Там, где моё место

Bitte, bitte

Sag es mir und tu nicht so,

Als ob da gar nichts ist.

Aber ich seh' was in deinem Gesicht

Und ich weiß nicht, was es ist

Weil du mir nicht alles sagst,

Frag' ich dich nochmal

Und du sagst nichts.

Du bist Anders - AnnenMayKanterreit

__________________________________

      Прохладные порывы ветра обдувают щеки. Она бежит. Зачем? Куда? Оглядевшись, Такара понимает, что бежит по лесной тропе. Она любила это место, тут так спокойно. Но почему то сейчас на душе было так тревожно. И почему она бежала? Тем более ночью? Терзаясь этими вопросами, Такара не заметила, что дошла до знакомой поляны и стоит над обрывом. Луна осветила ночное небо, облака расступились открывая звездное небо. Этот свет казалось проник и в ее душу, отгоняя тревожную тьму. Всё же не зря это место ей всегда нравилось. — Так и думал, что смогу найти тебя здесь, – послышался знакомый голос позади, и сердце пропустило удар… — ….

***

      Громкий нарастающий звон перекрыл следующую фразу, возвращая Такару в реальность. Это просто сон. Чертов телефон не затыкается. «Мама» высветилось на экране. Прочистив горло и глубоко вздохнув, девушка нажимает кнопку «ответить». — Мам, прости, я только собиралась звонить, вчера… — Да не тараторь ты так, Ичиро вчера мне звонил, сказал, что ты устала и уснула. — Понятно. — Как дела? Поела? — Всё хорошо, – в который раз врет Такара, – сейчас собираюсь завтракать. У тебя как дела?       Почему родителей волнует только питание, сон и учеба? Какая разница поела ли она, поспала ли. В теории она может пожевывать яблоко, завязывая при этом узел на шее. Или логика такова, ребенок поел, следовательно он жив, следовательно можно не беспокоиться? Эдакая безопасная территория.       Недосказанность. Так можно было одним словом описать отношения между матерью и дочерью. На вопрос «как дела?» ответ Такары всегда был один - «хорошо», как бы ужасно она себя не чувствовала, ответ не менялся. А мама в это с легкостью верила.       Хоть она этого никогда не признала бы, на самом деле Такаре очень хотелось, что бы мать хоть раз усомнилась в ответе, добилась правды от дочери, пожалела, посочувствовала, помогла, успокоила. Но полагая, что ложью защищает близких, Такара продолжала врать, а мать, желающую верить, что ее дети счастливы, такой ответ вполне устраивал. — Не забудь отправить домашнее задание, – напомнила Кубо старшая, после краткого рассказа о повседневных делах, который Такара благополучно пропустила мимо ушей. — Ладно. — И через два дня нужно определиться со школой. — Поняла. — Сегодня день рождения Азуми, ты помнишь? — Да, мам…. Ой, что-то у меня телефон разряжается, позже перезвоню.       Не дожидаясь продолжения, Такара сбросила вызов. Долгие душевные беседы с матерью не для нее.       Повалявшись несколько минут глядя в потолок, девушка поняла, что заснуть уже не сможет. Этот сон… она уже начала подзабывать его, но некая тревога всё же сохранилась. И вчерашнее…       После решения поехать в Токио, она мечтала, что восстановит отношения с друзьями. И впервые попросит о помощи. Получит поддержку, сбросит хоть часть груза со своих плеч. Но…Лучше бы всё это тоже осталось в ночи, вымылось из памяти как и этот сон… Но всё это реальность, во сне от нее не спрячешься.       Ну что ж тогда нужно провести привычную процедуру, решила Такара. Берешь свои чувства, боль, переживания, тревогу, сминаешь в плотный ком, засовываешь куда подальше, и повторяешь про себя «мне не больно» до тех пор, пока не начнешь в это верить. Отвлечься, забить голову чем-то сторонним. И можно жить спокойно, по крайней мере пока этот «комок» не взорвется.       Потянувшись на мягкой кровати напоследок, Такара нехотя пошла умываться. Закончив утренние процедуры, ведомая урчащим желудком, она обнаружила прикрепленную к холодильнику записку: « Я приготовил омлет. Не забудь позвонить маме. Если буду задерживаться, то позвоню. Не теряй меня. (つ≧▽≦)つ»       Девушка долго всматривалась в каракули снизу, пытаясь расшифровать тайное послание, но так и не поняла, что там. Позавтракав она еще раз взяла листочек, покрутила его в руках, отдаляла, приближала, и спустя пару минут поняла, что это напоминает обнимающий каомоджи. Такой вариант походит на правду. Да уж, и как только человек, от руки делающий огромные детализированные чертежи, может поражающе ужасно рисовать каомоджи.       Хотя… врезавшись в дверной косяк, подумала Такара. Пожалуй все в семье Кубо полны противоречий. Педагог, которого обожают все ученики, при этом имеющий холодные отношения с родными детьми, талантливый архитектор с херовым почерком, плюс та, что может споткнуться на ровном месте в обычной жизни, в противовес отлично владеет телом при сражении.       Кстати, тренировка в додзё скорее самый лучший вариант для прочистки мыслей. Дедуля - сенсей сказал, что она может приходить когда угодно. К тому же сейчас скорее всего там никого не будет, одиннадцать утра всё таки, все должны быть в школе. Наспех высушив волосы Такара вытащила из чемодана, который к слову так и не разобрала, кэйкоги и поспешила выйти из дома.

***

      «Место превращения личного сознания в безличное» данное трактование додзё Такара находила наиболее точным для себя. Здесь действительно можно освободить разум, сконцентрироваться на теле, обезличить себя, стать инструментом, ни о чем не думая, не заботясь ни о чем. Просто «быть» в потоке… — Так это ты тут шумишь? – зевнул парень, оперевшись о косяк дверного проема, прерывая тренировку, – почему ты не в школе? — Официально я перевожусь только со следующей недели, – вытирая пот со лба ответила девушка. — Как так вышло? — Потому что у меня высокие баллы, рекомендации от учителей и ещё я досрочно сдала экзамены, а ещё, ну, знаешь ли, у меня есть такая штука – мозг, и я умею им пользоваться. — Ботанка. Скучно, – протянул он широко зевая. — Засранец, – прошипела она в ответ., – Вот ты почему не в школе в обед, уже большой вопрос. — Кенчин не разбудил меня сегодня. — Что? Ты поэтому не идешь в школу? — Ну, да, -произнес он, будто это само собой разумеется. — Ты меня не перестаешь поражать… Хе-хе, вот переведусь в твою школу, «Нана» насколько я помню, как заставлю тебя учиться и не позволю прогуливать. — Так, всё, я тебя не знаю, – сухо произнес парень, намереваясь уйти. — Подожди-подожди, раз ты всё равно ничего не делаешь, давай потренируемся вместе? — Не, мне лень. — Майки! — Неа. — А если так, выиграешь ты – я покупаю тебе целый пакет тайяки. Ты же их всё ещё любишь?       По вспыхнувшему в глазах огоньку она поняла, что вызвать интерес у парня ей таки удалось. — Ты блять шутишь? – с гневом спросила Такара, уже во второй раз остановив ногу соперника в нескольких сантиметров от лица, –?Что за хуйня? Будешь пытаться меня жалеть, я тебе ногу сломаю, если так же легко смогу ее поймать! — А сама-то, ты только защищаешься! – парировал он, – и вообще, это ты меня называла грубияном? Как девушка может так выражаться? — Я только из деревни, мне можно! – не выдержав, друзья разразились смехом от глупой фразы, разрушая всю серьезность момента. — Киокушинкай, всерьёз, без жалости! – отдышавшись предложила девушка. — Идет.       Сразу же после традиционного приветствия, Такара перехватила инициативу, заставив уже Майки уйти в оборону. Свирепые нападения заставили парня сражаться всерьёз. И вот бой уже начал больше напоминать танец. Резкие удары заполнили всё вокруг. Рассекая пространство, мелькали конечности. Мгновенная защита сменялась молниеносной контратакой. Не привыкший глаз ни за что не смог бы уследить за ходом спарринга. — Ты проиграла! — Нифига подобного, ты сказал, что тебе надоело и просто сел! — Ну это и значит, что ты проиграла! — Это значит, что ты сдался! — А вот и нет.       Лежа на татами уже несколько минут спорили уставшие друзья. Такая ребяческая перепалка будто бы отогнала всё дурное, вернув их на непродолжительный срок в былые беззаботные времена. — Знаешь, Майки, именно о таких моментах я мечтала, когда ехала сюда, хоть не надолго, но мне показалось, что всё снова как раньше. Словно и не было этих лет… Мне всё кажется, что он как раньше выпрыгнет откуда-нибудь, прямо как в детстве… Я понимаю почему ты не захотел рассказывать о смерти Баджи… — Прости… — Я понимаю, за всё это время я стала чужой для вас, – пропустив извинение, продолжила девушка, – у тебя нет никаких оснований просто так мне открываться и доверять. Но я хочу, что бы ты знал, ты по прежнему мой друг, и ты можешь на меня положиться, – без колебаний выпалила она, – больше я не пропаду, обещаю! — Ну хорошо, Тайра, – немного поразмыслив, улыбнулся блондин. — Вы с Доракеном всерьёз теперь меня будете так всегда называть?

***

— Привет, Кейске, – поздоровалась Такара, присаживаясь напротив холодного камня, – соскучился? — Наверное, я слишком зачастила, но знаешь ли, тебе никуда не деться, так что слушай. — Майки… он улыбается, смеется, разговаривает со мной, но его глаза, в них так много боли. Я хочу ему помочь, но не знаю как. Что мне делать? Как мне быть?       Мимо пролетела птица всколыхнув листья на соседнем дереве. Единственный ответ на который может расчитывать девушка в этом месте. — Вот дура, и хули я жду? Совета? Может мне пора отправиться в психлечебницу? Открыто могу поговорить либо с деревом, либо с камнем. Идиотка, да ведь? — Думаю это в пределах нормы, я тоже частенько с ним разговариваю, и со своим котом иногда, – прозвучал мягкий голос, присаживающегося рядом парня. — Простите, – слегка смутилась девушка, быстро вытирая выступившие слезы. Сбоку сел блондин, невысокого роста, печально всматриваясь в могильный камень. — Не извиняйтесь… Вы знали Баджи? — Да, мы дружили в детстве, – растерянно произнесла Такара, – можно обращаться неофициально? Вроде бы мы ровесники? — Да, я не против. — Ты друг Кейске? — Ага… Мацуно Чифую, а ты? — Просто Тайра, – не особо раздумывая ответила девушка, – разговариваешь с котом значит? – усмехнулась она, припомнив первую фразу парня, – Баджи в детстве тоже любил кошек. Детьми мы постоянно находили бездомных котят, но мама не разрешала ему заводить животных, а мой папа не мог мне отказывать, поэтому мы приносили их ко мне домой, и в какой-то момент кошачья семья разрослась до семерых членов. Когда Баджи приходил в гости, он шутил, что квартира уже больше напоминает зоомагазин. — Он как-то говорил, что мечтал открыть зоомагазин в будущем, – с грустной улыбкой произнес Чифую.       Одно воспоминание потянуло за собой другое. Новые знакомые начали обмениваться различными историями об их общем друге, смеясь от всплывших нелепых ситуаций, Такара с Чифую не заметили как солнце скрылось за горизонтом и на город опустился вечер.       Извинившись за насмешки и попрощавшись с Баджи, они направились к выходу с кладбища. — Ты случайно не голодна? – спросил парень, когда они уже подходили к станции метро. — Нет, спасибо, – вежливо отказалась девушка, но урчащий желудок тут же раскрыл обман. — Любишь лапшу? – Улыбнулся её новый знакомый.