аут.

      Пару раз за прогулку ветер пытался вырвать из моих рук поломанный зонтик. Но я с боем защитил своё добро, кое-как дотащился до нужного мне дома и теперь стоял под навесом Стервятничьего подъезда. Дёрнул за ручку двери. Пусть с трудом, но она все же открылась. В подъезде сыро, но достаточно чистенько. И не сказать, что здесь живёт наркодилер. Я быстро поднялся на третий этаж (лифтов в таких пятиэтажках отродясь не было. Стервятнику это отчего-то нравилось. Говорил, что это улучшает кровообращение и помогает развеяться. Обычно я про себя над ним посмеивался: уж с его ли ногой об этом говорить). Остановился перед нужной дверью. Не сказать, что я как-то особенно медлил перед тем, как постучаться, но нельзя же прийти к другу в перекошенном пальто.       Я одернул воротник и скорее по привычке поправил очки. Наконец нажал на кнопку возле двери. Слух прорезал противный визг звонка.       Открыли почти моментально. Подозрительно. Как будто кто-то стоял под дверью и поджидал меня.       —Едрёна-матерёна, Рыжий, это всего лишь ты…– с порога раздается недовольный голос, очень напоминавший женский.       На меня с отвращением (впрочем, к такому отношению к себе я уже успел привыкнуть) смотрел Ангел в потрясающей полупрозрачной рубашке. Я невольно улыбнулся. Задумался, сильно ли обидеться Стервятник, если я ограблю его птенчика. Видно, тогда я решил, что обидится, поскольку ничего больше об этой рубашке я не помню.       —И тебе добрый вечер, дорогуша, — цинично пробубнил я в ответ.       Ангел пропустил меня внутрь квартиры, и я зашел. Хотелось бы сказать, что местное тепло сразу отогревает мои замерзшие руки, но Стервятник, сука он такая, придерживается высказываний… Черт возьми, как же этого полководца звали? То ли Ганнибал, то ли Маркс, то ли Кутузов… Ну и пошла эта метафора к хуям. Суть в том, что в квартире было почти так же холодно, как и на улице.       —Ты не вовремя, Папа собирается на какую-то встречу, — прокричали мне в спину.       Я предпочел ничего не отвечать. По пути к комнате Стервятника мне пришлось пробираться через фикусовые (или из какой они ботвы?) джунгли, которые Птички развели во всей квартире. Интересно, с кем это он собирался встретиться? Может, наконец нашел себе телку? Да нет, не похоже. При всем уважении, выглядит он как типичная Люська¹. С таким ни одна баба никаких отношений не захочет. Хотя, кто бы говорил… Значит, пойдет крутить².       Хозяина дома я нашел, как всегда, в его комнате. Стервятник мазал себе на лицо штукатурку. Я в этом не особо разбираюсь, просто крашу губы поярче и все. А Стерв прям конкретно с этим парится.       —Мне очень приятно, что к моему приходу ты так старательно прихорашиваешься, — я облокотился на косяк и хитро улыбнулся, — но право, Стерв, причесаться было бы достаточно.       —Сука, Рыжий! Что ты тут забыл? — Стервятник зажмурил правый глаз. Видимо, попал по нему подводкой.       Я честно старался не заржать и, надо признаться, у меня это вышло. Все с тем же выражением я ответил:       —Сука здесь только ты! А я пришёл к старому другу поболтать о нашей нелёгкой судьбе.       —Очень не вовремя. Я скоро ухожу на встречу.       —Ой, можно подумать… девки ведь всегда опаздывают, — поймав на себе злой взгляд, я поспешно добавил: — Все равно тебе её ждать. А так хоть время с пользой проведешь.       Стервятник недовольно закатил глаза, но ничего не ответил.       —Не бухти, блондинка. Я же тебе конфеты принёс, — я выудил из сумки порядком помятую коробку и кинул её на столик поверх каких-то баночек. — С коньяком. Твои любимые. Может, как раз своей телочке подаришь.       —Ну и кто из клиентов ими с тобой расплатился? Вспомнил молодость и полез в штаны учителю или главврачу?       —Ты что? — я обиженно закатил глаза.– Я их честно спиздил!       Стервятник снова хмыкнул, не отрываясь от зеркала. В этот раз, похоже, чтобы сдержать смех.       —Представляешь, я сегодня на работе встретил старого друга.       —Да что ты? На «работе» встретил? Это когда он за услугами пришел? И как вы «подружили»? — уголок губ Стервятника невольно приподнялся.       —Да пошел ты! — я театрально упал в кресло. На секунду закрыл глаза, расплывшись в довольной улыбке. То ли это я стал слишком сентиментальным, то ли это на меня так подействовали испарения Стервятничьих трав. Прикрыл один глаз, наблюдая как друг возил по губам помадой.       —Кстати, колись давай, к кому ты там идешь.       Стервятник недовольно скривил губы, шумно поставил незакрытый тюбик с помадой на стол и подскочил на ноги. Губы он докрасить не успел, а от того выглядел ещё более угрожающим. Я невольно вжался в кресло. Настоящий падальщик, ей-богу. Сожрет и в ус не дунет.       —Имей совесть! Я в твои отношения с людьми не лезу!       —Ну начни. Мне жалко, что ли?       В ответ Стервятник тихо фыркнул, снова сел, в изящном жесте скрестил руки (сколько помню нашу дружбу, я всегда удивлялся его способности оставаться похожим на какого-то аристократа из совкового фильма при том, что он проводил большую часть времени в кругу отбитых зеков).       —В деловые я не лезу из чувства такта, и тебе советую.       —А в половые? Мы сейчас как раз о них и говорим.       —Во-первых, туда я не лезу, как минимум, потому что в твоих партнерах кто угодно запутается. А во-вторых, встречаюсь я с человеком исключительно по рабочим вопросам.       —Ну и пошёл ты. Как она от тебя залетит, меня не зови.       Я вскочил с кресла и ушёл. Вот просто так. Не попрощался, не выслушал того, что мне пытались кричать вдогонку, не заговорил ни с одним из Птиц. Просто взял зонт, крикнул, чтобы кто-то за мной закрыл, хлопнул дверью и зашагал прочь. Нет, вы не подумайте, я тогда не обиделся. Наверное, просто хотел выпендриться. И, надо сказать, я это сделал. Жалко только, что Стервятник расценил это как приступ… Блять, да что ж со мной сегодня такое? Вот вроде что-то типо «инвалидизм», но не про инвалидов. Сука. Ну как вспомню, обязательно вам скажу.       Потом пару минут я курил у его подъезда и мучился, гадая к кому он там учапал. Когда в пачке осталась последняя сигарета, а каждая косточка промерзла насквозь, как-то сам собой положил на это хуй и поехал заниматься своими делами. Ей-богу, ну не знал я тогда, что это вытечет в такой геморрой!       Пара минут быстрого шага и передо мной предстала неоновая вывеска местного стрипушника. А это значит что ещё полквартала и я окажусь дома. Поплотнее закутался в своё пальтишко, все-таки не май на дворе. Краем глаза я заметил у дверей этого «заведения» что-то подозрительное. К девушке настойчиво приставали два мужика, оба высокие и крепкие. Мой нелюбимый типаж «клиентов». Такой шкаф хрен вырубишь, а отказать не выйдет. Все равно взяли бы сами. Отсутствие в трусах пизды обычно их мало смущало, как и факт того, что за услуги проститутки надо платить. Обычно от них получалось убегать, хотя на каблуках это делать очень неудобно. По спине сразу прокатила волна холодного пота. Хочется повернуть голову, чтобы убедиться, что мне просто показалось, а та девчонка не против того что с ней делают. Но я весь будто онемел. Силы воли не хватило чтобы хоть пошевелиться. Мне начало казаться, что я почувствовал грубые руки на своей шее и не свежее дыхание у самого уха, услышал свой сдавленный крик.        Мимо гулом пронеслась машина, которая и вырвала меня из омута воспоминаний. Я быстро зашагал прочь. Думаю тогда мне просто показалось. А даже если нет, то это проблемы той девки. Уж точно не мои. Мне никто не помогал. Так почему я обязан?       Мелочь, а настроение тогда испортилось к чертям собачьим. Кстати, о псах. В мою голову не пришло ничего лучше чем пойти катать⁴ к Валету.       Спустя пару минут в душном автобусе я стоял возле очередной двери и пытался достучаться до хозяина квартиры. Я был уверен, что Валет все ещё дома, но либо дрыхнет, либо в четыре дня уже в Элю⁵.       Открыл мне Помпей. Меня окинули недовольным взглядом. С ним я почти что не общался, разве только когда приходил вот так в гости, и иногда в Валетовом притоне.       —К Валету?       Я молча кивнул. Помпей отошел от двери, пропуская внутрь квартиры. Я забежал, по пути скидывая с себя обувь с пальто.       —Валет уже все?       —Пока не особо бухал. Слышь, закроешь за мной?       Я опять дернул головой. Помпей что-то буркнул, обулся и, не завязав шнурков, вышел в подъезд. Я запер за ним дверь и прошел в комнату.       Обстановка все ещё была стабильна: половина комнаты, принадлежащая Валету, была уставлена пустыми бутылками, которые он использовал вместо пепельниц, абсолютно вся мебель служила местом хранения грязного белья, в углу стояла гитара (единственная вещь приличного вида), а на столе из-под некогда белой рубашки торчал использованный шприц. Завершал композицию сам Валет, который лежал на постели, скрестив на животе руки, и тупо пялился в потолок.       Половина Помпея выглядела не лучше. Одежда, книги (удивительное увлечение. Валет говорил, что он тащит их домой в немеренных количествах), ещё какой-то хлам. Пол во всей комнате был ужасно грязный и липкий.       Я сел на край Валетовой постели и потряс его за ногу со словами:       —Подъем, спящая красавица! К тебе человек пришел. Будешь в американку⁶?       Валет с тяжёлым вздохом приподнялся на локтях.       —Рыжий, а ты тут чего забыл? Кто тебя внутрь пустил?       Я поднял брови и дернул плечами. Не скажу же я, что пришел сюда только потому что домой не хотелось.       —Да так… Шел от Стервятника, вспомнил о тебе. Кстати, не знаешь, куда он съебался?       Валет пялился прямо перед собой, не различая ни стен, ни предметов, ни меня, но через пару секунд он словно пришел в себя и повернул бошку в мою сторону. Я невольно поморщился. Валетовы зрачки были ужасно широкими.       «Объебался что ли? А мне казалось, что тебе Помпей в тот раз пизды дал…» — пронеслось у меня в голове.       —Да черт его знает. Мы с ним не виделись давно. В американку? Давай.       Валет слез с кровати и подошел к столу. Взял пачку карт, начал тасовать их (скорее машинально), развернулся и упал на пол.       —В ведьму?       Вместо ответа я молча кивнул. Валет начал раздавать карты.       —А Помпей куда ушел? — я спросил это просто так. Чтобы чем-то прервать неловкое молчание.       —Помпей? — рука Валета дрогнула и замерла в воздухе. Он снова уставился в пол. По его лицу было видно, что в голове происходили серьезные мыслительные процессы. Забыл, кто это такой, что ли? — Ну ушел куда-то.       Я тяжело вздохнул. Так трудно говорить с человеком, который ведет себя, как овощ. Но орать на него не стоит. Не моя методика.       —А я, блять, не вижу! Куда? В какое место?       —То ли к бабе, то ли по делам, — Валет тоже пожал плечами и продолжил раздавать карты.– Хер его знает. Я ж ему не мамка и не жена, чтоб следить.       —Не знаешь, что за баба? Или просто к шалавам?       —Вообще, он по шлюхам обычно не ходит… Он то ли бабло жалеет, то ли моралист, то ли поддерживает этих… Ну телки поехавшие такие, права какие-то требуют.       —Лесбухи, что ли?       —Не, это другие. Лесбы-то нормальными бывают. Ну похуй.       А потом мы долго говорили обо всём что могло представлять хоть какой-то интерес. Игру забросили. У Крыс недавно убили вожака. А в Четвертом, похоже, появился стукач. К Сфинксу, как рассказал Валет, приходили со шмоном уже третий раз за месяц. Все подозревают какого-то Черного.       Домой я уходил часов в семь. Небо успело потемнеть, а ветер прекратиться.       Я был слегка пьян. За день устал как псина. Сил хватило только на то, чтобы раздеться и упасть в кровать. Что-то в последнее время я стал слишком много спать.