Спасают секс и рок-н-ролл

Лаванда

Терри с раскрасневшимся перекошенным лицом кинулся к Лаванде, грубо схватив её за руку выше локтя. Неприятное жжение от давивших на мышцы пальцев лишь разозлило девушку. Злобно шипя, она крутанулась на месте, поднырнув под лапищу неповоротливого громилы. Оказавшись за спиной своего противника, гриффиндорка со всей силы пнула его под коленку. От неожиданности магл рухнул на колени. Освободившись, Браун схватила кусок деревяшки, так предусмотрительно приставленный к кирпичной стене возле мусорных баков, и несильно размахнувшись, чтобы не нанести лишнего вреда незадачливому грабителю, ударила его по затылку. Этого хватило, чтобы Терри потерял сознание и повалился лицом на мокрый асфальт. Тяжело дыша, Лаванда развернулась в сторону Малфоя. Она увидела в его глазах облегчение. Тёплая волна разлилась в груди от понимания, что он беспокоился за неё. Но девушка не успела насладиться этим новым чувством, поскольку заметила третьего магла, очень быстро подскочившего к слизеринцу. Неопрятный громила с перекошенной мордой поспешил воспользоваться неожиданным преимуществом. Тяжёлый кулак со сбитыми костяшками прилетел чётко в левый висок Малфоя. Обычный человек точно бы потерял сознание, но не волшебник. Удар лишь дезориентировал слизеринца, отбросив его к грязной кирпичной стене. Лаванда бросилась на помощь, но неуклюже споткнулась о распростёртого Терри и, потеряв равновесие, отнюдь не грациозно плюхнулась на него. Ругнувшись, она попыталась встать, наблюдая, как магл замахнулся для нового удара. Она поняла, что не успеет помочь, когда краем глаза заметила движение — кто-то неизвестный налетел сзади на нападавшего. Оглушённый неудачник совершенно неожиданно начал заваливаться в бок на мусорные бачки. Лаванда неуклюже поднялась на ноги, сжимая кулаки в полной готовности продолжать защищаться, когда узнала новое действующее лицо. С облегчением она неуверенно улыбнулась Максу, услышав саркастичное: — Да, чтоб вас! Лив, какого дьявола ты со своим хахалем нарвалась на Терри? Лаванда не успела ответить, а Макс уже склонился над Малфоем, протягивая ему руку. Слизеринец несколько раз моргнул, разгоняя цветные круги, наверняка плясавшие перед глазами. Он тоже неуверенно пялился на протянутую ладонь. Девушка не знала, что ей делать дальше. Она замерла в нерешительности. Время для неё растянулось в томительном ожидании реакции слизеринца. Браун могла лишь догадываться, как отреагирует Малфой на руку помощи от простого магла. В голове гриффиндорки уже начала складываться определённая картинка, которую подогревали некоторые не совсем приятные воспоминания о наглом избалованном мальчишке, каким был её парень не так уж и давно в прошлом. Тот белобрысый аристократишка считал себя, чистокровного волшебника, венцом природы, вершиной пищевой цепи. Но слизеринец лишь немного помедлил, окинув магла оценивающим взглядом, а потом внезапно для Лаванды крепко схватил протянутую руку и тяжело поднялся. Она с недоверием рассматривала Драко. Где тот избалованный юнец, который считал таких, как Макс, всего-навсего скотом и пылью под подошвой сапог великих рабов Волдеморта? Девушка осторожно подошла к двум парням, играющим в гляделки. Первым нарушил тишину Макс: — Для говнюка, рождённого с золотой ложкой в заднице, ты неплохо выдержал удар Марти. Я видел мало ребят, способных устоять после прямого в висок. Тем более, от него. Макс многозначительно приподнял брови и кивнул головой в сторону третьего неудачника. Малфой хмыкнул и потёр левую бровь. От столкновения с тяжёлым кулаком некоего Марти кожа треснула, и на пальцах слизеринца остались следы крови. — Не все говнюки, рождённые с золотой ложкой в заднице, слабенькие хлюпики, — Малфой ответил в той же манере, саркастично ухмыльнувшись и обняв гриффиндорку за талию. — Ты как, Лив? — проигнорировал замечание Макс. — Бывало лучше. Спасибо. Ты как нельзя вовремя. Повисла неуютная тишина. Браун нервно мялась с ноги на ногу, чувствуя тяжесть руки своего парня на боку. Она искоса поглядывала на лицо Малфоя. Даже в тёмном проулке он выглядел слишком бледным. От него исходила странная смесь эмоций, с которой слизеринец пытался бороться. Малфой злился, но злился на самого себя, что слишком расслабился и потерял бдительность — мир маглов не вызывал у него должного чувства опасности, хотя парень прекрасно понимал, что они находились в далеко не в самом благополучном районе города. Что гриффиндорка, что слизеринец прекрасно знали — им, волшебникам, в этой небольшой потасовке ничего серьёзного не угрожало. С двоими они справились практически играючи, да и третий верзила получил бы своё, стоило лишь Браун достать палочку (об этом она, конечно же, вспомнила в самый последний момент перед приходом неожиданной подмоги). Ещё одним чувством, что Лаванда улавливала, было удивление. Парень не мог до конца поверить, что этот магл Макс пришел на помощь к нему, к тому, кто по идее увёл у него девушку. Сам бы Малфой ни за что не стал бы помогать своему сопернику, а тем более признавать потом, что соперник-то не промах. Это просто не укладывалось в слизеринской голове. Непосредственность простеца, с которой он столкнулся, буквально выбила у него почву из-под ног. И в бурлящем коктейле из эмоций, подогреваемом выбросом адреналина, чётко проступала тень благодарности. Лаванда увлечённо рассматривала носки своих ботинок, когда услышала короткое, но чёткое без тени сарказма, иронии или издевки: — Спасибо. Девушка вскинула голову, не веря в то, что только что произошло. Сам Драко Люциус Малфой, одетый в магловскую одежду и стоящий в подворотне возле мусорных баков в магловской части Лондона, поблагодарил магла. — Не за что, — кивнул Макс, — а теперь пошли отсюда. — Куда? — пискнула Лаванда, почувствовав, как рука Малфоя напряглась. — В «Пещеру». — Зачем? — голос девушки звучал уже более уверенно. — Царапину нужно промыть и заклеить пластырем. У тебя же аптечки нет. Малфой недобро хмыкнул, но промолчал. Лаванда была уверена, что потом, наедине, её будет ждать не самый приятный разговор. Слизеринец мог быть нереально дотошным, когда что-то касалось его личных интересов, а она внезапно оказалась в этом кругу. И даже сейчас девушка не могла точно сказать — нравилось ли ей такое положение дел, или всё-таки раздражало. — Идём. Макс прав, — она потянула своего парня вслед за удаляющимся маглом, а слизерицу ничего не оставалось, как последовать за ней. Браун уже предвкушала его реакцию от подвального клуба «Пещера».

***

До подвального клуба, в котором собиралась неформальная молодежь из близлежащих жилых кварталов, трое молодых людей добрались меньше чем за четверть часа. Как и все заведения, что находились в этом районе, бар с небольшой концертной площадкой располагался на цокольном этаже старого многоквартирного кирпичного дома. Лаванде ещё летом повезло несколько раз посетить это легендарное для местных место. Конечно же, её поначалу шокировала обстановка пьяного безудержного веселья, сопровождаемого ушираздирательной музыкой, не отличавшейся и толикой мелодичности или гармонии. После первого посещения злачного местечка Макс посвятил гриффиндорку в тонкости английской субкультуры. Она с большим энтузиазмом окунулась в эклектику мира молодых и не совсем успешных кавер-групп, воспроизводящих на свой манер хиты Sex Pistols, Joy Division, The Cure и многих других команд, названия которых Лаванда не запомнила. И сейчас, остановившись перед грязной обшарпанной металлической дверью с замызганным оконцем, она не знала, как на всю эту вакханалию может отреагировать Малфой. Встреча в подворотне, а затем быстрая прогулка до знакового заведения, выветрила из их крови ударную порцию алкоголя. А как она уже успела заметить, трезвый Малфой становился той ещё заносчивой задницей. — Идём, — бросил Макс, спускаясь к заветной двери, возле которой дежурил толстый прыщавый молодчик, выполняющий роль бессменного секьюрити. — Здарова, Макс, — пробасил толстяк. Магл лишь кивнул и запоздало добавил: — Они со мной. — Ок. Лаванда быстро схватила насупленного слизеринца за руку и последовала вслед за своим другом. Малфой не сопротивлялся. Возможно, её тревога была лишней, и он всё ещё пребывал под воздействием водки и адреналина. Пещера представляла собой небольшой зал с массивной барной стойкой и мизерной сценкой в дальнем от входа углу, где еле умещались четыре музыканта и вульгарно выглядящая певичка. На новых посетителей моментально обрушился хрипящий громкий звук электрогитар, тусклый жёлтый свет и давящий низкий потолок. В клубе было тесно от количества разношерстного народа, состоявшего из представителей совершенно разных субкультур: начиная от ярких панков и патлатых металлистов, заканчивая футбольными фанатами противоборствующих клубов. Люди разных возрастов и взглядов совершенно нормально уживались в этом уникальном месте. Все конфликты было принято оставлять на улице, а если уж очень сильно чесались кулаки, то рьяные дебоширы всегда покидали заведение и выясняли отношения где-нибудь подальше в подворотнях. Такое положение дел устраивало абсолютно всех, поэтому бар считался нейтральной территорией, своего рода Швейцарией конкретно этого района Лондона. Браун с интересом наблюдала за слизеринцем. Малфой пристально оглядывался по сторонам. Его губы растянулись в хитрой ухмылке — Пещера пришлась ему по душе. Лаванда осторожно выдохнула, заметив, что не дышала всё это время. — Идите к бару, — бросил Макс, — а я посмотрю, можно ли воспользоваться подсобкой. Лаванда лишь кивнула, утягивая за собой озирающегося по сторонам Малфоя. К её облегчению возле стойки в самом дальнем углу нашлось два свободных стула. Возле них тут же нарисовался длинный и тощий бармен с совершенно невообразимым беспорядком на голове в духе Гарри Поттера. — Хей! Что будешь заказывать, киска? Малфой закатил глаза, что не укрылось от девушки и нахального бармена. — Пиво мне и моему парню, — бросила Браун, отворачиваясь. — Окей. — И как часто ты посещаешь такие заведения? — заполнил образовавшуюся паузу слизеринец. — Пару раз летом приходила сюда с Максом. — М-м-м, — многозначительно протянул Малфой, разглядывая кирпичную кладку потолка. — Опять ревность? — съязвила девушка, разворачиваясь к нему всем корпусом и буравя взглядом. Малфой лишь пожал плечами. Лаванда наконец-то смогла разглядеть глубокую царапину на его брови и уже начинающий припухать висок. На месте удара уже обозначился малиновый кровоподтек. Девушка успела пожалеть, что они не отказались от похода в клуб. Им стоило вернуться в её квартиру, где в чемодане были припасены парочка зелий, способных моментально заживить полученный боевой трофей. Слизеринец лишь нагло ухмыльнулся ей, кладя свою ладонь на острую девичью коленку. Макс появился почти сразу же, когда бармен принес заказ, а Лаванда бросила на стойку смятые купюры. — Хватайте своё пиво и за мной, — скомандовал парень. Троица с большим трудом преодолела шатающуюся в экстазе толпу. Макс открыл дверь в небольшую комнату возле сцены, заваленную различной музыкальной аппаратурой и прочим неописуемым хламом. Почти в самом центре стоял стол с яркой лампой. На нём уже лежала раскрытая аптечка. — Садись, — скомандовал он Малфою, — нужно промыть рану. Малфой с деланной ленцой опустился на предложенный офисный стул и тут же зло сощурился, когда Макс направил яркую лампу прямо ему в лицо. Магл недолго рассматривал царапину. — Глаза закрой, — скомандовал Макс. Когда Малфой прикрыл веки, парень с нескрываемым удовольствием щедро плеснул что-то на рану. Слизеринец зло зашипел, но глаза не открыл. Края ссадины тут же покрылись белой пеной. — Что это, блядь, за дрянь? — безразлично поинтересовался Малфой. — Обычная перекись, — также буднично ответил ему Макс, доставая из аптечки ватный тампон. Парень профессионально убрал кровавую пену, а потом еще несколько раз повторил манипуляцию с промывкой. Когда он убедился, что все чисто, начал пристально разглядывать края. — Ну и крепкий ты засранец. Зашивать не нужно. Хватит пластыря, — подытожил наконец-то магл и, не сильно беспокоясь о возможных болезненных ощущениях своего соперника, приклеил на рану пластырь, стянув края ссадины. Малфой вытерпел все манипуляции без единой эмоции на лице. Что для бывшего Пожирателя какой-то пластырь? Эти ощущения вряд ли могли поспорить с Круциатусом самого Волдеморта. После маленькой экзекуции Макс достал две бутылки пива из минихолодильника. Одну он открыл с характерным хлопком, а вторую протянул Малфою. Слизеринец покосился на бутылку. — Спасибо, но нет. У меня есть, — он показал маглу полупустой стакан. — Приложи к лицу, чтобы снять отек, — хмыкнул Макс, делая глоток. Лаванда наблюдала за парнями со стороны. Вся эта картина, на её взгляд, была совершенно сюрреалистичной: чистокровный волшебник позволил маглу провести над своей травмой неизвестные манипуляции; а потом спокойно приложил к лицу холодную бутылку дешёвого пива, принятую из рук простеца. Действительно, всё это выглядело очень странным. Ещё летом она не могла представить себе, что может стать свидетелем подобного. Тем более, всё это случилось не с кем иным, как с Драко Малфоем. Браун поймала себя на мысли, что в последнее время стала слишком много анализировать. Раньше бы она просто приняла происходящее вокруг неё как должное и не утруждала бы себя лишними размышлениями. Допив пиво, они покинули подсобку клуба. Малфой по-хозяйски закинул руку ей на плечи и притянул девушку к себе. Она чувствовала, что несмотря ни на что, он всё же ощущал себя не в своей тарелке, будучи окруженным таким количеством маглов. Лаванда решила, что на сегодня им приключений хватит. — Идём домой? — она тихо шепнула ему на ухо, приподнявшись на носочки. Он лишь кивнул ей в ответ.

***

Спустя почти час пара волшебников добралась до дома. Они не торопились, прогуливаясь по пустым улицам. Малфой так и не убрал свою руку с её плеч. По пути домой Лаванда несколько раз останавливалась, чтобы поцеловать его. И каждая их остановка была всё жарче и томительнее, а подъём по лестнице занял вдвое больше времени. У неё кружилась голова и жутко хотелось избавиться от одежды. Коридор до заветной двери казался вообще бесконечным. Пока они добрались до входа, что плащ парня, что куртка девушки были расстёгнуты. Дрожащими пальцами гриффиндорка только с третьей попытки смогла засунуть ключ в замочную скважину. Всему виной была ладонь слизеринца, проникшая под толстовку и нагло ласкавшая грудь. Пока девушка боролась с запирающим механизмом, парень тёрся об её зад бёдрами и тихо шептал ей на ухо, что он собирался с ней сделать, когда они окажутся в горизонтальной плоскости. Браун наконец-то открыла дверь и втащила за собой тихо смеющегося Малфоя. Когда замок щёлкнул задвижкой, девушка, рыкнув в тёмной прихожей, прижала парня спиной к стене. Она с наслаждением прильнула к нему всем телом и нежно прикусила кожу шеи. Он запрокинул голову назад, позволяя ей продолжать, а сам грубо притянул её к себе за ягодицы. Кровь стучала в висках у обоих. Лаванда, опьяненная желанием, отстранилась, чтобы расстегнуть ремень на его джинсах. Пальцы плохо слушались девушку из-за сильных рук, блуждающих по её плечам и бокам. Внезапно Малфой напрягся, а руки обессилено опустились. Лаванда моментально почувствовала смену его настроения. Она медленно подняла голову и взглянула в лицо слизеринца. В темноте девушка прекрасно видела, как он побледнел и нацепил привычную холодную маску. Она втянула носом воздух и уловила чужой запах, который сразу не заметила из-за собственного возбуждённого нетерпения. Нервно сглотнув, Лаванда повернулась в ту сторону, куда пристально смотрел Малфой. Её рука нащупала выключатель. Зажёгся свет, ослепивший их на мгновение. В центре маленькой комнаты стояло массивное трансфигурированное кресло с высокой спинкой, и в нём в расслабленной позе сидел знакомый им волшебник в очень дорогом чёрном костюме-тройке. Длинные платиновые волосы покоились на широких плечах, а на суровом бледном лице ярко горели кристально-чистые серебряные глаза. Мужчина скривил губы в надменной полуулыбке. — Здравствуй, сын.