Дружба, хули

      До конца пары двадцать минут, надо срочно что-то придумать: если не уйти, то меня побьют, наверное, очень сильно. Он смотрит на меня, тихо Тёма, тихо, без паники! — Извините! Можно мне выйти? Пожалуйста! — выпусти меня, бес несчастный! — Выходите. Если невтерпёж, в следующий раз берите с собой подгузники! — ха-ха, шутник, я ему их на сдаче зачета подарю. Хотя, лучше не надо. — Обязательно, спасибо! — Сумку вынесешь через пять минут! — шепнул я на ухо Олегу, не буду же я с сумкой в туалет выходить!       Теперь жду пять минут и бегу домой, завтра тоже не приду, пусть остынет, что ли. Я бы не сказал, что мне страшно, но я напуган, все же он сильнее и намного больше меня! Шею сломает с одного удара в лицо. Интересно, такое возможно? Пойду в туалет, дождусь Олега там, а то если запалит кто-нибудь, что шастаю по универу, огребу похуже, чем от Андрея. — Долго ждешь? — неужели Олег так быстро? Странно, и голос вроде не его. — Не… — я не успел договорить и полностью развернуться, как почувствовал головокружение и боль, прошедшую волной по всему моему лицу. Я не понял, что произошло: голова шла кругом, а на пол летят капли крови, которые с шумом разбиваются о белый кафель. Стоило только взглянуть на лицо Андрея, как по моему телу мурашками пробежалась волна ужаса. Я сделал пару шагов назад, но места для отступления уже не было и я стою в углу. Вот мы и дошли до настоящего момента: я стою зажатый в углу, мой сокурсник зол, а я пугаюсь от одного только его взгляда. — Не надо! — прошу я, кровь стекает по подбородку и дальше по шее. — Надо, Артём, зачем ты написал эту записку? — Подружиться хотел! — сам не знаю, зачем я соврал, но думать особо времени нет. — Подружиться? Артём, мы учимся с тобой уже второй год, — он медленно потянул руку к моей шее, — ты же знаешь, что знакомство со мной ничем хорошим ни для кого не заканчивалось! — Я особенный, — пиздец, что я несу? Зачем? Я долбоёб! — И чем ты особенный? Что заставит меня передумать и не избить тебя? — Что ты хочешь? — Я многое хочу, например, побить кого-нибудь, ну, или трахнуть! Хмм, думаю, ты можешь мне помочь, ты же хотел подружиться? Молчу, кажется, начинаю понимать, к чему он ведет. Легкий удар в живот. — Хотел? — Да, — хриплый ответ, некоторое время не могу дышать, вдохнуть сложно. — Ну вот, сегодня ночью мы с тобой подружимся, думаю даже несколько раз. В восемь вечера на площади. Опоздаешь — огребешь! Он отпустил меня, а я медленно спустился по стенке вниз, перерабатывая услышанное. Я слегка в шоке. Ночью мы подружимся? Это значит, что мы займемся сексом? Или я слишком извращен, и он просто хочет погулять под луной? Пиздец! — Что с тобой? — как всегда, почти вовремя! — А сам не видишь? Вот до чего доводят твои приколы! Я убью тебя! — Это он тебя так? — Нет, я сам об раковину башкой бился, захожу, вижу, раковина стоит, а че ей без дела стоять-то? — Я бы на твоем месте шутки сейчас не шутил! — Все из-за тебя! — на глазах начали наворачиваться слезы, не столь от боли, сколь от обиды. — Пошли, я доведу тебя до дома, там все расскажешь. А что рассказывать, если я откажусь от секса, то мое лицо превратится в фарш. Я попал.