Немного магии

Хотелось спать. Ночь в отеле, утро в поезде — Бэй Доу не отдохнула совсем. Еще и за завтраком в Хогвартсе не было принято пить кофе — только чай, подходящий для младшекурсников, но никак не для старших. В итоге в первый же день второго семестра она едва не заснула на Заклинаниях — помог спасительный тычок локтем в бок от Джинн. Та с утра была обычно до обидного бодра. Зевая, Бэй Доу пришла на обед, чтобы расковырять пару запеченных картофелин и рассмотреть свою команду. После первой пары она явилась к декану, но самые «вкусные» дни и часы на поле уже заняли другие факультеты, пришлось выбирать лучшее из худшего и жалеть Слизерин — беднягам пришлось тренироваться в полной зимней темноте. Эмбер пыталась совместить чтение конспекта с поеданием каши, Люмин палочкой меланхолично меняла цвет тыквенного сока на зеленый и обратно. Беннет, почувствовав на себе взгляд, сразу засиял радостной улыбкой. — Капитан, а когда у нас тренировка? — В эту пятницу в четыре. И потом будем еще по понедельникам с шести. — Отлично! — Беннету все было нипочем. Кэйа сидел как в воду опущенный. Впрочем, Дилюк рядом с ним — тоже. Наверное, шестой курс «обрадовали» новыми предметами или еще чем. Бэй Доу могла им посочувствовать — свои СОВ она с чистой совестью сдала на среднюю «В» и собиралась закрыть ЖАБА с таким же результатом. Зачем рвать жилы ради высшего балла, если он ни на что не влияет? — А когда у нас игра с Хаффлпаффом? — В апреле. Бэй Доу повернулась к столу «барсуков». Она и не сомневалась, что те размажут Слизерин. Последние годы Хаффлпафф держал первенство почти во всем — от учебы до плюй-камней. Поколение у желтого факультета было буквально золотым что по академическим успехам, что по цвету волос — слишком уж много среди них затесалось блондинов, начиная с брата Люмин и заканчивая нынешним вторым старостой школы Альбедо. На их фоне Нин Гуан, капитан команды по квиддичу, казалась почти белой. У нее тоже были явные следы усталости на лице, но недосып не помешал ей заметить внимание к своей персоне. Услышать, что сказала Нин Гуан, было невозможно, но Бэй Доу четко прочитала по губам: «Кубок наш». В ответ она показала ей два средних пальца. — Минус десять очков Гриффиндору, — раздалось почти в тот же момент. — И вечер работы на благо библиотеки для мисс Бэй Доу. — Да, профессор, — выдавила девушка. Хаффлпаффский стол развеселился. Что ж, пусть веселятся, пока могут.

***

Наверное, самое неприятное во всех наказаниях в Хогвартсе — то, что всю работу можно было бы сделать легко и просто с помощью магии. Вымыть полы. Оттереть котлы. Подготовить ингредиенты для зелий, подстричь растения и прочее, прочее, прочее. Бэй Доу прекрасно знала, что жутко неудобное скрипучее перо само могло заполнить бланки для новых книг в библиотеке и ей не пришлось бы гнуть спину над ними — перекладывать книжку за книжкой, ожидать, пока высохнут чернила, и тщетно пытаться не запутаться в чертовых номерах. Хотелось спать, и библиотекарша, от души зевающая за своим столом, только усугубляла ситуацию. Бэй Доу захлопнула очередную книжку и взяла следующую. Макнула перо в чернильницу и позволила себе отвлечься. В эту позднюю пору в библиотеке уже почти не было учеников. Кто-то еще шуршал где-то за стеллажами, а за столом, который был виден с её места, сидел только один рейвенкловец — вроде бы шестикурсник. Бэй Доу зацепилась взглядом за хвост волос — почти такой же длины, как у Кэйи, только более аккуратный, без вьющихся прядей. Рейвенкловец с головой погрузился в книги, посвященные мандрагоре — три из них были открыты, словно он читал их одновременно, еще пять ждали своего часа. Девушка попыталась вспомнить, проходили ли они что-то о мандрагоре на шестом курсе, но не смогла. Вроде нет, только на втором и четвертом, когда они варили чертово сонное зелье. Впрочем, судя по тому, раз у парня, помимо прочего, висел еще и значок старосты факультета на мантии, что автоматически делало его рейвенкловистым рейвенкловцем, удивляться не приходилось. «Вороны» всегда были немного странноватые, взять хотя бы их охотницу, чью витиеватую речь понимал только Беннет. Бэй Доу вернулась к книгам. Перекладывая том за томом, она разгребла их, под конец проклиная Нин Гуан и так неудачно подвернувшегося преподавателя, после чего, кивнув спящей библиотекарше, покинула библиотеку. Гостиная Гриффиндора уже почти опустела. В кресле у камина спал Беннет — проходя мимо него, Бэй Доу переставила чернильницу, которая вот-вот залила бы его учебники. В углу Дилюк с Кэйей что-то вполголоса обсуждали, разговор был довольно напряженный. Бэй Доу поднялась по винтовой лестнице и почти столкнулась с Джинн. — Ты не видела, Кли случайно не спит в гостиной? А то я уже хотела идти проверять. — Нет, только Беннет. — О. — Джинн закусила губу. — Там Дилюк, думаю, он разберется. Конечно, вряд ли Дилюк стал бы относить Беннета в комнату, как Джинн — Кли, но растолкать его и отправить спать вполне мог. В отличие от Джинн, у Дилюка не было младших братьев-сестер, чтобы иметь привычку заботиться о них. Младшая сестра Джинн училась на другом факультете, и Бэй Доу порой позволяла себе подшучивать, что теперь Джинн — старшая сестра для всего Гриффиндора. Джинн отнекивалась, но не без гордости поправляла значок на мантии. — Да… а… ты сегодня уже получила наказание? — Ага, — не стала отрицать Бэй Доу. — Ясно. Джинн перестала её отчитывать еще на втором курсе. — Хватить шуметь, — буркнула Беатрис из-под одеяла. — Завтра адски тяжелый день. — У нас каждый день адски тяжелый. — Бэй Доу посмотрела в сторону своей сумки, подумала, стоит ли тратить полночи на домашние задания, и в итоге махнула рукой, предпочтя лишние часы сна. Её не отпускало предчувствие чего-то плохого. «Адски тяжелого». Оно преследовало её всю неделю до пятницы и сбылось уже в раздевалке перед тренировкой, когда они с Люмин вышли в общую комнату. — Что это такое? — спросила Бэй Доу севшим голосом. Ей не ответили. — Что это такое, Кэйа? — повторила Бэй Доу. — Повязка, — сдавленно ответил Альберих. Бэй Доу едва подавила вопль. Отлично, один из её охотников почему-то с ограниченным обзором. — Как и что случилось? Это лечится? Это не опасно? — Эм… — Кэйа почесал затылок. — Если в целом, то нет… не особо опасно и… не думаю, что это на что-либо повлияет — у меня уже много лет с этим глазом проблемы, да. — Ты обращался к врачам? — Да, — закивал Кэйа, слишком быстро и согласно, чтобы это было правдой. — Я слежу за тобой. Бэй Доу хотела произнести вдохновляющую речь перед первой тренировкой в году, но в итоге все свелось к короткому «Надеюсь, вы все и так знаете, что мы лучшие и в этом году это докажем». Ей не терпелось оттолкнуться уже от земли, и, когда холодный зимний воздух принял её, Бэй Доу наконец-то почувствовала себя на своем месте. Шаткое бытие на древке метлы всегда давалось ей лучше, чем стояние на твердой почве. Наверное, так же чувствуют себя моряки: для них суша слишком надежна и скучна, а море влечет обратно, чтобы наградить или убить — как повезет. Она заняла свое законное место у колец, как раз под центральным. Эту позицию Бэй Доу считала для себя лучшей: отсюда она успевала и к самому высокому, и к самому низкому. Отсюда же были видны игроки на её половине поля — хороший вратарь в первую очередь должен быть хорошим предсказателем. В целом тренировка прошла ровно, если не считать Беннета, который едва не свалился с метлы на середине. Под конец Бэй Доу признала, что Кэйа играл как обычно, и наконец-то успокоилась. Сейчас казалось, что до весеннего матча еще вечность, но время пролетит незаметно — и глазом не успеешь моргнуть, как наступит вечер перед матчем с Хаффлпаффом. Она как капитан разгонит всех спать раньше обычного, а сама полночи проворочается в постели, прежде чем забыться нервным сном, чтобы потом отыграть на чистом адреналине и вечером, игнорируя шум праздника, отключиться у камина с бутылкой тыквенного сока в руке. Бэй Доу почти видела все это, словно картинка перед глазами уже стала воспоминанием. Да. Хорошо. Ей нравится. — Переодеваемся! — скомандовала девушка. — В понедельник в шесть поле наше. — Почему так поздно? — спросила Эмбер. — Был еще вторник с семи. — Не-е-е-ет! Темно-о-о. — Зима скоро закончится, будет светло. Эмбер шумно выдохнула, выпуская изо рта пар. — Наш ловец в темноте может найти снитч. При свете дня у другой команды вообще нет шансов! — заявил Кэйа, за что под всеобщий смех Люмин несильно стукнула его кулаком по предплечью. В раздевалке Бэй Доу с трудом стянула с себя промокшую насквозь от мелкого снега форму. Странно, на поле она никогда не ощущала холода, даже наоборот — внутри нее словно пылало пламя. — Вот бы на ужин был еще пирог с патокой. — Эмбер мечтательно закатила глаза. — Обожаю его! — Ты прям как наша с Итэром подруга, — улыбнулась Люмин. — Она тоже любит пирог с патокой? — Честно сказать, она любит всю человеческую еду. — Человеческую? — протянула Эмбер. — А ваша подруга, она?.. — Фэйри. Я думаю. — Это как фея? — Нет, нет. Она… — Люмин показала руками её размер — около двух футов. — Небольшая. Внешне очень похожа на человека, но летает сама по себе. — Надо же! Никогда о таком не слышала. — Мы, честно сказать, тоже. Но с ней весело. Эмбер продолжила расспрашивать о таинственной «фэйри», даже когда они покинули раздевалку и пошли к замку. — А… Кэйа с Дилюком еще там, мы их не ждем? — спросил Беннет. — Я уверена, что они найдут дорогу сами. — Бэй Доу пожала плечами, но все же обернулась — свет и правда еще горел. Копуши.

***

Январь пролетел со скоростью выпущенного из сундука снитча. Бэй Доу жила от понедельника до пятницы, заполняя «окна» между этими днями учебной рутиной. Она что-то зубрила, что-то делала, но в основном часами сидела над пергаментом с нарисованным полем, продумывая стратегии и выискивая слабые места. Водила кончиком пера — и подписанные точки перемещались по полю, изображая реальный матч. Стоило признать, что эта команда сильнее и лучше той, в которую она изначально попала сама — тринадцатилетняя мелкая девчонка, первый год проведшая на позиции охотника, прежде чем найти свое место в жизни у ворот. За четыре года она выросла, выросли и те, с кем она играла. Эмбер, хоть и не могла похвастаться особой ответственностью или чувством матча, была несравненна в точных бросках, а благодаря манере полета отлично привлекала внимание соперников, как приманка. Дилюк, казалось, приклеивался к метле. Когда дело доходило до силового противостояния, сбить его с толку, или с курса, или как-либо еще было практически невозможно. Она лично видела, как его метла сделала почти цирковой кувырок, но Дилюк с нее так и не свалился. Кэйа как никто ориентировался в пространстве, словно внутри него было нечто вроде гироскопа. Более того, ему не было равных в финтах и уловках, что вместе давало взрывоопасную смесь, особенно при погоне. Интуиции Хоффмана мог позавидовать кто угодно, а Беннет… Беннет — их козырная, самая непредсказуемая карта. Люмин при желании могла играть на любой позиции, но в роли ловца была удивительно хороша. Ей бы еще метлу получше, чем у брата… но это мечты. Бэй Доу исписывала заметками листок за листком, вычеркивала заранее провальные идеи, потом скатывала домашние задания у Джинн и в конце концов не заметила, как наступила середина февраля. Утром в субботу в Большом зале было только два цвета: желтый и зеленый — ученики традиционно поделились на болельщиков разных команд. Джинн с утра нацепила желтый шарф и вместе с сестрой ушла куда-то в сторону трибуны «барсуков». Кэйа, проникшийся подобной идеей, сперва тоже пожелтел, но ненадолго. Последние полторы недели его волосы были равномерно розовыми и вернулись к такому же состоянию, едва он на что-то отвлекался. Бэй Доу заняла место на скамейке рядом с Эмбер, надела перчатки и поморщилась — что за противная промозглая погода. Снег растаял еще полторы недели назад, и теперь было просто сыро и серо. — Я успел? — На трибуну влетел Беннет. — А то мои ботинки по ошибке надел Джек, я его искал… — Еще минут десять. — Люмин зевнула. — Ну и погода. — Сегодня Эола играет, — сказала Эмбер. Она указала вниз, где рядом с судьей стояла высокая серьезная девушка в зеленой мантии. — Это же она Лоуренс вроде? — спросил Хоффман. — Ага. — Ты же знаешь, что вся её семья была в Пожирателях Смерти? Вообще говорят, там весь род повернут на чистоте крови. — Не-е-ет, Эола классная! — Эмбер замотала головой. — Мы с ней просто недалеко живем друг от друга и давно знакомы. Но её родственники и правда странноватые. Сяо, занявший место лавкой выше, фыркнул. Слизеринцы что-то обсуждали. Капитан команды, он же ловец, о чем-то говорил, активно жестикулируя. Бэй Доу пересчитала участников, чьи имена помнила через одно. Альбинос — однокурсник Беннета, ранее упомянутая Эола, еще одна девушка, довольно угрюмая, парень со светлыми волосами и странной повязкой на голове, вроде Томас или как-то так… — А кто этот рыжий у слизеринцев? — спросил Беннет. — Я его вроде еще не видел. — Это же он в прошлом году в Большом зале взрыв устроил! — Кэйа ткнул в сторону игрока. — Да? — переспросил Дилюк. Бэй Доу напрягла память. Взрыв она помнила, но его виновника — нет. — Он еще в библиотеке постоянно с старостой Рейвенкло чуть ли не с начала семестра отирается, — добавил Кэйа, но не получил ответа. — Да вы что?! — Я думала, что знаю всех на потоке хотя бы примерно. Оказывается, нет, — задумчиво изрекла Эмбер. — А… — Дилюк было открыл рот, повернувшись к Кэйе. — Что? — Нет, ничего. Глупая мысль. Кэйа пожал плечами. — В общем, у слизеринцев темная лошадка, все понятно, — подытожила Бэй Доу, всматриваясь. С такого расстояния игрок опасным не выглядел, а вот его метла… — Мне кажется, или у него «Молния Суприм»? — спросил Беннет. — Вроде да… — Обалдеть! Она же стоит… запредельных денег! Да кто он такой?! — подскочила Эмбер. — Мы начинаем матч Слизерин — Хаффлпафф! — огласил комментатор усиленным магией голосом. — Капитаны команд — Венти Б… — Его голос потонул в восторженных воплях учеников. — И Нин… Игроки поднялись в воздух. Бэй Доу провела взглядом Нин Гуан — та откинула за спину заплетенные в тугую косу волосы и поправила перчатки. Вратарь слизеринцев — парень с повязкой — что-то на пальцах показывал капитану команды. Он был неплох как игрок, Бэй Доу не могла не отметить его готовность защищать ворота до последнего. — Снитч в воздухе! Три… два… Судья взмахнул рукой, и игра началась. Подброшенный квоффл оказался в руках у охотника «барсуков», комментатор затараторил, пытаясь успеть за ходом игры. — Шульц делает пас Линнет, рывок… Гол! Хаффлпафф открывает счет! Бэй Доу усмехнулась. Нин Гуан её не разочаровала — команда в первую же минуту бросила все силы на то, чтобы забить как можно больше голов и деморализовать противника. Хорошая тактика, если действительно получится его деморализовать. Плохо, если игроки устанут слишком рано. — Мяч у Слизерина! Новый охотник этого года — Рэйзор — идет в атаку, бросок!.. И вратарь отбивает мяч от правого кольца. Мяч у Донны, Хаффлпафф контратакует! Бэй Доу сложила руки в молитвенном жесте. Ей стоило быть очень внимательной — в следующий раз именно она окажется на поле. Фигуры игроков перемещались перед глазами, тасовались, как карты, ох, если бы была потом возможность посмотреть матч еще раз… — Шульц бросает и го… — комментатор запнулся, трибуны затихли, заставив Бэй Доу вынырнуть из собственных мыслей и осознать увиденное. — Бладжер сбивает мяч у самых ворот, спасая команду Слизерина от еще одного гола! Все взгляды синхронно обратились к загонщику Слизерина, который нарочито расслабленно взвешивал в руке биту. Нин Гуан вскинула руки. Раздался свисток. — И Хаффлпафф берет первый тайм-аут! — Это что было?! — спросила Эмбер. — Мне показалось?! — Я видел то, что видел. — Дилюк потер переносицу. — Он сбил квоффл бладжером. — Так можно? — вскинулся Беннер. — Не запрещено, насколько знаю, — выдохнула Бэй Доу. — Но попробуй это сделать. — Да кто он такой? — с плохо скрываемым восторгом сказал Хоффман. Хаффлпаффцы обступили судью, что-то обсуждая. Но, видимо, её вердикт был такой же: загонщики не трогают квоффл напрямую, но бладжеры вообще летают как хотят, в этом их суть. — Мне сообщают, что данное действие не запрещено правилами, поэтому мы можем только восхититься ударом загонщика Слизерина! Счет все еще двадцать десять в пользу Хаффлпаффа! — Совпадение? — спросила Люмин. Прежде молчаливый Сяо качнул головой. — Не думаю. Бэй Доу шумно выдохнула. Её взгляд то и дело возвращался к загонщику Слизерина — в какой-то момент он подлетел к их трибуне, позволяя себя рассмотреть. Обычный вроде парень — конечно, если не считать метлы, на которой он летал. Вместе с тем он почти не делал лишних движений, больше следил, прежде чем предпринять что-либо. Опасный противник. Хаффлпафф забил еще два мяча, но Слизерин довольно быстро сравнял счет. Рыжий притягивал взгляд не только Бэй Доу, но и команды соперников. Заставлял нервничать, отвлекаться — и, как оказалось, не зря. Еще один меткий удар по бладжеру спас Слизерин от гола, который команда на душевном подъеме превратила в десяток очков для себя. — Да как так?! — Эмбер вскочила. — Как такое возможно вообще? — Я не знаю. — Беннет почесал затылок. — Он очень быстрый. — Дилюк поправил меховые наушники, в которых сидел. — За счет метлы, но все же. И словно всю жизнь прицельно отбивал мяч. — Слизерин вырывается вперед! Счет сорок пятьдесят в пользу змеиного факультета! Что-то мне подсказывает: это не последний сюрприз за сегодняшний матч. Напоминаю: правила не запрещают соприкосновение бладжера и квоффла! Нин Гуан вцепилась в метлу, словно хотела сломать древко. Бэй Доу не удержалась от усмешки, почти видя, как чужие стратегии крошились, как песочное печенье. Если хаффлпаффцы запаникуют, это сыграет против них. Очень сильно сыграет. С другой стороны, Нин Гуан не позавидуешь. Сидя на трибуне, Бэй Доу не могла с уверенностью сказать, как поступила бы в этой ситуации — не хватало адреналинового куража игры, который заставлял принимать решения. Наверное, просто стояла бы насмерть у ворот. Перестала бы следить за игроками — только за квоффлом, на случай, если следующий удар станет атакующим. Нин Гуан, наверное, решила так же. Даже с расстояния было видно, как она сгруппировалась, следя за игрой. Мяч, брошенный Эолой, она поймала. Еще один — от альбиноса-охотника — отбила хвостом метлы. Бэй Доу ждала следующего хода от рыжего слизеринца. Нин Гуан тоже ждала его. Её ожидания были не напрасны. Наверное, в итоге это все и погубило. Темное пятно мяча отправилось к правым боковым воротам — Нин Гуан бросилась ему наперерез, чтобы поймать или хотя бы отбить. Только вот стоял мутный февральский день, и из-за плохой видимости и нервов она спутала квоффл и бладжер. Заряженный магией мяч не остановился, а толкнул её о кольцо ворот и сбил с метлы, которая кувырком полетела следом, потеряв седока. Команда гриффиндорцев подскочила почти в полном составе. — Что?! — Нин Гуан! — Что произошло?! — Капитан команды Хаффлпаффа получает травму в результате падения! Судья объявляет перерыв, пока её доставляют в больничное крыло. Кто же из игроков возьмет на себя роль вратаря? Бэй Доу обескураженно опустилась обратно на скамейку. — Кто-то понял, что произошло? — Она сама себя обманула. — Бэй Доу сглотнула. — Она терпеть не может, когда что-то идет не по её плану, ну еще бы, оно обычно идет по плану. И… все ждали очередного сюрприза от этого нового загонщика. Я тоже ждала, что он попытается забить мяч в ворота. И… это был всего лишь бладжер. Думаю, он хотел всех отвлечь, а Нин Гуан среагировала. — Что теперь будет? — Люмин закусила губу. Кэйа нецензурно ответил, за что получил тычок локтем в бок от Дилюка. — В случае травмы игрока команда продолжает без него, — процитировала правила Бэй Доу. — Даже если это вратарь.

***

Хаффлпафф пытался сражаться, но главная битва, моральная, уже была проиграна. Охотники пытались изо всех увеличить счет, чтобы нивелировать отсутствие основного вратаря, но Бэй Доу отлично видела, как разнервничался их ловец, как напряженно ищет снитч. Равный счет держался недолго: Слизерин еще сильнее оторвался, а когда золотистый мячик оказался в руках их капитана, разрыв стал катастрофическим и окончательным. — Значит мы… играем со Слизерином? — спросила Люмин, когда зрители начали подниматься со своих мест. — Да, — коротко ответила Бэй Доу. — Ладно. — Люмин вздохнула. — Пойду найду Итэра. — Сегодня в восемь, — спохватилась Бэй Доу. — Сегодня в восемь в гостиной совещание! — повторила она громче, чтобы все услышали. — Надо менять тактику. Дилюк кивнул и потянул за собой с трибуны Кэйю. Бэй Доу дождалась, когда трибуна и поле опустеют, и села обратно на скамейку, подставив лицо холодному февральскому ветру. Вот и все. Их соперничество сошло на нет. Их вечный спор остался неразрешенным. Две победы у Гриффиндора, две у Хаффлпаффа. В финальном матче они уже не сойдутся, не будут сражаться за кубок. — Зараза! — Бэй Доу стукнула по скамейке рукой так сильно, что, будь без перчаток, ушибла бы кисть. Ей никто не ответил. Поле опустело, ученики разошлись — кто праздновать, кто заедать нервы, кто в Хогсмид, кто в гостиную, кто в библиотеку. Девушка неспешно спустилась с трибуны и направилась к озеру. Нужно было хорошо проветрить голову — как раз занятие на время долгой прогулки по мокрому, припорошенному серым снежком песку. Вдох, выдох, вдох, попытка расслабить сведенную от нервов диафрагму, мысли о том, что раньше воскресенья в Большом зале можно не показываться — в таком состоянии в Бэй Доу и кусок не лез, она пила только воду в непомерных количествах, словно пытаясь утопить в ней тревогу. К сумеркам ей стало спокойнее. Словно желая её поддержать, гигантский кальмар показался на поверхности, дав полюбоваться блестящим темным боком. В гостиной Бэй Доу первым делом придвинула кресло к камину, вытянула промокшие ноги к огню и не заметила, как задремала. — …ну вот я и подумал, что, по сути, это довольно бредово же все. Пустая комната, а там — зеркало. Особенно в тот момент, когда мне больше всего нужно было зеркало. Откуда оно там взялось? Ну и я… я сегодня туда сходил. И знаешь что? — Нет? — Вот именно, что «нет»! Там нет этой комнаты, Дилюк! Я стены простучал на всякий случай — ничего. — Но… я тоже её видел. — Вот именно. Иначе я бы решил, что сошел с ума. Бэй Доу открыла глаза и покосилась на часы. Без десяти восемь — Кэйа с Дилюком вернулись первыми с ужина и что-то обсуждали вполголоса. — О, кэп. — Кэйа вскинул бровь на её страдальческий зевок. — Ты как? — Нормально, — сипло ответила Бэй Доу. — Жить буду. Весьма громкое заявление — от короткого сна у нее разболелась голова, но перед собравшейся командой и затесавшимся к ним в роли наблюдателя Сяо надо было держать лицо. Бэй Доу убрала кресло на место, выпрямила спину и, сложив руки на груди, сказала: — Мы сражаемся со Слизерином за первое место. Это уже не тот Слизерин, что в прошлом году. У них много новых игроков. У них отчаянные охотники, виртуозный ловец и загонщик, от которого можно ждать чего угодно. Нам нужно менять тактику и быть готовыми ко всему. Я не жду гениальных идей прямо сейчас, но любая мысль касательно игры может оказаться важной, поэтому я буду рада от вас их услышать. Время до матча еще есть, но… его не так много. Бэй Доу обвела взглядом присутствующих. Кэйа сидел, закусив губу, Дилюк щурился, Эмбер смотрела в пол. — Я могу сказать только, что он очень сильный, — вздохнул Хоффман. — Загонщик. В смысле, не как игрок, а физически. — Почему? — Эмбер вскинула голову. — Бладжер летает за счет магии, он может менять траекторию из любой точки в любом направлении. Если от удара он так долго летел по прямой, то это был очень сильный удар. В и без того тихой гостиной стало еще тише. — Так. Не расклеиваемся. Как я уже сказала, слизеринцы хороши, но мы не хуже. Против «барсуков» сыграл эффект неожиданности — а мы знаем, с кем имеем дело. Я попытаюсь поменяться с ними временем тренировок на более светлое. — Круто! — воскликнул Беннет. — А они согласятся? — Куда они денутся? В любом случае в понедельник тренировка, и я жду всех вас в настроении побеждать. — Ты в нас сомневаешься? — спросил Дилюк. Бэй Доу ухмыльнулась. — В том то и дело, что нет.

***

На следующий день ликование за столом Слизерина поубавилось, но тоска за столом Хаффлпаффа никуда не делась. Желтый факультет сидел притихший. Место в центре стола пустовало. «Договориться о времени тренировок», — так официально обозначила для себя причину визита в больничное крыло Бэй Доу. Что еще могло загнать её сюда? Только забота о своей команде. Нин Гуан была единственным пациентом — белое пятно на белых простынях. Вчерашняя коса успела растрепаться, а под глазами залегли тени от бессонной ночи. Бэй Доу сперва немного опешила от вида Нин Гуан, но взяла себя в руки, с равнодушным видом упала на табуретку рядом с кроватью, зацепилась взглядом за массивную повязку на руке. — Это что? — Перелом, как можно догадаться. — Голос Нин Гуан был холоден и безэмоционален. — Почему его еще не срастили? — Высокая чувствительность к яду рыбы-собаки. А, ну да. Основа «Костероста». — Фигово. Бэй Доу пила «Костерост», наверное, раз пятнадцать за свою жизнь, особенно часто в детстве, когда первая метла принесла ей радость первых полетов и первых же падений. Мать боялась, что такими темпами она где-нибудь выколет себе глаз, но пока что эта участь её миновала. — Да, — коротко бросила Нин Гуан. — И… надолго это? — Месяц, если с восстанавливающими заклинаниями. Три, если без. — О. Бэй Доу почесала голову. — Я, вообще-то, хотела поменяться временем тренировок. В темноте летать не особо приятно. Ну, если, конечно, ты согласишься мне уступить. Нин Гуан закусила губу, но вдруг согласилась. — Хорошо. Я заменю график, когда меня выпустят отсюда. — О, спасибо! — Бэй Доу встала. — Тогда, это… выздоравливай! Её окликнули у самой двери. — Вы должны выиграть! Ты поняла, Бэй Доу? — В голосе девушки появились эмоции и какой-то… надрыв? — А то! — Бэй Доу помахала капитану проигравших и почти выскочила из больничного крыла. Этот, казалось бы, простой разговор почему-то стоил ей много нервов.

***

— Тот, кто не сдаст заклинания группы «замедленного метаморфизма» к концу марта, будет пересдавать на второй неделе апреля. И до этого момента, мисс Бэй Доу, не будет допущен ни до каких внеклассных занятий. Лишь через пару секунд Бэй Доу обработала эту информацию. — Но квиддич! — Вот именно, квиддич. Так что, если не хотите смотреть на свою команду с трибун, потрудитесь сдать вместе со всеми. — Голос преподавателя трансфигурации был непоколебимо холоден. — Урок окончен, жду ваши рефераты к четвергу. Бэй Доу застонала, и её стон потонул в гуле собирающихся учеников. — Зараза. — Она несильно стукнула рукой по учебнику. — Разве я виновата, что эта… «высшая магия» мне не дается. — Ты справишься, — Джинн легонько похлопала её по плечу. Бэй Доу еще немного поворчала — мол, преподаватель трансфигурации точно подыгрывает «своим зеленым». — Я могу помочь тебе, — улыбнулась Джинн. — Да нет, спасибо, я разберусь. У Джинн было в два раза больше домашних заданий, чем у Бэй Доу, а еще обязанности старосты школы и куча прочих дел, но она все равно всегда пыталась всем помочь, всех утешить, сделать лучше для всех. В этом было мало логики — практически никто не отвечал ей тем же, но девушка не обращала на это внимания. Гриффиндор почувствует, как она их разбаловала, в следующем учебном году. — Точно? — Да, конечно, не парься. — Бэй Доу натянуто улыбнулась, бросая учебник в сумку. — Взгляну на вопрос с другой стороны и все сдам. Мысль об отстранении от игры не желала выходить из головы до самого вечера — угроза не была пустой. За последние двадцать лет квиддич в Хогвартсе сильно пострадал — поменялась система матчей, а игрокам для участия приходилось следить за своими оценками. Родись она на пятьдесят лет раньше, вообще сейчас не сидела бы над книгами — в те золотые времена помешать ей выйти на поле могло только отчисление. Бэй Доу вчиталась в параграф по замедленному метаморфизму. Формула, основа, использование. Смысл? Какой смысл в такой сложной магии, которая всего лишь заставляет одну вещь превратиться в другую — только очень медленно? Девушка постучала кончиком пера по пустому пергаменту. Если подумать, в этом мире было столько ненужной магии. Колдуны охотно придумывали глупые заклинания, но не собирались перенимать от магглов действительно полезные вещи, о которых порой рассказывал Беннет. Приемные родители Беннета были магглами, и он всю жизнь прожил среди действительно восхитительных вещей, пока в Хогвартсе все до сих пор пишут птичьими перьями, а магические перьевые ручки словно специально делают такими вычурными и дорогими, что случайная утеря такой — сильный удар по карману почти любой семьи. Бэй Доу грустно вздохнула и захлопнула книжку. Может, ей все же стоит согласиться на помощь Джинн. Она покосилась в сторону одногруппницы — та что-то объясняла первокурсникам. Ладно, обойдется. Тренироваться во время, прежде занятое Хаффлпаффом, оказалось значительно лучше. С каждым разом закатные сумерки приходили все позже и позже, буквально за неделю стылый февральский воздух стал почти весенним, и хоть пару раз им пришлось летать при почти нулевой видимости из-за тумана, никто не огорчился. — Хоффман, что у тебя с метлой? — спросила Бэй Доу, когда все спустились на землю. — Тебя заносит. — А? — Хоффман поднял метлу. — Блин, пруты сломались! Когда?! — Не страшно, успеешь починить, — зевнул Кэйа. — Ну или ко мне придешь, я свою старушку постоянно перебираю. — Кстати, Кэйа, у тебя никаких шансов на новую? — Бэй Доу кивнула на его «Нимбус-2005», который явно видал лучшие времена. — А, нет. — Кэйа отмахнулся, на секунду зацепился взглядом за Дилюка и повторил: — Нет! Я привык к ней, мне нормально. — Ладно. Давайте, чтобы у всех метлы были в порядке! Бэй Доу сжала рукоять собственной «Стрелы» — та была неплоха, как и весь их перевыпуск, но все же принадлежала к среднему классу, ни в какое сравнение с «Молнией Суприм». Девушка забросила метлу на плечо и повернулась в сторону раздевалки, напоследок окинув взглядом далекие трибуны. На одной из них ей почудилось светлое пятно — скорее всего, почудилось, в полумраке сложно было разобрать.

***

Без тканевого чехла трибуна напоминала скелет странного чудовища. Ведя рукой по гладко отполированным перилам лестницы, Бэй Доу поднялась на самый верх. Ступеньки под её ногами отчаянно скрипели, и хоть дерево и было защищено краской и магией, охотно верилось, что одна из них вполне может сломаться. — Я думала, мне почудилось, — громко сказала Бэй Доу, поднявшись. Нин Гуан не повернулась, только дернула плечом. Её зимнее пальто было застегнуто только наполовину — мешала повязка на руке. Бэй Доу плюхнулась на лавочку рядом с ней и потерла нос. Где-то внизу её команда с шумом шла в раздевалку, Хоффман наверняка подкалывал Беннета — сегодня тот едва не ударил себя собственной битой, а Беннет смеялся громче всех. — Как рука? — Нормально. — Нин Гуан медленно моргнула.  — Фигово, что у тебя… кхм, аллергия. — Бэй Доу вздохнула. — И что так долго срастается. Мне… жаль. — Спасибо. — Нин Гуан сжала губы в нить. — Тебе стоит поменять охотников местами. — Что? — Твой левый на поворотах как-то подтормаживает на всем, что касается правой стороны. — А, черт, ты про Кэйу. — Бэй Доу закрыла рукой правый глаз. — Ты права. У него правый глаз за повязкой, он им не видит, а я что-то тупанула. — Не показывай на себе! — возмутилась Нин Гуан. — Чего? Почему? — Плохая примета! — То есть… — Бэй Доу замерла, собираясь с мыслями. — Если я буду показывать, что у меня вроде как плохо с глазом, то так и будет? Нин Гуан нахмурилась. — Да. Бэй Доу рассмеялась — смех у нее был абсолютно не женственный, наоборот, до неприличного раскатистый, за что мать обычно на нее шикала. Нин Гуан, похоже, придерживалась такого же мнения. — А-а-а… ладно. Первый раз такое слышу, честно. — Девушка вытерла выступившие слезы. — Но за совет спасибо. Со стороны виднее. — Да. — Нин Гуан поправила сползающее с плеча пальто. — Я хочу, чтобы вы выиграли. — Так мы выиграем. — Тебя погубит самоуверенность! — Это еще с какой радости? — С такой, что меня она погубила! — рявкнула Нин Гуан и тут же одернула сама себя, словно испугалась собственного голоса. Бэй Доу никогда не слышала, чтобы она разговаривала с кем-то на повышенных тонах. Даже отчитывать кого-то капитан команды Хаффлпаффа предпочитала тихо, но тем было даже хуже для провинившегося. Никогда не знаешь, чего ждать от человека, который угрожает тебе с улыбкой на лице. — О. Так ты по-человечески умеешь, — фыркнула Бэй Доу. — Я всегда говорю по-человечески. — Да ни фига. Ты, даже когда выигрываешь, не орешь от радости. — Почему я должна это делать? — Потому что это нормально. — Радоваться подобно дикарю? — Да! Нин Гуан нахмурилась еще сильнее. — Это все неважно. Против вас необычный игрок, до матча месяц, и я уверена, что ты не знаешь, что с ним делать. С ним и его метлой. И его меткостью. — Неправда, — неубедительно возразила Бэй Доу. — Ты даже наверняка не знаешь, как его зовут. — Хватит считать меня дурой! Знаю я все о нем, что можно было узнать. Его зовут Аякс, и он из русскоязычной семьи. Хотя, вообще, Аякс — нерусское имя, как мне кажется. — А еще? — Что «еще»? У него метла за неприличное количество галлеонов и предостаточно дурной силы. — Он левша, Бэй Доу. Ты упустила самое главное. — Это ты упустила самое главное — он не левша, а амбидекстр. Да, с уклоном в левую руку, но амбидекстр. Нин Гун удивленно заморгала. — С чего ты решила? — Я наблюдала за ним на «защите». Мало кто может в задумчивости писать то правой, то левой рукой. Бэй Доу опустила тот факт, что слизеринец в тот момент словно пытался понять, какой же рукой ему удобнее писать, но выглядело все так, словно ему в целом было ужасно неудобно пользоваться пером. Нин Гуан прижала пальцы здоровой руки ко рту и подалась вперед, сощурившись. — Амбидекстр… — Ага. Они провели в молчании минут пять или даже больше. Вечерело, и огни в окнах замка стали куда заметнее. Раздевалка давно опустела — все разошлись по своих делах до ужина. Одна Бэй Доу сидела на трибунах, все еще в спортивной форме, в которой уже успела продрогнуть. — Мы с тобой, конечно, цапаемся уже пять лет, — сказала она, вставая с лавочки, чтобы уйти. — Но в чем-то я не могу не признать твое преимущество перед… почти всеми людьми. — В чем? — спросила Нин Гуан, не отрицая факта пятилетнего соперничества и, что скрывать, негласной ненависти. — Ты точно мне никогда не скажешь, что это всего лишь квиддич.

***

— Ты поменяла охотников местами. — А ты подсматривала? Нин Гуан закатила глаза вместо ответа. В субботу утром Большой зал пустовал — многие ученики с радостью меняли завтрак на лишние часы сна. — Как ты это ешь? — спросила Нин Гуан, занимая пустое место напротив. Бэй Доу опустила глаза на содержимое своей тарелки. Глазунья, бекон, тосты — ничего сверхъестественного или порицаемого. — Что ты имеешь против английских завтраков? — Это же… сплошной жир. И холестерин! — Холе-что? — Бэй Доу заела наезд половинкой тоста. — О ужас! — Нин Гуан откинулась назад, словно пыталась быть подальше от содержимого тарелки. — А что ты предлагаешь мне есть? Вареную капусту? С одной стороны, Бэй Доу могла понять чужое отношение к английской еде. Она и сама, в общем-то, была из смешанной семьи, но её выдавали разве что внешность и имя. Британское магическое сообщество вообще довольно быстро приходило в какое-то незыблемое усредненное состояние, сколько бы людей из других культур в него ни добавлялось. Наверное, дело было в Хогвартсе — школа очень сильно влияла на всех, кто в ней учился. У той же Нин Гуан домашняя кухня наверняка сильно отличалась. Бэй Доу не удивилась бы, если бы та вдруг, не морщась, съела пачку лимитированных «перечных чертиков» с красным перцем. — Доброе утро, кэп. — Люмин почти на ощупь подтянула к себе тарелку с яичницей и фасолью и, зевая, ткнула в желток вилкой. — Утро. — Бэй Доу подавила желание тоже зевнуть. — Так что с охотниками, Нин Гуан? — У меня есть еще несколько идей по расстановке. И, как все хорошие идеи для моей команды, они пришли ко мне в голову слишком поздно. Она вытащила из кармана карандаш и исписанный с одной стороны пергамент, на чистой стороне которого изобразила условное поле и несколько черточек. — Вот смотри… Бэй Доу замерла с куском жареного хлеба во рту, слушая. — В идеальном раскладе квоффл либо окажется у команды, либо у тебя в руках… — Нин Гуан подняла взгляд от пергамента и замерла. — В целом звучит здраво, — сказал Кэйа. Остальная команда, успевшая подтянуться в Большой зал, закивала. — Можно попробовать, пока Рейвенкло не занял поле. Если вы не против, конечно. — Бэй Доу повернулась к гриффиндорцам. — Я обещала провести время с Итэром. — Люмин закусила губу. — Ай, ладно, думаю, он согласится посидеть на трибунах! — Можно взять учебные метлы, чтобы не тащить свои, — предложил Дилюк. — Тогда не тянем, у нас время до одиннадцати! Люмин умчалась к столу Хаффлпаффа, Бэй Доу залпом допила чай. К полю они шли шумной небольшой толпой — помимо брата Люмин, за ними увязался Сяо. — Так как это все касается в основном охотников, то делимся на две команды. Дилюк, Эмбер, Кэйа с одной стороны, Хоффман, Беннет, Люмин — с другой. Бэй Доу взвесила в руке старый школьный «Чистомет» и повернулась к Нин Гуан. — Хватайся. — Что? — Хватайся, говорю, за меня. Или ты хочешь смотреть за всем с земли? Это все-таки твоя стратегия. Старая школьная метла взлетела чуть натужно из-за двойного веса. Бэй Доу пришлось сидеть почти боком, чтобы Нин Гуан могла держаться за нее одной рукой. Они зависли у центрального кольца ворот, и почти-настоящая-игра началась. — Ты видел?! Ты видел?! Круто! — закричал Беннет чуть позже, когда далеко на горизонте появились игроки Рейвенкло и пришлось сворачиваться. — Даже Люмин ничего не смогла поделать! Мы точно выиграем! Бэй Доу усмехнулась, глядя на всеобщий подъем, и закинула метлу на плечо. Кэйа дал пять Беннету, который почти смог забить гол, но не смог — согласно стратегии, охотники еще и подстраховывали друг друга, и мяч оказался у Дилюка. В большом квиддиче это все вряд ли имело бы успех, но на школьном уровне — вполне. — Почему ты держишься в стороне? — спросила Нин Гуан. — Разве не ты должна собирать всех вокруг себя? Размахивая руками, Эмбер пародировала попытки Хоффмана обойти их. Кэйа смеялся. Даже Дилюк улыбался. Бэй Доу качнула головой. — Видишь парня с повязкой? — Допустим. — Какого цвета у него волосы? — Какое значение… — Нин Гуан тряхнула головой. — Мятные? — Мятные. Вот пока они мятные, или розовые, или красные — главное, яркие, — я знаю, что в команде все в порядке. Потому что я не сердце команды, хоть и капитан. — Бэй Доу повернулась спиной к полю. — Я — тыл. Нин Гуан выдохнула в шарф. — Эй, кто хочет в Хогсмид?! Всем по сливочному пиву за мой счет за нашу грядущую победу! — рявкнула Бэй Доу, и её поддержали одобряющими возгласами. — И да, тебе я должна, наверное, две бутылки. — Я не пью сливочное пиво. — Нин Гуан поморщилась. — Все пьют сливочное пиво.

***

— А Нин Гуан, она… классная, — сказала Эмбер вечером. — Думаю, вы могли бы дружить. В целом она была права — по окончании дня, проведенного в Хогсмиде, Бэй Доу не могла не признать этого. Оказалось, что Нин Гуан умеет не только въедливо её подкалывать, но даже шутить, да и в целом была интересным рассказчиком. Сперва они посетили «Сладкое королевство», а затем пошли в «Три метлы», где Бэй Доу поставила перед Нин Гуан обещанное пиво — она никогда не бросала слов на ветер, даже в шутку. В какой-то момент перед Кэйей оказалась тарелочка с котелком с огневиски, и он перекрасил волосы в зеленоватый, в тон «зелью», после чего Люмин резко побледнела и вскочила. — Итэр! Итэр остался на трибуне! Её попытались успокоить, что он наверняка не потерялся, но девушка схватила свой плащ и убежала искать брата. — Нет, исключено, — возразила Бэй Доу. — Почему? — Эмбер наклонила голову. — Она же зануда. Редкостная причем. Эмбер вздохнула, словно действительно грустила об их несостоявшейся дружбе. Бэй Доу склонилась над чашкой, с которой промучилась весь вечер. Чашка не спешила менять форму ни на сотую долю. За последние несколько дней Бэй Доу разбивала и чинила её уже раз пятнадцать, если не больше. Девушка в сотый раз вернулась к конспекту. Формула, движение палочки, образ, приказ. Высшее повеление магии, полный контроль. Все то, что Нин Гуан, наверное, уже давно освоила, чем подтвердила свой статус одной из умнейших учениц на потоке. Очень хотелось от души постучаться головой о стол, и Бэй Доу едва сдерживала этот порыв. — О, Люмин! — засияла Эмбер. — Ты нашла брата? Люмин скривилась, словно хлебнула «Костероста», и продолжила брести в сторону спальни, на ходу буркнув: — Лучше бы не находила. — Ох. — Эмбер удивленно вскинула брови. — Ладно, завтра расскажет. — Не уверена в этом. — Бэй Доу с обреченным вздохом направила палочку на многострадальную чашку. За следующие три минуты та не изменилась ни на йоту. — Ладно. — Бэй Доу закрыла учебник, убрала чашку и затолкала конспект в сумку. — Не получается? — спросила Эмбер. — Завтра таки дойду до библиотеки. Если и там не почерпну чего-то для прояснения ума, обращусь к Джинн. Бэй Доу зевнула. Стоило выспаться — чем ближе был матч, тем хуже ей спалось. И это еще не настала пора экзаменов — есть шанс, что после выпуска она весь июль просто проспит. Да. Потом. Когда все-все сдаст. На следующий день, раскрыв в библиотеке «Основы трансфигурации», Бэй Доу честно попыталась вникнуть в тему с точки зрения другого автора, но у того оказался слог в разы сложнее и путанее, чем у автора учебника для седьмого курса. «…как и в обычной трансфигурации, замедленный метаморфизм характеризуется изменением формы и свойств предмета, но с принятием условий времени и его течения». — Бэй Доу, — шепнула ей почти на ухо взявшаяся словно из ниоткуда Джинн. — Что?! Вечно сонная библиотекарша бросила в их сторону негодующий взгляд. — Что? — спросила Бэй Доу уже тише. — Можешь занести в комнату мои шахматы? — Джинн выложила на стол рядом с книгами сложенную доску. — Мне нужно помочь Барбаре. — Она качнула головой в сторону сестры. Барбара приветливо помахала Бэй Доу рукой. — Ладно. — Оставишь на тумбочке, хорошо? Спасибо! Бэй Доу отодвинула шахматы чуть в сторону и вернулась к тексту. «…поэтапное превращение используют для отвода глаз, когда дело касается магглов, а также…» — Ты играешь в шахматы? С руки Нин Гуан наконец-то исчезла массивная повязка — её заменила другая, полегче. В остальном её внешний вид также претерпел небольшие изменения. После падения с метлы вместо своей обычной косы она носила незамысловатый хвост, наверняка завязанный с помощью магии. Нин Гуан со старой прической всколыхнула в Бэй Доу чувства давнего соперничества, и ей пришлось одернуть себя, чтобы не отпустить какую-нибудь колкость. Они больше не соперники. И не враги — никогда ими не были, если подумать. Они теперь в одной лодке, и Нин Гуан села в нее добровольно, взяла второе весло, чтобы помочь грести. Хотя нет, скорее — взяла подзорную трубу, потому что плыть им придется в тумане среди скал. — Не то чтобы, но правила знаю. — Партию? — Это шахматы Джинн… но не думаю, что она будет против. Бэй Доу щелкнула замочком. — Черные? Белые? Бери белые. — Как великодушно, — усмехнулась Нин Гуан, расставляя фигуры. Бэй Доу пожала плечами. И в жизни, и в шахматах она предпочитала знать предыдущий ход противника. С доски полетели первые пешки. — Чего ты хочешь достичь после выпуска? — спросила Нин Гуан, двигая коня. — М? Я? Я хочу не упустить ни одного шанса, чтобы реализовать себя. В ноябре она получила письмо с печатью «Холихедских Гарпий». Их менеджер писала, что они пристально следят за её успехами. Но пока что только следят — никаких гарантий не дают. Придет ли ей еще одно письмо — кто знает. Хоть Бэй Доу и рассказала о письме всего паре человек, по всему факультету пронесся слух о том, что у нее уже все схвачено и место ей гарантировано. — А ты? — Я хочу иметь больше десяти галлеонов одновременно и постоянно. — А… э? — Мои родители магглы. — Нин Гуан притворилась, что не заметила её реакции. — Для всех покупок приходится менять деньги, а курс весьма невыгоден, должна заметить. Поэтому я хочу много магических денег. — О, понятно. А это правда, что у магглов бумажные деньги? — Да. Но сейчас от них активно отказываются. — Правильно, металл лучше. — Бэй Доу одобрительно покивала. Нин Гуан фыркнула. — Нет, они теперь электронные. — Это как? — У тебя есть счет в банке, и, если тебе нужно что-то оплатить, ты берешь карточку, прикладываешь её к считывающему устройству, и деньги с твоего счета попадают к продавцу. Бэй Доу честно попыталась представить это — в целом получилось. Единственное, что для нее осталось непонятым, — смысл этого. А как же приятное ощущение тяжести в кошельке, холод металла, вид самих денег? Их семья тоже переживала тяжелые времена, что порой лишнего кната не было, и Бэй Доу не могла сказать, что не любит деньги, но все равно относилась к ним, наверное, все же проще, чем Нин Гуан. — Чудеса. — Она сдвинула ладью и тут же заметила недобрый огонек в глазах Нин Гуан. Попалась. — Тебе стоило быть внимательнее, — не без удовольствия она сбросила с доски черного ферзя. — Сейчас это стоило тебе фигуры. — О, не беспокойся о моей внимательности. — Бэй Доу ухмыльнулась в ответ. — Невнимательность — не порок. А вот жадность — да. Ты жадная, Нин Гуан. Бэй Доу не стала переставлять фигуру, только подтолкнула черного слона, который начал свое победное шествие по белым клеткам к беззащитному белому королю. — Сперва ты хотела довести своих пешек до конца поля и заполучить себе еще ферзя. Честно сказать, придерживайся ты этой стратегии, я бы поставила на исход с ничьей. Но, когда тебе подвернулся шанс забрать ферзя у меня, ты не устояла. Шах и мат. Нин Гуан шумно выдохнула, обдумывая ситуацию. Бэй Доу не могла не признать, насколько красиво почти реализовалась её стратегия с пешками. С каждым ходом они были все ближе и ближе к её краю доски, и подставленный ферзь выступал, по сути, уловкой. Шаг за шагом… — Точно. — Бэй Доу подалась вперед, осененная. Вот что она все время упускала. Мерлин, как можно было так тупить! — Что случилось? — Нин Гуан только вскинула бровь, когда Бэй Доу начала быстро складывать фигуры обратно в коробку. — Мне нужна моя несчастная чашка. — Какая чашка? — Потом объясню! — схватив сумку и доску, Бэй Доу выбежала из библиотеки. Нин Гуан еще пару минут неподвижно сидела у стола. А потом закрыла лицо руками и негромко рассмеялась.

***

Бутылка сливочного пива — последнее, что Нин Гуан ожидала увидеть перед собой перед последней парой. — Что это? — Сливочное пиво. — Я вижу. Зачем? — Я сдала трансфигурацию. — Поздравляю? И?.. — А если бы не ты, то не сдала бы. — Бэй Доу настойчивее протянула ей бутылку, и Нин Гуан, сдавшись, взяла её. — Все еще не понимаю, каким боком здесь я. — Наша партия в шахматы натолкнула меня на правильную мысль. Я попробовала, и у меня наконец-то вышло. Бэй Доу опустила тот факт, что она ворвалась в гостиную как раз в тот момент, когда Люмин о чем-то возмущенно рассказывала Эмбер, а Эмбер оторопело сидела, схватила чашку и таки превратила её в воробья — посуда постепенно отрастила лапки и крылья, проходя путь от чашки до птицы, словно пешка до ферзя. — Я сдала трансфигурацию, и теперь ничто и никто не помешает мне участвовать в матче, — улыбнулась Бэй Доу. — Ты что, хочешь сказать, что тебя могли отстранить?! — возмутилась Нин Гуан. — Почему молчала?! — Я справилась! Бэй Доу повернулась к окну. Из этого коридора поле для квиддича виднелось едва-едва — только две трибуны. Над Хогвартсом висело серое небо — весь март был не то чтобы дождливый, скорее туманный. Апрель порадовал потеплением, которое могло принести за собой как улучшение, так и ухудшение погоды. — Завтра последняя тренировка перед матчем. Придешь? — Зачем? — Нин Гуан взвесила в руке бутылку, после чего ударом палочки открыла её и сделала глоток. До пары было еще не меньше двадцати минут, а количество алкоголя в сливочном пиве редко дотягивало до пары процентов. — Мне так спокойнее, — призналась Бэй Доу. — Привыкла видеть тебя на трибуне. — Тогда приду. Бэй Доу облизала губы. — Я понимаю, что еще одной тренировкой ничего не изменить, но… не хочу упустить её. Эти несколько часов, матч и… и все. Мой школьный квиддич закончится навсегда. — Она почувствовала, как сдавило грудь. — И мои люди перестанут быть моими. Отдам значок Кэйе — из него получится отличный капитан и… прости. Уж ты-то понимаешь, о чем я говорю. Бэй Доу почувствовала ладонь на своем плече. Пальцы у Нин Гуан были аристократически тонкие и бледные, как и вся она. — Нет ничего плохого в том, чтобы уйти из школьного квиддича на пике славы с кубком. Все, что тебе остается, — сиять. Нин Гуан сжала руку в кулак и перед уходом несильно стукнула Бэй Доу по плечу. Бэй Доу замерла, смотря ей вслед. Длинная коса Нин Гуан покачивалась с каждым её шагом, она крепко держала в руке бутылку со сливочным пивом, порой делая из нее глоток. Девушка не смогла сдержать улыбку. Несмотря на студенный воздух в этой части замка, ее щеки пылали от внутреннего жара.

***

В Большой зал Бэй Доу только заглянула краем глаза, чтобы оценить красно-зеленую толпу учеников и общее ликование, после чего пошла прочь и неспешно покинула замок. В одной руке она держала метлу, в другой — защитные очки. День был ветреный, водоотталкивающее заклинание могло оказаться крайне полезным. В раздевалке девушка с минуту простояла со своей квиддичной формой, прежде чем начать переодеваться. Брюки, свитер, мантия, щитки на ноги, щитки на руки… Некоторые вратари носили шлем, но тот значительно приглушал звуки и ухудшал чувство пространства. — Так и знала, что найду тебя здесь. Нин Гуан по случаю матча надела шарф в цветах Гриффиндора. — Ты не из тех, кто заедает нервы, да? Бэй Доу пожала плечами. — А я да. Хочешь, заплету тебе волосы? — Не откажусь. — Бэй Доу потянула ленту, которой утром наспех собрала их. — Правда, у меня здесь нет расчески. — Ничего. Она села на скамейку, чтобы Нин Гуан было удобнее. Та ловкими движениями разделила волосы на пряди и принялась плести. Бэй Доу послушно наклоняла голову то в одну, то в другую сторону, подчинясь чужим рукам. — Знаешь, все правильно. — Что? — То, что именно ты сейчас здесь в форме. — Нин Гуан зафиксировала часть косы лентой и приступила ко второй половине прядей. — Так и должно было быть с самого начала. Она едва слышно хмыкнула. — На первом курсе, когда нас вывели на первое занятие полетов, я боялась не то что высоты, а даже подойти к метле. И… девочка слева от меня показала мне, что делать. Что надо быть уверенной в том, что ты вправе летать. У нее было дурацкое короткое каре. — Я не помню этого, — вполголоса призналась Бэй Доу. Нет, свою стрижку на первом курсе она помнила, но этот эпизод надежно стерся из её памяти. — А я помню. Я поверила и оказалась в воздухе. Но все равно никогда не была там на таком праве, как ты. Не воспринимала поражение так болезненно, потому что квиддич в моей жизни — это только увлечение. А для тебя — почти жизнь. Нин Гуан закончила плетение и зафиксировала получившуюся сложную косу лентой. — Не обесценивай себя, — возразила Бэй Доу. — Это правда. — Нин Гуан получила несильный толчок в бок. На улице раздался раскат грома. — Погода портится. — Да, надо проверить, чтобы все взяли очки, особенно Эмбер и Беннет. Нин Гуан кивнула. — Я пойду к трибуне. Займу лучшее место. В открытую дверь были видны один за другим два росчерка молнии, разделившие небо на куски, прежде чем новый раскат грома оглушил их. — Поосторожнее во время игры, — попросила Нин Гуан. — Ты что! Это же моя родная стихия! — Бэй Доу хищно улыбнулась, обнажив почти все зубы. Она остановилась у выхода из раздевалки, на границе между безопасным помещением и надвигающейся грозой, но только для того, чтобы метнуться обратно. Нин Гуан не успела уловить её движения — чужие губы легко коснулись щеки, почти задели уголок губ. — Кстати… если я выиграю, ты будешь со мной встречаться? — Да, — ответила Нин Гуан, не успев особо подумать. Она осталась в раздевалке одна, с гриффиндорским шарфом на плечах. Прижимала ладонь к щеке и глядела в спину фигуре в красном, что бесстрашно шла навстречу буре. Её слова потонули в новом раскате грома. — И если проиграешь — тоже.