Спустя года после лагеря

Ночь. Столько нет Ященко. По лагерю стоит паника. А Тот словно испарился. Паниковать начала даже тройка Беса, которые, кажется, начали что то понимать. Они обошли уже все места, ища, крича и угрожая парню. Ноль реакции. И в конце концов осталось всего одно место - Мертвое Озеро. Уже несколько лет туда никто не ходит, Петро говорил, что плохо кончится для того, кто придет туда. Было еще что то, что сейчас и пытался найти Саша, роясь в кабинете главного, переворачивая каждую бумажку, ища всего одну книженцию. -- Всё еще не понимаю... Слава смотрит на Киселева, что так яро скидывал все книжки, чуть ли не в истерике ища что то одно. Его руки перебирали все быстро, быстро, но так изящно, что Ронжин не секунду представил это руки на свои плечах, как они бы гладили его, а потом.. -- Потому что ты идиот! Нашел! Он сдувает с книжки пылинки, а Слава тем временем зовёт остальных. Благо свободное время, за детьми особо можно не следить, в любом случае, есть еще вожатые. -- Что?! Вы бы лучше Лешу искали, чем просиживались здесь! Рогов был на нервах сильнее всех. Вообще, Женя удивился этому. Они поссорились. И он прекрасно слышал настроение обоих, ведь Рогов мириться явно не собирался. А Ященко винил себя. Впрочем, Рава у себя в голове он пометил как «Хренов альфа», и он активно не понимал, что Рыжик нашел в нем. Будь таким Алмат, то Женя бы первым рейсом отправит его домой. Хотя, все может потому что Алмат его каблук? Возможно. – Книга Петро. Она помогала ему с лагерем. Тут все легенды, теории, и заговоры Саша стал листать, стараясь что то найти А Женя замолчал. Он в упор смотрел куда то, пока на одной из страницу не промелькнуло: «Святоша» Саша это пролистнул, а Женю как током ошпарило. Такой прилив энергии к крови и резкий страх. Секундное «Я не хочу так..» в голове. Но это были не его мысли. Совершенно не его Он выхватывает дневник, и листает назад. Страницы больно резали руку, особенно пальцы. Пару раз он пролистала, возвращался назад и не отдавал книжку, пока Саша пытался донести до него хоть что то -- Святоша... Он стал читать страницу, почти не давая никому, хоть Алмат и бурчала на того, стараясь заглянуть через плечо На плечо кладет руку Саша, видимо, успевая читать хотя бы пару строчек, что попадались на глаза А Женя просто помнит. Помнил, как Байбаков один раз назвал его так, закатывая глаза и что то говоря. Женя помнит, как первое прозвище, которое пришло ему в голову, когда он увидел Рыжика - Святошаь. Ему аж тошно стало от него. Он излучал этот свет, делился с детьми. Тройке Беса было плохо. И именно поэтому, только поэтому они так относились к нему. Не из-за поведения, как говорил Женя и Саша в один голос, а от его света, которым он делился с каждым И сейчас, дочитывая последние строчки, он бросает дневник на стол, что с хлопком закрывается, разворачивается на пятках и бросается к выходу, не давая никому себя поймать Перед этим же по комнате раздалось громкое «Сука!» Сейчас он не обращал внимание ни на что. Он давно подозревал это. Он не чувствовал гнева от него ни в чью сторону, а если и было, то он сразу извинялся, чувствовал себя виноватым. Ничего злого от Ященко никогда не было. И сейчас Женя с легкостью проводил параллели. Если у него еще и детство какое то дерьмовое, то блять. Реально Святоша И он тормозит у озера, смотрит вперед Сердце забилось, в душе страх. Но не его . Он был здесь. Но что то было не так. Словно кто то еще был здесь. Кто то, кого знает Майк Он боялся. Он трясся и кашлял. Женя медленно стал подходить -- Эй... И только потом видит причину такого состояния.

Шея.

Толстая веревка, обмотанная вокруг шеи, недалеко лежащий камень, и на нем веревка. -- Я успел... Всего... Всего за мгновенье... Он садится подле парня на колени, осторожно развязывая веревку на шее. Но страх лишь усилился. За ними кто то следил. И этот кто то явно не был рад тому, что Женя помешал его планам. Женя берет за руку Лешу -- Эй, Ры... -- молчание, а после отводит взгляд, -- Лешенька... Солнышко... Открой глазки... Все хорошо... Все хорошо... Женя даже не понимал, кого он действительно успокаивает. Себя или его? Он ждал Алмата. Алмат должен прибежать и не один. Да, они долго думать будут, но лучше пусть прибежит, и он им все объяснит! Ведь главное, что мальчишку нужно вытащить отсюда! И как можно скорее! И действительно. Слышаться торопливые шаги, что раздаются где то позади. Но Женя прекрасно понимает кто это. Эт точно Алмат, ведь так быстро за ним побежит только он, даже не Саша.. -- Женя! Что случилось?! Ты нашел его?! Охренеть И все это быстро валится на голову, каждый вопрос давит сильнее предыдущего, так и хочется закричать на него, что б он замолчал -- Бери его. Мы должны уйти отсюда, и как можно быстрее. И все дальше было как в утмане. Дорога, Лгаерь, медицинский домик и кровать. Вокруг собрался народ, сначала спрашивая самочувствие , а после уставились на Женю, ка как бы ожидая от него всез данных. -- Кхм. Женя? -- Саша изгибает бровь, внимательно смотрит на своего товарища а после слабо улыбается. Он старается показать, что все нормально, что они все справятся. Но Женя в это не верит. Для Жени это что то новое. Необычное. Для него никогда не было святых. -- Знаете... Была давняя легенда об одной твари. Он был каннибалом, убийцей и насильником. Говорят, были собраны для него все грехи, и не было для него пощады. ЕГо лишь ненавидели. Все, все кроме одного человека, который был святым. Ни одного греха за всю свою жизнь. И кто же знал, что именно эти двое смогут сойтись? И они сошлись. Только вот тот урод убил его. Провел над ним обряд, убивая и отдавая его душу Дьяволу. После этого поступка он утопился. Здесь, в Мертвом Озере. И с тех пор ег душа все еще там. Он ждет, ждет такого же как и его бывший любимый, дабы избавится и от него, нанести еще один свой удар