От любви до ненависти и обратно в счастье

В тот день я понял, что за обучение нам предстояло пройти. Когда открылась дверь, вошёл альфа, лет 25 или, может, чуть старше. Он был довольно-таки большой и выглядел устрашающе. Я вдруг подумал о том, что я делал, когда мне становилось страшно. Понял, что мне и не было страшно до этой недели, но когда мне становилось не по себе, всегда что-то говорил Ден. Ну не говорил, скорее орал матом, чего я делать не буду, но если я дам отпор, то, может, мне будет не так страшно. Мысль странная, но как следует исполнить я её не успел, альфа подошёл ко мне. -Раздевайся! - Голос грубый, но не неприятный. Я только не понял смысл сказанного, кажется, мозг отключился, и я перестал понимать слова. -Ты глухой? - Он подошёл ближе. Я только покачал головой и по-прежнему неподвижно сидел и смотрел на него снизу вверх... -Тогда объясню понятней. Он резко поднял меня за волосы и рывком сдёрнул рубашку, срывая пуговицы и разрывая её в клочья. Затем он кинул меня на кровать, отчего я больно ударился локтем, по телу прошёлся холодок, и я вздрогнул. -Эта одежда тебе больше не нужна, наденешь это, - он кинул какие-то тряпки мне, - а теперь раздевайся. Мозгом я понимал, что бояться нельзя, но пальцы предательски тряслись. Я кое-как расстегнул брюки и снял вместе с ботинками. -Всё снимай, - бросил он мельком и, скинув меня с кровати к стене, сам сел на кровать напротив меня и уставился. - Будешь ерепениться, я сделаю всё сам и без объяснений. Тебе это не понравится. Я не знал, куда себя деть, было неловко, я не знал, что от меня требуется и ничего не мог сделать. -Божееее. Из раза в раз одно и тоже, - он притянул меня к себе за руку и придавил к полу, положив на спину. Одной рукой он держал мои запястья, а другой стянул нижнее бельё, я пытался его оттолкнуть, но что я мог сделать против здоровенного альфы? -Ещё раз рванёшься, и я за себя не отвечаю. Я затаил дыхание и просто ждал, когда это кончится. Он смотрел меня везде и крутил, как хотел, щупал, это было отвратительно и унизительно. Но ещё хуже стало, когда он перевернул меня животом на холодный пол и стал вставлять свой палец внутрь. Было больно, и я не удержался, закричав. -Заткнись, я должен убедиться, что ты девственник. Он вытащил палец и снова перевернул меня. Поднял за волосы и кинул животом на кровать. -Переодевайся. Завтра начнём с растяжки, ты слишком узок, - сказал он, выходя из комнаты. Чувство, будто меня растоптали, всё внутри упало, и я заплакал. Помню даже то чувство ненависти к себе из-за слёз. Какое-то время я так пролежал, но скоро совсем перестал чувствовать пальцы ног и рук от холода и решил что-то надеть на себя. Те тряпки, и правда, оказались одеждой. Чёрные лосины в обтяжку и чёрный топ. Развратно, я будто весь как на ладони, никогда я такого не носил. Мне даже моих трусов не оставили. Одевшись, я забрался на кровать с ногами и просто сидел, внутри было пусто, но зато я совершенно ни о чём не думал. Через какое-то время принесли поднос с едой. Вот тут было счастье, и рис, и мясо, и чай, и всё горячее. Как я дожил до того, что стал радоваться обычной еде? Мне было пофиг, я просто хотел есть. После ужина меня сморило, и я заснул. Вот так и жил. С утра до вечера были "занятия". Каждый раз он заставлял меня раздеваться и делал со мной всё, что хотел. Были и занятия спортом, бесчисленные отжимания, прыжки и даже бег. Он приносил гантели и заставлять тягать тяжести, а потом снова прыжки и приседания, несколько часов без остановки. В другие дни он растягивал меня внутри, несколько часов пыток, то упражнял в гимнастике, кажется, я начал гнуться во все стороны. Делал всё грубо, больно, не давая поблажек. Делал всё, что ему было нужно. Потом учил, как соблазнять, и в начале меня это дико смущало, особенно мне запомнились его уроки по минету. У него был очень большой агрегат, и поместить ЭТО во рту было почти нереально, не то, что как-то заглатывать. Но он заставлял, и когда тебя 4 часа подряд насилуют в рот огромным членом, то хочешь не хочешь, а научишься. И я научился. И так прошёл год. Целый год этих мук. Это было уже привычно, я мог спать до обеда, дотерпеть до ужина не всегда удавалось легко, а потом ужин и сон сам собой наступал. Если в начале я проклинал гимнастику, то сейчас только за, уж лучше гнуть ноги, чем пытаться совладать с ужасно длинными дилдами. Он стал приносить искусственные члены и запихивать мне их всюду. Иногда он мог засунуть сразу три очень длинных и мучить ими меня часами, так что заглотить я могу всё что угодно, и не только ртом. Я мог кричать, надрываться и блевать от того, насколько глубоко их в меня засовывали, но он не останавливался и продолжал с ещё большим упорством. Когда он пихал мне их в жопу, я орал, причём дико, потому что делалось это долго и резко, невообразимо отвратительно. Но альфа никогда не останавливался, всегда продолжал и доводил дело до конца. Доходило до того, что он начал обучать меня целоваться, слизывать сперму и кончать. Это было омерзительно, он мог и наказать, если я кончал раньше, чем мне позволялось. Дрочил мне по пять часов подряд. Вы хоть представляете, каково это, кончать грёбанных 5 часов подряд? Или наоборот не давал кончить. И то и другое мучительно. Мог полностью поднимать меня в воздух, и заставлял нагибаться, и лизать, сначала просто, как могу, потом издавать звуки, и делать это более соблазнительно. Что со мной только не делали. И так прошло ещё несколько лет, в общей сложности 3 года. Я ни с кем не виделся, только с тем альфой, чьего имени даже не знал. А понял я, что прошло 3 года только позже. Всё то время соединилось в единый отрывок времени без ограничений. Меня уже перестали смущать откровенные вещи, в них было удобно выгибаться и танцевать, что мне нравилось, все репетиции, спешу напомнить, я отрабатывал голышом, так что ещё спустя полгода перестал смущаться собственной наготы, как и наготы своего партнёра. Как бы то низко ни было, но иногда мне даже нравилось, когда в конце он доставлял мне крышесносное удовольствие, мне было на всё плевать. А раз в месяц он заставлял меня самого себя растягивать и доводить пальцами до оргазма, так что я и сам умел предоставить себе офигенный оргазм. Еда заслуживала уважения, а после каждой успешной репетиции на подносе появлялся стаканчик с горячим шоколадом. И все три года я ни с кем не общался. Как я не сошёл с ума? Сам не знаю. Я часто слышал, как кричат и плачут другие за стеной, в первые месяцы просто зажимал уши, потом привык. Спустя пару месяцев гантель и гимнастики я мог допрыгнуть с кровати до окна и уцепиться за прутики, даже висеть научился по несколько часов. Нет, людей, конечно, не было, максимум что я видел - корни деревьев, иногда было слышно птиц, или как идёт дождь. А на прошлый день рождения альфа принёс мне книгу. Я сам вытребовал. О да, я научился и дерзить, и хамить, и матом посылать на все стороны. Книга была по типу Камасутры, но мне было пофиг, главное, что б занимало. В ней было 500 страниц. После 7 или 9 прочтения, когда я знал её наизусть, я стал рвать её, шрифт был маленький, и я отрывал каждую буковку, потом собирал их в слова и складывал целые истории. Самое классное, что каждый день была новая история. Я разговаривал сам с собой, представлял себя в образах своих же выдуманных персонажей. А ещё часто вспоминал Дена и Катю. Я не знал, что с ними, живы они или нет, но всем сердцем надеялся, что у них всё хорошо. Все три года меня не покидала мысль о побеге, но когда под вечер я еле находил сил, чтобы поесть и тут же засыпал, об этом не могло быть и речи. И мне приходилось заниматься самому, бегать, прыгать, отжиматься. Некие изменения пришли с новым альфой. Просто в один день пришёл другой альфа и сказал, чтобы я начинал. Мозг снова отказал, и я тупо ничего не понимал. И в итоге, как я понял, это был клиент, которого я должен был обслужить. Но всё сорвалось и ничего я не сделал, из-за чего уже привычный альфа каждый день прокручивал полностью процедуру обслуживания. Это было кошмарно, потому что я обслуживал его, а фантазии его были ненасытны. А потом представился случай убежать. Когда я поставил вечером пустой поднос у двери, то заметил, что из щели дует. Дёрнув за ручку, я понял, что дверь не закрыта. И тут уже стал вопрос: остаться или нет? Что меня здесь держит? Ничего. А что меня держит там? Тоже ничего. Но всё же мнение, что лучше нищебродствовать на свободе, чем жить в клетке. Только одну и очень большую ошибку я совершил, я не знал, куда идти. Вообще. И первые несколько минут я потратил на рассмотрение коридора. Ещё с утра мне было нехорошо, то в жар бросало, то холодно становилось. К вечеру ещё и живот схватило, поэтому быстро передвигаться было сложно. Закрыв за собой дверь, я направился на выход и в упор столкнулся с каким-то альфой, который просто охренел от моего вида. А я просто прошёл мимо и тут же побежал. Такого точно не ожидали и просто впали в ступор, но не надолго, вот уже я услышал быстрые шаги за собой и бросился к двери. Вот как можно так словить удачу, что даже дверь на улицу была открыта и так опростоволоситься, тупо встать через пару метров из-за сильной боли в животе. Я всё же заставил себя бежать, через боль, но я бежал. Как только здание скрылось из вида , а погоня приближалась, ноги просто отказали, и я упал. Херовый из меня бегун, это я ещё тогда понял. Только вот ад, ещё не начался. Догнали меня быстро, и я понял, КАКОЕ наказание бывает за побег. Меня просто изнасиловали. Прям на улице, на земле. Я, конечно, могу попытаться объяснить, насколько мне было больно и через что я проходил, но слов не подберу, и меня не поймут. Просто было ужасно больно, меня рвали на части. Но и с организмом что-то происходило, мне вроде даже хотелось, чтоб это продолжалось, а член изнывал от желания. Не знаю, сколько продолжался акт, но я отрубился. Пришёл в себя снова в своей комнате. На полу лежала упаковка таблеток и стакан воды. Я уже до этого почти месяц пил какие-то таблетки, так что даже без запинки отправил капсулу в рот, отрава так отрава. Тело болело, зад трещал по швам и весь тот день я спал. Еду мне не приносили дня два, ко мне никто не приходил. Вроде бы круто, никто не заставляет убиваться целый день, тем более, когда мне так хреново, но я мучил себя сам, точнее растягивал. Боль так же была ужасной из-за того, что я не делал растяжки почти неделю. В любой момент ко мне могут вломиться, и всё снова повторится, поэтому терпя ужасную боль, со слезами я себя растягивал и ужасался, когда на пальцах оставалась кровь. Но и мне этого хотелось, я плакал от безысходности, просто не понимал, почему обязан причинять себе боль. Вот так и понял, что такое течка. На третий день мне принесли еду, а на пятый продолжились обычные занятия. Мне показали урок, даже не стали акцентировать внимание, мол сам всё понял, а я понял. Вряд ли снова попробую сбежать. После тех лекарств, которые я пил ещё неделю, странности с моим телом закончились. Потом я продолжил пить уже привычные мне таблетки, по-прежнему не зная, что это. Пока через две недели ко мне снова не прислали клиента. И на этот раз я его обслужил. Тренировки уже включали в себя проникновение, было не так больно, но дискомфорт всё ещё присутствовал, я получил похвалу за то, что самостоятельно занимался и стакан горячего шоколада за хорошую работу. Клиент трахал меня более сдержано, боли почти не было, зато были странные ощущения. Будто мной пользуются, что собственно и происходило. Я боролся с собой, потому что понимал, что я просто вещь, которой быть не хотелось. А через пару дней дверь открылась тем альфой, что схватил меня на улице. -На выход. Ты переезжаешь.