The seasons

Here comes the rain again, Falling from the stars. Drenched in my pain again, Becoming who we are.

   Когда участники группы заканчивают обсуждать в излюбленном кафе планы о записи будущего альбома, на асфальт падают первые капли дождя. Акихико и Харуки за рулём – им не страшно промокнуть. Рицука и Мафую вежливо отклоняют предложение подвезти их до дома, предпочитая ходить пешком или тесниться в вагонах метро. Но непредсказуемая погода решает преподнести всему городу скверный подарок. А парни попадают в самый ливень.    Уэнояма, фыркнув, стягивает куртку и расправляет её у них над головами. Сато подхватывает второй рукав. Такой импровизированный зонт не особо защищает от осадков, и ребята ускоряют шаг, чтобы поскорее найти во дворах беседку и переждать грозу.  — Знаешь, мне чем-то нравится дождь, — шепчет Мафую, а затем выходит из-под навеса.    Нравится слышать сквозь шум разбивающихся об крыши капель далёкий, но знакомый голос и протягивать ему навстречу руки. Стоять, не думая о последствиях, не видя границ между прошлым и настоящим. Дождь размывает последние события. Смешиваясь с тупой болью, заполняет все внутренности и вот-вот готов перелиться через край. Потемневшие от влаги волосы спадают на глаза; Сато уже не в состоянии понять: дождевые ли это капли или плачет это он. Хочется забыться, стереть память, чтобы можно было начать жить с чистого листа к тому моменту, когда из-за свинцовых туч выглянут первые солнечные лучи.  — Не советую долго находиться под дождём. Промокнешь насквозь, а нам путь не близкий. Заболеешь, — суровый тон Уэноямы выводит рыжего из транса.  — Наверное, ты прав, — уныло соглашается Мафую и возвращается под крышу. Садится и кладёт голову на плечо Рицуки, прикрывая веки.    Увиденный сквозь пелену дождя призрак Юки рассеивается, словно мираж.

***

 — Хочешь пойти со мной собирать листья для гербария? — спрашивает Мафую Уэнояму, обедая с ним на лестничной площадке после уроков.  — Если он так важен для тебя, я только за. — Рицука всегда с интересом и должным вниманием относится к идеям своего парня. Авось, обнаружится ещё один талант, ранее тщательно им скрываемый.    Музыканты оставляют чехлы с гитарами на заднем дворе школы и принимаются старательно выбирать только целые и красивые экземпляры, раскладывая их между страницами учебников и конспектов. На первое время такая работа затягивает парней с головой.    Наверное, под деревом лежала сломанная ветка, и, ушедший в свои мысли, Мафую, конечно же, не мог заметить её. Он спотыкается и падает в кучу листьев, по-видимому, недавно собранную дворником. Пёстрый вихрь взметнулся в воздух, а шорохи сделались в разы громче.  — Ты в порядке?    Рицука, сразу же оказавшийся рядом, получает в ответ утвердительный кивок. И вдруг осторожно ложится на слабо прогретую землю подле Сато. Вместе они разглядывают облака, подгоняемые ветром, и, напрягая фантазию, пытаются придумать, на что же те похожи.    Брюнет приподнимается на локтях и нависает над лицом Мафую, цвет волос которого идеально сочетается с опавшей листвой, а солнце отражается в радужке янтарно-рыжих глаз, придавая им задорный блеск. Вокалист тоже решает не бездействовать и шутливо толкает Уэнояму в грудь. Залюбовавшийся гитарист удивлённо охает, но успевает подставить ладони, чтобы не свалиться и не удариться затылком, и, встав на ноги, начинает догонять вскочившего ранее Мафую. Ещё несколько минут оба нарезают круги вокруг деревьев, а потом Рицука ловит юношу за предплечье и прижимает к стволу ясеня; их лбы соприкасаются. Уголки губ Сато поднимаются вверх.    Уэнояма готов подарить Мафую целый мир и написать для него огромное количество песен, лишь бы тот почаще улыбался.