Сквозь пальцы

«Мерлин, да как же совладать с этой штуковиной?» — Вильма сидела на берегу озера и уже битые полчаса крутила в руках потертый кусок пластика, который маглы с гордостью нарекли Мобильником. Она бережно водила пальцем по исцарапанному экрану, нашептывала замысловатые заклинания, выуженные из недр Энциклопедии по чарам, иногда грозно нацеливала свою палочку на серебристое чудовище, но толку от ее потуг было как от дракла молока: чудо-чудесное никак не желало оживать. Раздраженно фыркнув, девушка отбросила с лица надоедливую челку и с особым усердием закусила губу. «Ну давай же, таинственная железяка, помоги мне», — подумала Вильгельмина и зачем-то лизнула телефон, — «Я хочу с ним поговорить, очень хочу». Таинственная железяка не отзывалась, и это на ее-то заклинания. Да она с легкостью заставляла работать даже расколотые руны, как только те оказывалась поблизости; что уж говорить о других, менее магических предметах. Любые артефакты оживали в руках девушки, причем случалось это регулярно, с самого раннего детства и по сей день, — такая вот сверхспособность, которую Вильма лишний раз боялась афишировать перед знакомыми. Но сейчас… мисс Вильгельмина Белби лишь с жалостью смотрела на мертвый глянцевый экран, злилась и наконец скрепя сердце выбросила бесполезную вещицу в озеро. «Эх, жаль», — подумала Вильма, откинувшись спиной на траву. — «Тот парень из Лондона был очень даже ничего». Их случайная встреча в одном из рок-баров не имела и не могла иметь продолжения, но девушка все еще отказывалась в это верить. Прогулка по ночному городу, пьяные разговорчики и поцелуи, его непонятное «Позвони мне» на прощание… Том утверждал, что с помощью магловского мобильника они смогут поддерживать связь чуть ли не ежедневно, даже написал ей какой-то цифровой код на салфетке. Но купленный в переулке серебристый коробок отказывался слушаться юную волшебницу — связаться с красавчиком никак не получится. Не посылать же патронуса в мир маглов, в самом деле. Дежурить в баре и поджидать Тома каждый вечер с глупой надеждой в глазах Вильме тоже совсем не улыбалось. Она, может, и наивная идиотка, но не настолько еще отчаявшаяся. Палящее солнце в кое-то веки скрылось за тучами и по лицу девушки скользнул легкий ветерок, одаривая кожу приятной прохладой. Вильма глубоко вздохнула и с тоской посмотрела на бескрайнюю гладь темного озера. Ну и пусть, не очень-то и хотелось. В конце концов, не она виновата, что между магическим и немагическим мирами залегла такая непреодолимая пропасть. Все забудется. Время сотрет в ее разуме остатки романтического наваждения, образ Тома померкнет, а парня она себе и здесь подыщет. Среди своих, среди волшебников, не зря же отец так гордится их высоким происхождением. — Эй, Вильма! — послышался позади знакомый голос. — Вильгельмина! «А вот и первый претендент нарисовался. Кого там еще принесло?» — подумала девушка, обернувшись. — «А, соседушка… Только его сейчас не хватало». — Забини, что тебе нужно? — откликнулась Вильма. — Вырвался из-под крыла мамочки и не знаешь, кого обрадовать своим присутствием? Брюнет не обиделся, не замер на месте, да даже ухом не повел. Он по-прежнему спешил вверх по склону, улыбаясь Белби во все тридцать два зуба. Словно и не заметил, что соседская девчонка не в настроении. По мере его приближения серебристая мантия все ярче играла на смуглой коже парня, а темные глаза искрились каким-то нездоровым интересом. — Ладно, не выпускай когти, Вильгельмина, тебе не идет, — отдышавшись, сказал Забини, и без церемоний присел рядом. — Чем занимаешься? Опять возишься со своей магловской игрушкой? Парень прищурился, желая, как всегда, поиздеваться. — Нет, с ней покончено, — бросила Вильма, скорчив недовольную гримасу. — Не судьба мне обрести великое и вечное чувство. А вообще, какое тебе дело, Блейз! У меня каникулы, убиваю время как хочу. Скажи лучше, тебя-то каким ветром принесло? Только не говори, что… — Ага, — кивнул Забини. — Раздобыл новый артефакт. Посмотришь? Поместье Забини находилось поблизости от дома Бэлби, и представители двух магических семей нередко пересекались. Не сказать, что дружили, отец как-то побаивался приближаться к матери Блейза. Вероятно, потому что дамочка закрепила за собой прочную репутацию черной вдовы. Тем не менее, Вильма росла бок о бок со своим сокурсником по Хогварцу, и знала его лучше собственной совы. Парень не отличался благоразумием, постоянно влипал в разного рода неприятности, по большей части своими же стараниями, и не стеснялся втягивать в эти неприятности окружающих. Поэтому Вильма искренне старалась держаться от него подальше. Вот и сейчас она аж вздрогнула, от одной только мысли, что сосед опять решил воспользоваться ее редким даром артефактора. Что и говорить, затеи Блейза редко заканчивались хорошо. Но в битве с собственным любопытством Вильма неизменно проигрывала, и все осведомленные о ее способностях пользовались этим позорным обстоятельством. Знакомые маги тащили к ней артефакты со всех концов Англии. У семейки Забини и вовсе имелась какая-то неконтролируемая страсть к магическим побрякушкам. Особенно к тем, что находились под запретом. И особенно к тем, которые никто не постарался спрятать как следует. — Что, опять ограбил лавку Горбина и Бэркеса? — откликнулась девушка, скрывая подступающее беспокойство. — Колись, что там у тебя. — Да так, — замялся Блейз, набивая себе цену. — Ничего особенного, просто… вот. Только матери — ни слова. Как только Забини извлек из кармана таинственный предмет, Вильма распахнула глаза от удивления. В руках мулат сжимал какой-то золотистый кулон, от которого так и веяло устрашающей магией. Старинное украшение поблескивало на вновь появившемся солнце, словно призывало его примерить и ощутить сокрытую в своих недрах силу. Помнится, девушка уже видела похожие артефакты у отца в министерстве, но все они тщательно охранялись авроратом и никогда не покидали хранилища без особого разрешения. — Это же… — замялась Вильгельмина, не в силах произнести вслух запретное название. — Времяповорот, точно, — с гордостью воскликнул Забини. — К тому же редкий. В отличие от своих сородичей он… — Мерлин, Блейз! — подорвалась с места Вильма. — Где ты его спер, спрячь сейчас же! Я не хочу по твоей милости объясняться с архиваторами из министерства. Или еще с кем похуже. — Не кричи, Вильгельмина, — прошептал Забини. — Подумаешь. Я его просто одолжил на время, нашел в старом сундуке отца. Смотри, какой необычный. Неужели не любопытно, как эта штука действует? — Правда необычный, — откликнулась девушка, забирая у Блейза находку. — Временная шкала у него нестандартная и ось вращения тоже. Что ты там говорил про отличия, Забини? — Этот времяповорот — единственный в своем роде, — со знанием дела начал мулат. — Так написано в дневниках отца. Он перемещает своего обладателя не в прошлое, а в будущее. Ну, в предполагаемое будущее, так написано. Правда убедиться в этом пока не получилось, поскольку артефакт, эээ… не работает. — Поэтому припер его ко мне? — возмутилась Вильгельмина. — В моих руках все работает, ты же знаешь! Все, Блейз, забирай свою игрушку и вали отсюда. Я не собираюсь участвовать в твоих запрещенных экспериментах. — Да ладно тебе, Вильма, — расплылся в улыбке мулат. Начал метить на роль ее парня, не иначе. — Покрути шарниры, поколдуй. Можно переместиться всего на пару минут в будущее. Никто даже не заметит, этот времяповорот обладает заглушающими чарами. Так написано в дневниках, честно! И временная шкала очень удобная — вот, смотри, размечена как для дураков. Блейз снова скорчил милую гримасу и коснулся ладони девушки в доверительном жесте. «Прямо змей-искуситель в новом обличии», — подумала Вильгельмина и скосилась в сторону брюнета. — «Ладно, разве что на две минуты. Когда еще в мои руки попадет такая редкость». Осторожно коснувшись сердцевины времяповота, Вильгельмина мысленно призвала магическую силу артефакта, и что-то внутри механизма щелкнуло. Ось встала на место, трещины на вращающихся ободках исчезли. Девушка все еще не решалась коснуться кулона и протянула его Блейзу. — Нет, давай лучше ты, — оттолкнул ее руку брюнет. — Вдруг он все еще не исправен. Не бойся, я установил его ровно на две минуты вперед. — Забини, не испытывай мое терпение, — фыркнула Вильгельмина, стараясь впихнуть артефакт Забини. Между однокурсниками завязалась легкая борьба, но спустя пару минут Блейз все же сдался. Он протянул ладонь в сторону девушки, наградив ее решительным взглядом, словно соглашаясь забрать времяповорот. Но как только Вильма протянула руку с целью вернуть чужое имущество, парень отшатнулся в сторону. Длинная цепочка распрямилась, застряв между пальцами Белби, девушка вскрикнула, времяпорот неуклюже провернулся в воздухе… Последним, что услышала Вильгельмина, был победный вопль Блейза, и мир разом лопнул, как огромный мыльный пузырь. *** Вильгельмина несколько раз моргнула, желая сфокусировать зрение на хрупких стебельках травы, но ожидаемого облегчения не получила. Где она, то есть, когда она, черт побери? Окружающий пейзаж казался знакомым: все так же светило полуденное солнце, темное озеро рябило мелкими волнами, в воздухе повисли привычные запахи луговых цветов. Не хватало лишь одной маленькой детали, из-за отсутствия которой вся кровь замирала в венах. Не было Блейза. И ее самой, если уж на то пошло. Даже если Вильма переместилась на пару минут в будущее, здесь бы должны были очутиться их с Забини двойники, разве нет? Почему нет? А может и к лучшему, что нет, не пришлось сочинять путанные объяснения. Но на душе все равно стало как-то неспокойно. Несчастные две минуты. Девушка готова была поспорить, что они давно пронеслись мимо, но вокруг ровным счетом ничего не менялось. Сделав рваный вдох, Белби снова уставилась на времяповорот в своей руке и его замершую стрелку напротив потертого деления с цифрой «два». Может, два часа? Или, что уже хуже, два дня? Проклятье, Блейз, куда ты меня забросил! Поднявшись на ноги, Вильгельмина быстро огляделась по сторонам и поспешила вниз по склону, в сторону собственного поместья. Если отец дома, он сможет прояснить ситуацию, подскажет, который час или… какое сегодня число. Конечно, ей грозила грандиозная выволочка от своего родителя, но иных вариантов действия в голову не приходило. А если дверь откроет она сама? Даже подумать страшно, что будет, если случится какой-нибудь временной парадокс. Надо постараться заглянуть на крыльцо и оценить ситуацию. Только тихонечко, одним глазком… — Вильгельмина! — оглушил голос собственного отца, заставивший девушку врасти каблуками в ступеньку. — Девочка моя, хорошо, что ты вернулась. Сейчас не время для капризов, и, знаешь, я с таким трудом выбил тебе ставку, ох… Вильма ничего не поняла, изобразила на лице виноватую улыбку и позволила отцу обхватить себя за плечи. — Тебе понравится работать в Министерстве, — продолжал мистер Белби, не замечая ошарашенных глаз дочери. — Для начала поможешь мне на сегодняшнем слушании Визенгамота. — Каком слушании папа, о чем ты?! — вспыхнула девушка. — Мы что, идем прямо сейчас? На судебное заседание? — вопросы так и сыпались из Вильмы, точно по мере возникновения в воспалённом разуме. — Но почему мы… Стоп, ты — член Визенгамота? — Дочь, хватит дурачиться, — покачал головой отец. На секунду Вильме даже почудилось, что седых волос на его висках стало больше. — Ведешь себя как ребенок, ненароком применивший на себя Обливиэйт. Конечно, я член Визенгамота, уже год как. И заседание начнется через полчаса, нам нельзя опаздывать! Материалы по делу я взял. В подтверждение своих слов Мистер Белби похлопал по увесистому портфелю и снова взял дочь за руку. — Х-хорошо, — промямлила девушка, осознав всю патовость своей ситуации. — А что я должна буду делать? По какому поводу собрание членов правосудия? — Точно игралась с Обливиэйтом, — ухмыльнулся Дамокл. — Но, если тебе так хочется, повторю: теперь ты мой личный помощник и обязана делать записи в ходе судебного процесса, вести дела и главное — перенимать мой опыт. Не волнуйся, подскажу что да как там устроено. Белби остановился, выйдя на точку аппарации, сверился с координатами и улыбнулся дочери. — Не бойся, дело громкое, но уже решенное, справишься, — он крепче ухватил Вильму за руку и достал из кармана мантии свою палочку. — Не стоит с ними долго возиться, с этими Пожирателями. Сегодня очередь младшего Малфоя ответить за свои грехи. Пространство вокруг сжалось в одну точку, выворачивая все внутренности наизнанку, но в голове Вильгельмины пронеслась только одна шальная мысль: «Мерлин, помоги мне! Драко Малфой, что за нахрен?!…»