Emptiness in your eyes.

- И тебе не стыдно? Ты не справился с легчайшим заказом, который тебе буквально на блюдечке преподнесли, — хмыкнул мужчина, смотря на своего наёмника. - Сайгику, может быть, мне стоит найти тебе замену? Дзёно лишь недовольно фыркнул, скрестив руки на груди. Он ненавидел моменты, когда его отчитывали, а тем более — пытались манипулировать угрозами, что легко найдут ему замену. Его начальник слишком многое себе позволял, особенно когда пытался давить на совесть блондина или вызвать у него панику. Сайгику считался одним из лучших среди подчинённых — правоохранительные органы не могли выйти на него, а слепота служила ещё и безупречным алиби. И он это знал. Все знали. Боялись.  - Вы не забывайтесь, с кем говорите, Фукучи. Я не прыщавый стажёр в кафешке, который будет терпеть подобные высказывания в свой адрес. Раз не довёл дело до конца - значит, были на то определённые причины. - Какой ты у нас гордый, Дзёно, — коварно улыбнулся мужчина средних лет, - И всё же, я хочу, чтобы ты рассказал, что послужило причиной твоего внезапного отступления. Что там произошло? - Старые знакомства. Не ожидал увидеть его, - пожал плечами юноша. -Тот самый? - переспросил мужчина.- Единственный твой друг за всё время пребывания в приюте? -У меня нет друзей. Не преувеличивай. Я был ребёнком. Сейчас он для меня - не более чем пешка. Неожиданный привет из прошлого, - отрезал блондин. - Ты обещал, что после миссии поможешь мне замести следы и переехать. Сайгику уже давно подумывал о переезде из Йокогамы куда подальше. Хоть бы в Токио или любой другой город — главное, подальше. И не просто скрыться от преступной жизни, а чтобы начать с чистого листа. Без напоминаний о том, что ему пришлось здесь пережить. Смерть родителей, долгие годы унижений, вечное одиночество, которое всегда ходило за ним по пятам. Он не принимал общество, а общество не принимало его. Такая гармония его вполне устраивала: после приюта и откровений о настоящей человеческой натуре он уже не стремился ни к общению, ни к таким понятиям, как «любовь» или «друзья». Он умел развлекать себя сам и справляться почти с любой ситуацией. И какой смысл держать рядом кого-то ещё? Но единственной преградой к переезду оставался начальник. Фукучи забрал его ещё в подростковом возрасте, как и многих других сирот, которые в его руках превращались в идеальные инструменты для воплощения его коварных и нелегальных планов. Дзёно же стал настоящим преступником — его лишили сострадания и хотя бы капли внимания к чужой боли. Из него растили машину, исполняющую приказы. Не то чтобы сам Сайгику чувствовал угрызения совести, но город давил на него. Хотелось всё забыть, как страшный сон. -Нет, малыш, - неожиданно и с хитрой улыбкой произнёс Очи, - я бы и рад, конечно, тебя отпустить. Безусловно. Но ты же задание до конца не выполнил. А значит, и отпустить я тебя не могу. Печально-то как… Ай-ай-ай, что же нам делать? -Не выполнил? - хмыкнул Дзёно, медленно подходя к столу и опираясь на него руками. Его движения были элегантны и плавны, грациозность кошки сочеталась в нём с внутренней угрозой. - Очи, давай разойдёмся по-хорошему. Пусть ты и растил меня несколько лет - это не значит, что я не покажу тебе, на что способен в гневе. -Ну-ну, чего ты сразу горячишься? - незамедлительно отозвался старший. - Я же не сказал, что не отпущу тебя совсем. Просто, раз уж ты начал дело, его нужно закончить. Как только оставишь эту семейку ни с чем - сразу же получишь свободу. И я замету все следы твоего существования на грани между законом и преступностью. -На лице Фукучи не дрогнул ни один мускул: он прекрасно знал, что находится в выигрышной позиции. Сайгику был несомненно силён, умен, а главное — жесток. Но всё равно оставался подчинённым. Его можно было подставить, сдать правоохранительным органам или тем, кто ещё хуже. В такой ситуации даже лучший сотрудник будет бессилен. Очи держал над ним полный контроль, как и над остальными своими «воспитанниками». -Ну что, согласен? Выполнишь свою последнюю работу - и я отпущу тебя с безопасной, зелёной карточкой в новую жизнь. Дзёно, не заставляй меня повышать голос. И тем более- наказывать. Подумай до завтра и дай мне окончательный ответ. Вернее - положительный ответ. -Вскрыть бы тебе глотку… - тихо пробормотал парень, напоследок ударив ладонью по столу и направляясь к выходу из кабинета. Он уже знал свою роль и слова. Знал, что заперт в клетке обстоятельств. Знал, что выбора нет — и от этого было особенно мерзко.