.. — неловко выдавил Альберих. Вот уж он и не думал, что познакомится с родителями Джинн так рано. — Кэйа Альберих.. Хах.. Спасибо за приглашения на ужин, мне очень приятно. Извините, что помешал вашей семейной Санта Барбаре. Виноват       — Пап, мам. Звали? Или мне послышалось? — поинтересовалась, вошедшая на кухню Барбара, мирно подтягиваясь. — Ой.. Джинн, Кэйа? А.. Джинн, я не думала, что вы с Кэйей начнёте встречаться так.. скоро       — Барбара? — непонимающе пискнула Джинн, краснея. — Вообще-то.. Нет! А ты тут..?       — Хах.. а.. сюрприз? — неловко выдавила Пейдж.

***

      — Спасибо, что согласилась пойти со мной, — проговорил Сяо, обращаясь к Кэ Цин, что шла поодаль от него, придерживая скромную маленькую ёлочку, что парень купил по, так сказать, новогодней скидке.       — Мне не сложно, — посмеялась девушка, отряхивая свои волосы от хлопьев, недавно начавшегося, снега. — Обращайся. Да и у нас тоже комната не украшена, вместо неё недовольное лицо Нин Гуан       — Всё равно.. спасибо, — вздохнул он, переложив пакет с мишурой в другую руку. — Люмин сказала, что обещала Моне помочь выбрать подарки.. и у неё не получилось, поэтому-       — Извини, но.. Люмин точно пошла с Моной? — как-то виновато проговорила Цин, остановившись, зацепив край куртки Сяо, перебив его. — Боюсь тебя огорчать, но.. Люмин похоже..       Парень остановился, мигом поглядев в направлении туда, куда смотрела девушка, заметив свою ненаглядную лучшую подружку и рыжего волейболиста, который стал одной из причин их редких встреч, как показала практика.       — Сяо.. ты не.. — растерянно начала третьекурсница, подбирая его за руку, что окоченела на холоде улицы, замечая, как он как-то устало опускает глаза, меняясь в лице.