От любви до ненависти и обратно в счастье

Испокон веков создавались семьи по расчёту, и если кто-то думает, что это давно не практикуется, то они глубоко заблуждаются. Я родился в богатой аристократической семье. Как и любые другие родители, мои хотели удачно выдать меня и младшего брата за состоятельных альф. И эта задача начала реализовываться, ещё когда мне исполнилось лет 6. К нам часто приезжали семьи, богатые семьи с богатенькими детьми, я не считаю наличие денег плохим, но только если это не зажравшиеся свиньи, с которыми я сплю последние несколько лет, но сейчас не об этом. Среди богатых детей были несколько, коих я считал лучшими друзьями, это были и альфы, и омеги, и беты. Когда ты ребёнок, тебя не интересуют ни деньги ни положение в обществе. Являться ребёнком было классно, до поры до времени. Среди всех моих друзей был один альфа, который изначально выделялся из всех. Что-то было в нём такое, что отличало его от других. То ли манера речи, то ли внешность, сложно было понять. Он всегда был статный и важный при родителях, но при том это была не та напускная важность, присущая многим, а врожденная нейтральная надменность. Мы сразу нашли общий язык, и со мной он был вежлив и добр. С ним всегда было весело, и я, правда, считал его своим лучшим другом. Как жаль, что тогда я не знал, где окажусь по милости этого "друга". Все неприятности начались в важный для меня день, в мой 12 день рождения. Это тот момент, когда у омег появляются альфы (В ЭТОЙ ВСЕЛЕННОЙ ДА), начинают проявляться гормоны, появляются чувства. Ещё несколько месяцев назад Дима был для меня лучшим другом. Он на 5 лет старше меня, иметь друга, который старше тебя самого, классно, он рассказывал много чего интересного, то, чего я не знал. Все знания, которые мне давали дома, были подобраны в соответствии со школьной программой и касались только её. Ну, может, приобрёл ещё совсем немного навыков в хозяйстве, чтобы стать "порядочной омегой", по мнению матери. Всё же, что касается настоящей жизни, я узнавал от Димы. Думаю, ещё тогда родители представляли нас парой, и всё у них шло хорошо до того дня. Сам день рождения ничем не отличался от остальных дней, родители ни считали его чем-то глобальным, я учился, занимался привычными делами до самого вечера. Именно тогда съезжались сливки общества для обсуждения мировых проблем. По сути, мой праздник был лишь поводом для сборов. Но это меня не волновало, я ждал друзей, веселья и Диму. Я понял, что стал испытывать к нему не только дружеские чувства, и был уверен во взаимности. Он уделял мне много времени, помогал с трудностями и часто звонил. Я копался в своих чувствах целых 2 недели, пока он не приезжал. То ли в какой-то поездке он был, то ли уезжал с родителями, я не знал, где он, и не мог дождаться нашей встречи. Я понял, что влюблён в него и собирался ему признаться. Как только я увидел знакомую машину и силуэт этого высокого парня, то без раздумий и, забив на правила этикета, выскочил ему на встречу. В нём было идеально всё! Карие глаза, которые всегда видели меня насквозь, улыбка, полная доброты и тепла, его волосы и манера речи, официальная и в тоже время простая. Особенно прекрасным мне казался его внутренний мир. Казалось, вся планета была сосредоточена в нём и существовала только для меня. Это были последние мои воспоминания, как милой омеги, верившей в любовь и добро. Это было в другой жизни, не в той, в которой я живу сейчас. Тот вечер я до сих пор помню в деталях, хоть и прошло 5 лет. Я выбежал и, как сумасшедший, сломя голову, бросился к нему, он потрясающе стал пахнуть моим любимым горячим шоколадом, меня тянуло к этому запаху, ещё не очень сильному, но такому вкусному. Вспомнив о том, что сам Дима просил вести себя сдержанно при посторонних, я остановился у входа и, пригладив непослушно топорщащиеся волосы, попытался спрятать дурацкую счастливую улыбку, что мне не удалось. Дима знал меня таким, каким не знал никто. Я был очень впечатлительным и ранимым, я любил показывать все свои чувства такими, какие они есть, а это, по словам матери, было непростительно для омеги аристократичных кровей. Дима не осуждал меня за это, наоборот, разрешил быть собой рядом с ним, но рядом с другими попросил держать дистанцию, и у меня получалось, стоило выискать своим взглядом его, и всё переставало иметь значение. Тогда я думал, что это его помощь, слишком поздно распознал обман, ведь именно моими чувствами он и воспользовался. Вот открылись двери, и вошли они. Рядом с ним была девочка, скорее, девушка, наверно, ей было тоже где-то около 17, как и Диме. Это была ещё одна причина, почему я не мог броситься ему на шею и поцеловать (в щёчку!), для нас это было нормой, что-то вроде приветствия, но нельзя. Мне пришлось принять всю семью, в том числе и семью той... девушки. В знак приветствия он, как обычно, лишь немного качнул головой, улыбаясь. Я ответил тем же. Остаться наедине нам не удалось, он ушёл с той девушкой, тогда-то я и перестал понимать, что происходит. Весь вечер он таскался, разговаривал и смеялся только с ней. Меня отвела в сторону какая-то девчонка, постоянно что-то лепетала и никак не отставала от меня. В обычный день встреч мы собирались группой друзей, и я мог свободно подойти к нему, он и сам искал повода, чтобы уединиться, но сейчас я не мог этого сделать. То эта девчонка не отставала, то родители меня притягивали для совершенно бесполезного знакомства с какой-нибудь особой, то Дима был крайне увлечён своей собеседницей, и я не мог выставить себя в плохом свете перед ним. Так что я терпеливо ждал подходящего момента и когда от меня отстанет эта приставучая... дура. Вот не мог по-другому тогда выразиться. Наконец, когда она отошла от него, я ждал, что он первый направится ко мне, но нет. Он просто стоял и смотрел мимо, но я не стал проявлять ни злости, ни обиды, которую остро ощущал, и просто подошёл к нему первый. -Привет! - Как ни в чём не бывало, звонко поприветствовал я его с широкой улыбкой. -С днём рождения, - мягко улыбаясь, ответил он. - Что-то случилось? -Нет! С чего ты взял? - Конечно, нет! -Выглядишь злым, вот и спрашиваю. Я не знал, стоит ли мне сказать всё, как есть, или упустить эту мелочь. Он ведь сейчас со мной? Зачем всё портить? Думал я. -Нет, тебе показалось. Давай поговорим! Я так давно тебя не видел и очень соскучился! -Я тоже скучал, - как всегда, сдержан, - кстати, подарок, - и он протянул мне маленькую подарочную упакованную коробочку. -Ух ты! Что это? - Выглядело мило. -Открой и увидишь. Я старался, пришлось пожертвовать пальцем, - в качестве доказательства он показал перемотанный указательный палец на правой руке. Любопытство распыляло меня, и я наспех стал разворачивать подарок. -Я помню наш разговор о ценностях и решил, что не хочу присоединяться к общему денежному подарку семьи. Так что сделал сам, как ты говорил... -Своими руками совместно с душой, - учёно произнёс я фразу, выученную из какой-то книги, поспешно распаковывая уже картонную обёртку. -Вот именно. -Это же! -Ага. Я помню, что ты завидовал моей золотой, подаренной отцом печати и решил сделать твою собственную. Обмакивая в чернила, - получишь оттиск, а так можно носить как брелок. Я был в восхищении. У каждого аристократа должна быть своя печать, которую он ставит на важных документах и договорах. Да, мне было всего 12, а такую печать можно получить минимум в 16 и только будущим главам семей, передаётся она только от альфы к альфе. У меня бы её не было в любом случае, а иметь свою - престижно. -Ты сам? Сам вырезал это? На дереве был вырезан узорчатый рисунок в центре с буквой Э. -А почему Э? -Изначально я хотел написать инициал, но решил поставить первую букву фамилии, чтобы было более официально. - Иногда ты слишком официален, это бесит, - я без страха мог капризничать перед ним и высказывать недовольства, не боясь получить по шее. Ему 17, и выглядит он уже внушительно, рука у него наверняка тяжёлая, проверить не довелось. -А ты капризный. -И что? Он приблизился ко мне, будто присматриваясь. -Ничего, - загадочно улыбнулся, я не понял его эмоции и почему-то смутился. -О, вот ты где! - И опять она, что вот ей ещё надо? - О, привет. Ты наш именинник? Я Алина, - и она протянула вперёд руку. Рукопожатие? Я не привык к такому, но ответил тем же. Ощущения остались неприятные. -Ты что-то забыла? - Мне тогда показалось, что Дима не был рад видеть её снова. -Тебя, - странная улыбка, - отошла на минуту, а ты уже исчез. Я не заметил, как мы, и правда, отошли в коридор, где не было музыки и людского говора. -Что тебе нужно? -Мама позвала тебя, сказала что-то срочное, - я понял, что она врёт. Прямо и нагло. -Подожди минуту, - он не понял? Дима вернулся в зал, оставляя меня стоять на месте с подарком в руке, а девушка, победно взглянув на меня, направилась вслед за ним. Я так и обомлел. Но, может, его, и правда, позвали? Я решил внимательнее рассмотреть свой подарок. Совсем недавно мы общались на тему человеческих ценностей. У меня был на эту тему урок, и Дима согласился помочь разобраться. Мы долго разговаривали о статусах и деньгах, что имеет значение, а что нет. И как-то между делом разговорились о подарках и подношениях, выяснили, что оба предпочитаем вкладывать в свою работу труд и душу, а не деньги. И вот его подарок. Рисунок очень тонкий, работа чуть ли не ювелирная. Сама печать компактная, действительно как брелок можно носить. Было приятно понимать, что он ради меня жертвовал своё время и даже терпел боль. Я не один раз попадал ножом то по пальцу, то по руке, знаю, как это больно. Надеюсь, он не сильно пострадал. Надо спросить! Как раз снова поблагодарю его за подарок. Набравшись уверенности, я быстрым шагом направился в зал к гостям. Играла музыка, многие танцевали или просто общались, взглядом я отыскал его спину и Алину, уже был готов броситься к нему, как вдруг... Они поцеловались. Она буквально прижалась к нему, а он обнял её. Казалось, эти секунды длились вечно, а я стоял и смотрел. Из глаз хлынули слёзы, но я продолжал смотреть, вдруг всё не так? Может, это случайность? Они наконец оторвались друг от друга, но вместо каких-либо сцен она просто улыбнулась, и они продолжили общаться как ни в чём не бывало. Как же тогда было больно. Это был худший день в моей жизни, сердце разорвалось на куски. Те чувства, что я испытывал, что так хотел открыть ему, надеялся на взаимность, но всё вышло по-другому. Захотелось убежать, что я и сделал, но дальше коридора мне уйти не удалось, меня остановила та надоедливая девчонка. -Ты куда? -Не твоё дело! -Ты что, ревёшь? -Отвянь!- Она ничего не понимает. - Ой-ой, посмотрите на него. Задели его нежные чувства. Я аж остолбенел. -О чём ты? -Они хорошо смотрятся, не правда ли? Ты что, думал что вы будете вместе? - Не смей,- Ты парень, как и он, думаешь у вас что-то вышло бы? Ты просто был временной заменой вот и всё, - не верил, тогда я не верил. -Это не так! -А как тогда? - Она усмехнулась и опёрлась о косяк. Никогда раньше не чувствовал себя настолько бессильным, что я мог ответить? Что рассчитывал на любовь до гроба? Глупо. Почему её слова кажутся правдой? -Эй, вот ты где. - Только его сейчас не хватало. Из зала вышел невозмутимый Дима. -Отстань!- Я просто хотел уйти, чтобы меня не трогали. -Что случилось? Объяснись. -Не хочу! - Я резко обернулся к нему, снова не замечая, как из глаз потекли слёзы, он отшатнулся как и его спокойная аура. -Почему? Почему она? - Только это меня беспокоило. -О чём ты? Из зала стали выходить люди, чтоб узнать, что происходит. Я мог и музыку перекричать, скандалил я хорошо. Но тогда мне было всё равно, даже на вышедших родителей, которых не устраивало происходящее. -Что я сделал не так? Почему ты выбрал её, а не меня? - Голос срывался на крик. -Что ты устроил? - Строгий голос отца. -Чем я хуже неё? - Я указал пальцем на невинную с виду Алину. -Прекрати, - шепнул Дима. Раньше стоило ему только намекнуть на то, что я веду себя неподобающе, я тут же замолкал, но я не был намерен оставлять это так. -Почему? - Я не мог остановить слёзы. - Я люблю тебя! Почему ты выбрал её? Все впали в ступор, даже сам Дима. Я ожидал каких-то отговорок, ругани, хоть чего-то с его стороны. Но он молчал. Все шептались, а он молчал. Все смотрели осуждающе, меня не понимали, он тоже не понимал. Отстой. Я прорвался сквозь толпу людей и просто сбежал оттуда, от него. Он не пришёл, даже не попытался оправдаться, хотя я знал, что только стоит ему прийти, и всё, что он скажет, даже слово, одно слово и я всё прощу. Он не пришёл. Зато пришёл отец. Я выслушал, какой я позор семьи и что вёл себя непозволительно, что даже мой младший брат себе такого не позволяет и особенно в обществе. Я всех подвёл. Интересовало меня это? Нет, совсем нет, я думал лишь о том, что он не пришёл. Я был наказан, хотя на меня просто не обращали внимания чуть больше, чем обычно, ничего такого. Я был опустошен, будто отрубили все чувства. Ничего не интересовало и руки опускались, как будто часть меня просто сожгли, оставив болезненные ожоги. С Димой мы не виделись чуть больше месяца. Они не приезжали, да и мне видеть его не хотелось. Вдруг я подумал, что, может, все эти чувства были выдуманы? На самом деле я просто ошибся, и эта была вовсе не любовь? Этот месяц был мучителен, мне было тоскливо и одиноко, брат, с которым мы хорошо общались, редко ко мне приходил, потому что я был наказан. Чувствовал я себя ужасно и даже, кажется, начал болеть. Следующая встреча с Димой случилась как раз через месяц. Мы выехали в город, на какой-то приём по делам отца, присутствовать почему-то должна была вся семья. Отец строго наказал быть рядом и не встревать в разговор. Моё поведение и так бурно обсуждалось, по его словам, в обществе, не к чему портить имидж семьи ещё больше. По чистой случайности там оказалась семья Димы или нет, я не знаю. Факт в том, что он там был. Видеть его тяжело, я вообще думал, что он забыл обо мне, но как только наши взгляды встретились, он качнул головой, виновато улыбаясь. Хочет делать вид, что ничего не произошло? Пусть делает, а я не буду. Он меня предал. Я отвёл взгляд и ушёл. За вечер мы пересекались раз так 5, и он то пытался заговорить, то просто подойти, и все его попытки успехом не увенчались. Я уходил или делал вид, что не замечаю его. Но и ему это надоело, пока родители общались между собой, я разглядывал картины на стенах, и тут меня дёрнули в коридор. -Что происходит? - Он был очень зол, на секунду я испугался, всё-таки здоровенный альфа. Но я быстро вспомнил, что именно я тут жертва обстоятельств и, освободившись от его хватки на плече, скрестил руки на груди. -Ничего. -Прекрати себя так вести. -Как так? -Как маленький. Что произошло тогда на твоём дне рождения? -Ничего, - я насупился. Ругать человека в мыслях легче, чем в реальности. -Ты повёл себя странно, я и понять ничего не успел. Теперь нос воротишь? -Это из-за неё! - перебил я. -Кого? То есть я мучился так, а он и думать забыл о произошедшем? -А ты сам подумай. -Из-за тебя у меня и Алины были неприятности. Ты повёл себя эгоистично. Наговорил глупостей и ушёл. У меня от таких предъяв челюсть отвисла. Вместо каких-то оправданий и извинений он сделал виноватым меня! -Так что объяснись. -Я... я, - а что сказать? - Я же просто хотел быть с тобой. Разве это плохо? Почему с ней? -Да о чём ты? - Он раздражён. Значит, я и правда был таким придурком и думал, что мои чувства взаимны? -Эй! - Он больно отдёрнул меня за руку, - либо говори, что случилось, либо прекрати уже! Я не знаю, что думать! Я устал от твоих кошек-мышек, веди себя, как взрослый, и отвечай за свои слова. -Я просто хотел сказать... -Что?! - Он зол, требователен, а я уже не уверен в том, что так давно хотел сказать. -Я. -Ну? - Руку больно сжимали, а на душе было паршиво. -Любил тебя, - проговорил я достаточно тихо и, не посмотрев на его реакцию, даже не убедившись в том, что он меня услышал, я вырвался, убежал. Не знаю, когда начал плакать, когда вышел из здания или ещё при нём. Как же гадко. Меня презирали все те люди, родители и, как выяснилось, даже Дима. Как, что я сделал не так? Полюбил? На улице так темно, а ещё я местности не знаю, хотя какая разница? Меня же нигде не ждут. Дома я позор семьи. Отец ещё утром сказал, что если я что-нибудь выкину, то он выкинет меня, мол обуза ему не нужна. Вряд ли скандал с сыном главы корпорации его обрадует. Жить ещё несколько месяцев или лет и знать, что собственные родители тебя ненавидят, зачем? Дружили со мной друзья Димы, а теперь и сам Дима ненавидит меня. Видите ли, у него были проблемы. Он даже не спросил, были ли они у меня, не спросил, через что я прошёл за этот месяц. Может, он всегда таким и был? Мне стало холодно, и я знал, что мне придётся возвращаться. Вот только куда? Обернувшись, я наткнулся на яркий свет фар. Большая машина ехала прямо на меня. Остановилась она в паре сантиметров от меня, и от испуга я упал. Тут из газели кто-то вышел, может, чтобы проверить, в порядке ли я? Я тогда хотел и спросить, как обратно добраться. Но вот вид огромного беты не внушил мне доверия, и хотел я встать, как послышался голос. -А у тебя милое личико. Сойдёшь за сверхурочные. От него несло сильным запахом сигарет, и у меня начала кружиться голова. Встать я не мог, и он резко поднял меня за грудки и потащил в машину. Именно потащил, ноги волочились по бетону, сдирая кожу, больно! Я пытался отцепить его руку от себя, закричать, но ничего не вышло. Мне зажали рукой рот и грубо кинули в багажник. Я больно обо что-то ударился, и глаза стали закрываться сами собой.