Русальи прерии

Серый город на чёрной скале. Словно бы иллюзорный, нереальный и совершенно никчёмный перед океаном, что омывает его пирсы и спуски. О, Атлантика! Злая Атлантика, шипит и бросается на рога волнорезов. Десять узлов, без порывов и изменений. Идеально. Леви собирал кайт, сегодня решил променять парус на парашют, опробовать новое чёрное крыло, за которое отдал три штуки. Оно того определённо стоит. Никаких сожалений! Он уже пару дней как оккупировал дикий притаившийся пляж, усыпанный галькой. Теперь пляж не будет скучать. Не будет так одинок. Мужчина бросил машину на парковке у отеля и чуть ли не километр шёл сюда ради покоя и умиротворения. Ради этих десяти узлов открытого океана и двухметровых волн. Не сказать, что незаконно, но и не совсем легально проникать на такие территории. Старый любимый бум удобно ложился в руке. Только вздёрни, и купол парашюта взмоет в небо, утягивая за собой. Эрвин проверил уже приличное число диких пляжей. Ребята говорили о каком-то пацане, который заплывает в океан. Небезопасно, и Эрвин задался целью это прекратить. Он сам был когда-то таким же молодым идиотом. Гонял, думая, что с ним-то, военным, спортсменом, ничего не будет. А потом остался без руки, лишившись сразу всего. Ну, сам виноват, но бывают те, кто лишается не конечности, а жизни. Даже не успевают пожалеть, обдумать, понять, какую глупость совершили. Просто гибнут. Сегодня, кажется, повезло. Маленькая фигурка в чёрной одежде маячила перед ним. Вот сейчас он подойдёт... Пацан вдруг поднял голову. Вот чёрт. Конечно, его форменный жилет будет виден издалека. Пизда. По пляжу шёл человек в форме, полиция это или береговая охрана, не важно, для таких как он экстремалов на километры в округе висят таблички — зона, закрытая для купания и водных видов спорта. Не заметить, что у него крыло на земле и сам он в гидрокостюме, ну, это совсем тупым надо быть. Хорошо, что заранее спрятал чехлы в ближайшую расщелину. Вернётся позже, а то и вовсе на другой пляж, а сейчас пора давать по съёбам. Натянул балаклаву и зацепил ногами доску, вздёрнул чёрный парашют и в один прыжок оказался на воде. Погнали! Он не надевал шлема и носил малообъёмный жилет, что тоже на глубокой воде запрещено, и если сложить все факты, то ничего хорошего его не может ожидать, если решит задержаться. Эрвин увидел, что человек засуетился, и рванул бегом. От уродец! Не соврали языки, кому-то вновь взбрело в голову кататься на диких пляжах. Тут ни оборудования, ни систем безопасности. Если что-то пойдёт не так, можно рассчитывать лишь на себя. — Стой! — мужчина остановился у берега и вложил в крик весь воздух, который остался, — Ты куда, идиот? Сдохнешь там! Не смей! Парень не успел уйти далеко, и Эрвин надеялся, что его слышно. Леви слышал, но решил сделать вид, что нет. Не сдохнет, у него девять жизней. Пустил крыло по ветру и вскочил на волну. Ощущение свободы уже начало туманить голову. Эрвин понял, что по-хорошему не получается, и побежал обратно. Он оставил катер совсем недалеко, так будет во всех отношениях проще. Чёртовы экстремалы. Неизвестно откуда у города столько денег, чтобы, прежде, нанимать частную береговую охрану, а потом ещё и снабжать их катерами вроде Ямахи. Это была приличная тяжёлая лодка с поднимающимся мотором. Красотка. Самый тот катер для сегодняшней погоды, надувной бы просто сложился, а этот рассекал волну, проходя, как горячий нож сквозь масло. Догнал он паренька достаточно быстро, но ни достать, ни схватить не мог. Можно было бы подрезать, но зачем? Топить человека, который пока, вроде, держался неплохо... — Эй, парень, — снова попытался достучаться он до пацана. — Хватит, давай к берегу! Бесячий наземный черт добрался до него и здесь. Леви поднял средний палец, показывая, где он видал мнение береговой охраны. Что он может сделать, покричать с катера? Придурок. Эрвина взбесил наглый жест, но он не привык терять контроль. Тело почти что сделало всё само, и катер вильнул в сторону парня. Припугнуть, но не сбить, в этом был план. Леви дёрнулся в сторону, всерьёз испугавшись жеста. Готов был забрать обратно свои непроизнесённые слова. Морской коп — дерзкий парень. Аккерман демонстративно покрутил пальцем у виска. Он уже даже зауважал его, но не ответить не мог. Удобнее перехватил перекладину и дёрнул стропу, эпично разворачиваясь на подходящей волне, и красиво забрызгал правый борт, в надежде, что и на мужчину попало. Он рванул к скалам, туда катер не полезет. Эрвин двинулся было за ним, но очень быстро понял, что продлится это недолго. — Пидорас! Куда ты пошёл, там опасно! Вернись, не делай проблем всем! Он зарычал бессильно, махнул рукой и двинулся обратно. Вдруг пацан в спешке оставил что-нибудь на берегу. И действительно, после минут двадцати он обнаружил пару чёрных чехлов. От доски и парашюта, и Эрвин мог точно сказать, что они принадлежат ему. Леви Аккерман. Экстремал любезно оставил на вещах своё имя. Он найдёт придурка и точно втащит. Город небольшой, они ещё свидятся. Леви более не мог расслаблено кататься, инцидент занимал мысли, и полностью погрузиться в ощущение свободы не получалось. Он только словно бы выбрался из-за стен, но настырный коп загнал его туда обратно. В заточение, которое прозвал безопасностью. Аккерман последил за берегом с дальнего расстояния и решил вернуться на пляж, с которого и ушёл, просто потому, что тащить оборудование на себе мало удовольствия. Каково же было его удивление, когда мужчина понял, что чехлов нет. — Ах ты говна кусок! Их, очевидно, забрал белобрысый уёбок. Дорога обратно всегда тяжелее, чем дорога к воде. Леви устал, промок и уже начал замерзать. К тому же разбил ногу о камни, когда отцеплял стропы от бумы. У своей машины, переодеваясь за открытой дверью, его уже откровенно потрясывало. Вечерело, холодало. Нервная дрожь и дрожь усталости не унялась, даже когда он вернулся в свою комнату. Аккерман жил в кампусе, в той его части, что отведена преподавателям. Он тут всего пару недель, но не понравилось ему сразу. Задержится ещё ненадолго и снимет жилье поприличней, в городе, выбор невелик, но и спроса никакого. Квартиры разбирают только в тёплые сезоны. Леви решил выйти на пенсию пораньше, в тридцать в самый раз. Потому и перебрался в городок у океана, в пустоту несуществования, кататься на сёрфе и читать лекции в университете. Его маленький рай, его свобода. Парадиз был отличным местом для жизни, для экстрима. Тут катались все, а кто не катался, скоро начнёт.