Дружба, хули

      В общем, поведал я ему историю из туалета, пока мы шли до дома. Конечно, он чувствовал себя виноватым, извинился, но что сделано, то сделано. А я просто дурак, что пошел на это. Всегда мне говорили: «Твои шуточки тебя до добра не доведут!» — сглазили, сволочи.       Решение не идти на встречу пришло сразу, как только я зашел домой, ибо мне было плохо и сразу стало плевать на то, что меня ожидает в недалеком будущем, пусть даже избиение. А можно научиться драться за несколько дней? Хотя, мне все равно, сейчас я хочу поспать.       Олег ушел, я закрыл дверь, посмотрел в зеркало на свое лицо, и мое очко сжалось до удивительных размеров, когда до меня доперло, что это только начало. Ничего серьезного, просто большой синяк вокруг левого глаза и рассеченная бровь. Кулак у него не маленький! Я умылся, промыл ранку и помазал мазью, а потом заклеил пластырем, не знаю, надо было это или нет, но мне похер, я спать. *Тззззззз-тзззззззз*       Бляяяяя, башка болит, как будто бутылку водки выпил, не закусывая, а потом пытался пройти на платформу «Девять и три четверти», причем в метро.       И кто такой умный, что додумался прийти в пол-одиннадцатого ночи? Пиздец тебе, чувак! В который раз я пожалел, что, не посмотрев в глазок, открываю дверь. Кретин. В квартиру вошел Андрей, словно к себе домой, разделся и прошел на кухню. Без приглашения, без слов. Я, конечно, испугался, но все же последовал за ним с мыслями, что он зарежет меня и изнасилует. Но нет, он всего лишь поставил кипятиться чайник. ЧАЙНИК, БЛЯ! Он меня будет пытать кипятком? Напоит чаем до смерти? Что он хочет от меня? — Ну и рожа у тебя. Как будто маньяка увидел, — это был сарказм? Нет, если это был сарказм, я сразу в окно выпрыгну! Он подошел ко мне и, взяв меня рукой за подбородок, начал рассматривать мой фингал, от которого я почти не мог открыть глаз. — Да, сильно. Извиняй, ты написал мне не в том месте и не в то время. Меня сегодня очень сильно разозлили, а потом еще и ты со своей запиской. За педрилу, конечно, ты и так бы получил, но не так сильно, — спокоен, как удав. Как будто это нормально, повседневно и происходит регулярно. Он меня пугает. — Что тебе нужно? — Пришел поговорить, извиниться, посоветовать, что обращаться ко мне нужно спокойно и вежливо, меня очень легко разозлить. А твой адрес, если тебе интересно, я спросил у старосты, — все, черный список и клеймо недоверия к старосте. Найду и покалечу. — Как я должен с тобой разговаривать? Ты мне бровь разбил и, вон, смотри какой синяк! — показываю на свой глаз, на что он спокойно разворачивается и уходит на кухню, услышав, что чайник вскипел. — Я еще раз говорю, ты сам виноват в этом, ты будешь чай или кофе? — блять. Какого хуя он пришел и делает себе чай? Или кофе. Не знаю, что он там пьет. — Ты врываешься ко мне в квартиру, ведешь себя здесь, как хозяин, и говоришь, что хочешь извиниться? — Да. Так что ты будешь? — Чай, три ложки сахара. — Сразу бы так.       Он налил кипяток в чашку и подвинул ее ко мне, смотря на меня глазами уставшего шахтера. — В общем, не стоит писать такие записки, особенно адресуя их мне. Рискуешь своим же здоровьем. — Мы прикольнуться хотели. — Мы? Кто второй? — Олег, — я не стал врать, не думаю, что он его побьет. Он уже на мне пар выпустил. — Ясно. С ним я тоже поговорю, не так, конечно, как с тобой, но поговорю. — Не надо, я же писал! — вот так всегда, Тёма герой, спасающий жопу друга. — Ладно, пошли. А то и так чаепитие затянулось, — что? — Куда? — что-то я вообще не понимаю, что он задумал! — Как куда, я же вроде бы говорил, чего хочу. А ты парень симпатичный, мордашка милая, почему бы не попробовать тебя в деле, мм?       Его глаза наполнились жаждой, в них виднелось внутреннее бешенство, как будто в нем проснулся зверь. И этот зверь — кролик. Бля, ну не до шуток же. Хотя это естественная реакция моего сознания, оно пытается снизить напряг, после того, что я услышал.       В этот момент я просто остолбенел. Остолбенел… это заклинание из Гарри Поттера? Бля, мысли — вы такие мысли. Пока я боролся со своими мыслями, Андрей схватил меня за руку и потащил в комнату. Сильный, падла. — Отпусти, блять! — Тише, ну. Андрей толкнул мое хиленькое тельце к кровати, а мой пораженный шоком мозг не хотел подавать даже признаки ясного осознания ситуации.       Пока он снимал футболку, я попытался встать, но последующий толчок в мою грудь откинул меня обратно на кровать, а кролик, то есть Андрей, уже смотрел на меня бешеными глазами. — Сам разденешься или мы поиграем? — не хочу играть. Хочу спать. — Слушай, Андрей, может не надо, я тебе денег дам, а? — мой голос сейчас что-то среднее между скулящим щенком и плачущей девочкой, даже мне стало противно. — Нет, я хочу тебя трахнуть, если будешь сопротивляться, будет больнее!       Андрей сел мне на ноги, а левой рукой зажал мои руки над моей головой так, что его правая рука оказалась свободной, а я весь неподвижный. Короче, меня сегодня выебут. Прощай гордость и самооценка.       Непонятно, что он пытается сделать с моей футболкой, при этом целуя меня, настырно проникая языком в мой рот. Я его не впускаю, сжимаю губы, и его это явно раздражает. В конце концов, ему надоело, и моя футболка была разорвана, а трусы сразу же были сняты и выброшены куда-то в коридор.       Теперь перед Андреем стоял только один вопрос, как снять с себя джинсы? Член, помимо вопроса, у него тоже стоял. Хорошо виден бугорок на его джинсах, член у него большой, сантиметров двадцать, и он хочет свободы. Все же мой насильник не смог найти другого способа, как отпустить мои руки, конечно, я сразу попытался встать, но не получилось по причине нахождения этого маньяка на моем теле. — Не пытайся, пизды дам.       Мои попытки сдвинуть его с себя были тщетны, но зато я хорошо разглядел торс моего мучителя и скажу честно — мне понравилось, но эта ситуация по-прежнему меня пугала. Расставшись с джинсами, Андрей тут же попрощался и с трусами. Готов поспорить, если бы члены могли говорить, то член Андрея сказал бы: «Хозяин снял трусы, теперь писька свободна». Да, я больше не буду смотреть Гарри Поттера!