Emptiness in your eyes.

— КАКОГО ЧЁРТА КАМЕРЫ БЫЛИ ВЫКЛЮЧЕНЫ?! ЗА ЧТО Я ВАМ ПЛАЧУ БЕШЕНЫЕ ДЕНЬГИ?! — это было первое, что услышал Тэтте с раннего утра. Солнце уже давно поднялось над горизонтом, птицы вовсю щебетали за окном, а крики отца разносились по всей округе. Да уж, после такого погрома в доме и ограбления — странно было бы ожидать иного. Почему же хозяин недоволен, правда? Юноша с тяжёлым вздохом приподнялся с кровати и направился в уборную. Противоречивые мысли терзали и без того больную голову, а образ слепого рыцаря — особенно странным образом. — Может, я себя накручиваю?.. — задумался Суэхиро, умывая лицо и стараясь сбросить с себя сонную пелену. — Такое ощущение, будто я уже где-то его видел. Слепой блондин… Теория выстраивалась медленно и противоречиво; вероятность совпадения казалась ничтожно малой. Каковы шансы, что твоим «спасителем» окажется первый друг, с которым вас связывало детдомовское прошлое и общее чувство отчуждения? Детские воспоминания не уходят так просто — как и первые в жизни привязанности, особенно когда долгое время живёшь в изоляции и одиночестве. В приюте Тэтте не пользовался популярностью; можно даже сказать, его положение стремилось к отметке «странный изгой с мутным прошлым». Детдомовские дети игнорировали брюнета, предпочитая молчаливое отчуждение и отказываясь принимать сироту в свои игры. С Дзёно же всё было иначе — их сблизили собственные странности и неполноценности. Противоположностям свойственно притягиваться, особенно в столь жестоком мире. — И всё же… это не он. Совпадение — гнусное и неприятное. Кого я пытаюсь обмануть? — выдохнул Суэхиро, плеснув в лицо ледяной воды и невольно вздрогнув— Он умер. Отец бы не стал шутить с такими вещами. Я снова дам себе ложную надежду и разобьюсь о жестокую реальность. Как в далёком детстве… — Ты почему ещё не собираешься? — выдернул Тэтте из размышлений голос отца. — У тебя занятия скоро, а ты тут капли воды считаешь. После университета — сразу домой. Следователь зайдёт. Хочу найти этих гнусных предателей и прокатить их до речки в бетонном купе. — Да, отец, я постараюсь не задерживаться. И… я бы хотел спросить у тебя кое-что, — ответил юноша, выключая воду и переводя взгляд на мужчину. В глубине души его терзал единственный вопрос. Но был ли смысл его озвучивать? Получит ли он ответ — или лишь очередной выговор? Густав не терпел пустой болтовни, особенно в дурном расположении духа. — Что? — как гром среди ясного неба прозвучал вопрос хозяина дома. — Тэтте, не тяни резину. Если хочешь что-то спросить — говори. Или не трать моё время. — Хотя нет… знаешь, пап, это неважно. Я лучше пойду собираться на учёбу, — произнёс юноша, прежде чем скрыться за дверью своей комнаты. Не стоит его злить. По крайней мере, сегодня. Тэтте собрался довольно быстро — уже через десять минут он накинул на плечо сумку и, даже не дождавшись завтрака, покинул дом. Утро было ясным, воздух — свежим, а солнечные лучи мягко играли на листьях деревьев у калитки. Но всё это казалось лишь фоном, почти незаметным: голова была забита тревожными мыслями, похожими на гул в ушах, от которого невозможно избавиться. Впервые в его идеально выстроенный план врезался вестник правды. Картина пошатнулась, старые версии разрушились, а истина оказалась под вопросом. Он шёл по знакомой тропинке к университету, но шаги стали неуверенными. — А мог ли отец солгать? — мысль всплыла неожиданно, словно холодный душ. А если правда, которую ему внушали всю жизнь, была лишь красивой легендой? Может, долгие годы его обманывали? И как долго этот обман мог продолжаться — незаметно для него самого? Брюнет пытался упорядочить мысли, найти логические зацепки, но каждая догадка рассыпалась под напором новой неуверенности. Его руки непроизвольно сжимали ремень сумки, а сердце то и дело подскакивало от резких звуков. Всё вокруг оставалось знакомым — но теперь казалось странно чужим. Он пытался вспомнить, когда впервые закралось ощущение, что что-то скрывается, но воспоминания путались, как старые фотографии, размытые временем. Даже обрывки разговоров отца — когда-то давно — вдруг обрели тревожный, непривычный смысл. И чем дальше он шёл, тем сильнее крепло чувство: истина, если она однажды всплывёт, способна перевернуть всё, что он считал реальным. — А если выяснить всё самостоятельно?.. — резко остановился Суэхиро у здания университета. Рука сама потянулась в карман за телефоном; поисковая строка выдала адреса детского дома. Видимо, сегодня на пары он не попадет.